2 : показалось?

Чеён всё-таки созвонилась со своей подругой Черён по FaceTime.

Экран загорелся, и сразу — шум, музыка, свет.

Вечеринка уже шла.

— Не могу поверить, что ты кинула нас и уехала чёрт знает куда! — возмущённо выпалила Черён, перекрикивая музыку.

Чеён устало закатила глаза, откинувшись на сиденье.

— Скажи спасибо моей матери. Я бы никогда не отменила всё так резко.

— Мда... — Черён прищурилась. — И что ты там будешь делать?

— Не знаю. Помогать... гнить в кровати... смотреть сериалы.

— Ты такая глупая, знаешь?

Черён хихикнула, делая глоток из какого-то яркого стакана.

Чеён фыркнула.

— В такой «черноте мира» у тебя ни одна связь не словит.

— Лучше молчи, накаркаешь мне сейчас, что звонок выключится—

Картинка дёрнулась.

Звук захрипел.

Связь начала рваться.

Чеён нахмурилась и посмотрела в окно.

Они давно выехали из города.

Асфальт сменился более узкой дорогой, вокруг тянулись поля, а дальше — густой, почти дремучий лес.

— Черён? Ты меня слышишь?

— Я... ты... чёрт, связь—

Экран завис.

— Побери тебя, Черён, чёрт...

Звонок оборвался.

И всё.

Безупречный айфон в её руках в одну секунду превратился просто в камеру. В бесполезный кусок стекла и металла, который в этой глуши даже нормально не зарядить.

Чеён сжала телефон.

Конечно.

Мама сделала всё, чтобы ограничить её. Даже интернет у бабушки не провели.

Специально.

Хотя... зачем он там?

Она раздражённо откинулась назад, закрывая глаза.

Оставшиеся часы в машине тянулись мучительно медленно.

Чеён то засыпала, то просыпалась.

Иногда они останавливались — она выходила на парковке, чтобы сходить в туалет или просто вдохнуть свежий воздух.

Водитель в это время курил.

Чеён поморщилась.

— Фу... сигареты.

Она никогда их не любила.

А салон машины теперь пропитался этим запахом.

Ещё один «бонус» этого прекрасного путешествия.

К вечеру машина наконец въехала в деревню.

Чеён открыла глаза и посмотрела в окно.

Старые дома.

Низкие заборы.

Почти пустые улицы.

Вокруг — только зелёные поля, уходящие куда-то вдаль, и густые леса, которые казались слишком тихими.

Слишком настоящими.

Где-то в конце — возле реки — стоял дом бабушки.

Небольшой. Уютный. Такой... чужой и одновременно знакомый.

Чеён невольно выдохнула.

Как бы она ни злилась...

Она скучала.

Бабушка всегда относилась к ней иначе.

Не как к «проекту» или «будущему».

А как к человеку.

Как к любимой внучке.

Когда машина остановилась, дверь дома уже открылась.

На пороге стояла мисс Чхве.

— Чеён!

В её голосе было столько искренней радости, что Чеён на секунду растерялась.

— Бабушка...

Мисс Чхве быстро подошла к машине и тут же обняла её, крепко, по-настоящему.

— Как же ты выросла... — с улыбкой сказала она, оглядывая внучку. — Красавица моя.

Чеён чуть смягчилась.

— Привет...

Водитель уже достал чемодан.

— Давай, давай, я помогу, — засуетилась бабушка, беря одну из сумок.

— Ба, я сама...

— Ничего не знаю, ты с дороги, устала.

Чеён тихо вздохнула, но спорить не стала.

Она подняла взгляд.

Тихо.

Слишком тихо.

Ни машин, ни музыки, ни людей.

Только ветер, шелест травы... и где-то вдалеке — звук воды.

Река.

Чеён сделала шаг вперёд, оглядываясь.

И вдруг—

Её взгляд зацепился за фигуру у края двора.

Кто-то стоял у забора, чуть в стороне.

Девушка.

Тёмные волосы.

Спокойный, почти равнодушный взгляд.

Она просто... смотрела.

На Чеён.

И почему-то от этого взгляда стало немного не по себе.

Бррр... и что это было?

Чеён невольно поёжилась.

Показалось?..

Она обернулась, снова посмотрела в сторону забора.

Никого.

Только тени от деревьев, которые медленно тянулись по земле.

— Да ну... — тихо пробормотала она. — Уже темнеет, вот и мерещится всякое.

Она достала телефон.

22:35.

Почти пол-одиннадцатого.

Может, и правда показалось...

Но почему тогда ощущение, что на неё реально смотрели?

Чеён нахмурилась.

— И вообще... чего так пялиться? Приезжих никогда не видели, что ли... — буркнула она себе под нос.

Она глубоко вдохнула и зашла в дом.

Внутри было... уютно.

По-настоящему.

Чисто. Опрятно. Тепло.

Почти ничего не изменилось — и в то же время изменилось всё.

Но чувство осталось тем же.

Комфорт.

Тихий, спокойный, почти забытый.

Чеён медленно прошла внутрь, оглядываясь.

— Я даже не помню, где теперь моя комната...

— Чеён, милая! — раздался голос бабушки из кухни. — Твоя комната теперь слева, видишь белую дверь? Мы немного всё переставили.

— Ага... спасибо, ба!

Чеён направилась к двери и осторожно открыла её.

Комната встретила её мягким светом.

Новые обои — с цветами. Светлые, нежные.

У стены стояло фортепиано.

Старое.

То самое.

Которое, к сожалению, уже давно не работало.

Чеён на секунду задержала на нём взгляд.

Когда-то я играла...

Она тихо выдохнула и прошла дальше.

Кровать — старая, скрипучая, но аккуратно заправленная.

Большие окна.

Очень большие.

С видом прямо на сад.

Яблони. Цветы. Розы.

Красиво.

Слишком красиво.

Бабушка явно постаралась.

Даже ковёр новый — белый, пушистый. Шкаф перекрашен. Всё чисто, аккуратно... по-домашнему.

Чеён провела рукой по ткани покрывала.

— Ну... хотя бы не так плохо, как я думала...

Но её взгляд снова вернулся к окнам.

Большие.

Открытые.

Слишком открытые.

Она медленно подошла ближе, выглядывая наружу.

Сад.

Деревья.

Тени.

И... если присмотреться...

Меня ведь видно.

Если кто-то стоит там, под деревьями — видно всё.

Как она ходит.

Как переодевается.

Как живёт.

Чеён резко отдёрнула штору.

— Отлично... просто отлично, — пробормотала она. — Надеюсь, напротив не живёт какой-нибудь шестидесятилетний дед с биноклем...

Она нервно усмехнулась.

— Хотя... если он без очков, то мне повезло.

Но почему-то легче не стало.

Она ещё раз взглянула в окно.

На секунду показалось, будто между деревьями что-то шевельнулось.

Чеён резко отвернулась.

— Всё. Хватит.

— Милая! — снова позвала бабушка. — Надеюсь, ты обустроилась? Давай на кухню! Я сделала твой любимый чай. Расскажешь, что у тебя нового.

Чеён глубоко вдохнула.

— Иду, ба!

Она ещё раз окинула комнату взглядом, поправила волосы и вышла.

Но, уже закрывая дверь, на секунду замерла.

И снова посмотрела на окна.

Те самые.

Большие.

Тихие.

И почему-то... слишком «живые».

— Ну что, рассказывай! Как там в городе? Как там родители?

Чеён немного замялась.

Что сказать?

Город — шумный, яркий, огромный.Родители — всегда заняты. Работают, молчат, переводят деньги и снова исчезают в своих делах.

Ничего нового.

Ничего тёплого.

— Всё как обычно, бабушка... — она слабо улыбнулась. — То есть... всё хорошо.

Ложь.

Но такая привычная, что уже почти не ощущалась.

— А ты как тут?

Бабушка оживилась, улыбка сразу стала шире.

— Огород, вяжу, компоты варю! Поверь, я тут не скучаю. А с приходом лета так вообще весело стало жить!

Чеён тихо усмехнулась.

— Я надеюсь, тебе тут понравится, — мягко добавила мисс Чхве. — Всё-таки три года тебя здесь не было...

— Извини... я правда хотела приехать раньше, но—

— Не извиняйся, — перебила бабушка, махнув рукой. — Ты такая молодая. Гуляй, пока можно!

Чеён опустила взгляд.

— Мама так не считает...

Тихий вздох.

Она огляделась.

На полке — её фотография в золотой рамке. Самая большая. Рядом — старые игрушки, аккуратно расставленные, как будто она уехала вчера, а не три года назад.

Вот где её ждали.

По-настоящему.

Бабушка осторожно взяла её за руку.

— Помни, ты у меня самая лучшая. И самая красивая.

Чеён улыбнулась.

В этот раз — искренне.

Они ещё долго болтали — обо всём и ни о чём.

Время пролетело незаметно.

Когда Чеён взглянула на часы, было уже почти час ночи.

— Ой, заговорила я тебя, милая! — всполошилась бабушка. — Давай-ка, иди переодевайся и ложись спать. Я же не знаю, во сколько ты привыкла вставать.

— А душ где, кстати?

— В том маленьком домике, в летней кухне. Не переживай, там есть горячая вода.

Чеён замерла на секунду.

— ...На улице?

— Ну да, — спокойно кивнула бабушка. — Тут недалеко.

— Хорошо... спасибо.

Чёрт.

Идти на улицу.

Ночью.

И что, что всего несколько шагов?

Страшно.

Она с детства боялась темноты.

Но лечь спать, пахнущей сигаретами и перегаром?..

— Боже упаси, — пробормотала Чеён. — Я там задохнусь.

Ладно.

Надо просто быстро сходить.

Ничего страшного.

Она взяла свечи и зажигалку, которые дала бабушка, и вышла из дома.

Ночь.

Тихая.

Слишком тихая.

Чеён медленно пошла вперёд.

Прошла мимо винограда.

Мимо маленькой качели.

Той самой.

Она остановилась на секунду.

Я ведь здесь каталась...

Лёгкая ностальгия кольнула внутри.

Но быстро отпустила.

Сейчас было не до этого.

Она ускорила шаг.

Душ оказался маленьким, но вполне нормальным.

— Ну... не так уж и плохо, — тихо сказала Чеён, заходя внутрь.

И тут—

Окна.

Снова.

Она замерла.

— Да вы издеваетесь...

Хорошо, что есть шторы.

Плохо, что они... просвечивают.

Чеён нервно сглотнула.

— Кому я нужна в час ночи, правильно? — пробормотала она, стараясь звучать уверенно. — Все давно спят.

Тишина.

Снаружи — ни звука.

Даже ветер будто затих.

— Всё нормально... — прошептала она, зажигая свечу.

Мягкий тёплый свет разлился по маленькому помещению.

Тени зашевелились по стенам.

— Ну... зато романтика...

Она слабо усмехнулась.

Но почему-то по спине всё равно пробежал холодок.

Чеён медленно перевела взгляд на окно.

Штора едва заметно колыхнулась.

И на секунду ей показалось—

будто за ней кто-то стоит.