Свинец и чернила откровения

Суббота. Десять вечера. Кабинет Снегга пах, как всегда, консервированной злобой, сушёными насекомыми и чем-то горьким, вроде полыни. Эмма стояла перед его столом, пряча дрожь в пальцах, сжатых в кулаки. Снегг сидел, не предлагая ей сесть, его пальцы были сложены шпилем.

— Вы задали конкретный вопрос, мисс Поттер, — начал он, без предисловий. — О следах обратных заклятий смерти. В частности, «Авады Кедавра». Общеизвестный след — шрам на лбу вашего брата. Символ неудачи Тёмного Лорда и защиты, дарованной любовью. Но вы интересуетесь… другим видом.

Его чёрные глаза, казалось, просверливали её насквозь, останавливаясь на ключице, скрытой под тканью.— Ваша метка, — произнёс он почти беззвучно. — Не шрам. Не разрушение. Создание. Это указывает не на отражённое заклятие, а на… поглощённую его часть.

Эмма почувствовала, как ледяной комок опускается в желудок.— Поглощённую?— «Авада Кедавра» уничтожает жизнь, — продолжил Снегг, его голос стал лекционным, но от этого не менее жутким. — Но магия, особенно в таком объёме, не исчезает бесследно. В редчайших случаях, при определённых… предрасположенностях и обстоятельствах, часть этой деструктивной силы может не быть отражена, а быть захвачена выжившим. Переплавлена во что-то иное. Обычно это убивает носителя в течение часов. Вы же… выжили. Более того, метка стабилизировалась, превратившись в постоянный артефакт на вашей коже.

Он откинулся на спинку стула.— Вы, мисс Поттер, не просто выжили. Вы инкорпорировали в себя частичку магии Тёмного Лорда. Не его личность, не мысли — чистую, неоформленную силу смерти. И она с тех пор спит в вас. Или… не совсем спит.

Эмма закрыла глаза. Всё сходилось. Кошмары. Чувство чужого присутствия. Боль в Министерстве, когда Волан-де-Морт был рядом.— Она просыпается, когда Он рядом? — тихо спросила она.— Вероятно. Или когда вы под воздействием сильного стресса, страха, ярости — эмоций, родственных той силе, что в вас заключена. Вы становитесь… своего рода резонатором. Слабым, пассивным, но резонатором его магии.

Эмма открыла глаза. В них не было страха. Был холодный, острый анализ.— Это делает меня уязвимой? Он может через это чувствовать меня? Влиять?— Не напрямую. Вы — не Гарри. Ваша связь не ментальна. Она… магико-символическая. Но теоретически, при достаточной близости и силе, он может… ощущать вас. Как ощущают магнитом кусок железа. А вы — испытывать дискомфорт. Или нечто большее. Ваши кошмары… это может быть эхом его мыслей, пропущенных через призму вашего собственного подсознания и этой поглощённой силы.

Он помолчал, давая ей переварить информацию.— Есть и другая сторона, мисс Поттер, — произнёс он наконец, и в его голосе прозвучала странная, почти научная заинтересованность. — То, что было поглощено, стало частью вас. Вы можете, теоретически, научиться… взаимодействовать с этой силой. Не как Пожиратель Смерти. А как… хранитель. Контролировать её. Использовать не для убийства, а для защиты. Ваша палочка из тёмного дуба с сердцевиной сердца дракона… она идеально подходит для работы с подобными тёмными, но управляемыми силами. Это объясняет ваши успехи в зельеварении и в некоторых областях защитной магии, требующих жёсткости воли.

Эмма смотрела на него, и её мир переворачивался. Она не была просто сестрой «мальчика, который выжил». Она была «девочкой, которая поглотила часть проклятья». Это была не героическая легенда, а тёмная, двусмысленная тайна.— Что мне делать? — спросила она, и её голос не дрогнул.

Снегг достал из ящика стола тонкую, потрёпанную книгу в чёрной коже без названия.— Изучать. Эта книга посвящена теории магических резонансов и поглощений. Она опасна. В ней есть знания, граничащие с тёмными искусствами. Но вы, кажется, уже по ту сторону этой границы, хотите вы того или нет. Учитесь различать свои эмоции от… эха. Учитесь экранировать свой разум — не как окклюменс, а как барьер для магического фона. И наблюдайте. За собой. За своими снами. За реакцией метки.

Он протянул ей книгу.— Я не буду вас опекать, мисс Поттер. Вы сделали свой выбор, придя сюда. Но предупреждаю: если эта сила внутри вас выйдет из-под контроля, последствия будут ужасны. И для вас, и для окружающих. Дамблдор знает?

— Нет.— Решите, сообщать ли ему. Но помните: некоторые истины лучше знать в одиночку.

Эмма взяла книгу. Она была тяжёлой, не физически, а энергетически.— Спасибо, профессор.— Не благодарите, — отрезал он. — Я делаю это не для вас. А для того, чтобы потенциально опасный артефакт, коим вы являетесь, не взорвался в стенах моей школы. Теперь идите. И не приходите снова, пока не будете на грани.

Эмма вышла из кабинета. Коридор был пуст и тёмен. Она прислонилась к холодной стене, прижимая книгу к груди. Теперь она знала. Она была не просто Эммой Поттер. Она была сосудом. В ней жила частичка самой смерти, подаренная тем, кто убил её родителей. Это было чудовищно. Но это также было… фактом. А с фактами, как она знала, нужно работать.

Она не чувствовала отчаяния. Она чувствовала странное, леденящее спокойствие. Теперь у неё было направление. Врага нужно было изучать. Даже если этот враг был частью её самой. Она не собиралась сдаваться кошмарам. Она собиралась их понять, оседлать и превратить в оружие. В оружие для защиты тех, кого любила. Гарри. Сириуса. Фреда.

Она посмотрела на книгу в своих руках. Тёмная обложка, холодная на ощупь. Это был её новый учебник. Самый важный в её жизни. И она, Эмма Поттер, лучшая ученица Хогвартса, собиралась освоить и его. Как бы страшно это ни было. Потому что альтернатива — быть ведомой, быть игрушкой тёмных сил — была неприемлема. Она всегда контролировала свой разум. Теперь пришло время попытаться контролировать и эту тень в своей душе. Шаг за шагом. Начиная с сегодняшней ночи.