Вечер вне правил

Субботний вечер обрушился на город резким похолоданием, но Кристину это совершенно не смущало. Около шести вечера она прибежала к Диане домой - румяная, взъерошенная и с искрящейся идеей в глазах.

- Всё, столичная, хватит сидеть в четырёх стенах! - с порога заявила она. - Дядя Коля твой на смену ушёл, я видела. Нам выпал идеальный шанс прогуляться и нормальную Казань посмотреть, а не только маршрут «дом - институт».

Диана на секунду замешкалась, но мысль о том, что можно провести вечер как обычная студентка, победила. Она быстро накинула тёплое пальто, повязала шарф, и девчонки выскочили на улицу.

Февральский центр Казани встречал их сиреневыми сумерками, огнями витрин и хрустящим под ногами снегом. Они долго бродили по заснеженным улочкам, заглядывая в маленькие кофейни и сувенирные лавки. Кристина без остановки травила университетские байки, а Диана впервые за долгое время искренне и громко смеялась, ощущая, как спадает сковавшее её напряжение.

Ближе к восьми вечера Кристина с хитринкой потянула подругу в сторону тихой улочки, где завлекательно горели огни небольшого полуподвального бара.

- Нам нужно расслабиться по-настоящему, - подмигнула Крис.

Заняв дальний столик в тепле, девчонки заказали напитки и легкую закуску. В уютной атмосфере под ритмичную музыку время потекло совершенно незаметно. Градус напитков и весёлый разговор быстро сделали своё дело: щёки запылали, в голове появилось приятное головокружение, а все былые страхи и жесткие правила казанских улиц стали казаться чем-то абсолютно далёким и нереальным.

Они вышли из бара уже поздно вечером. Хмельной хмель и морозный воздух ударили в голову, заставляя девчонок смеяться без остановки, громко напевать песни и чуть пошатываться на скользких тротуарах. Диана шла под руку с Кристиной, чувствуя невероятную, опьяняющую свободу.

- Ну и где твой хмурый Турбо? - с хохотом спросила Кристина, придерживая подругу на повороте. - Потерял тебя, получается!

- Пусть ищет! - с вызовом выкрикнула Диана в морозную ночную тишину, закинув голову к темному небу. - Я сегодня сама по себе!

Она и представить не могла, что в этот самый момент у подножия лестницы её дома, на лютом морозе, измеряя двор шагами и отламывая фильтр у очередной сигареты, её ждал Валера. И вид у него был такой, будто он готов был разнести весь этот город до основания.

Девчонки, смеясь и поддерживая друг друга на скользких кочках, наконец ввалились во двор. Алкогольный хмель ещё приятной волной гулял по венам, а щеки горели от смеха и февральского мороза.

- Всё, столичная, доставила тебя в целости и сохранности! - громко провозгласила Кристина, притормаживая у скамейки. - Завтра отсыпаемся, а в понедельник жду отчёта!

- Давай, до завтра, Крис! - Диана махнула ей рукой и сделала пару шагов к подъезду.

Едва Кристина скрылась за углом дома, как из густой тени под аркой медленно выделилась темная фигура. Диана замерла, сделав шаг назад, но знакомая походка и поднятый воротник куртки тут же выдали его.

Валера шагал неторопливо, но в каждом его движении ощущалась давящая, опасная угроза. Он остановился в паре шагов, глубоко затянулся сигаретой и медленно выпустил плотную струю дыма прямо в морозный воздух. В тёмных глазах, скрытых в тени козырька, застыл холод, от которого хмель у Дианы мгновенно начал улетучиваться.

- Нагулялась? - тихо, с опасной хрипотцой спросил он.

Диана выпрямилась, старательно сжимая губы, чтобы не выдать легкое пошатывание, и попыталась вернуть себе дерзкий вид:

- А тебе-то что? Я не на детской площадке, чтобы мне комендантский час устраивать.Валера сделал шаг вперед, сокращая дистанцию, и Диану обдало смешанным запахом табака, мороза и чистого гнева. Он взглянул на её покрасневшие щеки, блестящие от алкоголя глаза и щелчком отбросил сигарету в сугроб.

- Я тебя по всему району два часа ищу, - чеканя каждое слово, произнес он. Голос звучал без ора, но от этого тона внутри у Дианы всё сжалось. - Дядя Коля ушёл, думает, ты дома сидишь. А ты тут с подружкой по барам шляешься и песнюшки на всю улицу орёшь?

- Я имею право отдыхать! - огрызнулась она, сделав шаг ему навстречу и упрямо вздернув подбородок. - Перестань вести себя так, будто я твоя собственность! Ты мне никто, Валера!

Турбо на секунду замолчал, цепко разглядывая её пылающее лицо. На его скуле под заживающим синяком ходили желваки.

- Я за тебя головой отвечаю, - сбавив тон до опасного шепота, произнес он, наклоняясь ближе. - И если с тобой что-то случится в этом городе, пока ты веселишься, спрашивать будут с меня. Поняла?

- Ничего со мной не...

- Домой пошла, - жестко перебил он ее, указывая взглядом на открывающуюся дверь подъезда. - Быстро. И чтобы через пять минут в окнах свет горел. Разговаривать будем завтра, когда дурь из головы выветрится.

Диана зажмурилась от нахлынувшего чувства бессилия, резким движением вырвалась и побежала прочь от подъезда. Алкоголь и подступившая обида окончательно затуманили разум. Единственным порывом было сбежать от его пристального взгляда туда, где стояла одинокая телефонная будка у угла дома.

Турбо нагнал её мгновенно. Он перехватил её за запястье прямо перед заснеженным стеклом будки и резко развернул к себе.

- В квартире разбираться будем! - отрезал Турбо, упрямо таща её за собой через заснеженный двор.

Диана пыталась вырвать руку, спотыкалась на ровном месте, а алкоголь в крови смешался с липким, удушающим чувством обиды. Все эмоции, которые она копила в себе с момента отъезда из Москвы, вдруг подступили к самому горлу.

Обида на отца, который просто избавился от неё, отослав в чужой город к родственникам. Боль от того, что дома она оказалась никому не нужна. Одиночество, пустые длинные гудки в телефонной будке, где на том конце провода так никто и не поднял трубку, и этот чужой, холодный город с его жесткими правилами... Всё это рухнуло на неё в одну секунду.

Диана резко перестала вырываться и просто застыла посреди двора. Её плечи затряслись.Валера, почувствовав, что она больше не сопротивляется, затормозил и раздражённо обернулся, собираясь отпустить очередную колкость:

- Ну чё ты опять...

Но слова застряли у него в горле.

Диана стояла под жёлтым светом фонаря, уткнувшись лицом в ладони, и плакала - навзрыд, детскими, беспомощными слезами. Из-за выпитого и нахлынувших воспоминаний остановиться она уже не могла. Слёзы мгновенно обжигали замёрзшие щёки, смешиваясь с тушью, а губы поддрагивали от рыданий.

- Ты... ты ничего не понимаешь! - с трудом проговаривала она сквозь всхлипы, давясь словами. - Я просто хотела позвонить! А там... там даже трубку никто не берет! Им вообще на меня наплевать! Отцу просто... просто мешала моя жизнь там! Скинул меня сюда, как ненужную вещь!

Валера замер. Вся его уличная строгость мгновенно улетучилась, уступив место полной растерянности. Он привык к жёстким правилам и дракам, но перед этими искренними, детскими слезами оказался абсолютно беспомощен.

- Эй... «московская», ну ты чего? - тихо и уже без тени злости произнёс он, сделав шаг ближе.

- Думаешь, я по своей воле сюда приехала?! - с надрывом произнесла Диана, опустив руки от пылающего лица и глядя на него затуманенными от слёз глазами. - Думаешь, мне нравится, что меня здесь на каждом шагу контролируют?! Да меня просто вычеркнули там! Забыли!

Валера молча смотрел на её трясущиеся плечи. Впервые он увидел за её колючим характером настоящую боль человека, у которого выбили почву из-под ног.Он тяжело вздохнул, достал из кармана чистый платок и аккуратно прикоснулся к её щеке, стирая мокрую дорожку.

- Тихо ты... Замёрзнешь же совсем, - мягко сказал он. - Никто тебя не забыл.

Он расстегнул свою куртку, накинул её Диане на плечи, защищая от пронизывающего ветра, и осторожно взял её за руку, помогая удержаться на скользком снегу:

- Пошли в подъезд. Хватит на морозе сырость разводить. Я с тобой постою, пока не успокоишься. Поняла?