12 глава

Ты смотришь на экран, перечитывая сообщение снова и снова. «Я хотел бы быть тем, кого ты ищешь. Но я не уверен, что ты готова это услышать».

Ты не спишь почти до утра. Ворочаешься, смотришь в потолок. В голове крутятся одни и те же мысли: кто он? Почему не говорит прямо? Что значит «я не уверен, что ты готова»?

Проснувшись у тебя что-то щёлкает внутри. Ты садишься на кровати и хватаешь телефон. Набираешь его номер, не думая. Просто нажимаешь «вызов».

Гудки. Один. Два.

— Возьми трубку, - говоришь под нос себе.

Три. Четыре.

— Ну..

На пятом гудке - тишина. Он взял.

Ты прижимаешь телефон к уху, задерживая дыхание. В трубке - только дыхание. Ровное, спокойное. Он слушает.

— Я знаю, что ты там. Я знаю, что ты слушаешь. Может ты уже скажешь наконец кто ты?

Тишина. Только его дыхание. Ты слышишь, как он выдыхает - медленно, почти беззвучно.

— Это ты, Джуд? Просто скажи «да». Или скажи «нет». Я не буду злиться. Я просто... я должна знать.

Молчание. Ты слышишь, как он сглатывает. Как будто он на грани.

И вдруг - короткий, прерывистый выдох. Как будто он хочет что-то сказать, но не может.

А потом - гудок.

Он сбросил звонок.

— Что за..Он вообще ненормальный? - проговорила ты в пустоту.

————

На работе день начинается обычно. Ты сидишь в своём кабинете, правишь текст, пьёшь кофе. Алисия заходит пару раз, болтает о всякой ерунде. Ты улыбаешься ей в ответ.

В обед ты идёшь на стадион. Тебе нужно сделать несколько фотографий для материала - общий план поля, трибуны, раздевалки. Ты берёшь камеру, выходишь на свежий воздух и чувствуешь, как холодный ветер касается лица. На поле идёт тренировка младшей команды, слышны крики тренера, свист, звук мяча о газон.

Ты стоишь у бровки, настраивая объектив, когда замечаешь краем глаза Джуда. Он сидит на трибуне один - в нескольких рядах от тебя, в наушниках, смотрит на поле. Он не тренируется сегодня, это его выходной. Ты стараешься не смотреть в его сторону, сосредотачиваясь на камере. Делаешь несколько кадров, двигаешься вдоль поля, ищешь лучший ракурс.

В какой-то момент ты чувствуешь, как кто-то проходит мимо тебя. Быстро, почти бегом. И вдруг - резкий толчок в плечо. Ты не успеваешь среагировать. Камера вылетает из рук, ты теряешь равновесие и падаешь на колени прямо на жёсткий пластик беговой дорожки. Боль пронзает колени, руки врезаются в покрытие. Камера с глухим стуком бьётся об асфальт рядом.

— Ой, простите, не заметила! - слышишь ты женский голос, полный фальшивого сожаления. Ты поднимаешь голову и видишь Сиену - девушку из пресс-службы клуба, которая всегда смотрит на тебя с плохо скрываемой неприязнью. Она улыбается, но в глазах - ни капли сочувствия.

— Я так торопилась, ну ты же понимаешь, - говорит она, даже не думая наклониться, чтобы помочь тебе подняться. — Работа, знаешь ли, не ждёт.

Ты чувствуешь, как к горлу подступает ком. От боли, от унижения, от этой её улыбки. Ты пытаешься встать, но колени сильно саднят, и ты снова почти падаешь, опираясь на руки.

И в этот момент ты слышишь шаги. Быстрые, уверенные. Кто-то опускается рядом с тобой, и сильные руки подхватывают тебя под локоть.

— Ты в порядке? - голос низкий, напряжённый. Ты поднимаешь глаза и видишь Джуда.

Его лицо бледное, глаза горят. Он не смотрит на Сиену - он смотрит только на тебя, на твои разбитые колени, на то, как ты дрожишь.

— Я в порядке, - выдыхаешь ты, пытаясь улыбнуться. — Просто упала.

— Ты не просто упала, - голос Джуда звенит от сдерживаемой ярости. Он медленно поднимается, поворачивается к Сиене. Та делает шаг назад, её улыбка становится неуверенной.

— Я случайно, - говорит она, но в голосе уже нет прежней уверенности.

— Случайно, значит? - Джуд смотрит на неё в упор. — Ты видела, что она стоит с камерой. Ты могла обойти. Но ты выбрала пройти прямо через неё.

Сиена открывает рот, чтобы что-то сказать, но Джуд перебивает:

— Если я ещё раз увижу, что ты так «случайно» причиняешь кому-то боль, я тебе ноги оторву. Ясно?

Она бледнеет. Кивает, быстро бормочет «извини» и почти убегает, не оглядываясь.

Ты сидишь на дорожке, сжимая разбитую камеру в руках. Джуд поворачивается к тебе, и его лицо мгновенно меняется - с жёсткого на мягкое, обеспокоенное. Он снова опускается рядом.

— Дай посмотрю, - говорит он, протягивая руку к твоим коленям. Ты вздрагиваешь от его прикосновения, и он замирает. — Прости. Я не хотел.

— Всё нормально, - говоришь ты, но голос дрожит.

Он смотрит на тебя. Долго.

— Ты сильно ушиблась? - спрашивает он тихо.

— Немного, - ты пытаешься улыбнуться. — Камера... кажется, разбита.

— Камера - не важно. Сейчас главное ты.

Он помогает тебе подняться. Ты опираешься на его руку, чувствуя тепло его пальцев. Он не отпускает тебя, даже когда ты уже стоишь. Его рука лежит на твоей талии - осторожно, почти невесомо.

— Мне нужно... - начинаешь ты, но не заканчиваешь.

— Я провожу тебя, - он перебил тебя. Это не вопрос. Это утверждение.

Вы идёте по стадиону, и ты чувствуешь на себе взгляды. Кто-то смотрит с удивлением, кто-то с любопытством. Джуд не замечает никого.

У входа в здание он останавливается.

— Тебе нужно обработать колени, - говорит он. — Не ходи сегодня никуда.

— Джуд... - ты хочешь сказать ему что-то важное, но слова застревают в горле. — Спасибо.

Он смотрит на тебя, и в его взгляде читается что-то, что заставляет твоё сердце биться быстрее.

— Не за что, журналистка.

Он разворачивается и уходит. Ты смотришь ему вслед и чувствуешь, как внутри поднимается волна противоречивых чувств. Ты хочешь окликнуть его, спросить о записках, о сообщениях. Но ты молчишь.

————

Вечером ты сидишь дома. Колени обработаны, камера в мастерской - техник сказал, что, возможно, её можно починить. Ты держишь телефон в руках и смотришь на диалог с тем незнакомым номером.

Ты набираешь сообщение:

«Ты был сегодня на стадионе?»

Ответ приходит через несколько минут. Твой пульс учащается, когда ты видишь три слова:

«Видел всё, Лина».

Ты замираешь. Он был там. Он видел, как ты упала. Он видел, как Джуд подошёл к тебе. Ты чувствуешь, что вот-вот упадёшь в пропасть между «да» и «нет».

«Ты знаешь Джуда?» - пишешь ты.

«Знаю. Но это не имеет значения».

«Кто ты? Просто скажи».

«Я не могу. Не сейчас» - отвечает он.

— Но почему?

«Потому что. Спокойной ночи, Лина», - приходит последнее сообщение.

Ты не отвечаешь. Глаза начали слипаться. Ты сразу же провалилась в сон, как только ты коснулась головой подушки.