8

Даже когда Анелия находилась в отключке, Лэделайн не спускал с нее глаз и в быстром темпе поспевал за громилами, что несли девушку на руках. Он предполагал, что та может просто-напросто притворяться спящей и в любой момент перестать играть спектакль, дабы оглушить грешных.

Трое охотников и манул в придачу шли по роскошному коридору, на стенах которых висели живописные картины природы и портреты знатной семьи. Парня тошнило от одного их вида каждый раз, когда он проходил мимо, поэтому чаще всего пытался не смотреть на них. Спрашивается, почему он тогда не сбежал вместе с Анелией, раз так ненавидел дворец? Почему не освободился от этой ноши?

Ответ знал лишь он один.

Месть.

Побег в его планы не входил, поэтому ему приходилось мучить себя каждый день, просыпаясь в и до того омерзительных хоромах.

"Месть - холодное блюдо. Для лучшего вкуса, его стоит подавать в самый последний момент", - крутил на репите эту мысль он.

Лэделайн не решался рассказывать Анелии тех подробностей, что произошли с ним в раннем детстве, ведь если бы она знала всю суть, ей было бы сложнее решиться на побег. Она бы ни за что не оставила парня одного и помогла бы совершить правосудие.

Каждую ночь ему снился один и тот же сон. Шайка грешных вламываются в дом, где жил маленький мальчик и его старшая сестра, и начинают издеваться над невинными.

Готье до сих пор не может понять, чем тогда движело теми амбалами.

Все грешные - мерзкое отродье, и ты стал одним из них.

Но ведь все имеет свою цену, и чтобы отомстить за смерть его сестры, ему пришлось заплатить самую огромную. Он отказался от свободы и позволил Шрамову сделать из него ручного песика.

Его всегда посещала одна и та же мысль:

Что было бы, если бы ты тогда не испугался и взял все в свои руки?

Он часто корил себя за то, что в тот момент не выхватил у одно из грешных пистолет и не расстрелял их всех до единого. Возможно, тогда бы парень не нес службу во дворце, не убивал людей и божеств, а нянчил племянников и постоянно спорил с сестрой, когда та бы твердила о том, что брат до сих пор не нашел себе невесту.

Грешные разрывали одежду на теле девушки и начали насиловать бедную прямо у мальчика на глазах. Никто бы не смог остаться в здравом рассудке после такого представления. Амбалы держали малыша за руки и ноги, когда тот вырывался и громко плакал. Они хотели оставить Лая на потом, чтобы продолжить веселье после его сестры, но тот настолько сильно вопил, что им пришлось вырубить его. Парнишка долго лежал в отключке, и те уже и забыли, что оставили его в соседней комнате. Очнулся Лай спустя несколько часов, когда шайка покинула их дом. Выйдя из спальни, он увидел мерзкую картину.

Измученная и истерзанная сестра лежала на столе нагишом. Ее золотой отблеск в глазах уже давным-давно угас, но продолжал смотреть в сторону мальчика. Бездыханное тело было изрезано многочисленными порезами, что не оставляло ни единого сухого места на коже. Она словно искупалась в крови.

- Фара... Фара! - выкрикивал тот.

Он в спешке подобрал плед с дивана и укрыл девушку им.

- Фара, очнись! Прошу, не оставляй меня. - Слезы катились без остановки, делая лицо Лая полностью мокрым. - Это все не взаправду. Это сон...

Сестра оставалась неподвижной. Ее ледяные руки томились в ладонях парнишки. Казалось, что он до сих пор ощущал холод, даже будучи в перчатках.

Эти твари за все заплатят. Но не сейчас.

Сейчас было главным вернуть Анелию Шрамову и усмирить его бдительность. В момент, когда король, наконец, станет спокоен, добившись желаемого, Лай нанесет решающий удар и сможет вздохнуть полной грудью. Его не волновало, что большинство грешных кинут ему вызов, главное, что он отомстит, а дальше...

- Сюда? - обратился к Лэделайну амбал, что нес на руках Анелию.

Парень опомнился и зачесал челку назад.

- Да. Хьюс, открой дверь.

Второй мужчина в миг повиновался с таким характерным движением, будто опасался Готье. И ведь правильно делал. Никто никогда не видел Лая в злом состоянии, ведь каждому кому удавалось это лицезреть, уже больше не посчастливилось открыть глаза.

- Заноси, - скомандовал он.

Комната оказалась роскошной спальней с высокими потолками и двуспальной кроватью. Все было обрамлено в темно-красные тона, лишь светильники и люстра отличалась своей белизной.

- Клади. - Лай закрыл за всеми дверь.

Грешный аккуратно опустил спящее тело девушки на кровать и отошел на пару шагов.

- А теперь пошли вон и позовите прислугу.

Двое охотников, как ошпаренные, выбежали из комнаты, а Готье в свою очередь взглянул на манула.

- Разбуди.

"Открой дверь", "заноси", "клади", "разбуди" - парень разбрасывался указаниями направо и налево. Он привык к такой дисциплине. Так же к нему обращался и Шрамов.

Мальчишка подошел к Анелии и поднял ладони, будто намеревался отпить с источника.

Девушка начала вяло поворачивать голову в сторону, как вдруг в дверь постучали. Это оказались две горничные с уже новым бельем и одеждой на руках. Лэделайн улыбнулся их предусмотрительности и прощебетал:

- Умницы. И говорить ничего не нужно было.

- Э... Это Анелия Маковски? - осмелилась спросить одна из них.

- Она самая, а теперь прикрой ротик и слушай, что я далее прикажу.

Грешная наконец-то смогла приоткрыть глаза. В ее поле зрения сразу же упал силуэт мальчика, что свисал над ней. Она в тот же миг узнала его. Это был тот самый манул, что ранее заставил ее сознание провалиться во тьму.

Девушка начала метать взглядом в разные стороны и в скором времени ощутила прилив крови в руках. Она, наконец, могла пошевелить ими, а это значило, что на ней уже не было веревок.

Ее кулак сжал шелковую простынь, когда та увидела своего похитителя. Он в тот же миг щелкнул пальцами и отрезал:

- Искупать, привести в нормальный вид и переодеть.

- Чт...

Не успела грешная и возразить, как обе девушки схватили ее под руки и начали волочить с кровать.

- Что происходит? Где я?

- А то не ясно? Во дворце, конечно, - начал идти по пятам за ними тот.

Анелия даже не сопротивлялась и позволяла служанкам вести ее в соседнюю комнату.

Тебе все равно не удастся сбежать. Уже слишком поздно. Ты внутри мышеловки.

Войдя в ванную женщины начали расстегивать ее пояс и в моменте наполнять горячую ванную. Охотница заметила, что Лэделайн не скрылся из виду на половине пути.

- Какого черта ты увязался за мной? Пошел вон!

Прислуга уже начала снимать с нее рубаху, когда девушка билась в агонии от ярости.

Парень в свою очередь скрестил руки на груди и облокотился плечом об косяк.

- Чтобы дать тебе возможность прикончить слуг и рвануть на все четыре стороны? - На его лице засияла ликующая ухмылка. - Продолжайте.

Ноздри Анелии увеличились в размерах, и той пришлось сглотнуть, дабы перекрыть поток эмоционального всплеска. Она понимала, что теперь скорее всего так будет всегда, ведь Готье был единственным, кто смог бы усмирить девушку в порыве ярости.

- Мерзкий извращенец.

- Скорее предусмотрительный гад, - надул нижнюю губу он, будто делал подсчет огромных цифр у себя в голове, и начал натягивать перчатки.

Теперь охотница стояла полностью нагишом и уже окунала свое истощенное тело в горячую воду. Женщины даже не подходили к ней, боясь, что она начнет бросаться в них чем попало. Колючей мочалкой девушка начала драить себе ноги, когда парень выпалил:

- Спинку потереть, феникс?

- Пошел ты! Я только пару часов назад приняла ванную, - бубнила себе под нос та.

- Правда? А выглядишь так, будто месяц не мылась.

Анелия медленно повернула к грешному голову и одарила его самым ненавистным взглядом из своего арсенала.

- А от тебя воняет псиной, но я же тебе об этом не говорю.

Тот оставался по-прежнему непоколебим, демонстрируя ехидство, но в мыслях его царил хаос из потока ненависти и отвращения. Ему было проще винить во всем девушку, нежели примириться с тем, что в ситуации сам был неправ. Если бы он ей все рассказал, она бы, невзирая на жажду свободы, осталась здесь. Как он может винить ее за то, чего она не знала.

Тогда в оружейной парень сразу согласился на побег, и это было так глупо с его стороны. У него был шанс прояснить ситуацию, убедить подругу остаться, но он этого не сделал. В тот момент Лэделайн понял, что лучше всего сейчас принять предложение. Тогда он лишиться не только помехи на пути к мести, но и заручиться доверием короля, когда сдаст Маковски с потрохами.

Грешная продолжала натирать свое тело мочалкой и украдкой поглядывала на парня. Любой девушке было бы неловко и отвратительно сидеть нагишом в ванной, при этом находясь под строгим взглядом мужчины. Но в этом случае охотнице можно было просто закрыть на это глаза, ведь Готье бы в жизни не посмотрел на нее, как на уже взрослую женщину, с которой можно было бы отлично провести время в кровати. Для него она была простой оборванкой.

Когда они оба еще росли во дворце, девочка хоть как-то могла вывести парня с плена гнетущих мыслей, и когда та убежала, он остался совершенно один наедине с ненавистью. Это дико пошатнуло его разум. Тот стал более жестоким, безжалостным и хладнокровным. Тогда он начал понимать, что у него нету достаточно сил для сражения с королем. Ему нужна была сила душ сакьяров, но вот с этим была маленькая загвоздка. Если бы парень поглощал их на задании, то с какой добычей он бы приходил к Шрамову? В любой другой день Лэделайна оставляли во дворце и выпускали только по приказу. Не будет же он рисковать своим авторитетом и красть души у короля? Верно, поэтому он нашел другой способ, более ужасный и рискованный.

Анелия выкинула мочалку на пол и отрезала:

- Достаточно?

- Более чем, - выпрямился Готье, щелкнув пальцами.

Прислуга тут же подбежала к девушке уже с распростертым махровым полотенцем, и той ничего не оставалось, как укутаться в него.

Анелия последовала в спальню, проходя мимо парня. Их взгляды встретились и оба излучали ненависть. Мельком ей удалось заметить, что из-под его воротника были видны некие характерные черные полосы, более похожи на вены. Может, то была татуировка?

Охотница никак не могла поверить в происходящее. Ее наконец поймали и теперь ей придется снова повиноваться королю. Страшные пытки, жуткие наказания - все это ей снова предстоит пережить, и за это можно поблагодарить Лэделайна. Того самого парня, которого она ранее считала своим другом. Но прошло уже шесть лет и дружеские чувства постепенно угасали. Она осознавала, что раз Готье смог предать ее, значит больше в нем не осталось ни капли человечности.

Ей было еще больнее от этого, ведь где-то там внутри она все же надеялась, что все измениться, что парень одумается и примет ее сторону.

Переодевшись в роскошную черную форму с золотистой вышивкой змеи на корсете, девушка уселась за туалетный столик и взглянула в зеркало. Ей снова пришлось на себя лицезреть в этой ненавистной ей одежде. Взгляд Маковски тут же поник, а рука коснулась шелковых дутых рукавов.

К ней подошли служанки и только хотели притронуться к ее волосам, как в тот же миг Анелия вздернула рукой и заглянула женщинам в глаза через отражение в зеркале.

- Не смейте к ним притрагиваться! Я сама могу управиться.

Прислуга следом поклонилась и отошла на пару метров, они взглянули на Лэделайна, чтобы убедиться в том, что тем больше нету смысла находиться в комнате. Парень спокойно кивнул головой, указывая им на выход и дамочки быстро выбежали на коридор, закрыв за собой дверь.

Силуэт грешного, держащего руки в карманах, отражался в зеркале, где его тело казалось еще выше, чем было на самом деле.

Анелия пыталась не смотреть на него и спокойно расчесывала свою длинную огненную шевелюру.

- Я так поняла, ты хочешь отвести меня сейчас к Шрамову?

- Меньше вопросов, больше дела. Мы и так уже опаздываем, - невозмутимо заявил тот.

Девушка вслед за этой фразой поджала губы и продолжила чесать волосы. Мысль о том, что она снова увидится с королем полностью выбивала ее из колеи.

Что он сделает первым делом? Ударит ее? Обнимет? Кинет в камеру? Чего ей нужно было ожидать?

Ответы на эти вопросы она получит только при встрече с ним, поэтому не было смысла сейчас на них зацикливаться.

Грешная достала из шкатулки гребешок с огромным рубином и заколола его сзади на волосах, собрав челку под ним. Краем глаза она увидела изучающий взгляд Лэделайна, будто тому было интересно узнать, каков будет ее следующий шаг. Она знала, что брюнет просто контролирует процесс, чтобы охотница не успела припрятала у себя в декольте какую-нибудь острую шпильку, но ей все равно было не по себе находится под таким пристальным надзором.

В какой-то миг Анелия заметила движение позади себя и взглянула в зеркало, в котором увидела, что мужчина стоял уже в двадцати сантиметрах за ее спиной. Он тут же положил руки ей на голову и вытянул оттуда гребешок. Кинув его на тумбочку, Готье достал из шкатулки такой же только с изумрудом.

- Ты же должна помнить, что король любит зеленые камни больше. Да и на твоих волосах этот цвет смотрится более выигрышно, - спокойно подметил тот.

Его лицо не выдавало ни единой эмоции, что немного успокаивало грешную. Она будто вернулась в те времена, когда они были подростками, когда помогали друг другу на заданиях и поддерживали в самый трудны момент.

Спокойный и добрый - таким девушка запомнила Лэделайна, когда убегала.

- Это был комплимент? - приподняла бровь Анелия.

Но сейчас позади нее стоял абсолютно другой человек.

Его лицо остановилось, возле ушка охотницы, а руки в перчатках до боли сжали ее плечи.

- В тебе нету ничего достойного, для того чтобы тебе кто-то говорил комплименты.

Расслабленный взгляд и легкая улыбка были направлены в отражение девушки.

- Пора выдвигаться, феникс.