Глава 31. Пьеса для маньяка

На следующее утро Мэри была на киностудии. В павильоне её уже ждали Кейт и Том, нервно перебирающие провода от микрофонов.

— Мэри, привет! — улыбнулась Кейт, увидев её.

— Привет! — ответила Мэри, оглядываясь. — А где Лео?

Том пожал плечами.

— Не видели. Скоро Майкл придёт, указания давать. А без оператора — мы как без рук.

Мэри сжалась внутри. Чёрт! Она совсем забыла заехать за Лео утром в участок.Остаётся только надеяться, что Картер сдержал слово и выпустил его.

— Не знаю, — соврала она. — Но надеюсь, с ним всё в порядке.

Как по злому умыслу, в павильон вошёл сам Майкл. Его вид был деловым и строгим.

— Так! Работа началась! Внимание всем!

Команда замерла.

— Сегодня вы едете в театр «Колизеум». Там сегодня премьера спектакля «Последний аккорд» с участием звёзд первой величины — тех, кого вы обычно в кино видите. Ожидается аншлаг, светская тусовка. Ваша задача — сделать отличный репортаж: взять интервью у актёров до и после, пообщаться с публикой, передать атмосферу. Это наш главный материал на неделю. Остальная часть съёмочной группы ждёт вас там. Собирайте вещи и выдвигайтесь. Всё ясно?

Все кивнули. Мэри подняла руку.

— А во сколько начинается спектакль?

— Я откуда знаю? — отмахнулся Майкл. — Спросите у администрации на месте. Но вам надо быть там заранее, чтобы успеть подготовиться.

Кейт озабоченно спросила:

— А билеты? Нас же не пустят просто так.

— Точно, — буркнул Майкл, роясь в кармане пиджака. Он достал четыре билета. — Вот, держите. На Кейт, Тома, Мэри и... Его взгляд задержался на пустом месте, где обычно стоял Лео со своей камерой. — Стоп. Где твой верный оруженосец? — он повернулся к Мэри, и в его глазах засверкали знакомые искры гнева.

Мэри почувствовала, как подкатывает тошнота.

— Я... я не знаю. Он не вышел на связь.

— Как это не знаешь?! — взвыл Майкл. — Где мой оператор?! Не бесите меня с утра пораньше!

— Послушайте, я... я что-нибудь придумаю, — занервничала Мэри. — Я ему позвоню, всё выясню.

— Уж позвони! — рявкнул он. — Мне всё равно! Через час вы должны быть в театре и уже снимать! Никаких опозданий!

С этими словами он развернулся и вышел, громко хлопнув дверью. В павильоне воцарилась тягостная тишина.

— Блин, что делать? — спросил Том. — Звони Лео, срочно!

Мэри судорожно достала телефон и набрала номер Лео. Долгие гудки. Нет ответа.

— Не отвечает! — с отчаянием сказала она.

— Попробуй написать ему, — предложила Кейт. — Может, он просто спит.

— Точно! — Мэри быстро набрала сообщение: «Лео, ты где? Чёрт, прости, что не забрала тебя. У нас срочный выезд в театр «Колизеум». Майкл в ярости. Отзовись, пожалуйста!»

Отправлено. Ответа не было. Кейт и Том уже надели куртки и собрали в рюкзаки самое необходимое оборудование.

— Пошли? — спросил Том, закидывая рюкзак на плечо.

— Подождете меня на улице? — попросила Мэри. — Мне нужно кое-кому ещё позвонить.

Кейт и Том обменялись понимающими взглядами и, кивнув, вышли, оставив её одну.Мэри набрала номер Картера. Тот ответил почти сразу:

— Слушаю, Смит.

— Джеймс, ты освободил Лео?

— Давно. Ещё вчера ночью. Он вроде протрезвел. А что?

— Просто он не пришёл на работу. Сегодня у нас важные съёмки в театре, а оператора нет. Он не выходит на связь.

— Без понятия, что с ним, —равнодушно ответил Джеймс. — Я своё дело сделал. Какой театр? И зачем вам туда?

Мэри вкратце объяснила про спектакль и звёздный состав.

— Понял, — сказал Джеймс после паузы. — Если там будут актёры из разных проектов, будь начеку. Мало ли, вдруг кто-то окажется из «Игры теней».

— Вряд ли, но ладно. До связи.

Она отключилась, чувствуя беспокойство. Слова Картера были как всегда мрачны и логичны.

***Через час они уже были у величественного здания театра «Колизеум». Сдав верхнюю одежду в гардероб, они встретились с остальной частью команды — двумя осветителями и звукорежиссёром. Поскольку Лео не было, снимать пришлось другому оператору — молодому парню по имени Итан.

Мэри быстро взяла себя в руки. Перед камерой Итана, на фоне роскошного бархатного занавеса, она начала свой вступительный текст:

— Мы в легендарном театре «Колизеум», где через несколько минут начнётся долгожданная премьера спектакля «Последний аккорд». За этими стенами соберутся звёзды кино и театра, чтобы представить зрителям историю о любви, предательстве и искуплении. Атмосфера накалена до предела. Позже мы обязательно пообщаемся и с актёрами, и с теми, кто пришёл их поддержать — ведь такой вечер запомнится надолго!

Они успели взять пару беглых интервью у подходивших зрителей в вечерних нарядах, а потом посадка зрителей уже началась. Мэри, Кейт, Том и команда заняли свои места в первом ряду — привилегия прессы.

Занавес ещё не поднимался. В зале гудел оживлённый говор. И вот свет в зрительном зале стал приглушаться. На сцену вышла женщина в роскошном старинном платье. Она начала вступительную речь своей героини. И Мэри замерла. Она знала это лицо. Не по фильмам, а со старых фотографий из архива. Чёткие черты, холодная, аристократичная красота, собранные в строгую причёску темные волосы. Это была Виктория Стоун. Одна из актрис «Игры теней». Та самая, которая конфликтовала с режиссёром. Та, что выжила.

Сердце Мэри заколотилось. Ей не терпелось, чтобы спектакль поскорее закончился. Теперь у неё была реальная цель для разговора. Виктория должна что-то знать. О режиссёре, о том, что происходило на съёмках, о других актёрах. Может, о Лоре Стил, с инициалами на той фотографии?

Спектакль шёл своим чередом. Он и правда был захватывающим. Актерская игра на высоте, декорации поражали, сюжет держал в напряжении. Мэри, хоть и старалась следить за действием, постоянно поглядывала на Викторию Стоун, мысленно составляя вопросы.

***Шёл уже третий час. Действие приближалось к кульминации. И вдруг Мэри почувствовала слабый, но отчётливый запах. Не театрального дыма для эффектов, а неприятной гари. Она наклонилась к Кейт.

— Ты это чувствуешь? Запах... — спросила Мэри.

Кейт, не отрывая взгляда от сцены, нахмурилась и чуть принюхалась.

— Да... чувствую. Странно.

Том, сидевший с другой стороны, тоже обернулся.

— Может, это часть спектакля? Спецэффекты?

— Не похоже, — тихо сказал Итан.

— Эффекты пахнут иначе, а это по-настоящему, — вмешался Роб, их осветитель.

— Откуда тогда? — прошептала Кейт.

Это были не эффекты. Запах усиливался, становясь всё более явственным. Он просачивался из-под сцены, из вентиляционных решёток, плыл по залу.

Сначала на него отреагировали в первых рядах, потом волна беспокойства покатилась дальше. Кто-то в задних рядах неуверенно кашлянул. На сцене актёры, почувствовав неладное, на секунду сбились, но продолжили играть, бросая тревожные взгляды в сторону кулис. А потом в зале послышался первый испуганный возглас: «Пожар!» Кто-то решил встать.

И в этот самый момент во всём театре разом погас свет. Абсолютная, густая, непроглядная тьма накрыла театр. На сцену, на зрителей, на застывших в ужасе актёров. Тишину на секунду прорезал всеобщий вскрик — чистого, животного страха. А потом тьма ожила. Она зашумела сотнями голосов: криками, воплями, топотом ног, звуками падающих стульев. В полной темноте, в тесноте, пропитанной запахом гари, началась настоящая давка.

Мэри, вцепившись в подлокотник кресла, поняла одно: это не случайность. Погасший свет, запах гари, растущая паника — всё это было слишком знакомо, слишком похоже на старые рассказы о съёмках «Игры теней». Режиссёр тогда тоже запирал актёров, играл на их страхе, доводил до предела. Теперь то же самое происходило здесь, в театре, с сотнями зрителей.

Чья-то рука снова дернула за те же ниточки. Чей-то холодный, расчётливый ум снова устроил этот спектакль ужаса. Это была его работа. Рука, которая разбивала маски, теперь гасила свет и выпускала страх на свободу. Он здесь. Он среди них. Он смотрит, как его новая пьеса разворачивается в реальном времени, и ждёт своего момента, чтобы выйти из тени и поставить жирную точку в этом акте.