Эпилог. Встреча и расставание

3000 лет назад

Эан Дай вышел на космодром и двинулся вперед, вглядываясь в сумрак позднего вечера. Он хорошо ориентировался в темноте, и ему не составило труда разглядеть стройную высокую фигуру, которая стояла к нему спиной на самом краю каменного плато.

Эан поспешно обнажил Клинок ледяной Ярости.

Ощутив его присутствие, мужчина развернулся.

Это был Принц Акх-Нанку, тот самый, от чьей кожи и лица Эану было так сложно отвести взгляд в день прибытия Шшетаури на Землю.

... Эан сделал шаг к нему. Клинок уже исчез, но осанка осталась такой, будто он всё ещё держал его в руке. Спина прямая. Плечи откинуты назад. Глаза — острые, как лезвие. Холодный ветер развевал их волосы и полы одежд, и Эан плотнее запахнул ворот.

Он смотрел на Акх-Нанку — долго — с тем самым холодным, скользким выражением, от которого даже самые смелые бойцы начинали ощущать себя песчинками под каблуком.

Его взгляд, тяжёлый, надменный, медленно скользнул по лицу Акх-Нанку, задержался на полосе чешуи, на вертикальных зрачках — и словно окатил юного Принца ледяной волной презрения.

— Значит, вот как далеко вы зашли, — наконец произнёс Эан. Голос его был спокоен, почти ленив, но в нём звенела сталь. — Чтобы вывести гибрид, способный вступить в контакт с Титанами, который будет мыслить как Титан, но играть на стороне рептилий, вам пришлось... — он запнулся, а потом сказал:

— Украсть генетический материал. Запятнать нашу кровь своим... экспериментом. Как же сильно вы хотите стать Богами?

Акх-Нанку не ответил. Не шевельнулся. Он смотрел на Эана, как смотрят на восход солнца после столетней тьмы.

В его взгляде — ни обиды, ни возмущения. Только — восхищение. Сильное. Яростное. Почти непристойное.

Но лицо его оставалось собранным. Эан сказал:

– Я получил твое послание. Зачем ты звал меня?

Акх-Нанку сделал к нему шаг из темноты. А потом поспешно опустился на одно колено, склонив голову. Аккуратно коснулся края белых одеяний Титана и поднес к губам. Тот, не ожидавший такого поворота, едва заметно пошатнулся, но тут же взял себя в руки.

– Эан Дай, я... Эан.... – Акх-Нанку запнулся, собираясь с духом. Прижал к груди ладонь, словно пытаясь унять бешено колотящееся сердце. – Послушай, я... не собираюсь тебя убивать, я просто хотел сказать.... Я хотел... – он снова помялся, а потом поднял голову и решительно произнес:

– Эан, послушай, я не думал, что мой отец будет творить здесь такие ужасные вещи. Прости меня. Нас.

Эан отшатнулся.

– Зачем ты говоришь мне это?

Акх-Нанку стиснул кулаки.

– Я не согласен с тем, что он делает. Я хотел попросить прощения от лица... от лица нашей семьи. От лица нашей расы. Он действительно не предупреждал нас. Он лгал нам. Всем, кто полетел с ним.

Эан вскинул брови и спокойно посмотрел на него снизу вверх.

– Ты можешь что-то сделать с этим? Помешать ему?

Акх-Нанку отвел взгляд.

– Я... я пока не знаю, я не знаю, смогу ли я ему противостоять, у него есть несколько сильных сторонников, и мне одному с ними не сладить.

Губы Эана тронула ехидная усмешка.

– Знаешь, я сегодня не в том настроении, чтобы жалеть тебя, Акх-Нанку, – саркастически выговорил он. Поднимайся, это твое представление ни к чему.

Акх-Нанку поднял на него свои оранжевые глаза. Встал на ноги и сделал пару шагов вперед, оказавшись уже совсем рядом с Титаном. Тот не двинулся с места.

Почти.

— Знаешь, я был создан, чтобы понимать вас, — тихо сказал Акх-Нанку, склонившись к его уху. Его тон изменился. — Чтобы понимать тебя. Но теперь я вижу: этого недостаточно.

Он помолчал. Его зрачки чуть сузились. Эан тоже не говорил ничего.

— А ваша раса красивее, чем я мог себе представить, — осторожно, словно подбираясь ближе, произнес Акх-Нанку.

Он хотел сказать другое, но не посмел. Пока не посмел. Эан едва заметно качнул головой, будто хотел стряхнуть с себя этот взгляд. Он отступил на шаг и скрестил руки на груди, не скрывая ни холода, ни презрения.

— Это не комплимент. Это нарушение дозволенного.

Он помолчал, а потом снова продолжил.

— Мы не давали вам права вторгаться в наш геном. Это осквернение, а не союз. Грязная алхимия, в которую вы полезли без понимания последствий.

Акх-Нанку опустил взгляд на камень у ног — будто смиренно. Но в уголках его губ на миг дрогнула тень улыбки.

— Может быть. Но результат, кажется, тебя волнует.

Он снова взглянул Эану в глаза.

— А значит, не всё было ошибкой.

Эан резко выдохнул носом и отвернулся, будто даже воздух рядом с Акх-Нанку был ему противен.

— Я не собираюсь говорить с подделкой. Передай своему отцу: мы не заключаем союзов с теми, кто нарушает границы.

Он отвернулся и хотел, было, уже уйти, но Акх-Нанку схватил его за локоть.

— Почему ты винишь меня? — вдруг заговорил он. Эан вздрогнул и замедлился на мгновение. Но этого было достаточно, чтобы поколебать его уверенность. Он быстро вырвался из звериной хватки. Но, увидев его нерешительность, Акх-Нанку не отлипал. — Почему ты винишь меня? Разве это я виноват в том, что меня создали таким? Что отец решил украсть ваш генетический материал? Что создал меня, чтобы я манипулировал тобой? Думаешь, у меня нет собственной воли?

Эан остановился. А потом обернулся.

— Я не виню тебя, — уже не так уверенно сказал он.

Акх-Нанку сделал еще шаг, словно змея, которая подползала все ближе.

— Тогда почему ты мне не веришь?

Эан взглянул в его лицо. Впервые посмотрел прямо в оранжевые глаза.

— Потому что ты пока еще не доказал мне обратное, — спокойно произнес он.

– Послушай, я обещаю, что подумаю над тем, что я могу сделать, – пылко зашептал Шшетаури. – Послушай, я действительно не ожидал, я не знал....

– Ты не знал, что они делают такую машину, которая воздействует на ауру? – прервал его Эан. – Ты не участвовал в ее создании? Ты действительно не знал, или ты сейчас врешь?

– Я знал, но я не знал, что отец собирается вот так использовать ее! Я не понимал последствий!

Эан издал короткий смешок. Акх-Нанку стоял совсем близко, и Эан не понимал, что он чувствует в связи с этим. Но он совершенно не хотел отступать.

– Ну, разумеется. Он создал ее, но не собирался использовать, – Эан помолчал. – Впрочем, ты не обязан говорить мне все это. Ты – один из них, и останешься одним из них.

Он глубоко вздохнул и посмотрел в сторону. Он все еще был слишком зол, но вдруг ощутил легкий укол вины – наверное, ему не нужно было так грубо отвечать этому Шшетаури .

– Как раз об этом я и хотел поговорить, – тихо сказал Акх-Нанку. – Позволь мне остаться здесь, с вами. Я хочу стать одним из вас. Я ведь наполовину Титан. Даже... больше, чем наполовину, ваши гены очень сильны. Я даже больше Титан, чем рептилия. Я даже больше Титан, чем она....

Он осекся и замолк, а потом снова опустился на одно колено, склонив голову.

– Располагай мной, как считаешь нужным.

При этих словах глаза Эана округлились. Но, прежде чем он успел ответить, женский голос прервал их беседу.

– Что он здесь делает?

Акх-Нанку и Эан вздрогнули и повернули головы. Эан непроизвольно вцепился в плечо Акх-Нанку, поднимая его на ноги.

Тайгурис летящим шагом двигалась прямо на них. Ее золотистые одежды развевались в сумерках, а стремительные движения создавали ощущение нависшей угрозы.

Акх-Нанку заметно напрягся. Он не бросился бежать, не отступил, не испугался. Он только сделал шаг вперед, словно пытаясь заслонить собой Эана, но тот опередил его, невольно схватив за руку и сжав запястье. Ощутив прикосновение к своей коже, Шшетаури замер на месте и, повернув голову, во все глаза уставился на Титана. Тонкие холодные пальцы тревожно сжались.

Казалось, Эан не отдавал себе отчета в собственных действиях, только крепко, слишком крепко стискивал кисть Акх-Нанку, будто пытаясь таким образом защитить его и удержать на месте.

Тот же, не отрываясь, смотрел на Эана, не в силах отвести взгляд от его точеного профиля, от его белой шеи, от его небрежно откинутых назад волос.

Аштахар остановилась в нескольких шагах от них. Увидев, что Эан держит Акх-Нанку за запястье, она сдвинула брови.

Словно сканируя, она несколько мгновений изучала ауру Шшетаури из-под нахмуренных бровей. Внезапно ее черты смягчились.

Она перевела взгляд на застывшего Титана.

– Что вы здесь делаете? – мягко спросила она. – Я вам помешала?

Эан сглотнул, вдруг осознав, что все еще держит руку Акх-Нанку в своей. Его пальцы поспешно разжались.

Но Акх-Нанку быстро перехватил его ладонь, не давая ей ускользнуть.

– Мы просто разговаривали, – сказал Эан.

Аш Тахарр склонила голову на бок, внимательно разглядывая их. Акх-Нанку все же сделал крошечный шаг вперед. Эан дернулся, было, но Акх-Нанку заговорил, все так же не выпуская его руки из своей.

– Я не согласен с тем, что делает мой отец, – хрипло и торопливо произнес он. – Я хотел просить Эана забрать меня к вам. И я хотел просить и тебя, Великая Аш Тахарр. Может быть, я мог бы быть вам полезен. Я много чего знаю, я ученый, лекарь. По меркам нашей цивилизации, конечно.

Он почтительно поклонился.

– Вы можете располагать мной.

Аш Тахарр, раскрыла, было, рот, но Эан опередил ее. Ему все-таки удалось освободить свои пальцы от крепкой хватки Акх-Нанку, и он поспешно спрятал руки в рукава.

– Об этом не может быть и речи, – решительно заявил он. Он ощущал, что его сердце стало биться сильнее, и это беспокоило его.

Не поднимая головы, Акх-Нанку вздрогнул.

– Об этом не может быть и речи, – повторил Эан. – Ты не можешь остаться. Какую цену я и мой народ должны будем заплатить за твое присутствие здесь?

Губы Акх-Нанку дрогнули. Он стоял, подняв плечи и опустив голову, словно выслушивая приговор.

– Но, Эан, – начала Аш Тахарр. – Его аура показывает, что он не лжет. Я не понимаю....

– И не нужно ничего понимать, – ледяным тоном прервал ее Эан. – Мы и так слишком многим заплатили за то, что он и его отец... мы не можем. Я... я не могу.

Он осекся и повернулся к Акх-Нанку.

– Уходи, – сказал он. – Уходи, ты не можешь оставаться здесь. Я не хочу тебя здесь видеть.

Тот поднял глаза и задержал медный взгляд на его лице. А потом снова склонил голову.

– Хорошо, как скажешь, Эан, – неожиданно покорным тоном произнес он. – Я дам тебе время подумать. Я подожду.

При этих словах пришла очередь Эана застыть на месте. Он невольно опустил ресницы и плотно смежил веки. Почему-то дыхание сбилось, но он быстро взял себя в руки.

Затем развернулся и двинулся прочь. Аш Тахарр бросила на Акх-Нанку короткий взгляд, пожала плечами и, поджав губы, последовала за Эаном.

Акх-Нанку еще немного постоял на холодном ветру, а потом бесшумно исчез в темноте.

– Почему ты прогнал его? – спокойно спросила Аш Тахарр. – Ты ведь лучше меня знаешь, кто он такой?

Эан Дай посмотрел на нее. В его взгляде отразилось страдание.

– Разумеется, – кивнул он. – Я знаю, кто он.

– И что же? Почему ты себя так ведешь?

Эан Дай пылко развернулся.

– Это совершенно другое существо! Он переродился, совершенно утратил память обо мне, обо всех нас! Это... это уже кто-то совсем другой! Я не знаю, друг ли он нам, или враг! Я не могу рисковать народом из-за него!

Аш Тахарр покачала головой.

– Я думаю, тут дело в другом. Как ты объяснишь то, что он появился здесь?

Эан помолчал.

– Это просто случайность, – глухо сказал он.

Аш Тахарр не удержалась от ехидного смешка.

– Случайность? – рассмеялась она. – Среди тысяч миров, которые они могли посетить, они выбрали именно наш. Среди тысяч Титанов они захотели увидеть именно нашу группу. Среди всех он снова выбрал именно тебя. Ты действительно думаешь, что все это случайность? Мне кажется, я определенно упустила что-то в твоем обучении, Эан Дай.

В ее голосе послышалась горечь. Эан вскинул брови.

– Да? И как же тогда ты объяснишь его появление здесь?

– Может быть, кто-то могущественный помогает вам? Кто-то, кто держит под контролем переходы от формы к форме, от осознания к осознанию?

Эан ухмыльнулся.

– Хочешь сказать, сами Боги помогают нам? Наши Боги давно мертвы и сами, наверное, не помнят себя.

Аш Тахарр не унималась, не обратив внимания на иронию.

– Ты же знаешь, что потеря памяти – это небольшая плата за перерождение. Или ты... боишься, что в этот раз он не полюбит тебя?

Ухмылка сползла с лица Эана. Он судорожно сглотнул.

– Я не хочу об этом говорить, – тихо сказал он. – Ему больше нет места в моей жизни. Я ухожу. Спокойной ночи.

С этими словами он развернулся и направился прочь. Аш Тахарр осталась в одиночестве на обдуваемом холодными ночными ветрами плато.

***

Аш Тахарр стояла на высокой террасе Великой Пирамиды, и её золотые одежды едва шевелились в неподвижном воздухе. Она всматривалась вдаль, словно могла различить за горизонтом очертания грядущего.

Снегопад утих, оставив землю Агарти укрытой безмолвным белым саваном. Утро было морозным и тихим: ни ветра, ни птичьего крика, только мягкий звон тишины, как в храме перед жертвоприношением.

Внезапно небо прорезал низкий гул. Из облаков выплыл остроносый летательный аппарат — словно осколок ночи, скользнувший в белый мир. Аппарат беззвучно опустился на каменные плиты террасы, и на нем верхом сидела фигура в синем бархатном плаще.

Существо спрыгнуло на камень, мягко, почти бесшумно, и двинулось к ней.

– Ты здесь? – голос Аш Тахарр прозвучал сухо, без тени удивления. – Что нужно?

Существо остановилось в нескольких шагах, опустив голову в почтительном поклоне. Капюшон скрывал волосы, а золотая маска — лицо.

– Приветствую тебя, Великая Аш Тахарр, – голос был ровен, но в нём звенела скрытая сталь.

Она чуть повернула голову, блеснув синими глазами.

– При мне ты можешь не носить маску, – сказала она.

Существо едва заметно ухмыльнулось, но маска осталась на лице.

– Я ношу её всегда. Она – моя суть. Никому не интересно, кто я. Никому не интересно, кем я буду. Никто не знает, кто я есть на самом деле.

В её взгляде скользнула тень иронии.

– Хочешь узнать про него?

Фигура замерла, а потом снова заговорила:

– Мне хотелось.... Мне казалось, что после встречи с тобой он вспомнит всё. Ну, или хотя бы часть. Но, я вижу, мои надежды напрасны.

Жрица слегка усмехнулась, но в её улыбке не было тепла.

– Потому так упорно ведешь его сюда? Думаешь, все проблемы решатся одним махом?

Маска кивнула.

– К сожалению, змееглазые все больше выходят из-под контроля. Я 3000 лет держу в их в узде, но сейчас, когда они почуяли Камень Судьбы и призрачную силу богов, они все больше слетают с катушек. Это было ожидаемо. Поэтому мне хотелось... несколько ускорить процесс. Но... Ключ так и не проявился, верно?

– Ключ не проявится без Диска, – сказала Аш Тахарр. – Ты это и так знаешь.

Из-под маски раздался смешок.

– Разумеется. Но была надежда, что, может быть, он все вспомнит раньше.

Она кивнула она, не ответив на вопрос.

– А ты... все так же хочешь получить все?

Маска снова ухмыльнулась не без самодовольства.

– Разумеется. Ты ведь знаешь, что ниточки судьбы все равно ведут ко мне.

– Что ж, не мне решать, как и что будет вспоминать Эан Дай, – продолжила Аш Тахарр.

Тень легла на высокую фигуру. Из-под маски раздался глубокий вздох, словно существо несло тяжесть, от которой нельзя избавиться.

Существо подняло голову. В золотой маске мелькнул отблеск холодного света и прозвучал тихий голос.

– Что ж. В таком случае, мы продолжим. Но это может быть опасно. Ведь неизвестно, кто доберётся до Камня Судьбы первым.

– Никто не сможет добраться до Камня Судьбы без Эана, – глухо произнесла Аш Тахарр. – Поэтому, ты уж постарайся, чтобы твои прихвостни не убили его раньше времени. А то, смотрю, они совсем распоясались.

Высокая фигура чуть подалась вперед.

— Но когда я получу Камень – ты же знаешь, что я заберу его. Я заберу все. На этот раз.

Аш Тахарр пожала плечами — её движения были почти ленивыми, но в каждом жесте чувствовалась древняя власть.

— Мне все равно, — мрачно сказала она. — Душа Эана давно мне не принадлежит. Он сам так решил 3000 лет назад – чтобы обрести Знание, нужно сначала получить Ярость, Форму... и Любовь. Что ты собираешься делать с любовью,... Рок? Сейчас, когда он ничего не помнит, и потом, когда он все вспомнит. Неизвестно, что будет хуже для тебя, верно?

С этими словами она отвернулась и двинулась в сторону входа в Храм. Из-под маски существа раздался смешок. Затем оно резко развернулось, его плащ хлестнул по каменным плитам, словно взмах крыла ночной птицы. Летательный аппарат загудел и исчез в облаках, и белое утро снова погрузилось в тишину, будто ничего и не было.

А Аш Тахарр вернулась в безмолвный Храм. Лёд её лица не дрогнул, но в глубине глаз сверкнул свет, похожий на предупреждение.

продолжение следует......