Радиопомехи в цифровом раю ​

​Безумие Вокса достигло своего пика. Башня VoxTek сияла багровым светом, а по всему Пентаграмм-Сити начались дикие перебои с энергией. Вокс не просто хотел припугнуть Эффи - он решил выжечь Отель вместе со всеми его обитателями, лишь бы уничтожить девчонку, которая посмела его кинуть, и заставить Аластора наконец-то смотреть только на него, пусть даже через прицел пушки.

​В ту ночь небо над Отелем стало ядовито-синим от статического электричества. Вокс пошел ва-банк. Он направил всю мощь своих серверов, чтобы создать гигантскую голограмму самого себя прямо над зданием.

- ТЫ ДУМАЛА, ЧТО ОЛЕНЬ ТЕБЯ СПАСЕТ?! - грохотал его голос из каждого динамика в радиусе трех миль. - ТЫ НИКТО, ЭФФИ! ПРОСТО ГЛЮК В МОЕЙ СИСТЕМЕ!

​На Отель обрушился шквал цифровых атак. Бытовая техника взрывалась, из розеток летели молнии, а защитное поле, которое пыталась держать Вэгги, трещало по швам. Эффи забилась в угол холла, сжимая свою кисть, но магия кисти просто гасла рядом с такой мощью.

​Аластор, который всё это время стоял рядом с ней, как и полагалось по сделке, внезапно рассмеялся. Это не был его обычный вежливый смех. Это был звук ломающихся костей и помех на частоте смерти.

- Какое жалкое зрелище, - прошипел он. - Вокс, ты всегда был слишком шумным. Пора убавить громкость.

​Аластор сделал шаг вперед, и его тени заполнили всё пространство. Он не просто защищался - он начал поглощать электричество Вокса. Радио-демон превратился в огромный кошмарный силуэт с ветвистыми рогами, и из его груди вырвался такой мощный радиосигнал, что все мониторы Вокса в один миг покрылись «белым шумом».

​Это была битва старой школы против цифры. Аластор ломал код Вокса своими тенями, проникая в саму сеть. Через десять минут дикого грохота, искр и криков всё внезапно стихло. Голограмма Вокса над отелем дернулась, рассыпалась на пиксели и погасла. В башне VoxTek произошел критический сбой, и весь район погрузился в полную темноту.

​Вокс сдался. Оставшись без энергии и с выгоревшими платами, он затих в своем логове, зализывая раны и понимая, что в этот раз Олень его просто растоптал.​Эффи сидела на полу, тяжело дыша. Аластор медленно принял свой обычный вид, поправил монокль и повернулся к ней.

- Ну вот и всё, дорогуша. Наш телевизионный друг надолго ушел на профилактику. Кажется, угроза миновала.

​Эффи почувствовала, как магическая тяжесть на душе исчезла.

- Значит... сделка закончена? - тихо спросила она.

- Формально - да, - Аластор склонил голову набок. - Я выполнил свои обязательства. Ты в безопасности, а я сохранил свой... маленький секрет.

​Но за то время, пока Аластор был её тенью, что-то изменилось. Они провели бок о бок дни и ночи. Эффи видела его не только как монстра, но и как того, кто умеет слушать (пусть и с сарказмом), кто ценит тишину и кто, несмотря на свою жуткую натуру, ни разу не нарушил данное ей слово. А Аластор... он впервые за долгое время увидел в ком-то не просто пешку, а существо с характером, способное на риск ради своей свободы.​Эффи поднялась на ноги, отряхивая пыль с одежды.

- Спасибо, Аластор. Серьёзно. Если бы не ты, он бы из меня фарш сделал.

- О, не стоит благодарности, - он подошел ближе, и в этот раз Эффи не захотелось отпрянуть. - Признаться, это было даже... забавно. Ты неплохо держишься под давлением.

​Он не исчез в тенях сразу, как делал обычно. Вместо этого он предложил ей руку, чтобы помочь дойти до бара. Его тон стал другим - в нем пропала та ядовитая издевка, которая была раньше. Теперь он обращался к ней почти как к равной.

​Они сидели в баре у Хаска до самого утра. Аластор рассказывал ей истории из своей жизни в Новом Орлеане, а Эффи показывала ему свои эскизы, которые она рисовала, пока он её охранял. Между ними возникло то странное, хрупкое доверие, которое возможно только в Аду между двумя очень разными душами.

​- Знаешь, - сказала Эффи, глядя на пустой стакан. - Я думала, ты просто используешь меня.

- Так и было, - честно ответил Аластор, сверкнув глазами. - Но ты оказалась гораздо интереснее, чем обычный инструмент. У тебя есть то, чего не хватает многим в этом месте - воля к жизни.

​Энджел, проходя мимо, присвистнул, увидев их мирно беседующими:

- Опа, посмотрите на них! Неужели лед тронулся? Смотри, Эффи, Олень - парень сложный, но если он тебя не сожрал до сих пор, значит, ты ему реально зашла.​Эффи только отмахнулась, но в глубине души она понимала, что это правда. Отношения между ними переросли из шантажа и сделок в нечто иное. Это не была любовь в обычном понимании, но это была связь, основанная на уважении и общем пережитом кошмаре.

​Аластор стал заходить в её мастерскую чаще, просто чтобы посмотреть, как она работает. Он больше не требовал отчетов, он просто... был там. Иногда он приносил ей старые пластинки, под музыку которых ей лучше рисовалось. Эффи чувствовала, что Отель стал для неё домом не потому, что её там прятали, а потому, что рядом был кто-то, кто её понимал.

​- Это ведь только начало, да? - спросила она однажды, когда они стояли на балконе, глядя на восстанавливающийся после битвы город.

- В Аду ничего не заканчивается просто так, Эффи, - Аластор улыбнулся своей фирменной улыбкой, но в глазах его было непривычное спокойствие. - Но теперь мы будем играть по моим правилам. Или, если хочешь... по нашим.​Это было начало новой главы - главы, где Эффи больше не была шпионкой или жертвой. Она была кем-то большим. И рядом с ней был Радио-демон, который, кажется, наконец-то нашел себе достойную компанию.