Глава 1

Утерев слёзы, я ушла в свою комнату после неприятного разговора с отчимом. Забежав в свою комнату, я кинула взгляд на календарь. До экзамена в квадрант целителей оставалось меньше полутора недель... 

Понедельник.

Я сидела над учебниками по гербологии и анатомии. Эти дисциплины никогда не были мне близки, но учить их пришлось, иначе Торекс воплотит свою угрозу в жизнь. Этого мне не хотелось. Когда я читала очередной абзац, в дверь раздался громкий стук. Я нахмурилась, и, прежде чем я успела ответить, в комнату подобно урагану влетела Элара.

— А что ты тут делаешь? — ехидно улыбнулась она, подходя ближе.

— Учусь, — коротко ответила я.

— Поиграй со мной! — ответила сестра, на что я закатила глаза.

— Я же сказала: я учусь. Позже поиграем, — фыркнула я, на что сестра хмыкнула и вырвала учебник из моих рук.

— Эй! — воскликнула я, стараясь вернуть книгу обратно. Сестра рассмеялась и вырвала страницы.

— Да я же ради тебя это делаю, идиотка! — прошипела я, собирая вырванные страницы и забирая у Элары книгу. Та показала мне язык и прошипела:

— Это за то, что ты не хотела со мной играть! — рассмеялась она зло. А затем, оскалившись, расплакалась.

— Папа!! — закричала она, и Торекс быстрым шагом забежал в комнату.

— Что случилось, милая? — мягко спросил он, поднимая дочку на руки.

— Я просто хотела поиграть, а она ударила меня книгой и закричала, что я во всем виновата, — всхлипнула она, — а затем страницы из книги вырывала! — расплакалась Элара пуще прежнего. А я тяжело сглотнула, замечая гневный взгляд отчима. Он опустил дочь на пол, прошептав какие-то успокаивающие слова, и отправил в её комнату.

После этого он повернулся ко мне. Торекс подошел ко мне, и его шаги раздавались в моей голове так громко, что мне казалось, что я оглохну. Я зажмурилась, а отчим с криком:

— Ах ты тварь! — занес руку и с силой впечатал её мне в живот. Я согнулась, и следующий удар пришелся мне на скулу.

Вторник.

Торекс отправил меня за покупками на базар. Продукты кончались, а сам он был слишком ленив, чтобы сходить самостоятельно. Длинные русые волосы скрывали синяк на скуле, а все остальные прятались под темной одеждой. Я шла между рядов с зеленью, чуть сжимая пергамент, на котором кривым почерком Торекса был написан список продуктов. В кармане у меня слегка бренчали при ходьбе три медных и одна серебряная монеты. Я спокойно подходила от одной лавки к другой, покупая нужные овощи и зелень. Мясо мы себе позволить не могли, поэтому приходилось питаться исключительно этим. Купив все нужное, я направилась в место, которое якобы было моим домом. Я чувствовала на себе косые взгляды прохожих и их мерзкий шепот за спиной. Да, моя мать была не лучшим человеком после смерти отца, и репутация у неё была ужасная, но в свое время она спасла многих здесь от гибели. А они сейчас обсуждали её пороки даже после её смерти. Чертовы лицемерные свиньи. Лучше бы сдохли. Лучше бы мать их не спасала.

— Слышишь, дочь падшей женщины, а ты такая же, как твоя мамаша?? Может, тогда отсосешь мне и моим друзьям? Не волнуйся, мы щедро заплатим! — раздался откуда-то мерзкий мужской голос, а за ним — громкий хохот его друзей. Чертовы мрази. Я сжала зубы. Сейчас не стоит попадать в неприятности. Я ещё не восстановилась после вчерашних ударов Торекса, чтобы завалить трех жирных, пьяных, мерзких мужиков. Я ускорила шаг, игнорируя их пошлые высказывания о моей фигуре и формах. Но затем один из них резко схватил меня за руку.

— Куда собралась, красавица? Я же сказал: отсоси нам, сука, — прошипел он, и меня чуть не вырвало прямо на него из-за его жуткого перегара. Я почувствовала, как кулаки сжимаются. «Держи себя в руках, Каллиста. Эти твари не заслуживают даже твоего взгляда», — успокаивала я себя, но, когда он потянул свои сальные пальцы к моей груди, я не выдержала и с силой ударила его в нос.

Послышался хруст, и из его носа хлынула кровь. Я улыбнулась, чувствуя, как тепло гордости обволакивает мою грудь. Его двое друзей тут же повскакивали со своих мест и ринулись на меня, шатаясь. Я с легкостью увернулась от их неуклюжих ударов и затем нанесла ответный.Первого, что был более массивный, я ударила сначала в скулу, а затем по яйцам и в живот. Второго, с мерзкой, неуклюже побритой рыжей бородой, я ударила в колено и приложила мордой об ближайшую стену; он взвыл от боли и упал. Тот, которому я сломала нос, испуганно посмотрел на меня и, подхватив под руки своих друзей, увел их подальше. Я оглядела свои разбитые, покрытые кровью руки и разбросанные по пыльной улице продукты, и я улыбнулась. Быстро собрав продукты, я вернулась домой и пошла смывать кровь со своих кулаков. Посмотрев на себя в разбитое зеркало, я усмехнулась. Выглядела я ужасно: разбитая губа, синяк на скуле, но в моих зеленых глазах сиял огонь и жажда. Жажда крови. Которая наконец была хоть и временно, но утолена. Пока я смывала кровь со своих рук, в отражении я увидела отчима. Он смотрел на меня из гостиной, и я видела маленький, почти незаметный, но проблеск страха в его глазах. Правильно, ублюдок, бойся. Ведь однажды ты окажешься на их месте.

Пятница.

Среда и четверг прошли относительно спокойно, если не учитывать постоянные истерики Элары и упреки Торекса. Но за столько лет они стали настолько привычными, что я их уже даже не запоминаю. Я даже не знаю, как объяснить всю ту ненависть, что я испытываю к этой чертовой гербологии. Вся эта куча растений, которые в тех или иных дозировках могут как спасти, так и убить, все эти пометки мелким шрифтом меня убивают! А у меня осталось всего три дня, чтобы выучить это так, чтобы от зубов отскакивало. Это просто ужас. Я не сдам эти чертовы экзамены и попаду в бордель, из которого я никогда не выберусь, и... «Соберись, Каллиста. Ты справишься. Не время паниковать». Я глубоко вздохнула и снова сконцентрировалась на книге. Вчитываясь в строки, я старалась запоминать все те растения, что могли бы спасти меня или убить. Сонный корень можно выявить по запаху, он резкий и травяной. Это лучше запомнить, иначе меня могут усыпить и убить. Черная лилия почти незаметна, но она может испускать легкий сладкий запах или придавать еде или воде легкий фиолетовый оттенок; съем или выпью что-то с ней, и я точно труп. Кровавый шип тоже заметить трудно, но он может оставлять микрочастицы или просто давать слегка зеленоватый оттенок. Он не убьет, но вызовет жжение во рту и раздражение всей полости губ и рта. Неприятное растение. При большой дозировке и вовсе может вызвать сильное неостанавливающееся кровотечение. Я читала все это, мысленно запоминая. Даже если я пойду в квадрант целителей, не значит, что кто-то не захочет меня убить. Я вздыхаю и перевожу взгляд в окно: там вдалеке виднеются горы. Может, где-то там прячется поляна с драконами. Я на миг прикрываю глаза, представляя, как было бы здорово парить в воздухе со своим драконом. Насколько я была бы свободна в тот момент. В этот же миг в голове загорается мысль. Что, если я не пойду в квадрант целителей? Что, если сбегу? Стоит ли мой страх перед Торексом и его угрозами моей мечты? Моей цели? Я жмурюсь от того, как сильно эти мысли давят. Мне ужасно страшно. Страшно перечить ему. Страшно видеть его в гневе. Но я обязана попытаться.Воскресенье. День экзамена.С первыми лучами солнца дверь в мою комнату с грохотом распахнулась.

— Собирайся, Каллиста! — сдергивая с меня одеяло, прорычал Торекс. Я поежилась от холодного воздуха и с трудом разлепила глаза.

— Сегодня день первого экзамена в квадрант целителей. Только попробуй его завалить, сука, — прошипел он, скрестив руки на груди и выжидающе смотря на меня. Я, которая собиралась одеться, настороженно взглянула на него.

— Мне, эм... нужно переодеться, — осторожно проговорила я. Он мерзко оскалился.

— Ну так переодевайся, — махнул он рукой, облокачиваясь на стену. Я сглотнула и сжала подол домашней рубахи.

— Ты не мог бы выйти? — дрожащим голосом произнесла я. Страх сковывал меня. Раньше он никогда не делал ничего подобного. Ком встал в горле от отвращения, когда я заметила в его взгляде явное желание. Боже, меня сейчас стошнит.

— Нет. Я сказал: переодевайся, Каллиста. Сейчас же. И не забудь поменять нижнее белье, — пошло ухмыльнулся он, а у меня задрожали руки.Я осторожно коснулась дверцы шкафа, с противным скрипом открывая его, доставая повседневную одежду и кладя её на кровать.

— Ты забыла нижнее белье, Каллиста, — как бы невзначай напомнил мне отчим. Я сглотнула и снова потянулась к шкафу. Достала оттуда нижнее белье и бросила его на кровать. Дрожащие руки сжали подол рубахи, и я повернулась к Торексу спиной, на что он фыркнул.

— Нет, Каллиста, лицом ко мне. — Ледяной ужас сковал меня, не давая пошевелиться.

— Повернись ко мне лицом, сука, пока я не заставил тебя, — прошипел он за моей спиной, и, дрожа, я все же обернулась.

— Умница. — Боже, как же МЕРЗКО. Под его пристальным взглядом я сняла рубаху, оставаясь в одном нижнем белье. Торекс взглядом указал на новое нижнее белье, что лежало на кровати. Нет. Нет. Нет. Я не дам этому случиться. С силой я швырнула скомканную рубаху ему в лицо.

— Убирайся из моей комнаты! — прошипела я, чувствуя, как он прожигает меня яростным взглядом, откидывая мою рубаху на пол. Но мне было плевать, уж лучше он изобьет меня, чем... то, что он задумал сделать. Он встал и направился ко мне. Глаза в панике начали искать хоть какое-то спасение, и я заметила ножницы, лежащие на столе. Я быстро схватила их и выставила перед собой как оружие.

— Подойдешь, и клянусь, я оставлю тебя без глаз, ублюдок! — прошипела я, направляя ножницы в его сторону. Он лишь усмехнулся ядовито и снова сделал шаг в мою сторону; я же, недолго думая, замахнулась ножницами и острым концом рассекла ему щеку, оставляя глубокий порез, из которого мгновенно хлынула багровая кровь.

— Я сказала: НАЗАД, — прорычала я яростно, и что-то темное внутри меня восторженно зарычало, увидев страх в его глазах. Он знал, на что я способна. Он знал, но все равно решил, что ему все дозволено. Торекс яростно глядел на меня, и, наверное, моя гордость и невинность пострадали бы, если бы не приглушенный крик Элары с первого этажа.

— На этот раз тебе повезло, Каллиста, — прошипел он и, прижимая руку к ране на щеке, вышел из моей комнаты. Я выронила окровавленные ножницы и обхватила себя дрожащими руками, позволяя слезам политься по щекам. Как же я его НЕНАВИЖУ. НЕНАВИЖУ. НЕНАВИЖУ. ЧТОБЫ ОН СДОХ. Повторяла я в своей голове, пока меня трясло от ужаса и немой истерики. Успокоиться я смогла только через минут десять. Утерев слёзы и одевшись, я гордо подняла голову. Я не позволю никому увидеть мою слабость. Никому.

Мы медленно подходили к зданию академии в напряженной тишине. На щеке Торекса был большой слой мази из листа жизни, который заживлял эту рану. Но я где-то в глубине души надеялась, что останется мерзкий и рваный шрам. Вечное напоминание ему. Я отогнала эти мысли, стараясь сосредоточиться на предстоящем устном экзамене. Я не чувствовала себя готовой, но и выбора у меня особо не было. Как же это злило. Мне хотелось сжать его горло в своих руках, услышать хруст и увидеть, как из его глаз утекает жизнь. Но сейчас я не могу, сейчас я слишком слаба. Он сильно толкает меня в спину, буквально заталкивая в очередь курсантов на устный экзамен.Когда пришла моя очередь, я тяжело сглотнула, но уверенно расправила плечи и зашла в кабинет.

— Здравствуйте, — проговорила я, кивая профессору. Женщина средних лет в строгой белоснежной мантии; на груди у неё была нашивка в виде белых сложенных рук на темно-зеленом фоне, внутренняя сторона была темно-серой; под мантией у неё была такая же белая жилетка из плотной ткани, застегнутая на все пуговицы. На талии у неё был кожаный пояс, на котором висели иглы и пара склянок с разными травами, мазями и отварами, наверняка лечебными. Её ноги полностью закрывали белые брюки, из-под их подола чуть выглядывали тяжелые на вид ботинки на шнуровке. Моя потертая, старая одежда на её фоне выглядела гораздо беднее, чем была. Я сглотнула и села за стол.

— Каллиста Вейл? — сухо спросила профессор, и я кивнула.

— Хорошо, начнем, — кивает женщина. — Какие существуют классификации растений по гербологии? — спросила она, и я, сглотнув, начала перечислять:

— Боевые, лечебные, стимулирующие и... контактные, — перечисляю я, на что женщина кивает.

— К какому типу относится серебряная мята? — спрашивает она, и я сглатываю.

— Лечебные. — Женщина кивает, и экзамен продолжается. Через полчаса меня с отметкой «отлично» отправляют домой. Первый этап пройден. Но счастья я не чувствую. Я возвращаюсь домой и с облегчением понимаю, что я совершенно одна. Видимо, Торекс снова взял Элару и повел к своим друзьям. Я тяжело вздохнула и устало дошла до своей комнаты, падая на кровать. Этой ночью Торекс с Эларой не возвращаются домой, а я спустя долгое время наконец сплю относительно спокойно.