Глава 49. Перечëркнутое солнце

Утро началось с мрачной вести: до судьи дошло известие о жестоком убийстве заключенного. Желая избежать лишнего шума, он отправился на место преступления лишь с двумя спутниками: Цзянвэй и старейшиной Вэнем, который как раз находился в городе. Компанию им составил крупный пес, вертящийся у ног судьи.

Дежурившей ночью страже было приказано хранить молчание о произошедшем. Любое разглашение информации грозило суровым наказанием.

В камерах царил переполох с самого утра, как только обнаружили труп. Тихий шëпот, начавшийся в одном конце темницы, быстро перерос в настоящий гул.

– Молчать! – рявкнул стражник в конце коридора, ударив копьем о пол.

Мгновенно воцарилась тишина. Лишь немногие осмеливались перебрасываться короткими фразами, обсуждая убийство.

– Ни один из заключённых не проснулся... – Цзянвэй, сложив руки на груди, нахмурилась. – Должно быть, преступник использовал усыпляющие благовония или что-то подобное. Это объясняет и то, почему уснули стражники.

– Разумно.

Дуань Шу смотрел на труп под ногами, вернее, на то, что от него осталось. Лицо мужчины было изуродовано до неузнаваемости, превратившись в кровавое месиво. Все внутренние органы были вывернуты наружу, а правая нога сломана. Кровь на полу уже засохла, оставив после мрачные отпечатки жестокого убийства.

С трудом перенося ужасающую картину, Цзянвэй поджала губы. За годы службы она редко сталкивалась с подобным, проводя большую часть времени за судебными отчётами. Сейчас ей отчаянно хотелось покинуть это удушающее место. Тошнотворный запах смерти уже пропитал её одежду, делая пребывание здесь невыносимым.

Хуань, пёс у ног судьи, принюхался к окружающим запахам. Подвеска на его шее в виде золотого древа тихо звякнула, когда он подошёл к другому углу комнаты, старательно обходя участки, испачканные кровью. Короткий лай эхом разнесся по темнице, привлекая внимание троих людей.

– Это же... – Цзянвэй зажмурилась, больше не в силах смотреть, и отвела взгляд.

В углу комнаты лежало глазное яблоко. Страшно было представить, какую боль испытывал человек, когда его вырывали из глазницы.

Дуань Шу еще раз обвёл помещение холодным взглядом.

– Его ведь доставили сюда позапрошлой ночью, так?

Старейшина Вэнь в подтверждение кивнул.

– Судя по словам стражи, одна очень настойчивая девушка вместе с высоким и грозным молодым человеком пожаловались, что этот незнакомец напал на них. И попросили взять его под стражу.

В голове судьи мелькнули смутные очертания двух людей, подходящих под это описание.

Старейшина Вэнь с отвращением отвернулся, глядя на засохшую кровь. Судья жестом подозвал одного из стражников.

– Узнай, на кого напал этот бедолага, и приведи их ко мне. А ещё позови кого-нибудь, чтобы здесь всё прибрали.

– Слушаюсь!

Стражник быстро вышел из камеры, бросив мимолетный взгляд на кровавое месиво под ногами, и покинул темницу.

– Не хочу поднимать панику, но вы ведь понимаете всю опасность этого убийства? – перешёл на шёпот старейшина Вэнь.

Судья и Цзянвэй напряжённо молчали. С того момента, как их известили об этом деле, они осознавали всю его сложность. Опасность заключалась в безупречности преступления. Никто не видел, как убийца вошёл и вышел из темницы. Не было ни единой зацепки, указывающей на его личность. Оставалось два варианта: либо это чрезвычайно опасный убийца, возможно, даже не человек, либо он заранее знал всю схему темницы – все запасные входы и выходы, а также расположение стражников внутри и снаружи. Загвоздкой было то, что внешняя стража клялась, что никого не впускала и не выпускала.

– Нужно ещё раз допросить всю стражу, дежурившую ночью, – произнёс Дуань Шу. – Если среди нас действительно затесался предатель, его необходимо как можно скорее вычислить. Больше всего я ненавижу прозорливых крыс, проникающих в мой дом без спроса.

Закончив говорить, Дуань Шу ещё раз беглым взглядом оглядел мертвеца. Неожиданно его глаза зацепились за предмет, скрытый под ладонью несчастного. Оттолкнув бледную руку ногой, судья помрачнел ещё сильнее.

На земле лежал сломанный кинжал, вернее, его рукоять. На ней был выгравирован символ холодного солнца, кем-то грубо перечёркнутый.

– Насколько мне известно, у заключённых забирают всё оружие перед тем, как бросить в камеру.

– Как интересно складывается, – задумчиво проговорил старейшина Вэнь. – Значит, тот, кто побывал здесь, был одним из "Мёртвого солнца"?

Цзянвэй тяжело вздохнула.

– Вам не кажется, что в последнее время они ведут себя слишком активно? Словно что-то побудило их перейти к действиям, вместо того чтобы оставаться в тени. Если мои подозрения верны, то со временем их преступления могут стать ещё хуже. Мне бы хотелось решить всё это тихо и без шума. Не хочу показаться грубой, но сотрудничество с вами, господин Вэй, кажется мне более подходящим вариантом, нежели работа вместе с вашими коллегами.

Вэй Цзе неожиданно громко рассмеялся и схватился за голову.

– Вы имеете в виду тех двух ослов, называющих себя старейшинами? Что ж, услышать от вас подобные слова – самый огромный комплимент для меня.

Почувствовав, как усиливается головная боль, Цзянвэй посмотрела на Дуань Шу.

– Судья, у вас есть какие-нибудь идеи?

– Есть, но кое-кому они точно не понравятся, – мужчина слегка улыбнулся и погладил между ушей сидевшего рядом пса. – И мне, возможно, понадобится ваша помощь.

– Я постараюсь сделать всё, что в моих силах. Но прошу вас, будьте осторожны и не навлеките на себя беду.

– Разумеется. Благодарю вас за беспокойство, хранительница. Думаю, здесь мы закончили. Некрасиво заставлять благородную госпожу так долго находиться в подобном месте. Последующие вопросы и дальнейшие действия мы можем обсудить в более комфортной обстановке.

Выйдя в коридор из душной и сырой комнаты, Цзянвэй увидела мимо пробегающую крысу. Она выбежала из одной камеры и резко остановилась, приглядываясь к трём людям. Хуань быстро навострил длинные уши и грозно зарычал, встав перед Дуань Шу. Вмиг почувствовав смертельную опасность, крыса подпрыгнула и забежала в комнату напротив той, из которой вышли судья, Вэй Цзе и Цзянвэй.

Мужчина, сидевший там на полу, протянул ей руку, и она быстро забралась ему на плечо.

– Какое отвратительное зрелище, – брезгливо сощурился старейшина.

– Хм… не хуже того, что у нас за спиной, – произнесла хранительница.

Мин Тао, заключённый за решёткой, недовольно закатил глаза. Но внезапно что-то вспомнив, резко вскочил с места. Крыса на его плече едва не свалилась на пол, отчаянно цепляясь коготками за одежду мужчины.

– Погодите! – он вцепился пальцами в прутья решётки, глядя на троих людей.

Судья, собиравшийся пройти к выходу, остановился и посмотрел на заключённого в рваных одеждах.

– Насчет того погибшего дяденьки… перед тем, как его убили, он постоянно что-то бормотал и вёл себя как самый настоящий безумец.

Все трое одновременно переглянулись.

– Ты помнишь, что конкретно он говорил? – строго спросил Дуань Шу, подойдя ближе к решётке.

– Конечно помню. У меня очень хорошая память и слух. Но я расскажу это при одном маленьком условии.

Вэй Цзе язвительно усмехнулся.

– Уверен, что в положении, чтобы ставить нам условия? Я догадываюсь, что ты хочешь попросить, но у нас нет причин верить тебе на слово.

Опустив руку, которая до этого крепко сжимала рукоять двуручного меча, судья снисходительно посмотрел на Мин Тао.

– Говори.

Старейшина Вэй недовольно уставился на Дуань Шу.

Мин Тао радостно улыбнулся. Прокрутив в голове воспоминания о вчерашнем безумце, он уверенно заговорил:

– Его голос постоянно дрожал, но я смог разобрать слова. Помимо бессвязной чепухи, он говорил, что за ним кто-то должен прийти. Да, точно! В середине ночи меня разбудил его безумный вопль. Этот чудак всё кричал, чтобы его выпустили и что он не хочет умирать. А ещё он упомянул, что в чем-то сильно накосячил. Мне он показался обычным сумасшедшим, – Мин Тао пожал плечами. – Но, судя по всему, я ошибался. После этого я почти сразу уснул, а на утро… ну, вы сами все видели. Не повезло бедолаге. Видимо, он перешёл дорогу какой-то крупной шишке.

Цзянвэй ненадолго задумалась и прикрыла глаза.

– Если он говорит правду, значит, этот человек знал, что за ним придут. Либо он был помехой для «Мертвого солнца», либо чем-то им не угодил.

Кивнув, судья вспомнил сломанный кинжал и перечеркнутую гравировку на его рукояти. Наверняка преступник пытался этим что-то сказать.

– Хм… Не так давно я видел нечто подобное…

Приподняв одну бровь, старейшина вопросительно глянул на судью.

– Перечеркнутая гравировка солнца на рукояти. К тому же кинжал был сломан и положен прямо под руку убитого. Связывая это с вашими словами, госпожа Цзянвэй, осмелюсь предположить, что этот человек также состоял в «Мертвом солнце». Но случилось что-то, из-за чего от него приказали избавиться.

– Я уже представляю, сколько работы свалится на мои плечи, – тяжело вздохнул Вэй Цзе.

– Меня кое-что беспокоит, – задумчиво произнесла Цзянвэй, слегка повернув голову назад, в сторону места убийства. – Если сломанный кинжал принадлежал убийце, то у погибшего должно быть похожее оружие, если он действительно был членом "Мёртвого солнца". Стража должна была сообщить нам об этой находке сразу после задержания преступника.

– Очень проницательно, госпожа Цзянвэй. Стоит расспросить стражников, которые так халатно относятся к своим обязанностям.

Мин Тао, стоявший за решёткой, терпеливо ждал, пока они закончат обсуждение, чтобы заговорить.

– Судья, вы ведь сдержите своё слово? Я всё рассказал и хотел бы, чтобы меня выпустили отсюда.

– Тебя ведь поймали на мелкой краже, верно? – усмехнулся Дуань Шу.

– Как и ожидалось, у вас замечательная память! Клянусь, этого больше не повторится. Я стану добрым и порядочным гражданином, как только моя нога перешагнёт порог этой душной темницы.

Слушая его клятву без особого интереса, судья покачал головой.

– Тогда тебе нужно хорошо подготовиться до завтра. И если я узнаю, что ты кому-то проболтался о том, что здесь произошло, то...

– Я вас понял, понял! Не стоит так горячиться, мой рот на замке. Благодарю вас, судья!

Больше ничего не говоря, Дуань Шу направился к выходу из темницы.

☆☆☆☆

Сидя на веранде на заднем дворе, Линь Сы наблюдал за тренировкой Янь Мина и Янь Ли. В голове всё ещё крутилась вчерашняя сцена из той чудной книги. Всю ночь ему снились кошмары о том, как грозный человек в чёрной маске заносит над ним тяжёлый меч и болезненно пронзает сердце.

От собственных мыслей его отвлекло очередное столкновение деревянных мечей. Чжун Яо и Янь Мин сражались друг против друга. Несмотря на скорость атак последнего, по силе его всё ещё превосходил старший мужчина. Осознав это, Янь Мин перестал отбивать тяжёлые удары и начал уклоняться от них, задействовав при этом всю свою ловкость.

Отбив одну из атак, Чжун Яо развернулся на месте и направил меч на противника по горизонтали.

Осознав, что отбить этот удар невозможно, Янь Мин в последний момент оттолкнулся от земли, сделал кувырок в воздухе и перепрыгнул атакующий клинок. Приземлившись на ноги, он тут же занёс меч для ответного удара.

Моментально среагировав на выпад, Чжун Яо отступил на шаг назад и выставил меч перед собой, заблокировав атаку противника прямо перед лицом. Довольно усмехнувшись, он на мгновение ослабил защиту, а затем с удвоенной силой ударил по чужому клинку.

Согнув ноги в коленях под таким давлением, Янь Мин нахмурился. Услышав хруст деревянного клинка, он незамедлительно отступил назад.

– Ты делаешь успехи, – похвалил его Чжун Яо, разминая сначало одно плечо, а затем другое. – С каждым разом ты держишься всё дольше в поединке со мной. Глядишь, скоро и вовсе одолеешь меня.

Янь Мин усиленно пытался сохранить невозмутимое выражение лица. Но как бы он ни старался, было очевидно, что ему приятно слышать эти слова.

Наблюдая за ними, Линь Сы мягко улыбнулся. Затем он перевёл взгляд на другую сторону двора. Там проходила тренировка Янь Ли и Тай Чжу. Вернее, заклинатель просто давал девушке простые советы и повторял основы. Поскольку мужчина не был специалистом в стрельбе из лука, это было единственное, чем он мог помочь.

Когда Янь Ли натягивала очередную стрелу, целясь в мишень на дереве, она выпрямила спину и расправила плечи. Во время тренировок девушка пользовалась простым луком, изготовленным из нескольких слоёв бамбука, который для неё сделал Чжун Яо. Прицелившись, Янь Ли тихо выдохнула. Стоило ей чуть сильнее натянуть тетиву, как та не выдержала и порвалась с глухим звуком. Стрела, пролетев совсем недалеко, воткнулась в холодную землю рядом с деревом.

– О нет, опять... – девушка с грустью взглянула на порванную тетиву.

Тай Чжу подошёл ближе, осматривая поломку.

– Ты просто привыкла к другому луку. Этот пригоден разве что для охоты. А твой предназначен для боёв, поэтому он гораздо крепче.

Взяв лук из рук Янь Ли, он повертел его в разные стороны, просчитывая объëм работы.

– У тебя сильные руки и плечи, поэтому оружие для тренировки должно быть тебе под стать. Я посмотрю, что можно с этим сделать.

Глаза девушки вспыхнули надеждой.

– Ты починишь его для меня? Спасибо тебе огромное! В благодарность я могу приготовить всё, что захочешь.

– ...Это лишнее.

– Какой же ты добрый человек, Тай Чжу! Ещё раз огромное спасибо. Если тебе понадобится моя помощь, сразу обращайся.

Мужчина шумно выдохнул и небрежно потрепал Янь Ли по голове, взъерошив её волосы. Вместо недовольства девушка счастливо улыбнулась.

– Не пристало старшему просить помощи у младших. Разве Чжун Яо не учил тебя этому? – Тай Чжу опустил руку и заглянул ей в глаза.

– Учил. Но ни тогда, ни сейчас я не думаю, что это правильно. Так или иначе, если тебе что-то будет нужно, сразу скажи мне.

Поняв, что переубедить девушку не удастся, мужчина беспомощно кивнул. Впрочем, он и не собирался просить Янь Ли о серьёзной помощи. Мысль о том, что она будет постоянно напоминать ему об этом, навела Тай Чжу на усталость.

– Ты говорила, что приготовишь всё, что попрошу? Вчерашняя каша была неплохой. Думаю, этого будет достаточно в качестве благодарности. Тогда ты точно не останешься в долгу.

Девушка радостно захлопала в ладоши, её глаза засияли ярче россыпи светлячков в ночном небе.

– Тебе правда понравилось? Если так настаиваешь, конечно, сделаю! Могу хоть сейчас!

Не говоря больше ни слова, она мигом юркнула в дом, оставив своих спутников. Линь Сы едва сдерживал смех, наблюдая, как заклинатель трёт переносицу. Юноша был искренне рад, что отношения между близнецами и Тай Чжу складываются хорошо, хотя изначально их ничего не связывало. Впрочем, то же самое можно было сказать и о нём самом.

Мельком наблюдая за этой сценой, Чжун Яо слегка улыбнулся. Внезапно знакомый шорох крыльев коснулся его ушей. На плечо приземлился Июнь в облике маленького воробья. Он начал что-то непрерывно щебетать, подпрыгивая на своих коротких лапках.

– Что-то случилось? – спросил Янь Мин, опуская меч.

– Кажется, у нас гости. Продолжим тренировку чуть позже.

Чжун Яо оставил деревянный меч у стойки и, под озадаченный взгляд Янь Мина, зашёл в дом. Тай Чжу и Линь Сы переглянулись, недоумевая, почему мужчина так спешно ушёл. Его выражение лица было крайне серьёзным.