Глава 16. Моя жизнь

Алина

От чего ещё я могла проснуться не своим сном?

Конечно же от наглых, сильных рук, которые держали меня в охапке и перебирали мою талию. Лёша делал это на подсознании, потому что, когда он спит, то не контролирует свои действия. И почему-то под удар всегда приходит моя талия.

В этих крепких объятиях мне удаётся лишь повернуться к нему, но никак не освободиться. И мне обычно приходится будить его, чтобы он отпустил меня, но в этот раз я просто лежу, смотря на него. Его слова, сказанные вчера, я не забыла. Он говорил искренне?  Насколько он ревнует и пытается показать, что я — его?

Я даже не могла подумать, что кто-то будет меня любить, а сейчас мной одержимы. Одержимость ли это? Звучит даже смешно. Я толком не знаю этого чувства.

В тот момент я вспомнила про свой телефон, который не видела с вечера. Я его выронила и забыла!

Я стала будить Лёшу.

— Лёша, — прошептала я ему на ухо, — вставай, Лёш.

Он стал пробуждаться с тихим стоном. Да, он не любил, когда его будили, но мне нужно было решить эту проблему.

— Ну, вставай.

— Алина, твою мать, — сонно выругался он.

— Что? — обиженно произнесла я, выбираясь из-под его рук.

Его глаза раскрылись, когда он понял, что сказал. Он торопливо осмотрел комнату и остановил взгляд на мне.

— Чёрт, прости, малышка, — сказал он, снова хватая меня под руку. Его рука остановилась на моём бедре, которое, к слову, было ничем не прикрыто. Потому что он раздел меня прошлой ночью.

Щёки стали краснеть от его прикосновения, и я почувствовала себя глупой девочкой, которая впервые почувствовала чьё-то прикосновение. Хотя чего тут представлять.

— Ты такая мягкая, — тихо произнёс Лёша, будто только это обнаружил.

— В каком смысле? — не поняла я и подняла на него взгляд.

— Твоя кожа мягкая, как шёлк. Мне хочется трогать тебя без остановки, — хрипло сказал он, заставляя румянец на щеках снова появиться.

Щипающими движениями он проводил по моему бедру вверх и вниз.

— Ты так говоришь, будто никогда не трогал женщин, — прошептала я неуверенно.

— Да, Алина, — процедил он. — Никогда у меня не было подобных тебе.

— Подобных? Каких это?

— Тех, кого я любил бы. — Наверное, он сам не понял, что произнёс это, потому что на мгновение его рука замерла.

От его слов по моему телу разлилось тепло, которого я ещё никогда не чувствовала. Это было тепло любви.

Он только что признался мне? Да, определённо. Или мне показалось?

Вместо слов или новой порции румянца, я просто прижалась к его груди, дыша с ним в унисон и слушая его сердцебиение. Мне казалось, что он был не против этого молчания, потому что оно сейчас значило больше, чем любые слова.

— Так почему ты разбудила меня? — раздался его голос спустя долгое молчание между нами, от которого я едва не заснула.

Вспомнив о своём первоначальном решении, я вскочила на кровати.

— Мой телефон! Кажется, вчера я забыла его там… когда всё это произошло, — несмело закончила я. — Ты можешь пойти со мной, чтобы найти его?

Лёша заправил прядь моих волос за ухо, проводя ладонью по моей дрожащей губе.

— Ты не пойдёшь туда, малышка, сам схожу.

— Почему? Вдвоём нам будет легче...!

Он заткнул меня глубоким, но быстрым и страстным поцелуем, а после оторвался и встал с кровати.

— Я сам, — закончил он и с гневным взглядом вышел из комнаты.

Он не злился, а просто выглядел злым. Я уже привыкла к этому. И иногда мне кажется, что за этот месяц я много чего о нём узнала. Практически всё.

Фыркнув, я тоже встала с кровати и подошла к небольшому, но высокому шкафу-купе, где лежали футболки Лёши и несколько моих штанов, которые я оставила здесь за всё время, что оставалась у него. Странно, но раньше я не любила ночёвки. Даже в красивой и дорогой квартире Ани. Если я не дома, то не чувствую себя в безопасности.

Взяв чёрную футболку, я натянула её поверх нижнего белья, а на ноги — носки, которые были больше на несколько размеров, но очень согревали мои всегда мёрзнущие ноги.

Я пошла на кухню, поставила чайник и сделала завтрак из продуктов, которые остались в этой квартире, пока Лёша с кем-то говорил на повышенных тонах в ванной. Там была особенно большая комната, поэтому был слышен даже скрип полки, если на неё поставить баночку с шампунем.

Отложив нож и наполовину нарезанный лук, я медленно подошла к двери ванной, прислушиваясь к едва различимым словам Лёши.

— Я сказал, не звони мне, я отказался от этой хрени, — произнёс он, и это оказались последние слова, потому что в следующее мгновение в меня отлетела дверь, которую он открыл. Видимо, со всей силы, что в нём была. — Блядь!

Он быстро оказался возле меня, пытаясь посмотреть в мои глаза, пока я корчилась от тупой боли в глазу.

— Там будет синяк, — сказала я, зная наперёд.

— Чёрт, прости, Алина. Ты настолько крошечная, что я не заметил тебя, — мягко произнёс он, беря меня на руки. Странно, но в его руках вся боль мигом исчезла.

Мы сели на диван. Точнее он положил меня на на него, будто я была пёрышком.

— С кем ты говорил? — решила спросить я.

Взгляд парня скользнул к моему лицу, и я увидела, как почернели его и так чёрные глаза. Вот теперь он злится.

— Ты подслушивала?

— Ты кричал, — неуверенно произнесла я.

Лёша сжал челюсть, явно сдерживая слова, а после встал и пошёл на кухню. Сначала я подумала, что так он решил убежать от разговора, но через несколько минут он вышел со льдом и помог мне приложить его к лицу.

— Не переживай, всё нормально, — лишь ответил он.

— Это правда так, или ты говоришь это, чтобы я так думала?

— Алина, если я говорю, что всё нормально, значит, так оно и есть, — грубо кинул он, но явно не рассчитал силу своего тона.

— Ладно...

Он явно был расстроен или огорчён, просто не хотел говорить, в чём причина. И это меня волновало. Что такого могло произойти, что он не хочет говорить это мне? Надеюсь, не какая-нибудь измена. Бред. Мы даже не встречаемся.

— Алина, посмотри на меня, — приказным тоном заявил Лёша. — Прости, малышка, я идиот, — мягко добавил он, поглаживая моё лицо.

— Да, — согласилась я с улыбкой.

Потрепав меня по волосам, он оставил несколько поцелуев на моём повреждённом глазу.

— Мне нужно отъехать по работе на несколько часов. Ты справишься без меня?

— Мне шестнадцать, не забывай, — протянула я.

— Об этом сложно забыть, поверь, — вздохнул он и поцеловал меня в макушку, будто домашнего зверька.

Сложно забыть? Что он имел в виду?

Я провела Лёшу к выходу, всё ещё держа пакет со льдом у глаза, который стал неметь от холода. Когда Лёша уйдёт, я уберу его.

— Ты ведь найдёшь мой телефон? — с надеждой взглянула она на него.

— Не переживай, я разберусь, малышка, — ответил он и в который раз за сегодняшнее утро поцеловал меня.

Я посмотрела на него с улыбкой и ещё несколько минут не могла освободиться из его рук. Но в конце концов он отпустил меня, и я закрыла за ним дверь, совсем забыв про замок.

Надеясь на то, что Лёша приедет вовремя, я продолжила готовить ему так полюбившийся омлет с сыром и панкейки на кефире. Может показаться, что Лёша шутит, когда говорит, что не умеет готовить, но это на самом деле так. Сколько бы раз он ни готовил яичницу, она выходила сырой. Про омлет я вообще промолчу. Он даже не знал, что туда добавляется молоко.

С улыбкой на лице я отставила тесто для панкейков в сторону, а сама села за стол, заливая чай. Я даже не могла зайти в свой телефон, чтобы посмотреть, нет ли там сообщений. Что было бы маловероятно. Но могли быть звонки от папы, и это волновало меня больше всего.

К счастью, на кухне был телевизор, который я всё же включила и стала смотреть. Из-за шума я не сразу поняла, что кто-то открыл дверь. Я нахмурилась и посмотрела в сторону коридора, где не было видно входной двери.

— Лёш, ты вернулся? Так быстро? — дрожащим голосом крикнула я.

Я даже не могла позвонить ему, чтобы узнать, где он.

Минута тянулась за минутой, и я уже начала переживать, но в кухню наконец-то вошли. И не Лёша, как я ожидала. Это был... абсолютно незнакомый мне мужчина: высокий, в чёрном одеянии и с грубым лицом, смотрящим на меня без эмоций. От его вида можно было спокойно превратиться в ледышку, что я и сделала.

— Вы кто? — с явным страхом спросила я.

Взгляд мужчины был холодным и отстранённым.

— Ты одна? — спросил он прокуренным голосом, и я неуверенно кивнула, неуверенная, должна ли говорить что-то, отчего мне могло стать хуже.

Позади мужчины появились ещё несколько человек в чёрном, и я окончательно испугалась, опрокинув чашку с горячим чаем на пол. Я отступила назад, осматривая кухню в поисках ножа.

— Выйдите, я сам справлюсь, — грубо заявил мужчина в чёрном, и все остальные вышли из квартиры.

Сам? С чем? С убийством?

Он прошёл в кухню, прогибаясь в проёме, чтобы не удариться головой. Я стала отходить дальше, боясь того, что он может сделать.

— Как тебя зовут?

— Алина, — без колебаний ответила я.

Кивнув, он сел на стул, где ранее сидела я.

— Алина, не переживай, я не собираюсь ничего делать, — с хрипотцой добавил он.

Но при этом вы заходите в квартиру к незнакомым людям.

— Я пришёл сюда не за тобой. — Он осмотрел кухню с безразличным выражением лица, возвращаясь ко мне и слишком пристально всматриваясь в моё лицо.

— А… а за кем?

— За Лёшей.

Услышав его имя, я посмотрела на него, переживая всё сильнее. Что он сделал? И что с ним сделают?

— Что? Но почему? — со слезами на глазах произнесла я.

— А ты не знаешь? — с усмешкой спросил он, но когда понял, что я не вру, выгнул бровь. — Твой парень не рассказывал тебе, что влез в долги?

Долги? Лёша? Боже, это правда? Но почему он мне этого не говорил? Что ещё он от меня скрывает?

— Он… не мой парень, — прошептала я, смотря в пол.

— Ладно, мне всё равно, — вздохнул он, поднимаясь. — Передай ему, что долго прятаться у него не получится, потому что я уже его нашёл. И, кстати, лучше тебе уйти от него пока не поздно, девочка, — с намёком на мой глаз, сказал он.

— Что? — запнулась я, а потом до меня дошло, и я покраснела. — Это не он. Точнее... он не специально.

— Сколько тебе лет? — раздражённо спросил он.

— Шестнадцать, — с дрожью в голосе ответила я.

— Боже, вот он и кретин, совращает детей, — с иронической досадой вздохнул он.

— Я ведь сказала, что мы с ним не пара! — внезапно разозлилась я, но, поняв, на кого повысила голос, замолчала.

С усмешкой в глазах и на губах он подошёл ко мне, заставив молиться всем богам о спасении.

Похоже, бог услышал мои молитвы, потому что мужчина достал карточку, похожую на личную визитку, и передал её мне, наверняка вкладывая в эти действия смысл, которого я не поняла.

— Зачем? — прошептала я, рассматривая её в своей руке.

Его зовут Марк Голицын. Где-то я это слышала… Наверное, он бизнесмен. Но зачем бизнесмену лично приходить к одному из своих должников? Или он вообще мафиози?

— Если захочешь сбежать отсюда, то позвонишь или напишешь, — серьёзно сказал он, снова меня разозлив. Он правда думает, что Лёша избивает меня?

— Не переживайте, не напишу, — с едва заметной улыбкой произнесла я. — Я никогда не позволю кому-либо обижать себя.

— Надеюсь на это, но ты всё же не похожа на человека, способного защитить себя. Для этого нужны не только физические, но и психические навыки.

Прищурившись на него, я сцепила руки на груди, смотря на мужчину с интересом и переживанием.

— Раз вы об этом заговорили, то я учусь на психолога, и, поверьте, навыков у меня достаточно, чтобы понять за эти пять минут наблюдения за вами, что вы чем-то обеспокоены, — сказала я, наблюдая, как его усмехающееся лицо сходит на нет.

— Да? И чем же?

— Вы постоянно оглядываетесь, чтобы найти свою зону комфорта, что явно показывает ваше недоверие к окружающим. Ещё у вас отсутствует инстинкт самосохранения, — добавила я, вспоминая, как он положил руки на стол, залитый кипятком, но при этом не ощутил ничего, насколько мне показалось.

Прищуренный взгляд Марка всматривался в мои глаза, и теперь я точно была уверена, что он понял мой опыт в психологии.

— Хорошо, убедительно, — спустя несколько минут молчания произнёс он, отходя назад.

Вздохнув, я расслабилась.

— Тогда ты будешь не против, если я буду твоим пациентом? — внезапно спросил он.

Не успев понять, о чём он говорит, Марк тут же добавил:

— Я напишу тебе, Алина, по этому поводу.

— Я… не знаю…

Я смотрела на него, ожидая, когда он уйдёт, но он почему-то на несколько минут застыл на месте, смотря на что-то позади меня. Обернувшись, я ничего не увидела, но когда вернула взгляд на мужчину, он уже выходил из квартиры. Дверь захлопнулась, и я тут же побежала к ней, закрывая на все замки. По квартире всё ещё витал запах дыма и мужского одеколона.

Мне иногда кажется, что моя жизнь — какое-то кино. Причём в жанре ужасов.

***

110⭐️ — и я выпускаю две главы подряд😙Как вам? Марк удивил своим появлением?