Глава 50. Терпение

Янь Ли, тихо напевая мелодию себе под нос, готовила на кухне, смешивая ингредиенты для каши. Девушка давно призналась себе в огромной любви к солёной пищи, и в пылу кулинарного творчества часто не замечала, как перебарщивает со специями. Ей искренне казалось, что она готовит превосходно, ведь спутники не раз осыпали её комплиментами.

Когда они с Чжун Яо жили на острове Гоуки, их любимым блюдом была жареная рыба. Однажды мужчина так увлекся солью, что рыба стала совершенно несъедобной – по крайней мере, для него и Янь Мина. Но Янь Ли, не моргнув и глазом, съела три порции, даже не попросив воды. Чжун Яо тогда очень встревожился за её желудок. К счастью, все обошлось, но он до сих пор не разрешает ей злоупотреблять солёным. Вспоминая об этом девушка не смогла сдержать улыбку. Это действительно было хорошее и тёплое время. Пускай со своими трудностями и тяготами.

– Пахнет невероятно вкусно, – раздался позади мягкий голос.

Обернувшись, Янь Ли увидела, как в кухню входят Янь Мин, Тай Чжу и Линь Сы. Последний тут же устроился за столом, положив локти на него и подперев подбородок ладонями. Янь Мин прислонился к окну, а Тай Чжу сел рядом с Линь Сы. Заклинатель закинул ногу на ногу и скрестил руки на груди.

– Спасибо. Неужели ты тоже голоден? Я могу и тебе что-нибудь быстро приготовить.

Юноша опëрся грудью о стол, вытянув руки вперёд. На его лице расцвела хитрая, кошачья улыбка.

– Я бы с радостью попробовал твои новые блюда, но не слишком голоден. К тому же, не хочу заставлять тебя слишком много работать. Ты ведь, наверное, устала после тренировки.

Тай Чжу, по-прежнему безучастный к их беседе, прикрыл глаза.

– Не ложись на стол, – произнёс он спокойным, ровным голосом.

Янь Ли рассмеялась, положив руку на бок и слегка повернувшись.

– Ох, брат Линь, твоя забота мне очень приятна, но столько лести кажется чрезмерной.

– Что ты такое говоришь? Разве мои слова не кажутся тебе искренними и правдивыми?

Девушка усмехнулась, покачала головой и вернулась к своим делам. Она давно подмечала эти нотки лести в речах Линь Сы. Но его мягкий, обволакивающий голос превращал каждое слово, будь то ложь или правда, в сладкую похвалу, которую хотелось слушать, даже зная о её возможной фальши.

В этот момент в комнату с обеспокоенным выражением лица вошёл Чжун Яо. Июнь, сидевший у него на плече, резко спрыгнул и приземлился на голову Линь Сы.

– Дуань Шу сказал, что у него к нам очень важный разговор. Касательно мёртвого солнца. Только что один из его стражей сообщил мне об этом, и, разумеется, такое лучше обсуждать без посторонних ушей.

Линь Сы приоткрыл один глаз, и улыбка на его лице стала более усталой. Непринуждëнная обстановка в комнате сменилась на тяжëлую тишину. Последний их визит к судье оставил очень... яркие впечатления, особенно для Янь Ли и Янь Мина. Поэтому сейчас они выглядели настороженно, на их лицах пролегла тень беспокойства и тревоги. Сложив руки на груди и сжав ткань одежды, Янь Ли ощутила, как по телу проносится холод от воспоминаний об отрубленной голове и охрипшем крике Мэйлин. Все ужасы того дня превратились в ночные кошмары, сковывающие по рукам и ногам. Они без конца крутились по одному и тому же сценарию, не давая сбежать.

– Я почти уверен, что это связано с тем нападением на Янь Ли. Может, у них появилась какая-то новая информация? – предположил Янь Мин.

– Вполне возможно. Если никто не занят, мы отправимся прямо сейчас. – ответил Чжун Яо.

Линь Сы выпрямился на стуле и тяжело вздохнул. Июнь, пригревшись на его голове, распушил перья и, казалось, задремал. Взгляд юноши упал на Тай Чжу, который, притихнув, разминал искусственную руку, сжимая и разжимая ладонь. Прошло немало времени, но Линь Сы всё ещё ломал голову над тем, как тот лишился настоящей. В голове промелькнула мысль: возможно, это произошло во времена, когда его отношения с Чжун Яо и Дуань Шу были крепче.

Почувствовав лёгкое покалывание  раненого глаза, Линь Сы опустил взгляд на стол. Светлые ресницы прикрыли золотой блеск, отбрасывая лёгкие тени на щёку. Тихо вдохнув и выдохнув, юноша облизнул пересохшие губы.

– Хорошо, дай мне немного времени. Я быстро соберусь, – с этими словами Янь Ли быстрым шагом вышла из кухни.

До ушей донёсся скрип ступеней.

Тай Чжу расслабленно забарабанил пальцами по столу.

– Не хочу нагнетать атмосферу, но мне кажется маловероятным, что судья смог так быстро разузнать что-то важное.

– Ты говоришь это потому, что недолюбливаешь его, или действительно так считаешь? – Чжун Яо приподнял бровь, глядя на Тай Чжу.

– И то, и другое? Но, если говорить честно, у меня просто нехорошее предчувствие. Разве у тебя не то же самое?

Мужчина ничего не ответил, но и без слов было ясно: их мысли в этой ситуации совпадали. Ведь если бы новости были хорошими, судья вряд ли стал бы тут же кричать о них направо и налево. Если он просил о личной встрече, можно было быть уверенным: придется не только надышаться горьким дымом курительной трубки и выслушать кучу ужасающих известий, но и, вдобавок, оказаться бесплатной рабочей силой. В общем, плюсов во всём этом было немного.

К тому же, в городе сейчас находился один из старейшин. Это вызывало у Цзянвэй легкое недовольство. А поскольку они большую часть времени проводили вместе с судьей, их колкие замечания друг к другу заставляли уши сворачиваться в трубочку. Холодные взгляды, которыми они обменивались, создавали крайне неловкую атмосферу, особенно заметную во время судебных процессов. По крайней мере именно такие слухи ходили среди простых людей.

Так или иначе, главной причиной их взаимного недовольства, казалось, была разница во взглядах. Старейшина Вэй будто бы занимал свою должность лишь для того, чтобы развеять скуку; в отличие от Цзянвэй, его мало интересовали человеческие судьбы. Женщина же по натуре была более мягким и спокойным человеком, она стремилась помогать людям. Вэй Цзе считал это пустой тратой времени, не понимая столь добродушного поведения.

Тем не менее, Чжун Яо знал, что мужчина точно не жаловался на работу Цзянвэй. Он даже уважал еë, в отличие от двух других старейшин. Вэй Цзе также не распускал о ней дурных слухов, считая такое поведение отвратительным. Именно поэтому судья и Чжун Яо считали его самым благоразумным из троицы старейшин.

Со стороны лестницы послышались шаги. Янь Ли вошла на кухню и кивнула остальным спутникам, давая понять, что готова. Её волосы были собраны в пучок и закреплены изящной белой шпилькой с узором пиона. Две пряди тёмных волос обрамляли её скулы.

Линь Сы потрогал свою макушку, нащупал пернатое создание и взял его в руку. Июнь тут же проснулся и что-то неясно защебетал. Его чёрные глазки сияли, словно маленькие пруды, отражающие звёздное небо. Глядя на птицу, прыгающую на ладони, юноша не совсем понимал, чего от него хотят. Склонив голову набок, Линь Сы с интересом наблюдал. Но, видимо, расстроившись, что не получил желаемого, Июнь улетел обратно на плечо Чжун Яо.

Наконец, все пятеро спутников собрались во дворе. Стражник, который сообщил о желании судьи встретиться лично по просьбе Чжун Яо, доставил их лошадей с постоялого двора. Пришлось держать их там, так как в доме не было стойл для стольких коней.

Линь Сы виновато улыбнулся фырчащему другу. Фэн стоял, уставившись на него, и что-то лениво пережёвывал. Этот момент напомнил юноше их первую встречу.

Подойдя ближе, Линь Сы неспешным движением провёл рукой по шее скакуна.

– Я должен был навестить тебя за всё это время. Прости, мне нет оправдания.

Не переставая жевать, Фэн снова фыркнул и несильно ткнул мордой грудь юноши. Потирая ушибленное место, Линь Сы слабо рассмеялся.

– Да уж, я это заслужил.

– Держи. – Голос Тай Чжу раздался где-то сбоку. – Угости этого обиженного коня.

Юноша обернулся. Прямо в его сторону летело красное яблоко. Он ловко поймал его обеими руками и с благодарностью кивнул.

Заметив в руках Линь Сы лакомство куда аппетитнее обычного сена, Фэн выплюнул его на землю, не дожевав. Затем, не дожидаясь, пока ему поднесут угощение, бесцеремонно вгрызся в яблоко. Простояв в удивлении всего пару мгновений, юноша снова улыбнулся.

– Главное, чтобы ты был счастлив и доволен.

☆☆☆

Высокие, неприступные стены тюрьмы, казалось, сводили на нет всякую надежду на побег. Единственным входом служили массивные деревянные ворота с окованными железом ручками. Суровый, лишенный украшений каменный фасад здания, расположенного вблизи суда, придавал ему вид крепости. Прямоугольная по форме, с внутренним двором для перемещения стражи, вся эта конструкция служила немым свидетельством неоспоримой власти судебного порядка в городе.

Выйдя во внутренний двор, Цзянвэй спрятала ладони в тёплых рукавах. После душной тюремной камеры свежий воздух казался настоящим подарком. Но наслаждаться одиночеством ей пришлось недолго. Позади послышались приближающиеся шаги, и вскоре она увидела знакомый силуэт старейшины Вэя.

– Я думала, вы останетесь с судьей допрашивать стражу.

Вэй Цзе, встав рядом, с легкой скукой опëрся спиной об ограду веранды и сложил руки на груди.

– Всё, что нужно, я уже узнал. Кто бы мог подумать, что стража окажется настолько бесполезной и не сочтёт нужным сообщить суду о задержании преступника из "Мëртвого Солнца". Наш дорогой судья в ярости.

– Почему они сразу не сообщили такую важную информацию?

Вэй Цзе пожал плечами и усмехнулся.

– Подумали, что это неправда. Несмотря на кинжал с гравировкой солнца. Нож, конечно, забрали перед тем как бросить за решëтку, но сам человек показался им обычным безумцем. Проще говоря, приняли за сумасшедшего, который случайно нашёл оружие, потому что он постоянно бормотал себе под нос всякую чушь. А ещё всë время пытался укусить стражу.

Заинтересовавшись, Цзянвэй приподняла брови.

– Стража слышала то же самое, что и заключённый из соседней камеры?

– Да, но не только. Одна фраза показалась мне весьма интересной: "Я нашёл их". – Вэй Цзе сузил глаза, внимательно наблюдая за серьёзным выражением лица женщины. – Еще он говорил, что его пыталась убить большая злобная птица.

– Хм... может, он и вправду был не совсем в своём уме? Но мы всё равно упустили важную деталь в этой борьбе против "Мёртвого Солнца", – Цзянвэй сжала предплечья ладонями и слегка поëжилась от холода. – Какое упущение.

Молча сняв свой плащ, Вэй Цзе накинул его на плечи женщины. Не успела она выразить слова благодарность, как мужчина заговорил первым.

– У нас ещё много ходов. Потеря одного из них лишь приближает к победе.

– Ваши слова, как всегда, полны уверенности. Но эти ходы, о которых вы говорите, при малейшей потере внимательности могут легко сменить направление к поражению, – Цзянвэй, сжимая кончиками пальцев плащ мужчины, сделала шаг ближе. – Но поверьте, я всем сердцем желаю, чтобы этого не произошло.

– При желании партию всегда можно начать заново. Нужно лишь убедить в этом своего оппонента, – Вэй Цзе встал прямо напротив Цзянвэй и слегка наклонился ближе. – Одевайтесь теплее, дорогая хранительница. Боюсь, без вас работа в суде станет немного скучнее.

– Ох, умоляю вас. Уверена, вы где угодно найдете человека, с которым можно поспорить. Взять хотя бы судью. Мне кажется, он бы смог легко развеять вашу скуку, – тихо рассмеялась женщина.

Вэй Цзе, казалось, задумался над этим всерьёз и потëр подбородок.

– Нет, думаю, нет. Во-первых, он – это не вы. А во-вторых, при наших разговорах ваш голос, хранительница, всегда остаётся спокойным.

Прикрыв улыбку рукавом, Цзянвэй прищурила глаза. Длинные ресницы смягчили взгляд, окутав его нежной теплотой. Сердце в груди затрепетало, словно крошечные языки обжигали его с каждой стороны.

– Значит, чтобы вывести вас из себя, мне нужно повысить голос? В этом всё дело?

– Хм… нет. Ещё вы единственная кто пьëт заваренный мной чай. Что ж, объяснять и вправду придётся слишком долго. Боюсь, не хватит даже целой недели. Хотя нет, даже двух.

– Теперь мне стало любопытно. В этом списке есть пункт, в котором упоминается моё безграничное терпение?

– Само собой.

Цзянвэй мягко улыбнулась, стянула с себя мужской плащ и неспешно накинула его на плечи Вэй Цзе, который с явным вниманием следил за каждым её движением. Со стороны казалось, что между ними нет и тени вражды, а уж тем более – неприязни. Любой, кто знал их хоть немного – будь то Чжун Яо, Тай Чжу, старейшины или кто-либо ещё – скорее бы рассмеялся, приняв увиденное за сон или иллюзию, чем поверил бы в столь непринуждённое общение между старейшиной и хранительницей

– Замечательно, – поправляя плащ, она продолжала говорить. – Тогда дополните его тем, что моё безграничное терпение работает только с одним очень высокомерным старейшиной.

– Высокомерным? Вы говорите о старейшине Сы? – усмехнулся мужчина.

Цзянвэй провела ладонью по плечу Вэй Цзе, расправляя последние складки на одежде. Мужчина специально наклонился ниже, чтобы ей было удобней.

– Должно быть, сейчас я на практике показываю вам проявление своего терпения.

Неожиданно со стороны двери послышался легкий стук. Стоявший в дверном проёме Дуань Шу со странным взглядом осматривал двоих своих подчинённых, словно беря что-то себе на заметку.

– Я вам не помешал?

– Нисколько, – спокойным голосом ответила Цзянвэй. – Как я понимаю, наши гости уже прибыли?

Из-за спины судьи выглянули несколько фигур.

– Здравствуйте, госпожа Цзянвэй и господин Вэй, – вежливо поклонилась Янь Ли.

– Здравствуйте, – повторили Линь Сы и Янь Мин, следуя её примеру.

Цзянвэй кивнула в знак приветствия.

– Рада вас всех видеть. Очень жаль, что наши встречи происходят при столь... неприятных обстоятельствах.

Бросив взгляд на Чжун Яо и Тай Чжу, стоявших позади судьи, она виновато улыбнулась.

– Я успел ввести их во все подробности нашего дела, – сообщил Дуань Шу. – Похоже, солнышку не понравилось вмешательство третьей стороны, и оно решило начать открытое наступление. Скорей всего, именно поэтому под горячую руку попали вы. – мужчина указал на компанию спутников из пяти человек.

– Не хочу показаться грубой, судья, но ваша стража действительно оставляет желать лучшего, – Янь Ли с недовольным прищуром наблюдала, как мужчина неспешно подносил к губам курительную трубку.

Выдохнув горький дым, он молча согласился. Хоть у него и были марионетки среди стражников, полностью заменить ими живых людей он не мог. Иначе глава города и старейшины были бы крайне недовольны, ведь это означало бы полный контроль над стражей. Такой сценарий мог бы легко привести к восстанию. Поэтому иногда случались неприятные моменты, когда халатность стражи оборачивалась им же боком.

– Их уже достаточно наказали за такую провинность. Ох, чуть не забыл! Тай Чжу, госпожа Янь, вы произвели глубокое впечатление на этих двух стражников. Они очень красочно и подробно описали тот момент, когда вы пытались заставить их посадить человека без сознания за решётку.

Янь Ли и заклинатель тут же отвели взгляды в разные стороны.

Чжун Яо с тяжëлым вздохом провёл ладонью по лицу.

Снова затянувшись, Дуань Шу довольно улыбнулся. На выдохе он взглянул на стоявшего рядом Линь Сы.

– Будете? – он протянул ему трубку, словно это было обычным делом.

– Кхм... судья, я вообще-то не курю.

Чувствуя, как начинает дёргаться глаз, Вэй Цзе потёр пальцами висок.

– Может, перейдём к сути дела?

– Ах, да. Господин Линь, не могли бы вы оказать мне одну маленькую услугу?

Заложив руки за спину, юноша с прищуром улыбнулся.

– По дороге сюда я перебирал варианты, почему вы вдруг решили встретиться лично. Честно говоря, я считал крайне маловероятным, что судье понадобится моя помощь.

Заметив, что все взгляды устремились на него, Дуань Шу поднял руки в примирительном жесте.

– Тише, тише. Как я и сказал, это всего лишь маленькая и незначительная просьба. Нужно осмотреть пару комнат, и всё.

– Ты настолько обленился, что не можешь сделать это сам? – съязвил Тай Чжу, приподняв одну бровь.

– Не то чтобы, – судья пожал плечами. – Просто хочу быть уверенным, что ничего не упустил. А насколько я знаю, у господина Линь очень хорошее зрение.

Заклинатель переглянулся с Линь Сы. Оба сразу поняли, какой цели добивался Дуань Шу.

Если живые знают слишком мало, спроси у мёртвых.

☆☆☆☆

Немного слов от автора:

Пора потревожить неупокоенные души ⋌༼ •̀ ⌂ •́ ༽⋋