ЭКСТРА 7: КАС СОБЛАЗНЯЕТ ДИНА. П****Ц

Из архивов Чака. Не канон. Одна из забытых версий, которую Чак написал в одиночестве и спрятал так глубоко, как только мог.

ПРОЛОГ ОТ ДЖЕКА

Музыка: Max Richter - «On the Nature of Daylight» (тихо, как шёпот перед бурей)

Джек снова сидел в архиве Чака. На этот раз он искал не драму - он искал ответ. Почему Чак писал такие странные версии? Почему любовь у него всегда была через боль, через ревность, через сломанные стены и разбитые кружки?

Он открыл очередную книгу. Чёрную, без названия, с потёртым корешком.

Первая страница:

«Эта версия - эксперимент. Я хотел понять, может ли Кастиэль быть не только тем, кто принимает, но и тем, кто берёт. Может ли он соблазнять? Может ли он быть опасным для Дина не кулаками, а чем-то другим? Назвал её „Тихий огонь". И спрятал подальше. Потому что такой Кас слишком похож на меня - а я себе не нравился».

Джек усмехнулся. Чак, кажется, ненавидел себя даже в своих черновиках.

- Что ж, - сказал он тишине. - Посмотрим, что ты тут написал.

Он начал читать. И через несколько страниц понял, что совершил ошибку. Эту книгу не стоило открывать. Эту книгу не стоило даже находить. Но он не мог остановиться. Чак писал слишком... живо. Слишком чувственно. Слишком грязно для того, кто называл себя богом.

Джек закрыл книгу. Посидел минуту. Встал. Сел снова.

- Я должен показать это им, - сказал он вслух. - Не потому, что им это нужно. А потому, что это существует. И они имеют право знать, какой бред их отец писал про них.

Он взял книгу и пошёл к выходу из архива. Лампочки в коридоре мигали, будто предупреждая: «Не делай этого». Джек не слушал.

Он был хранителем. А хранители не прячут правду. Даже такую.

ОСНОВНОЙ ТЕКСТ ЭКСТРЫ

Часть первая: Тихий огонь

Всё началось с того, что Кас перестал быть тихим.

Не то чтобы он был громким - нет, ангелы не умеют быть громкими. Но в нём появилось что-то новое. Что-то, что Дин замечал краем глаза, краем сознания, краем того самого чувства, которое он прятал глубоко внутри.

Кас смотрел на него. Не так, как раньше - в ожидании приказа, в надежде на одобрение, с той детской доверчивостью, которая сводила Дина с ума. Теперь он смотрел иначе. Изучал. Раздевал взглядом - медленно, будто пробовал на вкус.

Дин отвёл глаза первым. Он всегда отводил первым.

- Ты чего? - спросил он, помешивая остывший кофе.

- Смотрю на тебя, - ответил Кас.

- Я заметил. Но зачем?

- Ты красивый.

- Кас...

- Это не комплимент. Это факт.

Дин покраснел. Кас заметил - и улыбнулся.

- Ты покраснел.

- Я не покраснел.

- Врёшь, - Кас встал из-за стола. Подошёл ближе. Наклонился к самому уху.

- Немного, - прошептал Дин.

Кас отстранился. Не спеша. Провёл пальцами по столешнице, оставляя невидимые следы. Дин проследил за его рукой и не мог отвести взгляд.

- Ты хочешь меня, - сказал Кас.

- С ума сошёл?

- Нет. Я трезв, как никогда.

- Кас, мы в бункере. Сэм наверху.

- Сэм уехал. Ты знаешь.

Дин замолчал. Потому что Сэм действительно уехал. К Джессике и детям. И вернётся только завтра.

- Ты всё спланировал, - сказал Дин.

- Я не планировал. Я просто... хочу.

Кас сел на стол. Прямо перед Дином. На край, близко, так что его колено касалось бедра Дина. Дин дёрнулся, но не отодвинулся.

- Ты не ангел, - прошептал Дин. - Ангелы так не делают.

- А я - падший. У падших нет правил.

Кас провёл рукой по плечу Дина. Легко, как пером. Дин закрыл глаза.

- Кас, прекрати.

- Зачем?

- Потому что я не выдержу.

- А ты и не должен выдерживать.

Кас наклонился. Губы его почти касались губ Дина.

- Ты должен сдаться.

Дин открыл глаза.

- Я не сдаюсь.

- А я не нападаю. Я предлагаю.

- Что ты предлагаешь?

- Себя.

Дин сглотнул. Кас видел, как ходит его кадык, и улыбнулся - внутренне, про себя.

- Ты боишься, - сказал Кас.

- Нет.

- Врёшь.

- Немного.

- Тогда скажи «да».

Дин молчал. Слишком долго. Кас уже начал думать, что переборщил. Что Дин сейчас встанет, уйдёт, хлопнет дверью, и они не будут разговаривать неделю. А потом вернутся к обычному - кофе, охота, тишина.

Но Дин сказал:

- Да.

Кас замер.

- Что?

- Я сказал «да». - Дин поднял голову. В глазах его горело - не злость, не стыд, а что-то новое. Что-то, что Кас не видел никогда. - Да. Да. Да.

Кас поцеловал его. Не нежно, не осторожно - впервые за всё время. Жадно, глубоко, с привкусом чая и долгого ожидания. Дин ответил - вцепился в рубашку Каса, притянул ближе. Стул скрипнул, кружка упала - не разбилась, просто покатилась по полу.

- Уйдём отсюда, - прошептал Кас.

- Нет, - ответил Дин.

- Почему?

- Потому что я хочу здесь.

- На столе?

- На столе.

Кас поднял его. Легко - Дин даже не успел понять, как оказался сидящим на столе, а Кас стоял между его ног.

- Ты тяжёлый, - сказал Кас.

- Врёшь.

- Немного.

Дин усмехнулся.

- Ты невыносим.

- Это ты невыносим.

- Но ты всё равно меня хочешь.

- Хочу. - Кас провёл пальцами по щеке Дина, по губе, по подбородку. - Хочу так, что внутри всё горит.

- Тогда... - Дин обвил ногами талию Каса. - ...докажи.

Кас наклонился. Поцеловал шею Дина - медленно, чувственно, оставляя дорожку из поцелуев. Дин запрокинул голову.

- Господи, - простонал он.

- Не надо звать Его. Только меня.

Дин рассмеялся. Сквозь стон, сквозь желание, сквозь то, что он так долго прятал.

- Ты идиот.

- Я твой идиот.

Кас расстегнул рубашку Дина - медленно, пуговица за пуговицей. Дин не мешал. Смотрел на руки Каса - на длинные пальцы, на то, как они дрожат, когда касаются голой кожи.

- Ты дрожишь, - сказал Дин.

- Это от волнения.

- Ты не волнуешься.

- С тебя - всегда.

Кас провёл ладонью по груди Дина, по животу, задержался на ремне. Дин выдохнул - шумно, прерывисто.

- Ты уверен? - спросил Кас.

- Впервые за долгое время - да.

Кас улыбнулся. И продолжил.

Ночь была длинной. Бункер наполнился звуками - шёпотом, стонами, скрипом старого стола. Лампочка над головой мигала в такт их дыханию, то зажигаясь, то гасну. А под утро, когда они лежали на полу, укрывшись чьей-то курткой, Кас прошептал:

- Я люблю тебя.

- Знаю, - ответил Дин.

- Скажи это.

- Я люблю тебя, Кас.

- Ещё.

- Люблю. Даже когда ты соблазняешь меня на столе.

- Это был эксперимент.

- Удачный?

Кас повернул голову, посмотрел в глаза Дина.

- Не знаю. Придётся повторить.

- Не жадничай, - усмехнулся Дин.

- А я жадный.

Кас поцеловал его в лоб. Дин закрыл глаза. И впервые за долгое время - заснул с улыбкой.

ЭПИЛОГ. НАСТОЯЩИЕ ДИН И КАС ЧИТАЮТ ЭТОТ БРЕД

Музыка: Metallica - «Sad But True» (потому что это единственное, что передаёт степень ужаса момента)

Бункер. Настоящий. Тот, в котором всё было по-настоящему - ни петлей, ни сценариев, ни Чака с его экспериментами.

Джек сидел за столом, сжимая в руках чёрную книгу. Его лицо было бледнее обычного - а он и так был не смуглым.

- Ты уверен, что хочешь это видеть? - спросил он.

- Ты уже достал, - ответил Дин, жуя бургер. - Давай сюда. Что там Чак опять написал? Что мы спасаем единорогов?

- Лучше бы единорогов, - пробормотал Джек.

Кас отложил книгу по ботанике.

- Я хочу послушать.

- Ты не захочешь.

- Джек, ты меня заинтриговал. Читай.

Джек вздохнул. Открыл книгу. И начал.

Первая минута. Дин перестал жевать.

Вторая минута. Кас покраснел - сначала уши, потом шея, потом всё лицо.

Третья минута. Дин закрыл лицо руками.

- Это... это Чак написал?

- Да, - Джек не поднимал глаз.

- Чак? Наш Чак? Который умер?

- Он писал это в одиночестве. Назвал «Тихий огонь».

Кас встал. Прошёлся по бункеру. Сел снова.

- Он... он изображал меня соблазнителем?

- Видимо.

- Я не соблазнитель. Я - ангел.

- Падший, - напомнил Дин, не убирая рук от лица.

- Это не значит, что я...

- Ты называешь меня «красивым», - перебил Джек, зачитывая следующую строчку. - И говоришь: «Ты хочешь меня».

Кас закрыл глаза.

- Я никогда так не говорил.

- В этой версии - говорил.

- Зачем? - прошептал Кас.

- Потому что Чак был одинок, - ответил Джек. - И он хотел представить, каково это... когда тебя хотят. Когда ты сам хочешь. Когда не надо ждать, пока кто-то сделает первый шаг. Он написал тебя таким, каким хотел быть сам.

- Смелым? - спросил Дин, наконец убирая руки.

- Дерзким, - поправил Джек.

Кас и Дин переглянулись.

- Ты меня соблазняешь? - спросил Дин.

- Я никогда тебя не соблазнял.

- А сейчас?

- Сейчас я в шоке.

- Я тоже в шоке. - Дин взял книгу из рук Джека. Пролистал несколько страниц. - Тут... тут мы занимаемся на столе.

- Я видел, - простонал Кас.

- На столе, Кас! За которым мы едим!

- Я знаю.

- Я больше никогда не сяду за этот стол.

- Сядешь, - устало сказал Джек. - Ты сидишь за ним каждый день.

- Не буду.

- Будешь.

- Не буду!

Кас забрал книгу у Дина. Посмотрел на неё. Закрыл.

- Мы не будем это обсуждать, - сказал Кас.

- Согласен, - ответил Дин.

- Никогда.

- Никогда.

- И никому не расскажем.

- Особенно Сэму.

- И Чарли.

- О, Чарли узнает, - раздалось из-за угла.

Чарли стояла в дверях с ноутбуком. И с очень довольной улыбкой.

- Чарли, - угрожающе начал Дин.

- Я записала всё. С того момента, как Джек начал читать. - Она помахала телефоном. - И уже отправила Кевину. Он в обмороке.

- Чарли!

- Что? Это история! Эту книгу надо опубликовать. С грифом «18+».

Кас закрыл лицо руками. Дин встал, подошёл к Чарли.

- Ты удалишь это.

- Не удалю.

- Чарли...

- Дин, ты красный. Как помидор. Я никогда не видела тебя таким красным.

- Я не красный.

- Врёшь, - сказали Чарли и Кас одновременно.

- Немного, - сдался Дин.

Чарли сделала селфи на фоне красного Дина.

- Это пойдёт в альбом. Под названием «Чак писал порно».

- Это не порно! - возмутился Кас.

- Это эротика, - поправил Джек. - Чак считал это эротикой.

- Чак был извращенцем, - заключил Дин.

- Чак был одиноким, - тихо сказал Кас.

Все замолчали.

- Ты права, - сказал Джек. - Он был одиноким. И поэтому писал такие вещи.

- Жалко его? - спросила Чарли.

- Нет, - ответил Дин. - Но теперь я понимаю, почему он бесился, когда мы были счастливы.

- Потому что он сам не знал, как это, - добавил Кас. - Счастье. Он знал только текст.

- И кресло, - добавил Кевин, входя в бункер с красными ушами. - И чашку кофе.

- Кевин, ты в порядке? - спросила Чарли.

- Нет. Я теперь знаю, что ангелы могут быть... соблазнителями.

- Я не соблазнитель! - возмутился Кас.

- Ты в одной версии, - напомнил Джек.

- Не напоминай.

Дин подошёл к Касу. Взял за руку.

- Не парься. Это не ты. Это Чак придумал.

- А если это я? Если где-то внутри я такой?

- Кас, ты учился резать помидоры два года. Ты не соблазнитель. Ты - милашка.

- Я не милашка.

- Милашка, - сказали все хором.

Кас покраснел. Дин поцеловал его в щёку.

- Пойдём, - сказал Дин. - Я хочу выпить.

- Идём, - ответил Кас.

Они пошли в бар к Эллен. Чарли осталась с книгой.

- Я сохраню это, - сказала она.

- Зачем? - спросил Джек.

- Для истории. И для чёрного дня.

- Для чёрного дня?

- Когда мне будет грустно, я открою эту книгу и вспомню, что даже Чак иногда был человеком.

- Он не был человеком.

- Но он пытался. Плохо, грязно, но пытался.

Чарли убрала книгу в рюкзак.

- Пойдём, Кевин. Угощаю кофе.

- С удовольствием, - сказал Кевин.

Они вышли.

Джек остался один. Он посмотрел на дверь, за которой скрылись Дин и Кас. Потом на стул, где они сидели. На стол, на котором в версии Чака происходили... события.

- Ну и бред, - сказал он.

Лампочка над столом мигнула.

- Согласен, - прошептал он.

Будто кто-то невидимый усмехнулся.