Чтобы ты жила

Утро следующего дня выдалось хмурым, хотя на небе не было ни облака. Нова почти не спала — кошмары сменяли друг друга с жестокой последовательностью, вырывая из забытья каждый раз, когда она уже почти проваливалась в спасительную темноту. Ей снились лица, которых она никогда не видела, и события, которые ещё не случились. Или уже случились — она не могла понять. В голове всё перемешалось.

Она поднялась затемно, пока дом ещё спал. Бесшумно собрала вещи — смену белья, несколько монет на дорогу, самое необходимое. Внутренний карман жакета тяжелел от инъекции, которую она так и не решилась никому показать. Пока не решилась.

Она знала, что её «отпуск» официально не закончился. Но ей было плевать. Правда не ждёт удобного момента. Правда либо освобождает, либо убивает — и Нова предпочитала первое.

Дорога до штаба заняла меньше времени, чем она ожидала. Ноги несли её на автомате, обгоняя утренних прохожих, сворачивая в знакомые переулки. Она влетела в здание Разведкорпуса, не здороваясь с дежурным, и стремительно поднялась на второй этаж.

Дверь в кабинет Эрвина была приоткрыта. Нова толкнула её, не стуча.

Эрвин сидел за столом. Рядом, в кресле, устроилась Ханджи — её поза была расслабленной, но глаза выдавали напряжение. Увидев Нову, оба удивлённо вскинули брови.

— Нова? — голос Эрвина звучал скорее вопросительно, чем укоризненно.

— Не ждал? — она процедила это сквозь зубы, всё ещё не до конца подавив раздражение.

— Наоборот. Я только что отправил Леви за тобой. — Эрвин сделал паузу, и в его глазах мелькнуло что-то вроде усмешки. — Похоже, вы разминулись.

Нова выдохнула. Напряжение, сжавшее грудь, немного ослабло. Значит, её не забыли. Значит, она здесь нужна.

— У нас важные новости, — начала Ханджи, но Нова её перебила.

— У меня важнее. — Она шагнула к столу и с глухим стулом положила на столешницу книгу. — Вся правда. О нашем мире. О титанах. О том, кто мы на самом деле.

Эрвин перевёл взгляд с её лица на потрёпанный переплёт. Медленно, словно предчувствуя нечто тяжёлое, он открыл книгу. Сначала пролистывал быстро, почти небрежно, но с каждой страницей его движения становились медленнее, пальцы — осторожнее. Он вчитывался в строки, и выражение его лица менялось: сосредоточенность сменилась недоумением, недоумение — потрясением, потрясение — чем-то, что Нова не могла описать словами. Ханджи, не выдержав, подошла и заглянула в книгу через его плечо. Её лицо побледнело.

Час спустя Нова закончила рассказ. Она ответила на все вопросы Эрвина — острые, точные, как клинки. Рассказала о Марлии, о девяти титанах, о королевской крови, о проклятии, которое длится две тысячи лет. И об инъекции. О титане-Искупителе, который по праву принадлежал ей.

Эрвин молчал. Ханджи тоже. Тишина в кабинете стала почти осязаемой — её можно было резать ножом.

— Эта инъекция... она у тебя? — наконец спросил Эрвин, и голос его звучал непривычно тихо.

— Да. — Нова коснулась рукой внутреннего кармана жакета. — Но, Эрвин, я не позволю её забрать. Если потребуется, я использую её на себе.

— Я и не собираюсь её забирать. — Эрвин посмотрел на неё долгим, изучающим взглядом. — Вся эта информация меняет наше понимание мира в корне. Но кое-что я уже знал. Именно поэтому я собрал вас.

— Что именно? — напряглась Ханджи.

— Эрен Йегер. — Эрвин сделал паузу, давая словам осесть. — Я знал, что он титан. Это выяснилось относительно недавно. И то, что написал его отец, подтверждает — Эрен не знал о своей силе.

Нова прищурилась.

— Кто ещё знает?

— Я. Несколько солдат Разведкорпуса. Командующий гарнизоном Дот Пиксис и его приближённые. — Эрвин перевёл взгляд на Нову. — Наши люди не проболтаются — я об этом позаботился. Пиксис на нашей стороне, он тоже считает, что Эрен — ключ к спасению. Но долго скрывать это не получится. Рано или поздно Военный совет узнает.

— Что тогда?

— Тогда будем думать. Пока у нас есть время.

Эти слова ещё не успели раствориться в воздухе, когда позади раздался оглушительный взрыв.

Все трое резко обернулись к окну. За стеклом, вдалеке, поднимался чёрный столб дыма — густой, маслянистый, поднимающийся к небу так быстро, будто сама земля выдыхала гнев.

— Что это? — Ханджи вскочила, её стул с грохотом отлетел в сторону.

— Такое чувство, что это повторяется... — Нова не договорила. Её глаза расширились. — Прямо как тогда...

В ту же секунду дверь кабинета распахнулась. В проёме стояли двое солдат из отряда быстрого реагирования — запыхавшиеся, бледные, с глазами, полными ужаса.

— Главнокомандующий Эрвин! — первый выпалил это так громко, что стёкла в шкафу задребезжали. — Колоссальный и Бронированный вернулись! Они пробили внешние ворота Троста! В городе уже кишат титаны!

Нова почувствовала, как внутри всё обрывается. Холодная волна паники поднялась откуда-то из живота, сжимая внутренности ледяными пальцами.

Они вернулись.

— Где сейчас Колоссальный и Бронированный? — Эрвин уже поднялся, его голос приобрёл ту самую стальную ноту, которая заставляла солдат идти в огонь.

— Направляются к внутренним воротам! Солдаты гарнизона пытаются их сдержать, но титанов слишком много! Люди гибнут!

Эрвин обвёл взглядом кабинет — лица, вещи, карты на стене. В его глазах горела та самая холодная решимость, которая делала его командующим.

— Соберите всех солдат и кадетов Разведкорпуса. — Его голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась сила, не терпящая возражений. — В срочном порядке выступаем в Трост. Мы остановим это безумие.

Солдаты козырнули и выбежали из кабинета. Нова и Ханджи не заставили себя ждать — они скрылись в коридоре одновременно, разбегаясь в разные стороны: каждая в свою комнату, за снаряжением, за УПМ, за тем, что делало их солдатами.

Сердце Новы колотилось где-то в горле. Но это был не страх.

Это была ярость.

Она влетела в свою комнату, схватила УПМ, проверила лезвия, затянула ремни. Руки не дрожали. Только сердце — как бешеный зверь в клетке.

— Ты не умрёшь, — прошептала она себе, застёгивая последнюю пряжку. — Ты не имеешь права умереть. Ты нужна этому миру.

Она выбежала во двор, где уже собирались солдаты. Лица — сосредоточенные, напряжённые, готовые к смерти.

Нова знала: сегодня они потеряют многих. Но она также знала: если они не остановят это сейчас, то потеряют всех.

Они уже на конях приближались к тросту, чем ближе тем сильнее сгущался воздух, тем более слышны были крики и паника граждан. *

Они прибыли в Трост, когда небо уже начало окрашиваться в багровые тона — не от заката, а от дыма пожаров, поднимавшихся над городом. Первые ряды солдат и кадетов уже вступили в бой. Нова заметила Сашу среди них — та мелькнула в толпе, ловко орудуя клинками, её каштановые волосы развевались за спиной.

Их взгляды встретились на мгновение.

— Не смей умирать, — прошептала Нова одними губами.

— Ты тоже, — беззвучно ответила Саша, и в её глазах была та же сталь, что и у старшей сестры.

Они поняли друг друга без слов.

На вершине стены собралось командование: Эрвин, Ханджи, другие капитаны. Только Леви нигде не было — его отряд уже действовал внизу, отвлекая Колоссального и Бронированного. Картина, открывавшаяся с высоты, была чудовищной: десятки неразумных титанов пожирали бегущих людей, разумные гиганты прокладывали путь к внутренним воротам, отмахиваясь от солдат гарнизона, как от назойливых мух.

План был отработан заранее. Отряд Леви задерживал разумных титанов. Отряд Майка Закариуса уничтожал неразумных, прикрывая отступление гражданских. Отряд Ханджи оборонял внутренние ворота Троста.

— Нова, — голос Эрвина прозвучал неожиданно, и она повернулась к нему. — Как только я дам знак... ты будешь готова принять инъекцию?

Она не колебалась ни секунды.

— Да.

Бой разгорался. Нова сражалась плечом к плечу с сослуживцами, убивая титанов, спасая раненых солдат и гражданских, отводя их в безопасные укрытия. На лице появлялись ссадины и царапины, кровь смешивалась с грязью и потом. Никто не обращал на это внимания — здесь, в этом аду, была только одна цель: убивать и спасать.

Краем глаза Нова заметила Леви. Он вернулся и сражался с остальными.

И тут же злость, которую она сдерживала всё это время, вырвалась наружу. Он знал. Знал правду — о мире, о титанах, о том, что ей предстоит стать одной из них. И молчал.

Она подлетела ближе, увидела, как Леви заносит клинок над очередным титаном. Не позволила. Её удар был быстрее — титан рухнул с рассечённым затылком. А следующим движением, ловким и резким, она сбила Леви с ног, прижав его к земле и приставив клинок к горлу.

— Ты что творишь? — он прорычал сквозь зубы, глаза горели яростью.

— Ты знал! — её голос дрожал от ярости и боли. — Ты знал и не сказал мне! Не сказал никому!

Леви не отвечал, его челюсть была сжата так, что побелели скулы.

— Хочешь сейчас это обсуждать? — прошипел он. — С ума сошла?

— Ты собирался мне рассказать? Отвечай! — она сильнее прижала лезвие к его шее, и на коже выступила тонкая полоска крови.

— Нет!

Нова на секунду опешила, но хватки не ослабила.

— Ты на чьей стороне, Леви? Что ты вообще хочешь?

Он посмотрел на неё в упор, и в его глазах была только одна правда:

— Чтобы ты жила. Всё.

Она отпустила его. Медленно поднялась, глядя на него с неприязнью, которую не могла скрыть. И, не сказав больше ни слова, скрылась в гуще битвы.

Бой продолжался. Нова рубила титанов, но их не становилось меньше — они всё прибывали через пробитые ворота. И вдруг — громкий взрыв, ослепительная вспышка. Все замерли на мгновение, а когда пелена рассеялась, перед ними стоял третий разумный титан.

— Эрен Йегер... — прошептала Нова, узнавая.

Титан с копной тёмных волос и горящими глазами бросился на Бронированного. Колоссальный и его собрат замерли на секунду, явно не ожидая такого поворота.

И тут до Новы дошло.

Они охотятся за Координатой. Координата у Эрена. Значит, им нужен он.

Она рванула вперёд, прорубая себе путь через неразумных титанов, пытаясь приблизиться к разумным. Но не успела.

Одно мгновение — и Бронированный с Колоссальным исчезли. Испарились, будто их и не было. Никто не понял, что произошло. Солдаты оглядывались по сторонам, кто-то продолжал отбиваться от оставшихся титанов.

— Скрылись... Почему? — Нова замерла на секунду, но мысль оборвал титан, надвигающийся на неё. Короткое движение — и затылок рассечён.

Она взмыла вверх, к Эрвину.

— Они пропали, — доложила она, тяжело дыша.

— Вижу. Где-то прячутся.

— Титаны всё ещё заходят в город. Что делать?

Эрвин указал вдаль, где среди разрушенных зданий возвышался огромный валун, разломивший дом пополам.

— Видишь тот камень? Думаю, Эрен сможет поднять его и закрыть дыру в воротах.

— Ты прав.

— Сможешь передать ему это?

— А он поймёт? В теле титана?

— Поймёт.

Нова кивнула и устремилась к Атакующему титану. Приземлилась на его плечо.

— Эрен, ты слышишь меня?

Титан медленно кивнул.

— Видишь тот валун? — она указала рукой. — Нам нужно, чтобы ты поднял его и закрыл ворота. Сможешь?

Титан снова кивнул.

Приказы разлетелись по отрядам: прикрывать Эрена, не давать титанам приблизиться, дать ему время.

И он справился. Огромный валун с глухим грохотом занял место разрушенных ворот. Оставшихся титанов добили. Битва была окончена.

Нова стояла посреди развалин, чувствуя, как дрожат ноги от усталости. В десяти метрах от неё стоял Леви. Она смотрела на него и не знала, что думать. Злость всё ещё бурлила внутри, но любовь — проклятая, неистребимая — никуда не исчезла.

Она сделала шаг к нему.

И в тот же миг что-то промелькнуло мимо. Фигура в плаще, тень среди теней. Нова не успела среагировать — только почувствовала острую, пронзительную боль в животе.

Она медленно опустила взгляд.

Кровь.