Глава 10. Раград

...Спускалась холодная ночь поздней осени.

Одинокий всадник в плаще с капюшоном спешил на юго-восток, вниз по течению быстрой реки Гирр, поминутно оглядываясь назад, будто опасаясь погони. Но пустынным был береговой тракт, лишь изредка вырывались навстречу почерневшие и оледеневшие от заморозков пожелтевшие кустарники да клочья тумана. Он знал, что в это время года здесь редко можно было встретить путешественников или торговцев, да это и к лучшему – меньше посторонних взглядов.

...Начинались окрестные деревеньки, принадлежавшие княжеству Раград. Небольшие, словно прилепленные друг к другу заборчики и хижины поселений, черные участки огородов с сиротливо торчащими кое-где пучками пожелтевшей растительности.

Пришедшая ночь была глухой и тяжёлой. Облака давили с неба, скрывая луну, а редкие огоньки факелов у ворот княжеского дворца казались единственным светом в этом холодном, каменном мире.

Тэй, измождённый и насквозь мокрый, едва добрался до этих ворот. Он ударил кулаком в ворота, слабо, но настойчиво. Откуда-то сверху, лениво и недоверчиво, раздался голос стражника:

— Кто идёт?

— Откройте... — прохрипел Тэй, с трудом поднимая голову. — По приказу князя Теодора. Впустите!

Ответом был смех.

— Воронов теперь по приказу пускаем? Катись прочь, бродяга, пока собак не спустили.

Он сделал ещё шаг, покачнулся, снова ударил по дереву. В этот раз слабее. Боль в плечах и рёбрах почти лишала дыхания.

— Я... Тэй... — выдохнул он. — Тэан, его названный брат. Скажите князю... он ждал... Доложите....

Молчание.

Потом — возня, приглушённые голоса. Кто-то пробормотал:

— Погоди... Это же он. Это Тэй, тот самый арсин!

Он прождал довольно долго, прежде чем тяжёлый засов со скрипом отъехал в сторону. Одна из створок распахнулась, и на пороге появился сам князь Теодор — в меховом плаще, наспех наброшенном поверх ночной рубашки, с мечом на боку и тревогой в глазах.

— Тэй! — Теодор подбежал к нему, стиснул его плечи, заглядывая в глаза.

— Прости... — прошептал Тэй, стоя на подгибающихся ногах. — Я не знал, куда ещё...

— Тихо, тихо. Всё хорошо, — Теодор крепко обнял его. — Ты дома.

Позади него появилась Эста — в лёгком, почти прозрачном плаще, черные волосы её были распущены, лицо — напряжённое. Тэй не обратил на нее внимания.

Она сделала шаг, но Теодор поднял руку, не давая ей приблизиться.

— Не сейчас, — твёрдо сказал он. — Пусть приведут лекаря. Ему нужен отдых.

Он отвернулся, и Теодор, обняв его за плечи, повёл внутрь.

Двери за ними закрылись с тяжёлым гулом.

***

Полуденное солнце уже поднималось над башнями Раграда, когда Тэй наконец проснулся. Комната была залита мягким золотистым светом, воздух пах деревом и сушёными травами. Тело отдохнуло, дыхание было ровным, разум — ясным. Он чувствовал себя так, будто воскрес.

Но тревога не уходила.

Первой мыслью был Ацката.

Тэй сел на постели, провёл ладонью по лицу. Всё произошло слишком быстро: дорога, ночь, ворота Раграда. Ацката остался один на постоялом дворе, ничего толком не объяснив. Тогда это прозвучало почти буднично. Теперь Тэй понимал, что это означало.

Дверь тихо скрипнула.

Он повернул голову.

На пороге стояла Эста. В руках — поднос с горячей едой, на губах — мягкая, уверенная улыбка. Тёмно-зелёное платье подчёркивало её фигуру, движения были медленными, почти нарочито плавными.

— Доброе утро, Тэй, — сказала она, входя. — Рада видеть, что ты снова жив.

Она поставила поднос на столик и без приглашения присела рядом.

— Я решила, что тебе будет приятнее, если завтрак принесу я.

Она коснулась его плеча. Тэй мягко убрал её руку.

— С чего ты решила?

Эста чуть наклонила голову, будто вопрос её позабавил.

— Обычно мужчины не возражают.

— Не трогай меня.

Она внимательно посмотрела на него.

— Тебя ищут, Тэй, ты знаешь об этом?

Тэй встал и подошёл к окну. Двор уже шумел — гремели телеги, перекликались люди. Мир выглядел спокойным, почти ленивым.

Но тревога внутри только усиливалась.

Он не ответил.

Она немного помолчала, потом тихо усмехнулась.

— Понятно.

— Что понятно? — спросил он, не оборачиваясь.

— Он прикрывает тебя.

Тэй резко повернул голову. Эста встретила его взгляд спокойно.

— Где он? — прошептал он. — Ты знаешь, что с ним?

Несколько секунд она смотрела на него, потом усмехнулась и коротко кивнула, словно подтверждая собственную догадку.

— Значит, да.

Тэй бросился к ней и схватил ее за плечи.

— Что ты знаешь, говори?

Она мягко отвела его руки.

— Не беспокойся, с ним все будет хорошо. Его не тронут.

— Откуда тебе знать?

Он не успел услышать ответ, как двери его комнаты распахнулись с силой, и внутрь, словно вихрь, ворвался князь Теодор в сопровождении стражников и своего военачальника.

— Они идут, — напряженно бросил он на ходу. Его глаза пылали, дыхание сбивалось. — Группа всадников на въезде в город. Не наши. Один из дозорных узнал эмблему — клеймо Крукассина.

Тэй взглянул на князя.

— Сколько их?

— Не меньше двух тысяч. Хорошо вооружены. Ищут тебя, это очевидно. Уже были у западных ворот, тамошнего старосту увели с собой.

Тэй сжал кулаки.

— Ты не должен был открывать мне ворота... — пробормотал он.

— Замолчи, — резко оборвал Теодор. — Ты — мой брат. И я не отдам тебя псу вроде Крукассина.

В этот момент он заметил Эсту. Она сидела на низком стуле у постели и была слишком спокойна.

Тишина. За окнами нарастал шум. Где-то внизу на площади звенело оружие — стража готовилась к бою. Тэй и Теодор переглянулись.

Внизу затрубили в рог.

— Я буду сражаться, — решительно проговорил Тэй. — Как и всегда. Я тебя не оставлю. В конце концов, это моя вина.

— Нет, ты должен укрыться, — резко сказал Теодор, глядя на Тэя в упор. — Ты должен уходить. Ты... твоя жизнь.... Ты слишком важен для нас всех, — он бросил короткий взгляд на Эсту, а потом продолжил. — Хотэги давно ждет возможности помочь. В Академии ты будешь в безопасности. Даже Крукассин не посмеет сунуться туда.

Тэй застыл, будто его ударили по лицу. Он отступил на шаг, качнул головой, скривился.

— Нет. Я туда не вернусь.

— Тэан...

— Нет! Даже не проси! — голос его сорвался на глухую ярость. — Ты же знаешь, что для меня значит это место. Я лучше буду сражаться, чем снова войду под их крыши!

— Сейчас не время для твоих личных призраков, — сдавленно сказал Теодор. — Я больше не буду пытаться заставить тебя возглавить школу. Я... больше не буду заставлять тебя делать хоть что-то против воли. Хотэги не виновата в вашем разладе с Сиддином! Сиддин же – уже давно мертв! Найди способ примириться с ней! И с самим собой! Нам ты нужен живым. Не в цепях, не на виселице и не на щите. Живым, понимаешь? Давай оставим распри – укройся пока там, а дальше будет видно.

Тэй отвернулся, стиснув зубы. Он чувствовал, как гнев и бессилие борются в груди. Но Теодор был непреклонен.

— Если ты мне доверяешь — иди туда. Ненадолго. Хотэги — твой друг. Она не предаст тебя. А если всё станет совсем плохо... я заберу тебя сам. Клянусь.

Тэй молчал. Тогда вперёд выступила Эста. Её голос был неожиданно тихим:

— Я могу провести его. Я знаю тропу через нижние сады и тоннель у Храма Теней. Нас никто не заметит.

Они оба обернулись к ней.

Тэй — с недоверием. Теодор — с неожиданной холодностью. И надеждой.

— Ты уверена, что можно тебе доверить его путь? Его... жизнь.

— Если ты не доверяешь — дай стражу. Но я знаю, как пройти незаметно. Быстро. И если Крукассин ищет его — мне лучше знать, как его скрыть.

Тэй вздохнул. Долго, тяжело. Затем кивнул, почти не глядя на неё.

— Зачем тебе это? — наконец спросил он.

Она едва заметно улыбнулась.

— Он попросил меня присмотреть за тобой.

Тэй крупно вздрогнул. Казалось, вся кровь отлила от его лица.

— Он?...

Она спокойно кивнула.

— Да.

— Хорошо, — выдавил он. — Но одно слово невпопад, Эста — и я оставлю тебя в первом же переулке.

Она кивнула в ответ, без вызова, без кокетства. Только усталость и решимость.

— Понимаю.

Военачальник, сопровождавший князя, наконец, подал голос.

— Ты же понимаешь, что этим решением ты навсегда сеешь вражду межу Раградом и Сумадарью? Подумай хорошенько, князь, — он бросил короткий взгляд на Тэя. — Стоит ли этот мальчишка таких жертв?

Тэй молчал. Где-то в глубине души он понимал, что этот генерал был прав. Но Теодор только подошёл к Тэю, сжал его плечо.

— Ты вернёшься. Только пережди. А потом... мы пойдём до конца вместе. Клянусь этим городом. Клянусь своим троном.

Тэй сглотнул.

— Я не могу вот так уйти.

Эста тихо приблизилась к нему.

— Тэй...

Она повернулся к ней. Она склонилась к его уху.

— Сделай это ради него.

Губы Тэя едва заметно дрогнули. Князь, тем временем, повернулся к генералу.

— Отношения с Сумадарью и так никогда не были радужными.

— Да, может быть, было бы лучше не провоцировать их и не укрывать беглого преступника?

Князь фыркнул и снова посмотрел на Тэя.

— Я все решил. Уходите. Скорее!

Тот только молча кивнул. А Эста уже шагала к двери, легко, почти бесшумно. Арсин бросил последний взгляд на брата — и вышел за ней, в темнеющие коридоры дворца.

Глава 11. Боги и Титаны

Мрачный день уже перекатился далеко за полдень, когда Тэй и Эста покинули княжеский дворец. Они шли быстро, почти бесшумно, по узким улочкам, где между домами висели низкие арки, а по крышам ползли кошки, следящие за ними сверкающими глазами с вертикальными зрачками. Эста уверенно вела его, почти не оборачиваясь. Она двигалась так, будто знала каждый камень под ногами. Как будто жила в этих переулках всю свою жизнь.

Тэй держался чуть позади, настороженный. Он не знал эту дорогу. А она — знала. И это беспокоило.

Он взглянул на Эсту. Её фигура была почти нереальной — словно тень, растворённая в запахе сырости, трав и чужих шагов. Она шла, напряжённая, словно тетива. Наблюдая за ней, он и сам не заметил, как улицы расширились, как тень отступила, и перед ними выросли массивные ворота.

Академия.

Каменные башни, обвитые плющом, тянулись к небу. На воротах — герб с распахнутой книгой и перекрещёнными мечами. Свет изнутри лился тёплыми полосами.

Тэй остановился и тяжело выдохнул. Он был дома.

Он подошёл к воротам и громко постучал.

Стражники вышли из тени, и сначала навели на него копья. Но через мгновение один из них воскликнул:

— Небо и Святые Страницы!... Это же Тэй! Тэй вернулся!

Другой заулыбался и сделал шаг назад.

— Тетушка Хотэги не поверит! Она все время ждала его!

Ворота с грохотом отворились, и на пороге, закутавшись в шерстяной платок, появилась знакомая полная фигура женщины невысокого роста с пучком седых волос, прищуренными глазами и... неизменной трубкой в руке, от которой во все стороны распространялись клубы дыма. Она всмотрелась в него, и лицо её тут же осветилось.

— Ах, ты, паршивец! — воскликнула она, распахивая объятия. — Вернулся всё-таки! Я уж думала, давно унесло вихрем твои кости куда-то в пустыню или в брюхо дракона! Как же я рада тебя видеть, Тэй! Ну, иди же сюда, обниму!

Тот улыбнулся впервые за всё это время — сдержанно, но искренне. Он шагнул вперёд и крепко обнял тётушку Хотэги.

— Прости, что так долго...

— Молчи! Ничего не хочу слышать. Главное — ты здесь. А теперь — быстро в дом, греться. А то выглядишь так, будто сама Смерть за тобой гналась.

Она оглянулась, заметила Эсту, сузила глаза, но ничего не сказала — пока. Только посторонилась, пропуская и ее также. Та едва заметно поклонилась в знак благодарности.

Тэй прошёл внутрь, и ворота за ним с глухим стуком закрылись.

Он снова был в Академии. В самом сердце того места, откуда когда-то ушёл... и куда поклялся никогда больше не возвращаться.

***

Вечер был пасмурным, небо стянуто свинцовыми тучами, но дождь так и не начинался. Над стенами Раграда развевались знамёна — синие, с серебряной лилией князя Теодора. Под стенами стояло чужое войско — не столь большое, чтобы решиться на открытую осаду, но и не столь малое, чтобы его можно было просто проигнорировать.

На белых красноглазых конях, в изломанных доспехах и красных плащах, с непокрытыми головами — люди Крукассина. Их командир выехал вперёд. Высокий, жилистый, в неизменной белой мантии, только теперь – с воинственной багровой отделкой. Его пергаментное лицо было отмечено сетью тонких шрамов, а глаза — тяжёлые, маслянисто-желтые — смотрели с насмешкой и холодной расчётливостью. Белые волосы, стянутые красной лентой, трепал непокорный ветер.

Князь Теодор вышел на крепостную стену. Его плащ развевался, лицо было спокойным, но взгляд — острым, как клинок. Он остановился, глядя сверху вниз.

— Зачем явился, Крукассин? — произнёс он громко.

Белый Как Снег не стал тянуть.

— Хочу забрать мальчишку.

Его голос эхом прокатился по каменной площади перед стенами.

— Князь Ашпакай хочет видеть его при дворе.

Теодор фыркнул, сложив руки на груди, надменно глядя на него сверху вниз.

— С каких это пор тебя волнует, чего хочет князь Ашпакай? Ты ведь не пёс на поводке, чтобы бегать по его поручениям.

Крукассин ухмыльнулся, показав кривые желтоватые клыки. Он с шумом сплюнул в грязь у копыт коня.

— Спускайся, князь. Поговорим. В трактир сходим, как в добрые, пьяные времена. Помнишь? Когда ты ещё ничего не знал и верил, что весь мир тебе улыбается.

— Ну, теперь-то я знаю, что он только скалится, — спокойно ответил Теодор, не двинувшись с места. — Тебе сказали отправить его сюда – ты справился. Можешь быть свободен, верно ведь?

— Так-то оно так, — осклабился Крукассин. — Прости, князь, но ты же знаешь мое отношение к этому ребенку. И к вам всем. Я не могу все это так оставить.

Теодор едва заметно прикрыл глаза.

— Ладно, довольно. Передай своему повелителю, что я всё сделал. Он уехал. В Академию. Там его подготовят к отправке на Севевель.

Он сделал паузу, а потом добавил, понизив голос:

— А дальше... уже одним богам ведомо, будем ли мы с тобой друзьями или врагами.

Крукассин прищурился.

— Какому именно повелителю, князь? У нас тут, гляжу, их развелось — на каждого воина по два генерала.

— Ты сам знаешь, какому, — не оценив шутки, спокойно бросил Теодор.

Наступила тишина. Крукассин потянул поводья, конь переступил копытами.

— Ты знаешь, я не хочу, чтобы вернулся Эан Дай, — глухо произнес Белый Как Снег, внезапно стал серьезным. — Это всем нам принесет уйму проблем, поверь мне. В мире не должно быть слишком много богов. Лучше уж тебе не допустить этого.

Теодор посмотрел на него пристально, без улыбки.

— Это будет решать сам Эан Дай. Ты же знаешь — никто не властен над его волей.

Крукассин хмыкнул.

— Ну,... это как сказать, конечно. Воля — штука гибкая. Особенно, если правильно надавить. Да и ты тоже, — он кинул оценивающий взгляд на князя. — Совсем я не рад, что ты все вспомнил. Ты мне больше нравился... человеком.

— Всё, довольно. Разговор окончен, — резко прервал Теодор. — Ашпакай не получит своего арсина обратно. Ты и сам это знаешь. Так что уйми его. Что же касается меня – пусть дальше всё идёт, как должно. Если нам суждено быть по разные стороны, значит, так и будет. Ты знаешь, кому я служу. У нас, в отличие от вас, только один... бог.

Крукассин ответил не сразу. Его губы дёрнулись, но он лишь бросил короткий взгляд на ворота, словно что-то прикидывая, затем резко развернул коня, взмахнул рукой.

— Отходим! — рявкнул он.

Воины подчинились мгновенно. Их строй начал разворачиваться, поднимая клубы пыли. Они уходили — не торопясь, но и не оглядываясь.

Теодор смотрел им вслед, пока последний всадник не скрылся в вечерней дымке.

Только тогда он позволил себе выдохнуть.

***

Тёплый свет от ламп и очага мягко озарял низкий зал, обитый деревянными панелями и украшенный вышитыми гобеленами. Дождь снаружи тихо постукивал по стеклам. Хотэги вышла распорядиться насчет ужина, и воздух в комнате постепенно наполнялся ароматами свежевыпечённого хлеба, тушёного мяса и отваров.

Едва Эста бросила свой плащ и дорожный мешок в угол, как Тэй сразу же накинулся на нее.

— Говори, что ты знаешь!

Она устало взглянула на него.

— О чем?

— О нем!

Эста вскинула брови.

— О. Что же именно тебя интересует?

— Все!

В этот момент вошла тетушка Хотэги.

— О чем речь?

Эста усмехнулась.

— О том самом, — отозвалась она. Тэй переводил взгляд с одной на другую.

Хотэги тихо улыбнулась и развалилась в кресле, неспешно набивая трубку.

— Ах, вот оно что.

Тэй сжал кулаки.

— О чем таком вы все знаете, о чем не знаю я?!

Эста отошла к камину.

— По-моему, это очевидно. Он защищает тебя.

— Кто? — почти закричал Тэй.

Эста внимательно посмотрела на клинок, который все так же тихонько висел на своем месте.

— Ты и сам знаешь. Змееглазый лекарь.

— Зачем ему это?

Эста перевела взгляд на Хотэги, словно передавая эстафету ей.

— Важно, не зачем. Важно – от кого, — заметила та, принимая игру.

Тэй метался по комнате.

— Я не должен был бросать его. Я не должен был....

Он остановился и закрыл ладонями лицо.

— Не бойся, — сказала Эста. — Они ему ничего не сделают.

— Пока, — поправила ее Хотэги. — Пока не сделают.

Тэй, почти задыхаясь, уставился на нее.

— Что значит – пока?

— Ну, ты же знаешь, кто такой Крукассин, Белый Как Снег, — мягко произнесла Хотэги. — А его плеть... Тебе не доводилось сталкиваться с ней?

— Да к чему вы клоните? — воскликнул Тэй. — Говорите яснее.

Эста внезапно стала серьезной.

— Дело в том, что Крукассин – не человек.

Тэй бросил на нее быстрый взгляд.

— А кто? Шехи?

Хотэги сделала загадочное лицо.

— И не Шехи. Он – Потомок Первой Крови.

Эста и Хотэги переглянулись.

— Да, это так, — подтвердила Эста.

Тэй фыркнул.

— Что бы это значило?

— Он – Потомок Богов с Очень Далекой Звезды. Среди его предков не было людей. Он – Бог, Тэй.

Тэй на мгновение застыл. А потом расхохотался.

— Вы что, издеваетесь надо мной? Каких еще Богов с Очень Далекой Звезды? Может, есть еще какие-то Боги с Очень Ближнего.... Моря? Или... Песков? Пхахахахааха.....

Хотэги и Эста неодобрительно уставились на него.

— Ну, ты даешь, Тэй. Ты что, никогда не слышал о Богах с Очень Далекой Звезды, их повелителе – Роке из Заснегории? Плохо же я тебя учила, — заметила тетушка.

— Ну, слышал, — вытирая слезы, выдавил Тэй. — Но я думал, это просто... такое выражение. Сказка. Разве боги на самом деле существуют?

Эста и Хотэги снова переглянулись.

— Еще как существуют, — кивнула Эста. — Как видишь, я – прямой их потомок. Только Второй Крови. Я – дочь Бога и человека. Видишь мои глаза?

Тэй на мгновение перестал смеяться и уставился на нее. А потом снова расхохотался.

— Так, ладно, я не знаю, что вы задумали, но мне некогда тут с вами болтать, — отсмеявшись, заявил он. — Я должен ехать искать Ацкату. Может быть, он в беде.

Эста мягко положила ладонь ему на запястье.

— Подожди, Тэй. Я же сказала – с Ацкатой пока все будет в порядке. Он ведь тоже.... Потомок Богов. Пока ему не о чем беспокоиться.

— Но так будет не всегда, — добавила Хотэги. — Никому не позволено слишком долго злить Крукассина.

— Ну, вот я и собираюсь помочь Ацкате, — кивнул Тэй.

— Постой, Тэй, — неожиданно резко заговорила Эста. — Обычными силами ты с Крукассином не справишься.

— Ну, перестаньте уже, это же совсем не смешно, — так же резко ответил ей Тэй. — Хватит. Говорите прямо, к чему вы ведете?

Хотэги поднялась на ноги.

— Ты же видел Белого Змея, которым он повелевает? — осторожно спросила она.

Тэй замер на мгновение.

— Но... я думал, что... мне показалось тогда....

Хотэги усмехнулась.

— Да. Он убеждает в этом всех вокруг. Что им ПОКАЗАЛОСЬ. Разве люди могут повелевать такими тварями? Но и это еще не все. Дело в том, Тэй, что я видела Крукассина 40 лет назад.

— И что?

— Он совершенно не изменился с тех пор. Говорят, он не меняется уже много сотен лет. Как и Король Заснегории, Рок. Правда, Рока никто не видел, но....

Она развела руками. Тэй недоверчиво уставился на нее.

— Как такое возможно?

Он перевел взгляд на Эсту.

— А ты? Тебе тоже много сотен лет?

Эста усмехнулась.

— Нет. Я же не Бог, а лишь... полубог. Я не унаследовала такую долгую жизнь.

Тэй принялся ходить по комнате туда-сюда. Эста и Хотэги молчали, давая ему переварить услышанное. Потом Хотэги снова заговорила.

— Чтобы справиться с Богом, сил человека недостаточно, Тэй, — тихо заметила она.

Тот остановился и вскинул брови.

— И что же мне теперь делать?

Хотэги бросила взгляд на Эсту. Та едва заметно кивнула.

— Есть один выход. Клинок Титанов.

— А? Что?

— Клинок Титанов, — повторила за Хотэги Эста. — Клинок Титанов и Камень Судьбы. С ними ты сможешь обрести истинную силу Бога. Чтобы защитить... того, кого ты хочешь защитить.

— Допустим, — сказал Тэй. — И где его взять?

— Он здесь, — сказала тетушка.

Тэй перевел взгляд на нее.

— Подожди, ты... сейчас о том самом Клинке? Вон том? — он указал на висящий над камином клинок. — Так вся эта история была затем, чтобы я принял клинок и управление школой? Все, я ухожу, довольно.

Тетушка поспешно поднялась со своего места.

— Нет, нет, постой, Тэй. Не нужно принимать управление школой. Только Клинок. Просто возьми клинок. Просто возьми его. Я не буду больше ни к чему тебя принуждать. Это была ошибка с моей стороны. Ты... я поняла. Ты должен идти своим путем. И принимать свои решения. Но я прошу – просто забери Клинок. Его принесла твоя мать, и он твой. Сиддин хранил его для тебя все это время.

— Но вы же говорили, что он висит тут с незапамятных времен!

— Это не так. Мы говорили так, просто чтобы спрятать его. Ведь Потомки Первой Крови... тоже его ищут. Крукассин хочет эту силу.

Тэй сглотнул.

— Я... я... я не знаю, готов ли я, — пробормотал он, и с этими словами вдруг бросился прочь из комнаты. Эста и Хотэги переглянулись. Эста тихо опустила глаза. Хотэги молча затянулась.