Глава 17. Обаяние и острый ум в одной лисе

– Мамочки!

От неожиданного голоса Саю в ужасе подскочила, а её пушистый хвост взметнулся вверх, как у испуганной кошки.

Ошибки быть не могло – это был её голос.

Саю медленно обернулась, и, как она и боялась, женщина стояла там с милой улыбкой на лице.

И хотя эта улыбка казалась тёплой и дружелюбной... Но Саю знала цену этому впечатлению.

Эта женщина была опаснее некуда.

Она была именно такой, какой Саю представляла себе хитрую, манипулирующую лисицу.

Коварная, острая на язык и всегда на шаг впереди.

– Н-никто! Я просто жаловалась на злюку-стражницу у ворот, которая не позволила мне умыться! Какая грубость! Она прямо напрашивалась на обзывательства!

Маленький сонный мозг Саю, обычно мирно дремавший, теперь работал на полных оборотах.

Наверное, впервые в жизни ей удалось так складно соврать.

Видимо, правду говорят: отчаяние раскрывает скрытый потенциал.

– Ты принесла то, что я просила?

Женщина откусила кусочек трёхцветного данго. Его мягкая, тягучая текстура мгновенно подняла ей настроение.

Блестящая поверхность данго сверкала, словно утренняя роса на лепестках сакуры. Один укус дарил ощущение весны во всей красе – идеальная закуска для любования цветами.

Имея в руках нечто настолько вкусное,трудно не почувствовать, будто весь предстоящий год будет таким же ярким и красочным, как дорога, усыпанная лепестками.

– П-принесла!

Саю быстро потянулась назад, запустила руку в свой непомерно большой хвост и спустя мгновение вытащила оттуда свиток.

Внутри было всё, что она и другие ниндзя из Сёгуна Сюмацубан собрали за последние несколько дней на острове Наруками.

Такие подробности, как кодовое имя таинственного Предвестника Фатуи, узоры его маски, свойства Глаза Бога и даже то, чем он занимался в последнее время.

От их глаз не укрылся даже сверхсекретный стратегический совет Бай Ло в поместье Хийраги.

– Ты хорошо постаралась, маленький ниндзя-мудзина.

– Я не тануки – постойте, как вы меня назвали?!

Саю моргнула: сначала от потрясения – а затем её лицо буквально расцвело от радости.

Кто-то наконец понял, что она тануки, а не мудзина!

Постойте-ка, наоборот! Она не тануки, она мудзина!

И всё же... эта женщина... была невероятна.

Просто гений! Поистине потрясающая и острая на ум...

Стоп.

Лицо Саю застыло.

Так, притормози.

Она внезапно сделала несколько осторожных шагов назад, широко распахнув глаза от подозрения.

Это было опасно.

Всего одна фраза, и она чуть было полностью не очаровала её – Саю даже показалось, что будет вполне нормально,если женщина погладит её по голове.

Это ненормально.

Обычно Саю ненавидела, когда её гладят по голове.

Если бы не её стойкое отвращение именно к этому действию, она могла бы и не заметить, насколько опасной манипуляторшей является эта женщина.

– Что ж, — небрежно взмахнув палочкой данго, произнесла женщина.

– Раз уж ты доставила сведения до того, как наш гость вообще прибыл, я прощу тебя на этот раз. Скажи своему начальству, что им больше не нужно следить за Кабукимоно. Просто присматривай за этим так называемым «Наставником» из Фатуи.

– «До того, как он прибыл»?..

Саю недоуменно моргнула и проследила за взглядом женщины в сторону нижнего квартала города Инадзума.

Замок в Инадзуме был построен на склоне,так что чем глубже заходишь внутрь, тем выше поднимается уровень земли – вплоть до самой вершины, где возвышался Тэнсюкаку, резиденция Всемогущего Сёгуна.

С их наблюдательного пункта на среднем уровне открывался прекрасный вид на повозку Фатуи, которая как раз въезжала в город.

– Поняла, — кивнула Саю.

От одной только мысли о Бай Ло, который накануне гнался за ней через половину острова, по спине пробежал холодок.

Она и сама была довольно умелой беглянкой – но этот мужчина каким-то образом всю дорогу держался с ней наравне.

Жуткий тип.

Он определённо попал в список Саю «Ни в коем случае не связываться».

Как минимум – в первую пятёрку.

Петляя по дорогам, которые Бай Ло мог бы выбрать для своего пути, Саю продемонстрировала истинный талант ниндзя и быстро растворилась в тени отвесных скал, обрамляющих город Инадзуму.

Женщина же тем временем стояла, небрежно опершись на деревянные перила на краю утеса, сжимая данго в руке.

Она прищурилась, глядя на подъезжающую внизу повозку Фатуи.

– Значит, «Наставник», хм... Похоже, ты будешь весёлым экземпляром.

................................................................................................

Окраины города Инадзума рисовали картину безмятежности старины.

В отличие от бурлящего сердца города, этот район казался нетронутым его яркой суматохой. Хотя он и лежал далеко от Тэнсюкаку, где обитала Сёгун, её присутствие и изящество ощущались даже здесь – принося земле тихую жизненную силу, словно спокойный весенний бриз,проносящийся сквозь древнюю деревню.

Но стоило только пересечь эту невидимую черту и войти в сам город...

Вы оказывались в самом сердце,пульсирующем жизнью острова Наруками.

Это был город Инадзума – самый процветающий и оживлённый квартал во всём регионе.

От Ханамидзаке до городских улочек тропа вилась вверх по естественному склону, направляя путников мимо традиционных лавок и закусочных, которые придавали Инадзуме её неподвластное времени очарование.

Здесь можно было отведать местные деликатесы, пропитанные региональным колоритом, вроде культового трёхцветного данго или кицунэ рамен.

Разумеется, встречались и несколько чудаковатых блюд – например, пресловутое «молоко с данго».

Для более консервативных жителей Инадзумы этот конкретный рецепт граничил со святотатством.

– Это оскорбление кулинарного наследия! – говорили бы они.

В результате лишь немногие смельчаки или любопытные души когда-либо осмеливались это попробовать.

И всё же, кто знает?

Может быть, однажды, после того как какая-нибудь шишка отведает это блюдо, эта странная маленькая закуска наконец получит признание, которого заслуживает.

Среди множества учреждений, притаившихся в городе, выделялась Комиссия Тэнрё, которая ведала общественной безопасностью и военными делами под началом Сёгуната.

А в самом центре всего этого?

Грозная генерал Кудзё Сара.

Все знали, что она тэнгу – и всё же её непоколебимая дисциплина и преданность делу заслужили уважение народа.

До такой степени, что по улицам горячо циркулировали слухи:

«Генерал Кудзё вовсе не ёкай! Люди просто возводят на неё поклёп!»

Сама Сара никогда не обращала внимания на шепотки.

Для неё то, что она была тэнгу, не имело никакого значения.

Значение имела лишь служба Сёгуну.

Пока она могла быть полезна своей госпоже – даже будучи ёкаем, – это того стоило.

Её абсолютная преданность принадлежала Сёгуну и идеалу вечности, который та олицетворяла.

С её точки зрения, пока нагината Сёгуна,заряженная молниями, продолжала потрескивать от силы, её собственная убеждённость никогда не дрогнет.

Там, где район Комиссии Тэнрё встречался с главной магистралью, возвышался Тэнсюкаку – неоспоримый оплот власти Инадзумы.

Под безмолвным, вечным взглядом Превосходительства Наруками Огосё верили, что однажды все мирские одержимости и раздоры рассеются.

В том раю, который виделся Сёгуну, больше не будет нужды гнаться за амбициями или желаниями.

Хотя... какого именно рая на самом деле жаждала Сёгун?

Из всего, чем славилась Инадзума, мало чтобы ло так любимо, как цветение сакуры.

Когда они распускались, лепестки падали словно тихий дождь, укутывая улицы подобно облаку розового тумана.

Если вы были неосторожны, проходя мимо, тосами не замечали, как оказывались покрыты цветами.

До введения самоизоляции это место было пристанищем для странствующих поэтов и любопытных учёных в равной степени.

Даже сейчас местные жители очень гордились усыпанными лепестками дорожками, которые составляли саму суть Инадзумы.

Но с появлением Указа об Охоте на Глаза Бога это тепло исчезло.

Барды перестали петь. Учёные замолчали.

Теперь под кронами вишен больше не было пьяных поэтов с рукавами, испачканными тушью – только опавшие лепестки и затяжные вздохи.

.................................................................................................

Переступив границу города, даже Бай Ло – несмотря на свой статус посланника из Снежной – был вынужден подчиняться местным правилам.

Это была Инадзума, а здесь ранг не покупал привилегий.

В конце концов, Анемо слаймы всё ещё оставались монстрами.

Провозить одного в город было практически приглашением для Комиссии Тэнрё пополнить их статистику арестов.

об арестах.

На глазах у любопытных горожан Бай Ло вышел из своей повозки, запряженной слизью, и остановился под тем же вишневым деревом, где когда-то отдыхал Саю.

Анемо слайма временно заберёт себе Комиссия Тэнрё.

Он сможет забрать его после того, как закончит свои дела, но если тот доставит кому-нибудь неприятности в это время,вся полнота ответственности ляжет на Бай Ло.

Впрочем, ему было на это плевать.

В конце концов, счета оплатят Фатуи.

Он мог устроить сколько угодно хаоса, а платить по счетам будет кто-то другой.

По крайней мере, он хотя бы не тратил деньги так безрассудно, как «Чайльд».

На фоне Чжун Ли, который разбрасывался морой, словно конфетти, и совершенно не умел торговаться, Бай Ло выглядел просто образцом бережливости.

Что бы ни делал Бай Ло, у него не было ни единого шанса перещеголять этих двоих в тратах.

Эта парочка могла заказать целый императорский банкет ради обычного обеда.

Так что... пусть пока остаются на первом месте.

......................................................................................................

Как только его документы были проверены и одобрены, Комиссия Тэнрё махнула ему рукой, разрешая проход.

Забрав свой пропуск, Бай Ло внезапно замер...

Что-то привлекло его взгляд.

Он поднял голову и встретился взглядом состоявшей неподалёку женщиной.

Она не отвела глаз.

Наоборот, она улыбнулась и подняла палочку с трёхцветным данго, легонько помахав ею в его сторону.

Словно говоря:

«Добро пожаловать в Инадзуму».

Примечание:

1. Название главы в оригинале: The Fox of Both Beauty and Brains (Лиса, сочетающая красоту и ум).

2.Трёхцветный данго– мягкая и вязкая закуска. Из рисовой муки сделали тесто, слепили шарики и приготовили их на пару. Цвет сакуры и львиный зев сделали эти данго особенно яркими.

3.Кабукимоно – это одно из имён Скарамуччи.

В Японии так называли в основном самураев и ронинов (самураи без господина),которые не смогли встроиться в мирную жизнь после окончания больших войн. Они сбивались в уличные банды и демонстративно отвергали общественные нормы.

Проще говоря – это бунтари и «неформалы» Японии конца периода Сэнгоку и эпохи Эдо (конец XVI – XVII век).

4.Изображение Ханамидзаки

5. Молоко с данго – креативный напиток, приготовленный путём добавления данго в молоко. Сладкий и густой. Клиенты в полном восторге.

Но не забывайте, что в него добавлено данго. Стоит выпить слишком много и у вас может пропасть аппетит.

6. Возводит поклёп – клеветать, распространять клевету на кого-либо.

7. Нагината – японское холодное оружие, представляющее собой изогнутый односторонний клинок(по форме напоминающий меч), закреплённый на длинной рукояти (именно рукояти, а не древка). Часто нагинату ошибочно называют алебардой, но по конструкции и технике применения она ближе к европейской глефе или русской совне.

Оружие РайдэнСёгун (Сияющая жатва):