33 Часть

Стоя у порога не совсем родного мне дома, я чувствовал, что стоит мне сделать последний шаг, и время, когда я встречусь с семьёй, перейдёт на часы.

Долгие и невероятные мучительные часы. Потом они будут казаться мне пушинкой и просто неудачным днём, но не сейчас.

Стоя у порога дома, чувствуя, как все мышцы в моём теле заранее готовятся к атаке, я чувствовал, как замедляется моё дыхание, стараясь услышать звуки за дверью.

Это было тем ещё испытанием.

Хотя я даже не зашёл в дом, уже ощущал нагнетание и пот, стекающий по спине.

Просто открой её!

Открой, зайди и с улыбкой поприветствуй мать — чего в этом такого?

Она же не враг тебе, в конце концов, чего ты так её боишься?

На счёт три: один, два, три!

Дверь открылась, пропуская меня внутрь, но я продолжал стоять на пороге, всматриваясь в, как казалось мне, гнетущую атмосферу дома.

Дом был из тёмного, дешёвого и доступного дерева, пару досок уже прогнили, да и всё в доме было деревянным, прямо глазу не за что было зацепиться — везде этот горький коричневый цвет. Даже лучи солнца не спасали, они освещали комнату, делая её более мягкой, но мой взгляд цеплялся за тёмные углы, стремясь доказать себе, что это пыточная.

Матушка сидела у окна, вязала что-то из серой шерсти. Услышав звук открывающейся двери, она подняла взгляд на порог, и её лицо по-девичьи смягчилось. Она легко улыбнулась, отложила свою пряжу и подошла ко мне, схватив моё лицо и поднеся к себе, внимательным взглядом прошлась по нему, будто сканером.

— Ты изменился, — ласково улыбаясь, сказала она, пристально рассматривая под лицо, с такой смесью чуств  будто в последний раз видит.— Добро пожаловать домой, Му Цин.

Моё дыхание остановилось на этих словах, и на мгновение наступила такая тишина, что я смог услышать биение собственного сердца. Словно преступнику объявили приговор.

Мне нужно радоваться.

Мне нужно улыбнуться, ведь я не видел мать несколько месяцев. Каждый сын радовался бы встрече с матерью.

Мне нужно радоваться.

Перед глазами были чёрные волосы, завязанные в косу, я не мог смотреть ей в глаза, пока не представил вместо стоящей матушки госпожу Янг. Тогда на моём лице расцвела ласковая улыбка, а напряжение в теле исчезло.

— Я дома, мама, — нежно и тихо, будто шепча, сказал я, ласкаясь об её руки словно кот. — Конечно же я изменился. Я стал сильнее...

Весь следующий день мы провели хорошо, и праздник прошёл как никогда лучше. В честь праздника на улице была ярмарка, и мы с мамой шли по ней, рассматривая украшения, а в конце дня запустили в небо небольшой фонарь, который, скорее всего, не долетит до небес, но мать он порадовал.

Весь день я проходил с тяжестью в сердце, считая минуты до следующего дня. И, как назло, в ту ночь я не смог уснуть.

Стоило мне увидеть зелёные одежды Хирото, стоящего у входа, как я тут же набросился на него, заключив в объятья.

— Эй, думай о приличиях! — тут же послышался его возмущённый голос, но попыток выбраться не предоставлялась, так что я обнимал его в своё удовольствие.

Плотно прижав к себе, пальцами вцепившись в его одежду, я не отпускал, вдыхая запах его духов. У меня чуть ли не навернулись слёзы от родного тепла, что я успел позабыть, находясь в монастыре.

Всхлипнув, не позволяя слезам скатиться, я уткнулся в его плечо, пряча в складках одежды лицо, которое явно было непрезентабельным.

— Эй, ты... — замерев на месте, обеспокоенно сказал Хирото.

— Постой так, — осипшим голосом произнёс я, словно мольбу. — Постой так ещё немного... пожалуйста.

И Хирото замер, стоя как палка, не пытаясь ни утешить, ни обнять в ответ. Скорее всего, его семья была холодной — настолько, что не просто продала его в бордель, обманув, но и крохи любви не дала.

Аристократические падонки!

Выпустив бедную сахарную тростинку из своей медвежьей хватки, я по-быстрому начал вытирать лицо, приводя себя в порядок.

— Что-то я раскис, — шмыгнул носом, с улыбкой сказал я. — Но я рад тебя видеть!

— Я заметил, — тактично сказал Хирото, с расширенными глазами смотря мне в лицо.

— Ладно, забыли, как там остальные?

- Все в зале, спросишь у них сам, — сказал Хирото, поворачиваясь ко мне спиной и заходя вглубь борделя.

Как настоящий джентльмен, встав на колени и, протягивая даме цветы, смотря ей точно в глаза, я заговорил:

- Таких цветов не существует, но я преподнесу их тебе! — протягивая небольшой букет чёрных роз.

В удивлении расширенные глаза Нан Мао говорили сами за хозяйку. Та, не веря в полученный подарок, осторожно приняла букет, приподнесла к лицу, рассматривая, а потом и вовсе оторвала лепесток.

- Чёрные... — тихо бубнила сама себе, а затем взглянула на меня со смесью множества чувств, улыбнулась.

Не такой лёгкой соблазнительной улыбкой, как раньше, а нежной, ласковой, наполненной тихой радостью.

- Как тебе это удалось? — спросила подошедшая Мая Ми, рассматривая букет.

Встав с колен, я повернулся к ней, заметив, что она стала значительно ниже, чем раньше.

Неужели я вырос?

- Я окрасил белые цветы в чёрный цвет.

- Но я не вижу на лепестках и капли краски, — заявила Нан Мао.

Улыбнувшись довольной лисий улыбкой и хитро прищурив глаза, глядя на цветы, я ответил:

- Я не красил каждый лепесток. Я пошёл куда более хитрым путём — окрасил воду, что питала цветы.

Нан Мао переводила взгляд с меня на цветы.

- Значит ли это, что я могу повторить этот трюк?

- Конечно, каждый может.

- Тогда я сделаю жёлтые розы и украшу ими комнату! — воскликнула Мая Ми, а другие задумчиво прищурились, явно тоже воспылав интересом к этой идее.

Мая Ми, схватив меня за локоть, повела к накрытому столу, заявив, что пора праздновать.

- Ого, какой шикарный стол! — воскликнул я, рассматривая круглыми глазами курицу, рыбу, лепёшки, какие-то морепродукты, которые я видел у принца на столе.

- А это за мой счёт или как? — обведя всю эту прелесть пальцем, спросил я, заинтересованно смотря на госпожу Янг, что, как хозяйка, сидела во главе стола, а по правую руку от неё — Нан Мао как её наследница.

Госпожа Янг усмехнулась, видимо представив, как увеличивается мой долг в разы.

- Можешь расслабиться, всё за счёт заведения.

Затем госпожа Янг взяла свою чашу и, посмотрев на всех присутствующих, резко подняла её вверх.

- С праздником! — воскликнула она, и все, как один, тоже начали поднимать свои чаши с вином.

- С праздником! Да благословит нас Владыка Небесный!

- С праздником! — как и все воскликнул я, а затем по старой русской традиции раздал тост: — Чтобы все были богаты, и у нас росла зарплата!