One kiss is all it takes

31 декабря 2025 года, 22:00

Когда лифт мягко остановился на последнем этаже, Аня не сразу поняла, куда они приехали. Двери почти бесшумно разъехались, и навстречу им ворвался холодный вечерний воздух. Где-то впереди звучала музыка — тихая, живая, словно кто-то играл специально для тех, кто в этот вечер поднялся так высоко над городом.

— Мы почти пришли, — сказал Илья с лёгкой улыбкой, крепче сжимая её руку.

Он открыл стеклянную дверь, и они вышли на террасу.

Аня остановилась на пороге.

На мгновение ей показалось, что она оказалась внутри какого-то фильма.

Терраса занимала почти всю крышу. Пространство вокруг сияло тёплым золотистым светом: тонкие нити гирлянд тянулись вдоль металлических перил, обвивали колонны и пересекались над дорожками. От лёгкого ветра они едва заметно покачивались, и сотни маленьких огоньков то вспыхивали ярче, то снова приглушённо мерцали.

Вдоль дорожек стояли высокие стеклянные фонари с настоящими свечами внутри. Пламя дрожало от каждого порыва ветра, отражаясь в стекле и удивительным образом создавая ощущение тепла и уюта даже здесь, на высоте десятков этажей.

Но больше всего Аню поразил вид.

Перед ней лежал весь город — огромный, сияющий тысячами огней и, несмотря на поздний час, совершенно живой. Снег укрывал крыши домов и тротуары, внизу по улицам медленно двигались машины, а где-то вдали уже вспыхивали первые салюты — пока ещё редкие и одиночные.

Город готовился к полуночи.

В центре террасы играл небольшой квартет: скрипка, виолончель, пианино и саксофон. Спокойная музыка растворялась в вечернем воздухе, смешиваясь с приглушёнными разговорами гостей и далёким шумом города.

Только теперь Аня заметила, что они здесь не одни. Гостей было немного: несколько пар стояли у перил с бокалами шампанского, кто-то разговаривал возле столиков, другие просто любовались видом.

Но здесь не было привычного для новогодней ночи шума и суеты. Всё казалось удивительно спокойным, почти камерным, словно этот маленький уголок существовал отдельно от огромного города внизу.

— Вау... — тихо выдохнула Аня.

Она медленно оглядывалась по сторонам, пытаясь рассмотреть всё сразу: огни, свечи, музыкантов, город, раскинувшийся далеко внизу. Ей хотелось запомнить каждую деталь этого вечера, словно она уже боялась, что всё закончится слишком быстро.

Илья не торопил её. Он стоял рядом и с лёгкой улыбкой наблюдал за её реакцией.

— Нравится? — наконец спросил он.

Аня посмотрела на него и кивнула.

— Это... невероятно.

Другого слова она подобрать не смогла. Да оно, наверное, и не было нужно.

Улыбка Ильи стала чуть шире.

— Идём, — сказал он, протягивая ей руку. — Не хочу, чтобы ты замёрзла.

Аня вложила ладонь в его, и он повёл её к одному из столиков, стоявших немного в стороне от остальных гостей. Высокие стеклянные фонари защищали пламя свечей от ветра, а над столиками были установлены уличные обогреватели, поэтому, несмотря на мороз, на террасе было удивительно комфортно.

Но, когда они подошли ближе, Аня неожиданно остановилась.

Стол был накрыт.

И, судя по всему, ждал именно их.

На белоснежной скатерти стояли тарелки с закусками, бокалы и несколько свечей, пламя которых отражалось в стекле. В центре стояла небольшая композиция из еловых веток и красных ягод, а рядом в ведёрке со льдом охлаждалась бутылка шампанского.

Аня медленно перевела взгляд на Илью.

— Подожди... Это всё для нас?

Он слегка наклонил голову, словно не совсем понимал, чему она так удивилась.

— Конечно.

Аня снова посмотрела на стол и на несколько секунд растерялась.

Еды было столько, что она не сразу поняла, на что смотреть первым.

На столе стояла небольшая сырная доска: мягкий бри, выдержанный чеддер и голубой сыр, рядом с которыми лежали грецкие орехи и крупный тёмный виноград. Чуть дальше — тонко нарезанный прошутто, маленькие тарталетки с красной икрой и крошечные пирожные с малиной, шоколадом и карамелью.

В центре стола стояло большое блюдо с ещё горячими мини-пирогами, от которых в холодном воздухе поднимался лёгкий пар.

И, конечно, шампанское.

Бутылка охлаждалась в серебристом ведёрке со льдом, поблёскивая золотистой фольгой в свете свечей.

Аня медленно выдохнула.

— Я...

Она замолчала, совершенно не представляя, что сказать.

Новый год в её жизни всегда выглядел иначе. Большой стол, заставленный салатами и горячими блюдами, запах мандаринов и майонеза, бесконечные разговоры взрослых, тосты и музыка из телевизора. Когда-то за этим столом сидели родители, позже — бабушка и её друзья.

Но такого Нового года у неё ещё не было.

Здесь всё казалось непривычным: тихая музыка, свечи, город далеко внизу и Илья рядом с ней. Всё было настолько красиво, что Аня до сих пор не могла поверить, что этот вечер действительно происходит с ней.

— Ты правда всё это спланировал? — тихо спросила она.

Илья пожал плечами, будто не видел в этом ничего особенного.

— Хотел, чтобы тебе понравилось.

Аня снова посмотрела на стол, а потом на него.

— У меня никогда... — Она запнулась, пытаясь правильно подобрать слова. — У меня никогда не было такого Нового года. Даже раньше, когда родители ещё были рядом.

Илья несколько секунд смотрел на неё, а затем его выражение смягчилось.

— Тогда тем более.

Он взял бутылку шампанского и осторожно снял проволоку с пробки. Через несколько секунд раздался негромкий хлопок.

Илья наполнил два бокала и протянул один Ане.

— За что будем пить?

Она приняла бокал и на несколько секунд задумалась, наблюдая, как пузырьки поднимаются к поверхности.

Потом посмотрела на огни города, на падающий снег, на свечи и музыкантов в центре террасы.

И улыбнулась.

— За то, чтобы жизнь хотя бы иногда была такой красивой.

Илья посмотрел на неё поверх своего бокала и улыбнулся.

— За это и выпьем.

Они легко коснулись бокалами.

Аня сделала небольшой глоток.

Шампанское оказалось холодным и лёгким, с едва заметной сладостью. Она поставила бокал на стол и снова посмотрела на еду, всё ещё не зная, с чего начать.

— Можно? — спросила она и тут же сама рассмеялась, понимая, насколько нелепо прозвучал вопрос.

Илья поднял брови.

— Ань, это всё стоит здесь именно для того, чтобы мы это съели.

— Я знаю. Просто всё слишком красиво.

— Обещаю, никто не выгонит тебя с крыши за съеденную тарталетку.

Аня фыркнула и всё-таки взяла одну.

— Очень смешно.

Она откусила небольшой кусочек, и её глаза тут же удивлённо расширились.

— Ого.

Илья рассмеялся.

— Что?

— Это очень вкусно.

— Рад, что прошёл проверку.

— Пока только первый этап.

Аня потянулась за кусочком сыра, затем попробовала виноград, а через несколько минут добралась и до маленького пирожного с малиной.

И вдруг тихо рассмеялась.

— Что? — спросил Илья.

Она покачала головой.

— Ничего. Просто всё это немного странно.

— В плохом смысле?

— Нет. Наоборот.

Аня ненадолго замолчала и посмотрела вокруг. На огни города, мерцавшие далеко внизу, на снег, медленно падающий в свете гирлянд, на музыкантов в центре террасы.

А потом снова на Илью.

— Мне всё время кажется, что это происходит не со мной. Будто я смотрю какой-то фильм и в любой момент пойдут титры.

Илья несколько секунд смотрел на неё, а потом усмехнулся.

— До титров ещё два часа.

Аня рассмеялась.

— Очень романтично.

— Я стараюсь.

Он протянул руку через стол и накрыл её ладонь своей.

— Но если серьёзно... перестань думать о том, когда всё закончится.

Его большой палец медленно скользнул по её ладони.

— Ты здесь. Я здесь. Пока этого достаточно.

Аня посмотрела на их руки и почувствовала, как внутри становится тепло.

Вокруг по-прежнему звучала музыка, падал снег, далеко внизу двигались машины и светились тысячи окон.

Но в этот момент огромный город вдруг показался очень далёким.

Остались только эта крыша, тихая музыка, свет свечей и Илья, сидящий напротив неё.

В этот момент музыка изменилась.

Скрипка протянула долгую, мягкую ноту, и почти сразу её подхватило пианино. Мелодия стала медленнее — лёгкой, почти невесомой, заставляя разговоры вокруг невольно стихнуть.

Илья повернулся к Ане.

В его глазах появилась та самая озорная искра, которую она уже научилась узнавать.

Он поднялся из-за стола, сделал шаг назад и с совершенно серьёзным выражением лица слегка поклонился, протягивая ей руку.

— Мадемуазель...

Аня не удержалась от смеха.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно.

Она покачала головой, но всё же вложила ладонь в его.

— Ладно. Но если я наступлю тебе на ногу, сам виноват.

Илья усмехнулся.

— Рискну.

Он мягко потянул её за собой, и они отошли от стола туда, где уже танцевали несколько пар. Пространства на террасе было достаточно, и, оказавшись среди мягкого света гирлянд и тихой музыки, Аня вдруг снова почувствовала странную нереальность происходящего.

Илья положил руку ей на талию.

Даже сквозь тонкую ткань платья Аня почувствовала тепло его ладони и на мгновение задержала дыхание.

Второй рукой он взял её за руку и притянул немного ближе.

— Расслабься, — тихо сказал он, заметив, как она напряглась. — Это всего лишь танец.

Аня подняла на него глаза.

— Всего лишь танец, — повторила она с лёгкой улыбкой.

Они медленно двинулись в такт музыке.

Поначалу Аня слишком внимательно следила за каждым своим шагом, но вскоре поймала его ритм и постепенно расслабилась. Илья двигался легко и уверенно, незаметно направляя её, пока в какой-то момент не поднял их соединённые руки и не заставил её сделать плавный поворот.

Аня рассмеялась, когда снова оказалась напротив него.

— Видишь? — сказал Илья. — Пока ни одной сломанной ноги.

— Вечер ещё не закончился.

— Звучит угрожающе.

— Я просто предупреждаю.

Он тихо рассмеялся и притянул её чуть ближе.

Он снова притянул её ближе, и теперь они уже не пытались делать повороты или придумывать новые движения. Просто медленно покачивались в такт музыке.

Его рука лежала на её талии — уверенно, но мягко. Аня положила ладонь ему на плечо, а через несколько секунд, немного поколебавшись, прижалась ближе и опустила голову ему на грудь.

И мир словно стал тише.

Музыка продолжала звучать, над крышей закружился снег, далеко внизу сиял тысячами огней город, но всё это вдруг отошло куда-то на второй план.

Аня чувствовала его дыхание и слышала ровный стук сердца под своей щекой. В животе появилось знакомое лёгкое волнение — то самое, от которого немного кружилась голова и хотелось улыбаться без всякой причины.

Несколько минут они танцевали молча, просто наслаждаясь близостью друг друга.

Аня закрыла глаза, стараясь запомнить каждую деталь этого мгновения: его дыхание, знакомый запах одеколона, тепло ладони на её талии. Ей хотелось сохранить всё это в памяти именно таким, каким оно было сейчас.

— Аня... — тихо произнёс Илья возле её уха.

От одного только тона его голоса сердце забилось быстрее.

Она подняла голову.

— Мм?

Несколько секунд он молчал, глядя ей в глаза, словно пытался решить, стоит ли говорить то, что было у него на уме.

— Ты даже не представляешь, насколько счастливым я себя сейчас чувствую, — наконец сказал он.

Аня замерла, внимательно глядя на него.

Илья ненадолго отвёл взгляд на сияющий внизу город, а затем снова посмотрел на неё.

— Иногда мне хочется просто остановить время. Вот прямо сейчас. Чтобы ничего не менялось и мы могли ещё немного побыть здесь вдвоём.

Аня ничего не ответила. Ей казалось, что любое слово сейчас будет лишним.

Он улыбнулся и провёл большим пальцем по её талии.

— Знаешь, я в последнее время много думаю о том дне, когда мы встретились.

Аня тоже улыбнулась.

— О том, как я чуть не упала на арендованных коньках?

Илья тихо рассмеялся и покачал головой.

— Вообще-то я заметил тебя ещё раньше.

Она нахмурилась.

— Раньше?

— Ещё до того, как ты вышла на лёд.

Аня удивлённо моргнула, а он лишь улыбнулся её реакции.

— Ты стояла у бортика. Помнишь?

Она замерла.

И почти сразу воспоминание вспыхнуло перед глазами.

Тот день.

Каток, заполненный людьми. Шум голосов. Холодный воздух.

И короткое мгновение, когда среди всей этой толпы их взгляды встретились.

Ещё до проката.До прыжков.До того, как она сама вышла на лёд.

— Я тогда подумал... — тихо продолжил он. — Кто эта девушка, которая смотрит на лёд так, будто это её дом.

Аня опустила глаза. Он чуть крепче обнял её за талию, притягивая её ближе.

— А потом ты вышла на лёд. И я сразу все понял.

Илья усмехнулся.

— Ты не просто каталась. Ты будто вообще ничего вокруг не замечала. Ни людей, ни музыку, ни меня.

Он ненадолго замолчал, вспоминая.

— Были только ты и лёд.

Аня смотрела на него, пытаясь понять, к чему он ведёт.

— И знаешь, что самое странное? — продолжил Илья. — Я ведь видел тысячи фигуристов. Людей, которые посвятили этому всю жизнь. Я вырос среди них.

Он слегка улыбнулся.

— Но когда я смотрел на тебя, всё было как-то иначе. Я сразу понял, что для тебя лёд — не просто спорт. И точно не хобби.

Аня почувствовала, как сердце забилось быстрее.

— Я видел, как сильно ты этого хочешь. Как ты смотришь на лёд, как выходишь на него... И мне кажется, уже тогда я понял, что ты меня заинтересовала.

— Илья...

Она смущённо отвела взгляд.

— Не надо.

— Почему?

— Потому что ты говоришь всё это так, будто...

Аня замолчала, не зная, как закончить фразу.

Илья улыбнулся.

— Будто что?

Она покачала головой.

— Неважно.

— Нет, теперь уже интересно.

— Илья.

Он тихо рассмеялся, но спорить не стал. Вместо этого осторожно коснулся её подбородка, заставляя снова посмотреть на него.

— Я просто говорю правду.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.

Илья больше не улыбался. В его взгляде появилась серьёзность, от которой Аня сразу поняла: сейчас он собирается сказать что-то важное.

— Я не знаю, что будет дальше, — наконец произнёс он.

Аня замерла.

— Правда, не знаю. И не хочу сейчас обещать тебе, что всё будет легко, потому что это было бы неправдой.

Он ненадолго отвёл взгляд, собираясь с мыслями.

— Через несколько недель у меня Олимпиада. Потом чемпионат мира. Тренировки, соревнования, шоу... Ты сама знаешь, как выглядит моя жизнь. Я постоянно куда-то уезжаю и почти никогда не знаю, где буду через несколько месяцев.

Он снова посмотрел на неё.

— А у тебя сейчас тоже всё меняется. Тебе предстоит решить, что делать дальше, куда поступать, возвращаться ли в спорт...

Илья провёл большим пальцем по её ладони.

— И последнее, чего я хочу, — это чтобы ты принимала эти решения из-за меня.

Аня молчала. Сердце билось так сильно, что ей казалось, он наверняка это чувствует.

— Я понимаю, что у нас совершенно разные жизни, — продолжил он. — Возможно, какое-то время между нами будет расстояние. Возможно, всё окажется намного сложнее, чем нам сейчас кажется.

Он замолчал.

Аня почувствовала, как внутри медленно нарастает тревога. Она всё ещё не понимала, к чему он ведёт, и почему его слова звучат одновременно как начало чего-то нового и как предупреждение.

— Но есть одна вещь, которую я знаю точно.

Его пальцы крепче сжали её руку.

— Я хочу попробовать.

Аня не сразу поняла.

— Попробовать?..

Илья слегка улыбнулся.

— Быть с тобой.

Он сделал небольшую паузу, не отводя от неё глаз.

— Я хочу, чтобы ты была рядом, Ань. Не только сегодня. Не только до конца этих выходных.

Сердце Ани сильно ударилось о рёбра.

Илья продолжил, почти шёпотом:

— Я хочу звонить тебе после тренировок. Хочу первым рассказывать тебе, когда у меня что-то получается... и звонить, когда всё идёт ужасно и мне хочется на что-нибудь пожаловаться.

Аня невольно улыбнулась.

— Хочу слышать, как ты смеёшься над моими дурацкими шутками. Хочу знать, как прошёл твой день. Даже если в нём не произошло ничего интересного.

Он ненадолго замолчал.

— Просто хочу, чтобы ты была частью моей жизни.

Аня смотрела на него, почти забыв, как дышать.

Илья чуть крепче сжал её руку.

— Поэтому...

Он неожиданно замолчал, и впервые за весь разговор Аня увидела в его глазах настоящую неуверенность.

Это длилось всего мгновение.

— Ань... — он улыбнулся. — Позволишь ли ты мне быть твоим парнем?

Мир будто остановился.

Где-то рядом скрипка тянула долгую ноту, снег медленно кружился в золотом свете гирлянд, а далеко внизу продолжал жить своей жизнью огромный город.

Но Аня ничего этого почти не замечала.

Она смотрела на Илью широко раскрытыми глазами, а сердце билось так быстро, что ей казалось, он наверняка его слышит.

Она не ожидала этого.

Не ожидала, что он настолько серьёзно относится к тому, что между ними происходит. Что после всех разговоров о расстоянии, соревнованиях и неопределённости он всё равно захочет попробовать.

Хотя где-то глубоко внутри она надеялась именно на это.

Аня открыла рот, собираясь ответить, но почему-то не смогла произнести ни слова.

Она только кивнула.

— Да, — наконец прошептала она.

Илья замер.

Аня посмотрела на его лицо и неожиданно рассмеялась — от счастья, волнения и всей невероятности происходящего.

— Да, конечно, да!

Несколько секунд Илья просто смотрел на неё, словно хотел убедиться, что правильно услышал.

А потом улыбнулся.

Не своей привычной самоуверенной усмешкой и не той озорной улыбкой, которая обычно появлялась перед очередной шуткой.

Совсем иначе.

Широко. Счастливо. Почти по-мальчишески.

Он притянул её к себе.

На мгновение его взгляд задержался на её глазах, потом скользнул к губам.

Илья поцеловал её.

На этот раз поцелуй был другим. Не осторожным, как вчера на балконе. Не неожиданным, как несколько часов назад на катке.

Теперь в нём больше не было вопроса.

Аня обвила руками его шею и ответила на поцелуй, всё ещё не до конца веря в произошедшее. Его ладонь крепче легла на её талию, притягивая ближе, и она почувствовала, как сама улыбается прямо во время поцелуя.

Несколько минут назад Аня боялась, что этот день закончится и вместе с ним исчезнет всё, что между ними произошло.

Теперь она знала, что не исчезнет.

Они не знали, что будет дальше. Не знали, как справятся с расстоянием, соревнованиями, её будущим и всеми теми решениями, которые им ещё только предстояло принять.

Но впервые это не казалось самым важным.

Потому что теперь они оба решили попробовать.

Вместе.

Когда они наконец немного отстранились друг от друга, их лбы всё ещё почти соприкасались.

Илья тихо усмехнулся.

— Знаешь...

— Что?

Он несколько секунд смотрел на неё с улыбкой.

— Сейчас я повторю твои слова.

Аня вопросительно подняла брови.

— Это лучший Новый год в моей жизни.

Она улыбнулась и снова обняла его, прижимаясь ближе.

Впервые за долгое время Аня чувствовала себя по-настоящему спокойно. Не потому, что знала, что будет дальше, и не потому, что все страхи вдруг исчезли.

Просто сейчас ей было хорошо.

И этого было достаточно.

Где-то далеко внизу над городом вспыхнули первые яркие салюты. Золотые искры рассыпались над крышами и через несколько секунд исчезли в тёмном небе.

Музыка на террасе постепенно становилась оживлённее. Медленная мелодия сменилась чем-то лёгким и праздничным, разговоры вокруг стали громче, кто-то смеялся, а несколько пар снова вышли танцевать.

Илья вернулся к столику, наполнил два бокала шампанским и протянул один Ане.

— За лучший вечер?

Она улыбнулась.

— За самый неожиданный Новый год в моей жизни.

Они легко коснулись бокалами.

Аня сделала глоток и огляделась.

В мягком свете фонарей медленно кружился снег. На столиках стояли десерты и фрукты, у гирлянд фотографировались гости, а музыканты продолжали играть что-то весёлое и праздничное.

Всё по-прежнему напоминало фильм.

Только теперь Аня уже не чувствовала себя зрителем.

Она повернулась к Илье — и прищурилась.

Пока она любовалась видом, он каким-то образом успел оказаться возле стола с десертами и теперь совершенно невозмутимо доедал шоколадный брауни.

— Подожди...

Илья поднял на неё невинный взгляд.

— Что?

Аня подошла ближе и посмотрела на стол. Перед ним стояло несколько пустых маленьких тарелок, а на одной из них остался последний кусочек чизкейка.

Она перевела взгляд на Илью.

Потом снова на тарелки.

— Ты серьёзно?

— Что?

— Ты съел всё это?

Илья проследил за её взглядом и пожал плечами.

— Не всё.

Аня посмотрела на последний кусочек чизкейка.

Илья тоже посмотрел на него.

А потом быстро забрал его себе.

— Теперь всё.

Аня рассмеялась и толкнула его в плечо.

— Илья!

— А что? Они были вкусные.

— Здесь был брауни, тирамису, чизкейк и «Наполеон».

— Я знаю. Я присутствовал.

Она снова рассмеялась.

— Ты ненормальный.

— Я отдыхаю. Мне можно.

Он произнёс это с таким серьёзным видом, словно приводил неопровержимый научный аргумент.

Аня покачала головой.

— Только не удивляйся, если завтра не сможешь прыгнуть четверной.

Илья усмехнулся.

— Это мы ещё посмотрим.

— Я запомнила.

— Отлично. Будешь свидетелем.

Аня потянулась за очередным десертом, но Илья неожиданно перехватил её руку.

— Стой.

Она вопросительно посмотрела на него.

— Что? Мне теперь нельзя сладкое?

— Можно. Но сначала давай сфотографируемся.

— Почему сначала?

Илья усмехнулся.

— Потому что через пять минут ты будешь вся в шоколаде.

Аня возмущённо открыла рот, но он уже отошёл к паре, стоявшей неподалёку, и попросил их сделать несколько снимков.

— Очень смешно, — пробормотала она, когда он вернулся.

— Я знаю.

Илья встал рядом и обнял её за талию, притягивая к себе.

— Улыбнись.

— Я и так улыбаюсь.

— Недостаточно.

— Илья!

Щёлк.

Камера поймала её именно в тот момент, когда она повернулась к нему с возмущённым выражением лица.

— Отлично, — довольно сказал он. — Эта точно остаётся.

— Удали её.

— Никогда.

Щёлк.

На следующем снимке они уже оба смотрели в камеру. Потом Илья неожиданно повернулся и поцеловал её в висок.

Ещё один снимок.

Аня рассмеялась и попыталась оттолкнуть его, но он только крепче обнял её и скорчил настолько нелепое лицо, что она окончательно не выдержала.

— Перестань! — смеялась она.

— Это на память.

— Я не хочу такую память.

— Поздно.

Наконец Илья поблагодарил пару и забрал телефон.

Они склонились над экраном вместе, просматривая фотографии одну за другой.

— Мне нравится, — сказал он.

— Тебе всё нравится, — фыркнула Аня.

— Конечно.

Она вопросительно посмотрела на него.

Илья пожал плечами.

— Ты же на всех фотографиях.

Аня почувствовала, как щёки снова начинают гореть, и поспешно потянулась за бокалом шампанского.

— Очень оригинально, Малинин.

— Зато работает.

Она сделала глоток, скрывая улыбку.

Время пролетало удивительно быстро.

Музыка сменяла одну мелодию за другой, разговоры вокруг становились громче, люди всё чаще поглядывали на часы. Официанты наполняли бокалы шампанским, гости подходили ближе к краю террасы, откуда открывался лучший вид на город.

До полуночи оставались считаные минуты.

Аня чувствовала это почти физически.

В воздухе появилось особенное напряжение — радостное, нетерпеливое, знакомое ей с детства. Будто весь город одновременно замер в ожидании одного и того же момента.

И вдруг музыка стихла.

Разговоры постепенно смолкли, а на большом экране у края террасы появилось знакомое изображение.

Началось новогоднее обращение президента.

Кто-то продолжал тихо разговаривать, кто-то разливал шампанское по бокалам, кто-то уже обнимал близких, ожидая последних секунд уходящего года.

Аня смотрела на экран, но почти не слышала слов.

Мысли были далеко.

Всего несколько недель назад Илья был для неё человеком из совершенно другого мира. Именем, которое она видела в спортивных новостях. Фигуристом, выступления которого смотрела на экране.

А теперь он стоял рядом и держал её за руку.

Аня посмотрела на их переплетённые пальцы.

Перед глазами неожиданно возникло замёрзшее озеро.

Маленькая деревня. Тёмное зимнее небо. Звёзды, отражавшиеся в неровном льду, и она сама — совершенно одна посреди огромной белой тишины.

Тогда ей казалось, что её жизнь уже определена. Что впереди не будет ничего неожиданного, а некоторые её мечты навсегда останутся в прошлом.

Но прошло всего несколько недель.

И теперь она стояла здесь.

На крыше высокого отеля, над сияющим городом, рядом с человеком, появление которого перевернуло её привычный мир.

Всё изменилось слишком быстро.

Слишком неожиданно.

И, возможно, ей всё ещё было страшно.

Но впервые за много лет страх был не самым сильным чувством.

Счастье оказалось сильнее.

Илья чуть наклонился к ней.

— О чём думаешь?

Аня тихо улыбнулась.

— О том, что всё это до сих пор кажется немного нереальным.

Он мягко сжал её пальцы.

— Иногда самые нереальные вещи оказываются настоящими.

В этот момент на экране появились последние секунды уходящего года.

Люди вокруг оживились, разговоры стихли, и через мгновение вся терраса начала считать вместе.

— Десять!

Аня на секунду закрыла глаза.

— Девять!

Она глубоко вдохнула холодный зимний воздух.

— Восемь!

Перед глазами возник лёд.

— Семь!

Озеро под звёздами. Каток. Та жизнь, которую она когда-то оставила позади.

— Шесть!

И та, к которой всё сильнее хотела вернуться.

— Пять!

Она больше не хотела бояться.

— Четыре!

Не хотела снова отказываться от мечты только потому, что могла потерпеть неудачу.

— Три!

Рядом с ней стоял Илья, крепко держа её за руку.

— Два!

А впереди была целая жизнь, о которой она пока почти ничего не знала.

— Один!

Последний удар часов растворился в криках и аплодисментах.

Аня открыла глаза и посмотрела на Илью.

И загадала желание.

Пусть мне хватит смелости снова пойти за своей мечтой.

Пусть лёд снова станет моим домом.

Она крепче сжала его руку.

И пусть он останется в моей жизни.

Небо над городом взорвалось светом.

Сразу несколько салютов вспыхнули над крышами, рассыпаясь золотыми, белыми и красными искрами. Вокруг раздались радостные крики, зазвенели бокалы, музыканты снова заиграли.

Илья повернулся к ней и широко улыбнулся.

— С Новым годом!

— С Новым годом!

Он притянул её к себе и поцеловал.

А через секунду неожиданно подхватил на руки.

— Илья! — вскрикнула Аня, тут же рассмеявшись.

Он закружил её, совершенно не обращая внимания на возмущённые протесты.

— Поставь меня!

— Ни за что.

— Илья!

— Ладно, ладно.

Он наконец поставил её на ноги, но руки с её талии не убрал.

Аня всё ещё смеялась, пытаясь поправить растрепавшиеся волосы, когда он неожиданно достал телефон.

— Подожди. Посмотри на меня.

— Зачем?

— Просто посмотри.

Она подозрительно прищурилась.

— Ты опять что-то задумал?

— Возможно.

Аня хотела что-то сказать, но в этот момент он притянул её ближе.

Щёлк.

— Илья!

Он посмотрел на фотографию и довольно улыбнулся.

— Отлично.

— Покажи.

— Секунду.

Его пальцы быстро пробежались по экрану.

Аня наблюдала за ним с растущим подозрением.

— Что ты делаешь?

— Ничего страшного.

— После этой фразы обычно происходит что-то страшное.

Илья усмехнулся и ещё несколько секунд что-то печатал.

Затем нажал на экран и спокойно убрал телефон.

— Всё.

Аня нахмурилась.

— Что — всё?

Вместо ответа он протянул ей телефон.

Она посмотрела на экран.

И замерла.

На первой фотографии они стояли на фоне сияющего города. Снег запутался в их волосах, Аня смеялась, положив ладонь ему на грудь, а Илья смотрел не в камеру.

На неё.

Следующей была фотография, сделанная несколькими часами раньше у гирлянд. Потом снимок с катка. Ещё один — с террасы, где они стояли, прижавшись друг к другу, на фоне первых салютов.

И последняя фотография.

Та, которую он сделал несколько секунд назад.

Под ними была короткая подпись:

«Моё новогоднее желание.»

Аня медленно подняла глаза.

— Ты... опубликовал это?

— Угу.

Она снова посмотрела на экран, словно надеясь, что ошиблась.

Но публикация была настоящей.

Он действительно сделал это.

Выложил фотографии туда, где их увидят все.

Его друзья. Поклонники. Журналисты.

Весь мир.

— Илья! — Аня ошеломлённо посмотрела на него, всё ещё не веря, что он действительно это сделал.

Он только улыбнулся.

— После сегодняшнего катка скрывать что-то уже бессмысленно.

— Но ты мог хотя бы предупредить меня.

— Мог.

— И?

Илья пожал плечами.

— Тогда это не было бы сюрпризом.

Аня покачала головой, но сдержать улыбку не смогла.

— Ты сумасшедший.

— Возможно.

— И тебя это совершенно не беспокоит?

Он посмотрел на неё и слегка улыбнулся.

— Нет. Я не хочу делать вид, что между нами ничего нет. Пусть знают, что мы вместе. Пусть знают, что ты моя.

Аня ещё раз посмотрела на публикацию, а потом вернула ему телефон.

— Завтра ты об этом пожалеешь.

— Завтра и разберёмся.

Музыка снова заиграла громче, и вскоре терраса окончательно наполнилась праздничным шумом. Люди танцевали, смеялись, обнимались, поздравляли друг друга и снова наполняли бокалы.

Аня потеряла счёт времени.

Они танцевали до тех пор, пока у неё не начали болеть ноги, смеялись над чем-то совершенно глупым и пили шампанское. Сколько бокалов она выпила, Аня уже не помнила.

Но одно знала точно.

Она была счастлива.

По-настоящему.

В какой-то момент они оба всё-таки сдались и опустились на мягкий диван возле своего столика.

Аня тут же сняла туфли и с облегчением поджала под себя ноги.

— Всё. Я больше не могу.

Илья посмотрел на неё с усмешкой.

— Слабачка.

Она возмущённо повернулась к нему.

— Тебе напомнить, кто здесь съел почти все десерты?

— Не вижу связи.

— Конечно, не видишь.

Он рассмеялся, но через мгновение его выражение изменилось. В глазах появилось что-то загадочное.

— Кстати...

— Что?

Илья наклонился чуть ближе.

— У меня есть для тебя подарок.

Аня сразу выпрямилась.

— Правда?

Она тоже приготовила ему подарок. Купила его ещё несколько недель назад, когда даже представить не могла, что они встретят Новый год вместе.

Но от Ильи она больше ничего не ожидала.

Эта поездка. Каток. Вечер на крыше. Всё, что произошло между ними сегодня. Ей и без того казалось, что она получила слишком много.

— Я долго думал, что тебе подарить, — сказал Илья, вырывая её из мыслей.

Он достал из кармана маленькую коробочку.

Аня замерла.

— И я знаю, что тебе не особенно важны дорогие вещи, — продолжил он, протягивая коробку ей. — Поэтому хотел найти что-то, что будет именно твоим.

Она осторожно взяла коробочку.

— Можно?

Илья усмехнулся.

— Вообще-то для этого я тебе её и дал.

Аня бросила на него короткий взгляд и медленно подняла крышку.

А потом замерла.

На тёмном бархате лежала тонкая серебряная цепочка.

А на ней —

маленькая пара фигурных коньков.

Несколько секунд Аня не двигалась.

Она просто смотрела.

На тонкие лезвия. На маленькие ботинки. На серебро, мерцавшее в свете гирлянд.

И вдруг перед глазами возникла совсем другая картина.

Ярко освещённый ювелирный магазин.Стеклянная витрина.Папа, стоящий рядом с маленьким фирменным пакетом в руке.

Ну что, помощник? Теперь идём выполнять настоящую миссию?

Аня резко моргнула.

Глаза защипало.

Она провела пальцем по маленьким серебряным конькам и тихо рассмеялась, пытаясь справиться с неожиданно нахлынувшими эмоциями.

Илья сразу заметил её реакцию.

— Эй...

Он нахмурился.

— Тебе не нравится?

Аня резко подняла голову.

— Что? Нет! Конечно нет.

Она быстро покачала головой и снова посмотрела на кулон.

— Он идеальный.

Голос предательски дрогнул.

Илья внимательно смотрел на неё.

— Тогда почему ты плачешь?

Аня рассмеялась сквозь слёзы.

— Потому что это очень странно.

— Что именно?

Она ещё раз коснулась кулона кончиками пальцев.

— Когда мне было одиннадцать, мы с папой зашли в ювелирный магазин. Он выбирал подарок маме, а я увидела в витрине кулон с маленькими фигурными коньками.

Аня улыбнулась, глядя на серебряную подвеску.

— Я стояла перед ним, наверное, целую вечность. Папа несколько раз меня звал, а я даже не слышала.

Илья улыбнулся.

— Похоже на тебя.

— Эй.

— Продолжай.

Она тихо рассмеялась и вытерла слезу со щеки.

— Я тогда почему-то решила, что это самый красивый кулон на свете. А когда мы уходили, обернулась и подумала...

Аня замолчала.

— Что? — тихо спросил Илья.

Она посмотрела на него.

— Что когда-нибудь обязательно увижу его снова.

Несколько секунд Илья молчал.

Потом посмотрел на кулон и снова на неё.

— Значит, я угадал.

Аня улыбнулась сквозь слёзы.

— Ты даже не представляешь насколько.

Илья поднялся с дивана и осторожно забрал цепочку из её рук.

— Давай помогу.

Аня собрала волосы и перекинула их через плечо, поворачиваясь к нему спиной.

Через несколько секунд прохладная цепочка коснулась её кожи.

— Готово.

Аня отпустила волосы и посмотрела вниз. Маленькие серебряные коньки лежали чуть ниже ключиц, поблёскивая в свете гирлянд.

Она осторожно коснулась кулона пальцами.

Ей всё ещё было трудно поверить в это совпадение. Столько лет назад она стояла перед витриной и думала, что когда-нибудь снова увидит те маленькие коньки.

И вот теперь они были здесь.

На ней.

Аня глубоко вдохнула и подняла глаза на Илью.

— Вообще-то, у меня тоже есть для тебя подарок.

Он удивлённо поднял брови.

— У тебя?

— А что тебя так удивляет?

— Ничего. Просто я не ожидал.

— Очень приятно, — фыркнула Аня.

Она потянулась к сумке и достала небольшой пакет.

— Держи.

Илья взял его, но открывать сразу не стал.

— Мне уже начинать переживать?

— Возможно.

— Отлично.

Аня улыбнулась, но в последний момент всё же занервничала.

— Только сразу предупреждаю: это не что-то дорогое или серьёзное. Я просто увидела его и подумала о тебе.

Илья посмотрел на неё.

— Теперь мне ещё интереснее.

Он заглянул в пакет.

На несколько секунд повисла тишина.

А потом Илья рассмеялся.

Так громко и неожиданно, что несколько человек за соседними столиками обернулись в их сторону.

— Да ладно!

Он достал из пакета маленького плюшевого Беззубика.

На драконе была крошечная футболка с олимпийскими кольцами, а на спине красовалась надпись:

MALININ

Илья несколько секунд рассматривал игрушку со всех сторон, явно не зная, смеяться ему или умиляться.

— Где ты вообще это нашла?

Аня довольно улыбнулась.

— Самого Беззубика — в магазине. Футболку пришлось заказывать отдельно.

Он снова посмотрел на неё.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно.

Она кивнула на игрушку.

— Теперь у тебя есть олимпийский талисман.

— Это гениально.

— Правда нравится?

Илья посмотрел на неё так, словно вопрос его искренне удивил.

— Ты шутишь? Конечно.

Он снова взглянул на Беззубика и усмехнулся.

— Посмотри на него. Он буквально готов побеждать.

Аня рассмеялась.

— Именно на это я и рассчитывала.

Илья осторожно поставил игрушку на стол, рядом с бутылкой шампанского.

— Всё. Теперь он едет со мной на Олимпиаду.

— Я запомнила.

— Я серьёзно.

— Посмотрим.

— Ань, он уже часть команды.

Она рассмеялась, но ответить не успела. Илья обнял её, притянув к себе, и коротко поцеловал.

— Спасибо, — тихо сказал он, отстранившись. — Правда. Мне очень нравится.

— Я рада.

Аня посмотрела на маленького дракона, который теперь сидел посреди праздничного стола между бокалами и десертами, и невольно улыбнулась.

Почему-то рядом с дорогим шампанским и серебряными приборами он выглядел особенно смешно.

Илья тем временем снова посмотрел на неё с подозрительно довольным выражением лица.

Аня сразу прищурилась.

— Что?

— Ничего.

— Я уже знаю твоё «ничего».

— Тогда ты знаешь, что у меня есть ещё один сюрприз.

Она уставилась на него.

— Ещё один?

— Последний.

— Ты уверен?

— Почти.

Аня покачала головой.

— Илья, ты понимаешь, что нормальные люди дарят один подарок?

— Скучные у тебя нормальные люди.

Она рассмеялась.

— Ладно. Что на этот раз?

Он поднялся с дивана и протянул ей руку.

— Ты ведь не забыла о своей новогодней традиции?

Улыбка на её лице медленно исчезла, сменившись удивлением.

— Озеро?

Илья покачал головой.

— Озеро найти не удалось.

Аня фыркнула.

— Какая трагедия.

— Но я нашёл кое-что получше.

— Что?

Он улыбнулся.

— Пустой каток.

Несколько секунд Аня просто смотрела на него.

— Сейчас?

— Сейчас.

Она перевела взгляд на свои туфли, потом на него.

— И как именно я должна кататься в этом?

— Коньки внизу. И одежда тоже.

Аня недоверчиво прищурилась.

— Ты и это спланировал?

— Возможно.

— Ты невозможный.

— Мне уже говорили.

Он снова протянул ей руку.

— Ну что? Пойдём?

На этот раз Аня даже не пыталась скрыть улыбку.

Она вложила ладонь в его.

— Пойдём.

____

Они почти бегом вернулись в номер.

Едва дверь закрылась за их спинами, Аня остановилась посреди гостиной и посмотрела на Илью.

Несколько секунд они молчали.

А потом она рассмеялась.

— Мы правда собираемся это сделать?

Илья уже доставал коньки.

— Конечно. Не могу же я позволить тебе нарушить традицию.

— Сейчас почти час ночи.

— И?

— Мы только что встречали Новый год на крыше.

— И?

Аня прищурилась.

— И выпили неизвестное количество шампанского.

Илья на секунду задумался.

— Это действительно весомый аргумент.

Она рассмеялась.

— Наконец-то.

— Но недостаточно весомый.

— Илья!

Он усмехнулся и протянул ей коньки.

— Не переживай. Никаких четверных.

— Какое облегчение.

Только взяв коньки, Аня вспомнила о платье.

Она опустила взгляд на себя, затем посмотрела на Илью.

— Подожди. А переодеваться мы не будем?

Его взгляд медленно скользнул по её фигуре, и на губах появилась улыбка.

— Зачем?

— Чтобы кататься?

— По-моему, ты прекрасно выглядишь.

— Это платье.

— Я заметил.

Аня закатила глаза.

— Очень содержательный разговор.

Она подошла к зеркалу и невольно остановилась.

Распущенные волосы слегка растрепались, помада почти стёрлась, щёки всё ещё горели после холода, шампанского и бесконечных поцелуев. На шее поблёскивали маленькие серебряные коньки.

Но больше всего её удивили собственные глаза.

Она давно не видела себя такой.

— Ань?

Она обернулась.

Илья стоял у двери с коньками в руках.

— Ты идёшь?

Аня улыбнулась.

— Иду.

⸻

Ночной город встретил их морозом и почти непривычной после праздника тишиной.

Снег всё ещё шёл — медленно, лениво, крупными хлопьями, которые кружились в свете фонарей. Вдалеке продолжали вспыхивать салюты, но здесь их грохот звучал приглушённо, словно доносился из другого мира.

До катка они дошли за несколько минут.

Аня поняла, что Илья имел в виду, только когда они подошли ближе.

Днём здесь было шумно и тесно. Теперь же каток был пусто, а над льдом звучала тихая музыка. В центре возвышалась огромная ёлка, украшенная золотыми огнями. Снег ложился на лёд тонким белым слоем и тут же исчезал под редкими лезвиями.

Аня остановилась.

— Илья...

Он посмотрел на неё.

— Что?

Она медленно улыбнулась.

— Это идеально.

— Я знаю.

— Самоуверенный.

— Зато прав.

Он взял её за руку и потянул к скамейкам.

Через несколько минут Аня затянула последний шнурок и поднялась. Платье совершенно не подходило для ночного катания на открытом катке.

И именно поэтому ей всё нравилось ещё больше.

Она осторожно ступила на лёд.

Первый толчок. Второй.

Холодный воздух ударил в лицо, лезвие легко вошло в дугу, и знакомое чувство свободы мгновенно вернулось.

Аня улыбнулась.

Вот теперь Новый год был настоящим.

Илья выехал следом и поравнялся с ней.

— Ну?

— Что?

— Стоило того?

Она посмотрела на него.

— Определённо.

Они медленно поехали вдоль бортика.

После шампанского Аня чувствовала себя непривычно расслабленной. Не настолько, чтобы потерять контроль, — скорее достаточно, чтобы перестать анализировать каждое движение.

Она просто каталась.

Без программы.Без тренера.Без необходимости кому-то что-то доказывать.

Аня набрала скорость, раскинула руки и сделала широкий поворот. Юбка взметнулась вокруг ног, и она рассмеялась.

— Я скучала по этому!

Илья ехал немного позади, наблюдая за ней с улыбкой.

— Я заметил.

Аня развернулась и поехала спиной вперёд.

— Ты так и будешь просто смотреть?

— Мне нравится вид.

— Малинин!

Он рассмеялся и за несколько мощных толчков оказался рядом.

— Ладно. Что предлагаешь?

В глазах Ани появился знакомый азарт.

— Догони меня.

Она резко оттолкнулась и помчалась вперёд.

— Аня!

Её смех разнёсся над почти пустым катком.

— Что? Не можешь?

— Ты сама напросилась!

И через секунду он бросился за ней.

Аня успела сделать почти полный круг, прежде чем услышала совсем рядом звук его лезвий. Она оглянулась через плечо и увидела, что Илья стремительно сокращает расстояние.

— Эй! Так нечестно!

— Почему?

— Потому что ты быстрее!

— Это называется практика.

— Это называется читерство!

Она попыталась ускориться, но было уже поздно. Илья догнал её, схватил за талию и резко развернул к себе.

Аня вскрикнула и вцепилась в его плечи.

— Илья!

— Попалась.

— Отпусти меня!

— Ещё чего.

Он рассмеялся и закружил её вместе с собой. Аня попыталась возмутиться, но через несколько секунд уже смеялась так сильно, что едва могла говорить.

— Поставь меня нормально!

— Ты уже стоишь.

— Я тебя ненавижу!

— Неубедительно.

Аня наконец вырвалась и тут же толкнула его плечом.

— Давай теперь ты.

— Что я?

— Катись. Я тебя догоню.

Илья посмотрел на неё с сомнением.

— Ты уверена?

— Боишься проиграть?

Этого оказалось достаточно.

Он оттолкнулся, и уже через несколько секунд Аня поняла, что совершила ошибку.

— Эй! — крикнула она ему вслед. — Так не считается!

Илья развернулся и продолжил скользить спиной вперёд, совершенно спокойно наблюдая, как она пытается его догнать.

— Ты сама предложила.

— Я передумала!

— Поздно.

Аня всё-таки настигла его у противоположного бортика — скорее потому, что он позволил ей это сделать, в чём она была почти уверена.

— Ты специально остановился.

— Ничего подобного.

— Врёшь.

— Докажи.

Она толкнула его в плечо, а он поймал её за руку и притянул к себе.

— Вот теперь точно попалась.

— Опять?

— Теперь надолго.

Аня рассмеялась, обняв его за шею.

Они продолжали кататься, уже не думая ни о времени, ни о том, что ещё несколько часов назад собирались провести эту ночь совсем иначе. Иногда они устраивали короткие гонки, иногда просто скользили рядом, держась за руки. Илья время от времени пытался показать ей какой-нибудь элемент, Аня спорила, что и без него прекрасно знает, как его делать, а через минуту они оба уже смеялись над очередной попыткой друг другу что-то доказать.

В какой-то момент Илья снова поймал её за талию и притянул к себе. Они едва не потеряли равновесие, когда Аня, смеясь, попыталась вырваться, но он удержал их обоих.

— Осторожнее, чемпион, — сказала она.

— Это ты на меня напала.

— Я вообще ничего не делала.

— Конечно.

Она собиралась ответить, но Илья наклонился и поцеловал её.

На этот раз Аня даже не удивилась. Просто улыбнулась и обняла его крепче.

Наверное, со стороны они выглядели немного безумно: катались по почти пустому катку в праздничной одежде, гонялись друг за другом, смеялись слишком громко и время от времени забывали, что вообще-то находятся не одни.

Но Ане было всё равно.

В эту ночь ей вообще впервые за долгое время было всё равно, как она выглядит со стороны.

Спустя какое-то время они всё-таки устали. Аня первой подъехала к бортику и остановилась, тяжело дыша.

— Всё. Я больше не могу.

Илья остановился рядом.

— Слабачка.

— Это ты виноват.

— Я?

— Ты заставил меня кататься посреди ночи.

— Насколько я помню, пять минут назад ты сама требовала, чтобы я катался быстрее.

— Ничего не знаю.

Он рассмеялся, и они устроились на скамейке у бортика. Аня вытянула уставшие ноги и откинулась назад, всё ещё пытаясь отдышаться.

Несколько секунд они просто сидели молча, наблюдая, как снег ложится на почти пустой лёд. После смеха и быстрой езды наступившая тишина казалась особенно приятной.

Илья вдруг потянулся к своей сумке.

— Только не говори, что у тебя там ещё один сюрприз, — сказала Аня.

— Не совсем.

Он достал небольшую бутылку шампанского.

Аня уставилась на неё, а потом перевела взгляд на него.

— Илья.

— Что?

— Откуда это вообще взялось?

— Я подготовился.

— Конечно. Надо было догадаться.

Он с совершенно невинным видом пожал плечами.

— Новый год всё-таки.

Аня покачала головой, но не смогла сдержать смех.

— Мы ужасные.

— Почему?

— Потому что я, кажется, никогда в жизни столько не пила.

— Тогда тебе определённо не обязательно пить ещё.

Илья открыл бутылку и сделал небольшой глоток прямо из неё, а затем протянул Ане.

Она посмотрела на него с сомнением.

— Очень элегантно.

— Мы сидим у пустого катка посреди ночи.

— Справедливо.

Аня рассмеялась и тоже отпила немного. Холодное шампанское обожгло губы, а через несколько секунд по телу разлилось приятное тепло.

Некоторое время они молчали.

После смеха, музыки и салютов эта тишина казалась почти непривычной. Где-то за пределами катка проезжали редкие машины, снег тихо ложился на лёд, а из динамиков едва слышно доносилась музыка.

Аня смотрела перед собой, положив голову Илье на плечо.

Она знала, что не должна об этом спрашивать.

Всё уже было в прошлом. Сегодня он сам сказал ей, чего хочет. Назвал её своей девушкой. Выложил их фотографию, которую наверняка уже увидели тысячи людей.

То интервью больше ничего не значило.

И всё же вопрос, который она столько времени пыталась забыть, неожиданно оказался на языке.

— Знаешь...

Илья повернул к ней голову.

— Мм?

Аня помедлила.

— Я видела то интервью.

Он слегка нахмурился.

— Какое?

— То, где тебя спросили, свободно ли твоё сердце.

По его лицу она сразу поняла: он вспомнил.

— А...

Аня усмехнулась и опустила взгляд на свои руки.

— Не представляешь, как больно мне тогда было это услышать.

Илья ничего не сказал.

— Это одна из причин, почему я пропала на Рождество, — продолжила она тише. — Не единственная, но... одна из.

— Ань...

— Нет, я понимаю, — быстро сказала она. — Правда. Тогда между нами ничего не было. По крайней мере, официально. Ты не был обязан рассказывать о своей личной жизни в интервью и тем более что-то объяснять мне.

Она ненадолго замолчала.

— Но мне всё равно было больно.

Илья опустил взгляд.

Аня тихо выдохнула и покачала головой.

— Чёрт. Не знаю, зачем я вообще сейчас об этом заговорила.

— Я знаю.

Она повернулась к нему.

— Почему?

— Потому что тебя это задело.

Он говорил спокойно, без улыбки.

— И если ты до сих пор об этом думаешь, значит, мне стоило объяснить всё раньше.

Аня хотела возразить, но Илья продолжил:

— Ты права. Я сказал это, потому что так было проще. И безопаснее.

Он ненадолго замолчал.

— Только не для тебя. Для меня.

Аня нахмурилась.

— В смысле?

Илья провёл ладонью по волосам и тихо усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья.

— В прямом. Я понятия не имел, что ты ко мне чувствуешь.

Она удивлённо посмотрела на него.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно.

— Илья, это же было очевидно.

— Тебе — возможно.

— Всем, наверное.

— Спасибо. Очень поддержала.

Аня не удержалась от улыбки, но почти сразу снова стала серьёзной.

— Я думала то же самое о тебе.

Теперь настала его очередь удивляться.

— Что?

Она пожала плечами.

— После интервью я решила, что всё неправильно поняла. Что тебе просто нравится проводить со мной время. Кататься, тренироваться, разговаривать... но не больше.

— Аня, нет.

Он сказал это так быстро, что она замолчала.

Илья повернулся к ней всем корпусом.

— Всё было совсем не так.

Она внимательно смотрела на него.

— Правда?

— Правда.

Он на секунду отвёл взгляд на лёд.

— Я просто боялся сказать тебе прямо.

Аня улыбнулась.

— Ты?

— Представь себе.

— Великий Илья Малинин чего-то испугался?

— Очень смешно.

— Немного.

Он покачал головой, но тоже улыбнулся.

— Я серьёзно, Ань. Ты исчезла из большого спорта. Не хотела говорить о прошлом. Каждый раз, когда разговор заходил слишком далеко, ты закрывалась. Я не понимал, что могу себе позволить, а что заставит тебя снова исчезнуть.

— А потом ты действительно исчезла, — тихо добавил он.

Аня опустила глаза.

— Да.

— И я решил, что всё испортил.

— А я решила, что была для тебя развлечением на пару недель.

Несколько секунд они смотрели друг на друга.

А потом Илья тихо рассмеялся.

— Мы идиоты.

Аня тоже улыбнулась.

— Похоже на то.

— Столько проблем из-за одного интервью.

— Между прочим, твоего интервью.

— А исчезла кто?

— Не начинай.

— Просто уточняю факты.

Она толкнула его плечом, но Илья поймал её руку и переплёл их пальцы.

Улыбка постепенно исчезла с его лица.

— С первого дня это не было игрой, Ань.

Она замерла.

Он провёл большим пальцем по её ладони.

— Я не знаю, когда именно всё стало серьёзно. Может, раньше, чем я сам понял. Но ты никогда не была для меня просто человеком, с которым приятно провести время.

Аня молчала.

— И сейчас ты в этом уверен?

Илья посмотрел на неё.

— Я несколько часов назад представил тебя всему миру как своё новогоднее желание.

Она тихо рассмеялась.

— Это не ответ.

— Хорошо.

Он придвинулся немного ближе.

— Да. Уверен.

Аня несколько секунд смотрела на него, а затем положила голову обратно ему на плечо.

— Мы оба боялись, — тихо сказала она.

Илья сжал её руку.

— Видимо.

— И оба всё усложнили.

— В основном ты.

Аня тут же подняла голову.

— Что?!

Он рассмеялся.

— Шучу. Оба.

Она прищурилась.

— Вот и хорошо.

Илья улыбнулся и поцеловал её в висок.

Некоторое время они молча смотрели на лёд. Снег медленно ложился на его поверхность, почти сразу скрывая тонкие следы от лезвий.

Аня всё ещё лежала головой на плече Ильи, когда вдруг тихо сказала:

— Знаешь, что самое странное?

— Что?

Она немного помедлила.

— Я вообще не планировала влюбляться.

Илья тихо усмехнулся.

— Поверь, я тоже.

Аня подняла голову и посмотрела на него.

— Очень романтично.

— Я стараюсь быть честным.

Она рассмеялась и сделала ещё один небольшой глоток шампанского.

— Просто странно. Ещё совсем недавно у меня был план.

— Какой?

— Очень хороший. Спокойно закончить школу, решить, что делать дальше, разобраться с катанием... — Она задумалась. — В общем, жить нормальную, предсказуемую жизнь.

— И что пошло не так?

Аня выразительно посмотрела на него.

— Ты.

Илья рассмеялся.

— Приятно быть главным разрушителем твоих планов.

— Не гордись этим.

— Уже поздно.

Она улыбнулась и снова положила голову ему на плечо.

— Иногда жизнь просто всё решает по-своему.

— Иногда это к лучшему.

На этот раз Аня не стала спорить.

Несколько минут они сидели молча. Снег ложился на их волосы и плечи, вдали продолжали вспыхивать салюты, а над почти пустым катком звучала тихая музыка.

— Спасибо, — вдруг сказала Аня.

Илья повернулся к ней.

— За что?

Она посмотрела на него и улыбнулась.

— За этот год.

— Он начался примерно час назад.

— Знаю.

— Я пока не успел сделать ничего настолько впечатляющего.

Аня рассмеялась.

— Хорошо. Тогда спасибо за его начало.

Илья переплёл свои пальцы с её.

— Это взаимно.

Аня ещё несколько секунд сидела рядом, а потом решительно поднялась.

— Всё. Хватит серьёзных разговоров.

Илья посмотрел на неё снизу вверх.

— А что предлагаешь?

Она протянула ему руку.

— Ещё один круг.

— Всего один?

— Посмотрим, как будешь себя вести.

Он усмехнулся и поднялся, принимая её руку.

Они снова вышли на лёд.

На этот раз никуда не спешили. Просто медленно скользили по почти пустому катку, держась за руки. Иногда Илья притягивал её ближе, иногда Аня специально уезжала вперёд, заставляя его догонять, но вскоре они снова оказывались рядом.

Теперь всё ощущалось иначе.

Ещё вчера между ними оставалось столько недосказанного. Вопросы, сомнения, страх сделать неверный шаг. А сейчас Аня впервые чувствовала, что ей не нужно ничего угадывать.

Он был рядом.

И она тоже решила остаться.

Сделав ещё один круг, Аня неожиданно замедлилась и остановилась почти в центре катка.

Илья проехал ещё несколько метров, прежде чем заметил это и развернулся.

— Что случилось?

— Ничего.

Она медленно огляделась.

Золотые огни ёлки отражались на льду. Крупные снежинки кружились в свете фонарей, а над крышами домов один за другим вспыхивали салюты. Где-то далеко продолжал праздновать город, но здесь, на почти пустом катке, было удивительно тихо.

Аня закрыла глаза и глубоко вдохнула морозный воздух. Ей хотелось запомнить эту ночь именно такой.

Не идеальной. Не похожей на те праздники, которые она помнила из детства.

Просто новой.

И счастливой.

Она открыла глаза.

— Это лучший Новый год в моей жизни.

Илья улыбнулся и подъехал ближе.

— В моей тоже.

— Правда?

— Ань, за последние несколько часов я получил девушку, дракона и съел примерно двадцать пирожных. Конечно, правда.

Она рассмеялась.

— Ты невозможный.

— Но счастливый.

Он обнял её за талию, и Аня прижалась к нему, спрятав лицо у него на груди.

Где-то над городом снова вспыхнул салют, на несколько секунд окрасив ночное небо.

Но Аня даже не подняла головы.

Впервые за много лет ей не хотелось никуда спешить, ничего ждать и ничего возвращать.

Всё, что ей было нужно в этот момент, уже было рядом.

_____

Они возвращались в отель медленно, хотя идти было всего несколько минут.

Аня действительно устала — ноги гудели после катания и танцев, холод пробирался сквозь тонкую ткань платья, а после шампанского слегка кружилась голова. Но дело было не только в этом.

Ни один из них не хотел, чтобы эта ночь заканчивалась.

Город вокруг продолжал праздновать. Где-то между домами вспыхивали запоздалые салюты, по улицам проезжали машины, время от времени приветствуя друг друга короткими сигналами. Из открытых дверей баров доносилась музыка, на тротуарах смеялись люди, кто-то обнимался, кто-то громко поздравлял совершенно незнакомых прохожих.

Но Аня воспринимала всё это словно издалека.

Она шла рядом с Ильёй, крепко держа его за руку, и время от времени ловила себя на том, что улыбается без всякой причины.

Хотя причина, конечно, была.

И шла сейчас рядом с ней.

Аня повернула голову и посмотрела на Илью.

— Мы точно выпили слишком много.

Он усмехнулся.

— Возможно.

— Не возможно. Точно.

— И ты об этом жалеешь?

Она задумалась на секунду.

— Ни капли.

— Тогда в чём проблема?

— Завтра спросишь.

Илья рассмеялся.

— Договорились.

Они прошли ещё несколько метров, прежде чем Аня неожиданно остановилась.

Илья по инерции сделал ещё один шаг и обернулся.

— Что?

Она посмотрела на него, всё ещё улыбаясь.

— Знаешь, если бы кто-нибудь год назад рассказал мне, как я встречу следующий Новый год, я бы решила, что он сумасшедший.

Илья слегка наклонил голову.

— Настолько всё плохо?

— Ужасно.

— Понятно.

Аня рассмеялась и потянула его за руку обратно к себе.

— Я не это имела в виду.

— Поздно. Ты уже разрушила мою самооценку.

— Как-нибудь переживёшь.

— Не уверен.

Она покачала головой, но улыбка не исчезла с её лица.

— Я просто хочу сказать, что... год назад я даже представить не могла ничего подобного.

На этот раз Илья не стал шутить.

— Я тоже.

Аня посмотрела на их переплетённые пальцы, а потом снова на него.

— Но мне нравится эта версия моей жизни.

Он улыбнулся.

— Мне тоже.

Илья притянул её ближе и поцеловал — медленно, без прежней спешки, словно им действительно больше некуда было торопиться.

Когда они отстранились, Аня ещё несколько секунд смотрела на него, а затем тихо рассмеялась.

— Мы никогда так не дойдём до отеля.

— Я не вижу проблемы.

— Я замёрзла.

— А вот это уже аргумент.

Он обнял её за плечи, притягивая к себе, и они продолжили путь.

Через несколько минут перед ними появился знакомый вход в отель. Огромные стеклянные двери бесшумно разъехались, и их сразу окутал тёплый воздух лобби. После морозной улицы внутри казалось почти жарко.

Аня остановилась на секунду, чувствуя, как снег в её волосах начинает таять. И только теперь вдруг поняла, насколько сильно устала.

Аня сняла пальто, всё ещё улыбаясь после их разговора.

— Боже... мои ноги.

Илья усмехнулся, посмотрев на её туфли.

— Я же говорил, что завтра будешь жаловаться.

— Завтра? Я уже жалуюсь.

Он рассмеялся, и они направились к лифту.

Наверх поднимались почти молча. Аня прислонилась спиной к стене и прикрыла глаза, впервые за весь вечер по-настоящему почувствовав усталость. Ноги гудели после танцев и катания, голова слегка кружилась от шампанского, а губы всё ещё горели от холода и слишком большого количества поцелуев.

Илья стоял рядом, время от времени поглядывая на неё с едва заметной улыбкой.

Молчание между ними не было неловким. После всего, что произошло за последние несколько часов, слова словно перестали быть необходимыми. Аня всё ещё пыталась осознать, что теперь они действительно вместе. Не просто друзья, не партнёры по тренировкам и не два человека, между которыми происходило что-то непонятное.

Теперь всё было по-настоящему.

Когда двери лифта открылись, они вышли в тихий коридор и направились к номеру. Здесь уже не было слышно ни музыки, ни смеха, ни салютов. Только их шаги приглушённо отдавались в тишине.

Илья открыл дверь, пропуская Аню вперёд.

Как только дверь закрылась за их спинами, она остановилась.

После шума улицы тишина номера казалась почти непривычной. За панорамными окнами всё ещё сиял город, где-то вдали над крышами вспыхивали салюты, но здесь они снова остались вдвоём.

Аня сняла туфли и с облегчением поставила их у стены, а затем осторожно опустила рядом сумку с коньками.

— Я никогда не забуду этот вечер, — сказала она, выпрямляясь.

— Я тоже.

Что-то в его голосе заставило её обернуться.

Илья стоял в нескольких шагах от неё и смотрел прямо на неё.

Аня открыла рот, собираясь что-то сказать, но слова вдруг исчезли.

Наверное, она впервые за весь вечер по-настоящему рассмотрела его. Волосы растрепались после снега и катания, несколько верхних пуговиц рубашки были расстёгнуты, рукава небрежно закатаны до локтей. Он выглядел уставшим, немного растрёпанным и совсем не похожим на того безупречно собранного Илью, который несколько часов назад ждал её у окна.

И почему-то именно сейчас он казался ей особенно красивым.

Слишком красивым.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Илья больше не улыбался, и от выражения его лица у Ани перехватило дыхание.

Она вдруг слишком остро почувствовала всё сразу: тишину вокруг, тепло номера после морозной улицы, собственное учащённое дыхание и расстояние между ними, которое внезапно показалось слишком большим.

Илья медленно подошёл ближе.

Аня не отступила.

Он остановился прямо перед ней, так близко, что она чувствовала тепло его тела и едва заметный запах одеколона, смешавшийся с холодным зимним воздухом.

— Ты замёрзла? — тихо спросил он.

Аня покачала головой.

— Нет.

Это была правда. Ей совсем не было холодно.

Но по коже всё равно пробежали мурашки, и она невольно вздрогнула.

Илья заметил.

Его взгляд медленно скользнул по её лицу, задержался на глазах, а затем опустился к губам. От этого простого движения сердце Ани забилось ещё быстрее.

Он осторожно коснулся её щеки ладонью и провёл большим пальцем по коже. Аня замерла, не отводя взгляда. Всё её тело словно мгновенно стало чувствительнее к каждому его движению — к теплу ладони, к близости, к его дыханию.

Илья слегка приподнял её подбородок.

— Аня... — начал он тихо.

Но она не позволила ему закончить.

Весь вечер он первым сокращал расстояние между ними. На катке. На крыше. На улице.

Теперь Аня не хотела ждать.

Она схватила его за воротник рубашки, резко притянула к себе и поцеловала.

В этом поцелуе уже не было прежней осторожности. Она слишком долго пыталась разобраться в собственных чувствах, слишком долго боялась ошибиться, отступить, позволить себе захотеть большего.

Теперь скрывать что-либо больше не имело смысла.

И она не хотела.

Она хотела его.

Это желание было настолько сильным, что Аня уже не могла делать вид, будто ей достаточно коротких поцелуев и осторожных прикосновений. Хотелось быть ближе, чувствовать его руки на себе, касаться его самой и больше не думать о том, правильно ли это, не слишком ли быстро и что будет завтра.

Она хотела чувствовать его намного ближе.

Внутри.

Илья, кажется, почувствовал перемену в ней сразу.

На этот раз поцелуй был совсем другим — не осторожным, не робким и совсем не похожим на те, которыми они обменивались весь вечер. В нём словно смешалось всё, что накопилось между ними за последние недели: страх ошибиться, мучительная неизвестность, дни, когда они скучали друг по другу, и облегчение оттого, что теперь им больше не нужно притворяться, будто между ними ничего не происходит.

Его руки скользнули по её талии, притягивая ближе, и Аня сразу обвила руками его шею. Её пальцы запутались в его волосах, и от этого простого движения дыхание Ильи стало тяжелее.

Поцелуй становился глубже, но никто из них не торопился. Напротив, в их движениях появилась странная медлительность, словно после стольких дней сомнений оба боялись поверить, что теперь действительно могут позволить себе быть настолько близко.

Аня уже почти забыла, где они находятся. Она чувствовала только его руки, тепло его тела и собственное сердце, которое билось так сильно, что, казалось, Илья наверняка должен был это чувствовать.

На мгновение он отстранился.

Совсем немного.

Аня открыла глаза и встретилась с ним взглядом. Илья молчал, внимательно всматриваясь в её лицо, словно пытался найти ответ на вопрос, который пока не решался задать вслух.

Её щёки всё ещё горели после мороза и шампанского, дыхание сбилось, а кулон с маленькими серебряными коньками покачивался на груди в такт её дыханию.

Илья опустил на него взгляд, а затем снова посмотрел ей в глаза.

Он понимал, чего она хочет.

И, кажется, хотел того же.

Но что-то всё равно заставляло его медлить. Не отсутствие желания — скорее наоборот. Аня видела, каких усилий ему стоит сохранять остатки самообладания.

Илья боялся поспешить. Боялся неправильно понять её, зайти дальше, чем она действительно готова, а потом обнаружить, что этот вечер, шампанское и эмоции заставили их обоих принять решение, к которому утром один из них окажется не готов.

Он провёл большим пальцем по её щеке и тихо произнёс:

— Аня...

Она замычала.

— Нет... Не останавливайся

Она притянула его назад, целуя его в губы, в щёки, спускаясь к шее, к воротнику рубашки.

Его дыхание становилось всё тяжелее и тяжелее с каждой секундой.

— Ты уверена? — прошептал он между поцелуями. — Потому что ... потому что ещё один поцелуй и я сниму с тебя это платье.

Она остановилась и несколько секунд молча смотрела ему в глаза. Илья всё ещё ждал ответа, словно боялся сделать ещё одно движение без её разрешения.

Аня чуть крепче сжала пальцами воротник его рубашки.

— Тогда что тебя останавливает?

Этого было достаточно.

Он подхватил её на руки, занося в свою спальню и опуская на свою кровать — осторожно, но в тоже время быстро, словно он не мог не ждать не секунды больше.

Его взгляд изменился — он был полон страсти, желания такой силы, которой она ещё не видела никогда.

Он стянул рубашку, кинув её в другой конец комнаты и наклонился над девушкой, смотря ей прямо в глаза.

—Будет больно. — прошептал он.

— Мне всё равно.

— Ты уверена, что это не алкоголь? Что...

Она не дала ему закончить.

— О боже, ты выебешь меня сегодня наконец-то или нет?!

Слова сами вырвались из её рта.

Два раза повторять парню было не надо.

Он резко поднял девушку, расстёгивая молнию на её платье. Быстро справившись с застёжкой, он помог ей избавиться от платья, а следом стянул колготки и небрежно отбросил их в сторону, оставив девушку в одном нижнем белье.

На мгновение они оба замерли, словно затаив дыхание. Сердце девушки колотилось как бешеное. Никто прежде не видел её такой — обнажённой и непривычно уязвимой. Смутившись под его взглядом, она попыталась прикрыться руками, но он мягко остановил её.

— Ты идеальная. Просто прекрасная, — прошептал он и коснулся губами её шеи, заставив девушку тихо застонать. — Невероятная...

Он продолжал покрывать её кожу поцелуями, постепенно опускаясь всё ниже.

Он тихо стянул с неё бюстгальтер и обвёл рукой по соску, оставляя на нём легкой поцелуй. Потом приступил к другому, слегка кусая его.

— О боже...— застонала девушка.—Илья...

Это лишь придало ему уверенности. Он медленно спустился ниже, окончательно избавляя девушку от одежды. Его губы скользнули от живота к бёдрам, оставляя на разгорячённой коже лёгкие поцелуи.

Девушка невольно изгибалась навстречу его прикосновениям, чувствуя, как напрягается всё её тело и как остро оно отзывается на каждое движение. Внутри постепенно нарастало незнакомое напряжение, становясь всё сильнее, словно приближаясь к своей высшей точке.

Она и не заметила как в один момент он спустился ниже и аккуратно ввёл палец в её влагалище.

Девушка невольно вскрикнула от неожиданности. Это было... не то чтобы больно, скорее непривычно и слишком внезапно.

Через секунду второй палец оказался внутри, заставляя девушку изгибаться.

—Больно? — прошептал Илья, тяжело дыша.

Девушка замотала головой.

—Нет... Я хочу... тебя.

Она притянула его ближе, целуя в губы, затем в шею и слегка прикусывая мочку уха.

— Ты точно уверена? — тихо спросил он.

Она тут же отстранилась и посмотрела на него, удивлённо приподняв брови. Её взгляд без слов говорил: «А ты как думаешь?»

Второй раз спрашивать не пришлось. Парень резко стянул нижнее бельё и вошёл в девушку. Нежно, медленно, аккуратно.

Резкая боль всё же пронзила тело девушки, и ей казалось, будто она ощущает её каждой клеточкой.

— Я могу остановиться, — прошептал он, придвигаясь ближе.

В ответ она лишь тихо замычала.

Он начал двигаться осторожно и медленно, не переставая целовать её губы, но с каждой секундой его движения становились всё резче, сильнее и быстрее.

Она вцепилась пальцами в его спину, оставляя на коже следы от ногтей, и изгибалась, чувствуя тепло его тела, частое сердцебиение и сбившееся дыхание.

В какой-то момент она поняла, что он уже близок. Очень близок.

Толчок. Ещё один.

Эмоции накрыли её внезапно и настолько сильно, что на несколько секунд Аня просто закрыла глаза, пытаясь прийти в себя.

Постепенно дыхание Ильи стало ровнее. Он прижал её к себе, и мир вокруг словно снова замедлился.

В комнате было тепло и тихо. Мягкий свет лампы ложился на белые простыни, а за панорамными окнами всё ещё падал снег, почти незаметный на фоне огней ночного города. Где-то далеко продолжали вспыхивать салюты, но их грохот сюда почти не доносился.

Аня придвинулась ближе и положила голову ему на грудь. Его рука лежала на её спине, медленно поглаживая её, а под щекой она слышала ровный стук его сердца.

Ей казалось странным, что ещё несколько недель назад этого человека вообще не было в её жизни.

А теперь она лежала рядом с ним и пыталась представить, как сможет вернуться домой и снова жить так, словно ничего не изменилось.

Илья вдруг обнял её крепче.

— Аня...

Она чуть подняла голову.

Несколько секунд он молчал, словно сомневался, стоит ли говорить то, о чём думает. Затем провёл ладонью по её спине и тихо произнёс:

— Я не могу тебя потерять.

Что-то болезненно сжалось у неё внутри.

Аня смотрела на него, не зная, что ответить. После всего, что произошло за этот вечер, любые слова казались слишком маленькими и недостаточными.

Поэтому она ничего не сказала.

Просто снова прижалась к нему и обняла крепче.

Илья поцеловал её в волосы, а Аня закрыла глаза, слушая его дыхание и далёкий шум города за окном.

Снег продолжал медленно падать, укрывая улицы белым.

А новый год только начинался.

____Ну что ж, думаю многие этого ждали)

Я не в спец написании постельных сцен, но надеюсь эта глава хоть немного вам понравилась.

Всех обнимаю, ваш автор 🫂