Июльская тишина

Прошёл целый месяц. Майские грозы и прохладные вечера сменились знойным, настоящим июнем. За окном вовсю палило солнце, двор заполнился яркой зеленью, а в воздухе густо пахло тополиным пухом, нагретым асфальтом и ароматами цветущих клумб. Город жил полной, шумной летней жизнью: где-то смеялась молодёжь, на речке собирались компании, а в институте уже вовсю шли летние сессии.

Но для Дианы время словно застыло в том самом злополучном вечере.Она так и оставалась запертой в четырёх стенах своей комнаты, постепенно теряя связь с реальным миром. Шторы были сдвинуты так плотно, что в помещение едва пробивалась узкая полоска дневного света.

Диана часами сидела на подоконнике, уткнувшись подбородком в колени, и смотрела во двор сквозь мутное стекло. Ее глаза были вечно опухшими от некончающихся слёз, а под ними залегли глубокие, тёмные тени. Без сна, без встреч, без нормальной еды - она действительно начинала казаться самой себе постепенно сходящей с ума.

Обида и глухая, тупая тоска выели её изнутри. В голове по кругу прокручивались одни и те же воспоминания: его голос, поцелуи у реки, а потом - его холодное, чужое «иди учись, забудь сюда дорогу».

Выходила из комнаты Диана крайне редко - только тогда, когда в квартире никого не было. Она на цыпочках пробиралась на кухню, чтобы запихнуть в себя хоть какой-то сухой кусок хлеба или сделать пару глотков воды просто потому, что организм требовал ресурса выживать. Еда казалась абсолютно безвкусной, словно пепел, и ничего из того, что готовил и оставлял дядя Коля, ей категорически не хотелось.

Иногда, глядя вниз с третьего этажа, она замечала среди зелени деревьев знакомую силуэтную фигуру. Валера всё так же приходил во двор. Он стоял у турников или сидел на скамейке, поджав губы, и сутками смотрел на её тёмное, закрытое окно. Но стоит им было мельком встретиться взглядами сквозь стекло, как Диана тут же отпрядывала назад, задергивая ткань и погружаясь в привычную, болезненную темноту.

Оглушительный стук в дверь квартиры раздался ближе к обеду. Дяди Коли дома не было, и Крис, зная это, воспользовалась запасным ключом, который ей когда-то давным-давно дала сама Диана.

Дверь в комнату распахнулась с треском. В полутьме помещения Крис замерла на пороге, ужаснувшись увиденному: спертый воздух, плотно задернутые шторы и Диана - бледная, исхудавшая, с темными кругами под опухшими глазами, сидящая на полу у кровати в неизменной пижаме.

- Всё, Захарова, хватит! - отрезала Крис.Она решительно шагнула через всю комнату, с шумом раздвинула шторы, заливая помещение слепящим июньским солнцем, и открыла окно настежь. В комнату ворвался свежий ветер, запах тополиной зелени и шум летнего города.

Диана болезненно зажмурилась, закрывая лицо руками:- Крис, уходи... Пожалуйста. Я не хочу никого видеть.

Но Крис не стала слушать. Она подошла вплотную, решительно наклонилась и резко, сильно схватила Диану за локоть, заставляя её подняться с пола и посмотреть прямо в глаза.

- Не уйду! - твёрдо и эмоционально выдохнула Крис, не разжимая пальцев. - Хватит убивать себя, Диана! Посмотри на себя в зеркало! Во что ты себя превратила?!

- Ты ничего не понимаешь... - прошептала Диана, и из её глаз снова брызнули горячие слёзы. - Он просто выбросил меня из своей жизни! Как будто меня и не было!

- Я всё понимаю! - перебила её Крис, крепче сжав её руку и встряхнув подругу. - Больно, да! Я знаю, как тебе больно, и знаю, что внутри сейчас всё горит! Но жизнь продолжается, слышишь меня?! Ты - Диана Захарова! Умная, сильная, гордая дипломатка! Ты ради него готова себя в гроб загнать, а жить за тебя кто будет? Твои мечты, твоя учеба, твоя жизнь - они никуда не делись!

Диана стояла, судорожно глотая воздух, а из её груди вырвался тяжелый, надрывный всхлип. Впервые за этот месяц сквозь глухую, омертвевшую обиду пробились настоящие, живые эмоции.

- Пойдём в ванную, - уже мягче, но всё так же твёрдо сказала Крис, не выпуская её локтя. - Мы смоем с тебя этот месяц. Ты умоешься, причешешься, и мы начнём вытаскивать тебя из этой ямы. Шаг за шагом. Поняла меня?

Диана медленно, едва заметно кивнула, вытирая слезы второй рукой. Стена, которую она строила вокруг себя все эти недели, наконец дала трещину.

Крис не выпускала её локтя, пока они медленно шли по коридору. В ванной комнате она включила прохладную воду, намочила небольшое полотенце и осторожно приложила его к горячему, опухшему от слез лицу Дианы. Прохлада принесла мгновенную, почти физическую ясность, заставив Диану впервые за долгое время сделать глубокий, полноценный вдох.

- Вот так, - тихо проговорила Крис, глядя на подругу через зеркало. - Смотри на себя. Ты живая, Диан. И ты справишься.Диана подняла глаза на своё отражение. Из зеркала на неё смотрела бледная девушка с глубокими тенями под глазами, но в её взгляде больше не было той омертвевшей пустоты, которая пугала последние четыре недели. Слова Крис, резкие и честные, пробили ту стену заторможенности, в которую Диана сама себя замуровала.- Он ведь правда всё решил сам... - прошептала Диана, и её голос впервые звучал не со слезами, а с острой, прорезающейся гордостью. - Даже не спросил, чего хочу я. Прогнал, будто я какая-то обуза.- Потому что он дурак, Захарова, - прямо и без виляний ответила Крис, помогая ей завязать мокрые волосы в аккуратный узел. - Уличный упрямый дурак, который решил поиграть в благородство и спасителя. Он думает, что делает тебе лучше, а на самом деле сломал всё, до чего дотянулся. Но ты не должна ломаться вслед за ним. Поняла?Диана смыла остатки усталости холодной водой и кивнула. С каждым мгновением внутри поднималось забытое чувство собственного достоинства. Она вспомнила, кем была до этого разрушительного месяца: целеустремлённой, сильной девчонкой, которая не пасовала перед трудностями и умела добиваться своего.- Пойдём на кухню, я сделаю тебе нормальный чай, - Крис подтолкнула её к выходу. - А потом мы откроем твои конспекты. До конца сессии ещё есть время, и ты вытащишь свои зачёты. Ты никому - ни декану, ни Валере - не докажешь ничего, пока сидишь в темноте.На кухне вовсю светило яркое июньское солнце. Впервые за долгое время Диана почувствовала запах свежезаваренного чая и мятных листьев. Она присела за стол, обхватив ладонями тёплую кружку. Обида на Турбо никуда не исчезла - она всё так же жгла где-то глубоко под рёбрами, но теперь эта боль не парализовала её, а превращалась в упрямое желание жить дальше.- Крис... - тихо произнесла Диана, глядя на подругу. - Спасибо тебе.- Не за что, дипломатка, - с улыбкой отозвалась Крис, садясь напротив. - Мы ещё покажем этому городу, на что способны.