13 глава

Ты просыпаешься с тяжёлой головой и чувством, что внутри закипает что-то опасное. Ночные сны были сбивчивыми. Ты садишься на кровати и смотришь на телефон. Ни одного сообщения. Ты чувствуешь, как внутри разрастается раздражение. Не на него - на себя. На то, что позволяешь этому продолжаться. На то, что ждёшь, гадаешь, надеешься.

————

На работу ты приходишь с чётким намерением. Ты не будешь больше смотреть на телефон в ожидании сообщений. Не будешь перечитывать старые диалоги. Будешь работать, и будешь делать это хорошо.

Ты сидишь за столом, правишь текст, но слова не складываются в предложения. Ты перечитываешь один и тот же абзац десять раз, но он не имеет смысла.

Алисия заходит с чашкой кофе, ставит её перед тобой и садится напротив. Она смотрит на тебя с лёгкой тревогой.

— С тобой всё нормально? - спрашивает она, наклоняясь ближе. — Ты выглядишь так, будто не спала всю ночь.

— Нет, - честно отвечаешь ты. — Но я собираюсь это исправить.

Алисия поднимает бровь, но ты уже встаёшь из-за стола и выходишь из кабинета. Она окликает тебя, но ты не оборачиваешься. Ты знаешь, что должна сделать. Должна знать правду. И ты должна получить её сейчас.

————

Ты идёшь на стадион. Ветер холодный, пронизывающий, но ты почти не замечаешь его. Твои ноги несут тебя в то место, где ты вчера видела Джуда. На поле пусто - тренировка закончилась, только несколько работников собирают инвентарь. Ты почти разворачиваешься, чтобы уйти, когда замечаешь его. Он выходит из раздевалки, один, в толстовке с капюшоном, наушники в ушах. Он не видит тебя, пока ты не оказываешься прямо перед ним.

Он вздрагивает, выдёргивает наушник и смотрит на тебя с удивлением. Он окидывает тебя взглядом с головы до ног, и на его губах появляется лёгкая ухмылка. Капюшон сползает с его головы, и ты видишь, что его волосы растрёпаны, будто он только что проснулся или специально придал себе небрежный вид.

— Ты ищешь меня? Как мило. Ты соскучилась?

Ты чувствуешь, как внутри закипает раздражение. Он не двигается с места, просто смотрит на тебя сверху вниз, скрестив руки на груди. Его поза - расслабленная, почти ленивая.

— Мне нужно с тобой поговорить, - говоришь ты, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Сейчас.

Он ухмыляется, медленно убирая наушники в карман. Его движения плавные, неторопливые, будто он наслаждается моментом.

— Я весь внимание, - говорит он, насмешливо склоняя голову набок.

Ты сжимаешь кулаки. Он провоцирует тебя. Он знает это. И ему это нравится.

— Идём, - говоришь ты, хватая его за руку и таща за собой в ближайший пустой кабинет.

Твои пальцы сжимают его запястье, и ты чувствуешь, как его пульс учащается. Или это твой собственный? Он не сопротивляется, идёт за тобой с лёгкой улыбкой на лице. Когда вы заходите в переговорную, он закрывает дверь за вами и прислоняется к ней спиной, скрестив руки на груди. Он смотрит на тебя с вызовом, и ты видишь, как под его толстовкой напрягаются мышцы.

— Ну, - говорит он, рассматривая тебя с откровенным интересом. — Я здесь. И я весь твой. Что ты хочешь мне сказать? Только имей в виду, у меня есть ещё дела, так что давай побыстрее.

Ты смотришь на него, и внутри поднимается волна гнева. Он стоит перед тобой, такой наглый, будто ты - просто капризная девочка, которая пришла к нему за вниманием.

— Это ты, Джуд? - спрашиваешь ты, глядя ему прямо в глаза. — Ты пишешь мне сообщения с незнакомого номера? Ты оставляешь мне розы и записки?

Он усмехается, медленно покачивая головой. Его взгляд не отрывается от твоего лица, и ты чувствуешь, как он изучает каждую твою эмоцию.

— А если я скажу «да», что ты сделаешь? - спрашивает он, делая шаг вперёд. — Ты обрадуешься? Рассердишься? Или, может быть, ты просто хочешь, чтобы я подтвердил твою догадку, потому что ты хочешь, чтобы это был я?

Он подходит ещё ближе, и ты чувствуешь запах его одеколона - знакомый, тёплый, который когда-то кружил тебе голову. Он наклоняется, почти касаясь твоего уха, и его голос становится тише, интимнее:

— Скажи мне, Лина, ты хочешь, чтобы это был я? Ты хочешь, чтобы именно я оставлял тебе эти записки? Чтобы я думал о тебе по ночам? Чтобы я смотрел на тебя и не мог дышать?

Ты отшатываешься, чувствуя, как внутри поднимается паника.

— Я хочу знать правду! Ты играешь со мной, Джуд. Ты даёшь мне надежду, а потом отбираешь её. Ты подходишь ко мне, когда я падаю, ты говоришь, что я важна, а потом исчезаешь. Ты назвал меня скучной, сказал, что я не даю тебе ничего, а теперь вдруг...

— Я передумал, - перебивает он тебя, и его голос становится твёрже. Он делает ещё один шаг вперёд, и теперь он почти вплотную к тебе. Его рука касается твоей руки, и ты вздрагиваешь от этого прикосновения. — Хочешь правды? Тогда слушай. В тот день я видел, как ты смеёшься с ним. Я видел, как он обнимает тебя. И с твоей стороны это было абсолютно некрасиво и неправильно - подпускать к себе первого встречного. И знаешь что? Я пытался быть взрослым. Я пытался не обращать внимания. Я пытался быть тем, кто не ревнует. Не получилось. На следующий день я понял, что я не могу быть тем, кем не являюсь. Я - тот, кто хочет, чтобы ты смеялась только для меня. Чтобы ты была моей. Чтобы обнимал тебя тоже только я.

Ты хотела съязвить, но он перебил тебя.

— Нет, молчи Лина. Я терпел, но начал замечать, что вы слишком много времени уделяли друг другу. Тогда я решил проучить тебя. Я ушел. Игнорировал. Не отвечал. Я хотел сделать тебе настолько грязный проступок. Чтоб ты поняла, что ты творишь Лина. Чтоб до твоих крошечных мозгов дошло.

Ты смотришь на него, и внутри поднимается смесь гнева и растерянности. Его пальцы слегка сжимают твою руку, и ты чувствуешь тепло его кожи.

— Тем самым «тайным поклонником» был кстати я. Я попросил друга помочь мне, чтобы запутать тебя. Чтобы ты не догадалась, что автор - я. Нужно было создать иллюзию, что у тебя с Габриэлем есть общий тайный поклонник, чтобы ты начала подозревать его во всем этом, а я..так, не в счет. В итоге: цветы, записки, подарки - все от меня, но чтобы лишний раз не светиться, мне пришлось просить друга, чтобы он тайно подкладывал тебе все это. Ну, а переписка, как ты уже догадалась - это тоже был я.

— Божее, - ты закрываешь лицо руками. — Ты неадекватный Беллингем. Почему нельзя было сразу мне сказать о том, что ты ревнуешь? Зачем доходить до такого абсурда?

Он перебивает тебя.

— Потому что я хочу видеть, как ты хочешь меня. Я хочу знать, что я не единственный, кто чувствует это. Я хочу видеть, как ты сходишь с ума от невозможности быть рядом со мной.

Ты делаешь шаг назад, чувствуя, как внутри закипает настоящая злость. Ты вырываешь свою руку из его захвата.

— Ты думаешь, что весь мир крутится вокруг тебя. Ты думаешь, что я буду бегать за тобой, потому что ты сказал несколько красивых слов и оставил мне цветы. Ты - эгоистичный, самоуверенный идиот, который не понимает, что я не игрушка.

— Я знаю, что ты будешь бегать за мной, - говорит он с усмешкой. — Потому что ты уже бегаешь. Ты здесь. Ты пришла ко мне. Ты хочешь знать правду. И ты хочешь, чтобы эта правда была я.

Он подходит к тебе снова, и ты чувствуешь, как его дыхание касается твоего лица. Его руки ложатся на твои плечи, и ты замираешь.

— Скажи мне, Лина, - говорит он, и его голос становится низким, почти хриплым. — Когда ты смотришь на меня, ты видишь его? Ты видишь того, кто оставляет тебе розы? Ты видишь того, кто пишет тебе эти слова?

Ты смотришь в его глаза, и внутри всё переворачивается. Он так близко, что ты можешь видеть каждую ресницу, каждый оттенок его глаз. Его пальцы слегка сжимают твои плечи, и ты чувствуешь, как он дрожит.

— Ты не знаешь, что я чувствую. Я устала от твоих качель Беллингем. Ты то ласкаешь меня, то топчешь ногами. Открываешь мне душу, и делаешь из меня посмешище, - шепчешь ты, и голос предательски дрожит.

— Прости, - сказал он.

Ты смотришь на него, чувствуя, как внутри поднимается волна противоречивых чувств.

В этот момент он разворачивается, открывает дверь и выходит, не оглядываясь.

Ты остаёшься одна в пустом кабинете, чувствуя, как слёзы текут по щекам. Ты не знаешь, плакать тебе или злиться.

Продолжение следует...