ярость зверя и зов стаи

Я чувствовала, как моя жизнь, моя сила, медленно утекает. Амулет в руках Ксандера пульсировал, высасывая из меня каждую частицу энергии. Моё тело на кровати дрожало, сознание затухало. Я была бессильна, прикована к этой пытке.

Пэйтон метался в огненной тюрьме Ксандера. Пламя обжигало его, вербена разъедала кожу, но сквозь боль он видел меня. Он видел, как меня истощают. И в этот момент его животная, чистая ярость достигла предела. Он был монстром, и этот монстр не мог видеть, как его добычу забирают. Огонь, который должен был его сдержать, стал лишь топливом для его гнева. Он взревел, и этот рык был не просто звуком — это был выброс чистой, первобытной вампирской энергии, который заставил стены особняка задрожать. Магические цепи Ксандера затрещали и рассыпались. Пэйтон вырвался из пламени, его кожа дымилась, но глаза горели яростным, чистым алым светом. Он был неудержим.

— Ты не тронешь её! — прорычал Пэйтон, бросаясь на Ксандера.

Ксандер, опешивший от такой силы, отшатнулся. Но он был опытным Охотником. Он поднял свой обсидиановый посох, который начал светиться зловещим черным светом. Битва разгорелась с новой силой. Пэйтон был быстрее, но посох Ксандера создавал барьеры, отбрасывал его. Вампирская мощь против древней магии.

Тем временем Стейси, бледная, но решительная, схватила свиток Авани.— Это ритуал, который может разделить её сущность! Но нужен кто-то, кто пожертвует своей энергией! — кричала Авани, пытаясь отвлечь Ксандера.

Стейси уже начала читать заклинание, её глаза были прикованы к древним символам. Но не успела она дочитать и нескольких строк, как окно комнаты разлетелось вдребезги.

В проеме показался Винни Хакер. Он был не один. С ним были двое других Охотников Пяти, более молодых и менее опытных, но вооруженных до зубов.— Не дайте ему забрать её силу! — крикнул Винни, указывая на Ксандера. — Он предатель! Он хочет использовать её!

Охотники бросились на Ксандера, который теперь оказался зажат между Пэйтоном и своими бывшими союзниками. В особняке начался настоящий хаос. Столы переворачивались, вазы бились, каждый угол комнаты стал полем боя.

В этот момент в проёме главной двери появилась Вики. Её глаза светились золотом, а в движениях появилась нечеловеческая грация. Рядом с ней стоял Брайс — огромный, мускулистый оборотень, от которого исходила мощная, дикая аура. Он почувствовал меня. Почувствовал мою боль.

— Сестра! — прорычал Брайс, и его глаза сосредоточились на Ксандере. — Он её убивает!

Вики, сбросив человеческое обличье, превратилась в огромного, светлошерстного волка. Она прыгнула в гущу сражения, её клыки нашли горло одного из Охотников Винни, который пытался атаковать Стейси. Стейси вскрикнула, но продолжила читать свиток, пытаясь сосредоточиться.

Брайс атаковал Ксандера, который теперь отбивался от всех сторон. Вампир, оборотни, Охотники — все против одного.

Винни, увидев, как Вики превратилась, изумленно вытаращил глаза.— Оборотни? Этого не было в пророчестве! — прошептал он.

В этот момент, пока все сражались, в другом месте, за сотни миль от особняка, Сиерра привела Винни к Джошу. Джош сидел в полумраке старой церкви, окруженный магическими артефактами. Он был невысок, с пронзительными глазами и тонкими, нервными пальцами.

— Она — Пустота, — сказал Винни, переводя дыхание. — Что это такое, Джош?

Джош медленно поднял голову.— Пустота не уничтожает мир, Винни. Она его... перестраивает. Она — это чистое, неразбавленное начало и конец всего. Но она не знает себя. Ей нужен Проводник. Тот, кто сможет направить её силу.

— И кто этот Проводник? — спросила Сиерра, её голос звучал нетерпеливо.

— Это всегда был тот, кто любил её больше всего, — ответил Джош, его взгляд был направлен в пустоту, словно он видел далеко за пределами этой комнаты. — Тот, кто был готов ради неё на всё. Тот, кто сам был монстром, но для неё — светом.

Винни и Сиерра переглянулись. Джош говорил о Пэйтоне.

— Но если её сила вырвется, она сожрет его, — сказала Сиерра.

— Нет, — Джош покачал головой. — Есть способ. Легенда гласит, что истинный Проводник может не только направить Пустоту, но и... поглотить её. Слившись с ней в единое целое. Стать её якорем. Это опасно. Он потеряет себя. Но только так можно спасти мир.

*

В особняке, Ксандер, оказавшийся под ударами Пэйтона и Брайса, ослаб. Он выронил амулет. Сила, которую он высасывал из меня, вернулась обратно. Моё тело вздрогнуло, сознание вспыхнуло, но я всё ещё не могла двигаться.

— Якорь! — закричала Авани, указывая на Пэйтона. — Пэйтон! Ты должен стать её якорем!

Пэйтон, весь в крови и грязи, обернулся. Его глаза встретились с моими. В них была дикая страсть, но и понимание. Он знал. Знал, что должен сделать. Он монстр. Но он мой монстр. И только он может меня спасти.