19 глава

2010 год, мне семнадцать лет

Жизнь разделилась на «до» и «после»: на жизнь до сегодняшнего утра и на жизнь после него. Сегодня утром родители сообщили, что выбрали дляменя университет. И именно туда яотправлюсь после окончания школы. И больше никаких вариантов нет.

- Какой? - спросила яподчеркнуто-равнодушно, втайненадеясь, что это будет тот же универ, в который собралась Рита.

- Тринити-колледж, - ответили они.

- Не слышала о таком. Он недавнооткрылся, что ли?

- Да нет, ему уже четыре сотни лет.

- Серьезно? Университету нашего города,по-моему, всего двести лет, а он -старейший здесь…

И тут мой взгляд упал на рекламныйбуклет, предусмотрительноподложенный кем-то на крайстола: «Добро пожаловать вТринити-колледж, старейший университет Питера…»

- Нет, - пробормотала я, сжимая в руке вилку и прикидывая в уме вероятностьтого, что Рита сможет последовать за мной. Скорей всего, эта вероятность стремится к нулю: ее родители не настолько состоятельны, чтобы позволить себе учить дочь в другой стране.

- Мы хотим, чтобы твой русский…- начала мама. Я уже знала, что онаскажет и резко перебила ее:

- Мой русский и так более-менее!Этого мало?! Надо, чтобы я еще и кчерту на рога отправилась? Мне здесь хорошо!

- Мы уже решили, - с нажимом сказал отец.

- Да плевать, что вы там решили! -вскочила я. Отец поднялся тоже.

- Это оптимальный вариант, Виолетта  - взмолилась мама. - И Лера туда очень хочет. Мы подумали, что этобыло бы здорово - не разлучать вас…

- Если Лера  туда хочет, то пусть едет. Я останусь здесь, - выпалила я. - И сама решу, куда поступать. Здесьбесплатное высшее образование, куда ни ткнись, так что я не нуждаюсь в ваших указаниях. Я сама решаю, черт побери. Сама!

Ноги вынесли меня из дому и понесли по городу. Пристань, утыканная мачтами яхт - как спина пациента на сеансе акупунктуры; красные дома на берегу синего морского залива, узкиеулицы, заваленные снегом…После обеда ко мне присоединиласьРита, и мы завалились в кафе, требуя.латте и сэндвичей. Я наблюдала за тем,как Мэдс подносит тяжелую кружку ко.рту, а потом слизывает с губ молочную пенку. В тот момент казалось, что я готова на все, только бы эти губы продолжали принадлежать мне. Дажена большую ссору с родителями. Даже на побег.

- Что стряслось? Ты бледная, - сказала Рита.

- Ты сможешь поехать со мной в Питер?

- Хм… Ну, я скопила немного денег, на билеты хватит, а что?

- Я имела в виду после школы… Учиться. В Тринити-колледже, например.

- Ты шутишь? - улыбнулась она,но улыбка быстро угасла. - Не-ет…Только не говори, что твои родителиотправляют тебя в Питер…

- Они не смогут отправить меня туда, если я не захочу. Я могу выбрать любойуниверситет в Питере, только…

- Только что? - нахмурилась она.

- Только скажи, какой, - закончила я.

Мэдс остановила на мне взгляд иопустила руку на мое колено подстолом.

- Ты останешься здесь ради меня?

Я кивнула.

- Ого, - выдохнула она. - Это так…романтично. Скорее всего, я подамдокументы в местные университеты. Не думаю, что мне светит учеба за границей. На это нужно слишком много денег…

- Тогда я тоже подаю документы вместные университеты. Что ты на это скажешь?Рииа склонилась к моему уху ипрошептала несколько слов. Потомвстала из-за столика и быстро пошла втуалет, не оглядываясь.Через три минуты, как она ипопросила, я последовала за ней, едва переставляя ноги от бурной эрекции.Вошла в туалет для инвалидов, гдеона меня поджидала, стянула легинсыс ее бедер и развернула спиной. Онатихонько хихикала, упершись рукамив стенку над бачком унитаза.Можно заниматься сексом, при этомне соприкасаясь кожей. Теперь я зналакак. Просто надев медицинские перчатки,можно будет трахать её пальцами)Ягодицы Мэдс раз за разом ударялисьо мои руки, но те были надежнозащищены перчаткам . Ясжимала ее грудь через ткань свитера.Никаких прикосновений. Идеальноепреступление.

- Трахаемся в туалете для инвалидов,и кто мы после этого? - расхохоталась Рита, когда праздник кончился, и всепуговицы были застегнуты.

- Инвалиды, - ответила я. - У тебятравмирована зона мозга, отвечающаяза моральные установки, ну а со мнойи так все ясно: девчонка-аллергик.

- Здесь просто места больше, - сказала Рита, когда перестала истеричнохихикать. - Ну и не делать же это втуалете для мам с детьми. Не трахатьсяже на пеленальном столике… Тысогласна?Я не могла ничего ответить: умирала от смеха.

* * *

Все закончилось так же резко, как иначалось. О наших отношениях с Ритой узнала Юля-Ортопедический-Воротник.И молча смотреть на то, как ее сестра крутит любовь с той, по чьей милостиона пропустила половину игровогосезона, она не собиралась.Не знаю, как ей удалось, на какиекнопки она жала, за какие ниточкидергала, но она смогла посеять сомнения в душе Риты. Смогла заставить думать, чтоя с ней только для того, чтобы насолить самой Риты.Рита начала избегать меня, а потом и вовсе перестала отвечать на звонки.Несколько раз я приходила к ней домой,но неизменно натыкалась на Юлю,которая со своей фирменной улыбкой уебанки сообщала мне, что Риты нет дома.

«Если ты решила порвать, то скажи это в лицо и не заставляй унижаться», -написала я в сообщении. Кажется, этобыло двадцать первое неотвеченноепо счету. Однако на этот раз Ритасреагировала. Час спустя она возниклана пороге и, ткнув меня пальцем вгрудь, сказала:

- Ты сказала Юле, что трахнешь меня, еще до того, как познакомилась сомной! Что ты вообще можешь знать об унижении?!

- Господи, - выдохнула я. - Это былапросто злость, я несла первое, что лезло в голову!

- А может быть, это был план?

- Какой еще план, если до тебя я ни ккому не прикасалась? И даже не думала,что когда-нибудь смогу!

Рита рассмеялась мне в лицо.

- Вся эта история с аллергией -знаешь, что я о ней думаю? Это просто сказочки для глупой девочки, которая вообразила, что будет у тебя первой - а значит, особенной.

- Ты и была у меня первой, Рита! -сказала я так громко, что услышала,наверное, вся улица. Я сделала к нейшаг, но она отпрянула, не позволяяприкоснуться.

- Ты не носишь перчаток, ты непринимаешь никакие лекарства, тыне похожа на больного человека. Просто сбегаешь под душ после каждого секса.Виолетта, просто признайся, все, что ты говорила мне, - это чушь собачья, чтобы затащить меня в постель? Чтобывыглядеть особенной? Ни на кого непохожей?

- Зайди, и мы спокойно обо всемпоговорим, - сказала я, глядя в проемдвери на улицу и молясь, чтобыродители или Лера не заявились прямо сейчас домой.

- Я не буду заходить. Хватит. Я жалею, что не поверила Юле сразу…

- Твоя сестра- долбанная уебанка! - не сдержалась я, раздражаясь все больше.

Глаза Риты вспыхнули голубым огнем, и она дала мне пощечину. Сильную, звонкую. Ее рука прижалась к моейщеке на долю секунды, но этой долихватит для огромного ожога…

- Оставь в покое мою сестру! И менятоже! Не звони больше! Все кончено! - закричала она, развернулась изашагала прочь. Ее плечи затряслись от рыданий.Лицо или девушка? Здоровье илидевушка? Родители или девушка? Или я бегу за ней и потом расплачиваюсь.Или возвращаюсь домой, умываюсьгорячей водой, как примерная девочка - но теряю Риту.Мне предстояло сделать выбор, и явыбрала Рита. Я выбежала на улицу,позабыв даже про куртку.

- Рита! Остановись!

Она прибавила шаг, почти побежала, спотыкаясь на снегу. Я догнала ее и схватила за руку. И она остановилась как вкопанная, глядя на наши ладони.Я редко брала ее за голую руку, не хотела рисковать лишний раз.

- Мне нужно вернуться домой, прошу тебя, - взмолилась я. - Иначе ужесегодня я окажусь в больнице. А мненельзя подвести команду, Рит…Пожалуйста.

- Так и вали домой!

- Я не уйду, пока мы все не обсудим.

- Нет, Виолетта,нет! Я больше не играю с тобой в эти игры.

- Я покажу тебе свои медицинскиедокументы! Хочешь поговорить смоими родителями? Они подтвердят…

Рита выдернула руку из моих пальцев и побежала дальше. И я несслась за ней,удаляясь все дальше от своего дома и от спасительного источника горячей воды. Прошло уже минут восемь, аможет, и девять с того момента, какзалепила мне пощечину. Вряд ли мыуспеем поговорить, все без толку.

Она ускользала, как песок сквозь пальцы.Осознание обреченности наконецнастигло меня: я уеду сегодня вгоспиталь при любом раскладе…И тогда я ускорила шаг, нагнала ее,схватила за плечи, развернула к себе и впилась губами в ее рот. Потом в ее подбородок, соленый от стекающих понему слез. В ее щеки, лоб…

- Виолетта, - пробормотала она,шокированная происходящим.Мы никогда не целовались. Трахались - да, сколько угодно, но ни разу не целовались…

- Виолетта, - повторила она,изумленно глядя. А потом сомкнуларуки на моей шее и ответила напоцелуй. И рассмеялась - счастливо,удовлетворенно.Наверно, она чувствовала себяпобедительницей. Наверное, онабыла рада, что я наконец прекратиласвою странную игру и теперь мыможем просто целоваться. Как всенормальные люди…

- Боже, как же я этого ждала! Как же я этого хотела, - улыбнулась она и снова прижалась губами к моим губам.Поцелуй. Первый, последний и просто удивительный. Только жаль, что вкус ее губ неотделим от боли. Сначала будет просто покалывание. Потом жжение. Потом пожар во рту, будто я хлебнула кислоты…Я вынула телефон и набрала номерскорой, диктуя им свой адрес. Ритапо-прежнему стояла напротив,впившись в меня руками. Онаположила ладонь на мою щеку - нату самую, по которой не так давносъездила. Я улыбнулась ей, подергала залокон волос, коснулась подбородка.

- Мне нужно идти, Рит.

- Что… Почему?

- Пора расплачиваться за поцелуй…

- Нет! Опять ты за свои игры! Виолетта!

Я развернулась и зашагала к дому, неся в себе свою боль, как бомбу - осторожно и медленно. Еще никогда мне не было так плохо.

- Виолетта! - кричала она вслед.

- Господи, какая же ты сука!Неужели твои выдумки стоят нашихотношений?!

Я ускорила шаг. Первый из волдырей на щеке уже лопнул. Алая капля упала в снег. Но Рита не видела этого. А яне решалась обернуться и показать ей лицо. Не хотела, чтобы она увидела меня такой - больной, жалкой,истекающей кровью. Наверное, вэтом и была причина: пусть лучшененавидит, чем жалеет. Что угодно, но не жалость.Рита  звала меня, но решила небежать за мной. Девчонка-выдумщица вернется к ней, как только наиграетсяв свои игры. Ведь так? Однажды онаустанет корчить из себя уникальную и вернется. Если, конечно, она захочетпринять ее. Если, конечно, она сможетпростить ей сучье поведение…

- Я не прощу тебя! Катись ко всемчертям, Виолетта!

* * *

- Рита спрашивала обо мне? -поинтересовалась я у родителей две недели спустя, как только ожогизажили, и я смогла шевелить губами.Оказалось, что нет. И мне она тоже не звонила.

- Я согласна уехать в Питер, -сказала я, глядя в стену больничнойпалаты. Боясь, что если подниму взглядна родителей, то расплачусь, какмаленькая.

- Я уверена, ты не пожалеешь, милая, - сказала мама. - Я уверена, что тамнайдется все, что тебе нужно.

- Лепрекон в зеленой шляпе,исполняющий желания?

- Или четырехлистный клевер, -улыбнулась в ответ мама. - Лерабудет счастлива.

«Ну хоть кто-то будет счастлив», -подумала я.

________________________________________

Вот и новая глава! Через час ждите ещё одну,и я спатки