37 Часть

— Недавно ко мне пришёл принц, — медленно, будто специально растягивая слова, говорил Советник, напрягая меня ещё сильнее. — Он пришёл со странной загадкой, что ты ему дал.

— И? Вам что-то не понравилось? — осторожно спросил я, ерзая за столом.

— А потом спросил, как можно спасти один народ, не навредив другому.

— Как интересно, — выгнув бровь, удивился я, — я надеюсь, вы не дали ему развёрнутый ответ на блюдечке?

Мэй Няньцин вздохнул, покачал головой и принял более расслабленную позу. Напряжённое настроение в комнате мгновенно спало, заменившись другими эмоциями.

— Нет, я вообще был удивлён тому, что он пришёл ко мне.

— А что было дальше? — спросил я.

Советник устало посмотрел на меня.

— Была дискуссия, — хмуро ответил он. — Самое главное, я убедился, что твоя система воспитания работает. Принц начал меняеться.

Я иронично усмехнулся.

— А вы ожидали, что он, как раньше, воскликнет, что всех спасёт, даже не зная как?

Советник устало потер глаза. С одной стороны, я облегчил ему работу: занялся принцем и доказал методику своих учений. Так почему он выглядит так напряжённо?

— Изменился он — это хорошо. Только вот... — советник задумчиво посмотрел в потолок, словно там были звёзды, что могли предсказывать. — Теперь меня беспокоит будущее. Будет весьма трудно, если ко мне придут не только Фэн Синь.

— Вы хотите сказать, что кому-то выгодно держать принца в иллюзиях? — нахмурившись, спросил я, нервно теребя ткань своей одежды.

Тогда это всё меняет.

Тогда миссия воспитания становится в разы опаснее.

Но на мой вопрос Советник отреагировал очень удивлённо. Он выпрямился и с расширенными глазами уставился на меня.

— Я имею в виду, что пойдут возмущённые такие, как Фэн Синь. Если бы принца хотели держать в иллюзиях, его бы не отправили сюда учиться, в центр знаний, — сказал он, а затем возмущённо добавил: — К тому же ко мне в ученики.

- Простите, простите, что засомневался в вашей компетенции, Наставник, — неловко извинился я, скосив взгляд в сторону. — Но тогда я даже не вижу смысла переживать по этому поводу. Фэн Синь в большей степени возмущается потому, что видит, что я виноват в изменениях принца. Другие же уверены, что это будет ваша работа. А вы, как наставник, просто хорошо выполнили свою работу. Думаю, если так всё преподнести, то возмещение, если и будет, то минимальны.

— Легко тебе говорить, — внезапно прервал меня Советник, серьёзно посмотрев в глаза. — В монастыре уже заметили некое особенное внимание, которое уделяет тебе принц. У них вопросы. Как ты будешь оправдываться?

Я задумался над вопросом. Конечно, было нетрудно заметить резкую назойливость принца по отношению ко мне. Особенно возмутительно видеть, как он спрашивает у слуги его мнение. Да, конечно, это не устроит знать, ведь раб, воспитывающий своего хозяина, имеет слишком много власти. Тут и правда будут толпы возмущённых.

— Тогда, когда эта миссия закончится, я просто исчезну, — спокойно сказал я.

— Исчезнешь? — повторил Советник.

—Да, это успокоит знать. По крайней мере если это вскроется, то обо мне будут говорить как о плохом фрагменте прошлого принца.

— А сам принц? — удивлённо спросил Советник.

Посмотрев на Наставника, который выглядел очень поражённым, я улыбнулся.

— Советник, вы правда думали, что я останусь с принцем навсегда? — насмешливо спросил я. — Нет, как только я выплачу свой долг и закончу миссию, я покину его.

Посмотрев на окно позади Советника, где стояло дерево, я заметил на одной из веток гнездо с маленькими птенчиками. Мои плечи обмякли, почувствовав правильность своих действий, и я с улыбкой продолжил:

— В конце концов, птенец должен улетать из своего гнезда, чтобы расти дальше.

Советник выглядел ошарашенным, но быстро пришёл в себя, спросив:

— Не считаешь ли ты это предательством?

— Предательством?! — удивлённо повторил я, а затем отрицательно покачал головой. — Предательство — это когда тебе вонзают нож в спину. А я никогда не планировал оставаться с принцем. Разве можно считать мой уход предательством?

Мэй Няньцин нахмурился, задумчиво отведя взгляд.

— Даже если Его Высочество начнёт считать тебя другом, ты всё равно не будешь считать это предательством? — спросил он спустя какое-то время.

— В таком случае мой уход станет последним уроком для Его Высочества, — быстро ответил я. — Уроком о том, что люди, появившиеся в нашей жизни, могут из неë исчезнуть.

Мэй Няньцин выглядел не очень довольным моим планом, но вздохнул и принял его.

— Хорошо, тогда скажи, когда ты собираешься уходить?

Я задумался.

— Вообще мой уход зависит от моего денежного положения и самого принца. Пока я не смогу справиться со своими долгами, уйти я точно не смогу, — уныло произнёс я, вспоминая нависающую надо мной цифру.

Что ж, это моя вина, что я так вляпался. Мне же её и расхлёбывать.

— Ясно, — отстранённо сказал Советник, будто ставя точку в задачке. — Последний вопрос: что теперь ты будешь делать с принцем?

Нахмурившись, я погрузился в размышления, но на ум пришла только одна идея. Улыбнувшись, я ответил:

— Думаю, немного практики нам не помешает.

Только под вечер я смог вернуться к своим обязанностям слуги. Принц был счастлив видеть меня на пороге своих покоев с подносом в руках.

— Му Цин, ты пришёл! — радостно воскликнул он, мгновенно оживившись и уже хотел встать из-за стола, если бы я не подошёл поближе.

— Ваше Высочество, ведите себя скромнее, — заметив, как он ерзает на своём стуле, сказал я, понимая, что не только я вижу таким принца, но и Фэн Синь, что сидел сбоку от него.

— Привет, Фэн Синь, — кивнув ему, сказал я.

Тот нахмурившись осмотрел меня, но ничего не сказал.

Ах да, я уже успел забыть, какой он зануда.

Простите, виноват.

— Му Цин, садись, — сказал принц, указывая на ещё один стул рядом с ним.

По этикету слуге не следует садиться. Но я же не только слуга, верно?

Я же ещё и учитель.

А им свойственно садиться рядом, дабы наставить на путь истинный.

Подумав немного, я бросил взгляд на двух застывших парней-слуг, что замерли у выхода в комнату, смотря на меня.

По этикету мне действительно не стоит это делать.

Указав им на дверь, молча велев им выметаться, я всё же сел на предлагаемый стул.

—Му Цин, — совершенно не обращая внимания на принесённую еду, радостно восклицал принц, солнечно улыбаясь. — Смотри.

Он достал из своего рукава свиток, который явно носил при себе всё это время. Взяв его, я начал медленно раскрывать, уже ожидая, что там будет. Но стоило мне взглянуть на принца, который с нетерпением наблюдал за мной, даже не притронувшись к еде...

— Ваше Высочество, еда остывает, — и как только я сделал ему маленькое замечание, он тут же взял ложку для супа и начал есть, часто кидая на меня взгляды.

Да, теперь я вспомнил, почему это моя "любимая" работа.

А ещё вспомнил, что я не учитель, а нянька.

Господи, дай мне терпения.

Закатив глаза, я вернулся к свитку, плавно бегая взглядом по каждой строчке. Почерк принца, как и полагается, был безупречен — ровные, плавные линии. Во многих местах иероглифы такие мягкие, сразу видно, что кистью тут едва касались бумаги.

С таким мастерством ему бы подошли работы со множеством мелких деталей. А ведь одно из самых важных приёмов в рисовании он уже выучил — линии, задающие направление всему рисунку. Работа с ними тоже требует навыка.

Но главное была суть текста. А это правила и чуть ли не пошаговая инструкция, что нужно делать с соседним народом.

Почему чуть ли?

Да потому что многое неучтено, и скорее всего эти проблемы вскроются на практике. Но суть он уловил.

Тут были правила и предложения о купле-продаже земли. Наверно, советник подсказал.

Принц отдаст часть своих земель с немалыми условиями: всё население будет разделено на два лагеря — в поле поехать или в армии служить. Короче, каждый будет жить как типичный крестьянин. Им будет запрещено переезжать в столицу Сяньлэ, дабы избежать нападений. А за деньги, что они заплатили за землю, раз в две недели будут доставляться материалы и инструменты для налаживания своего хозяйства.

Так же в случае войны все граждане мужского пола будут обязаны пойти в армию.

В принципе, весьма поверхностный план, многие проблемы не учтены, но для первого шага пойдёт.

— Ваше Высочество, вы проделали огромную работу, поздравляю вас, — улыбнувшись, похвалил его я, даже тихо отдал ему аплодисменты.

Принц сначала застыл, держа ложку с супом над тарелкой. Но потом его глаза радостно засияли, словно он выиграл мировую олимпиаду. Ложка упала обратно в суп, а на лице Его Высочества появилась такая солнечная улыбка, что вся айдалы в Японии обзавидуется.

— Но есть недочёты, — устало, смотря на шевеления принца, произнёс я.

Принц мгновенно нахмурился и даже успел надуться, словно я обманул его.

— Какие? — обиженно, но тем не менее с интересом спросил он.

К его великому сожалению, я не умел ответить. В этот момент наш разговор с шумом прервал Фэн Синь. Ударив кулаком по столу, он с гневом посмотрел на меня.

—Ты что, забыл, где твоё место? Тебе напомнить, подметала?