Глава 8. Новый подданный Короля-под-Горой

На счастье гномов, больше лес не преподнес им никаких сюрпризов - должно быть, Упокоищами исчерпывались его возможности избавиться от непрошеных гостей. Дис запретила гномам срубать ветки и разжигать костры, и остаток пути до Бри прошел спокойно.

В людском поселении они задержались на несколько дней, отдыхая и приводя себя в порядок. Фродо был, пожалуй, больше всех счастлив выбраться из лесных дебрей, кишащих такими ловушками, и оказаться в приличном обществе. Мальчик так и сиял, устраиваясь в отведенной ему комнате в трактире "Гарцующий Пони". Самостоятельный хоббитенок прекрасно управлялся с хозяйственными делами и вполне мог приготовить для себя и постель, и ужин, если бы они не были в трактире, где всем этим занимался хозяин и его слуги.

Не так давно Фродо пришлось пережить еще одно легкое потрясение - впрочем, вполне приятное: его принялись обнимать и хвалить чуть ли не все гномы в отряде. Дис расцеловала мальчика в обе щеки и даже смахнула слезинку:

- Теперь я обязана семейству Бэггинсов жизнями своего брата и сына! - растроганно сказала она. - Надеюсь, наши семьи навсегда останутся в дружбе и согласии!

Фили потрепал мальчика по волосам и заявил, что подобного крохотного воина был бы счастлив в будущем видеть среди солдат их хирда.

- Надо сформировать отряд лучников, - тут же принялся рассуждать Фили. - У нашего народа их маловато, в основном мы выступаем в ближнем бою. То-то будет сюрприз нашим врагам! А брат тебя поучит, правда, Кили?

Кили, до этого молча смотревший, как Фродо расточают похвалы, приблизился и от души обнял мальчика, чуть прикрыв глаза.

- Да что ты, не стоит! - смутился Фродо. - Просто научи меня хорошо стрелять - и считай, что мы квиты!

- Научу! - горячо пообещал Кили, как будто давал клятву. В каком-то смысле так оно и было. И никто не понял, почему Фили, глядя на брата, крепко обнимающего маленького хоббита, так подозрительно фыркнул, безуспешно пытаясь выдать смех за кашель.

Впрочем, самому Фили тоже пришлось-таки поучаствовать в серьезном разговоре пару дней спустя. Дис поймала старшего сына на первом этаже трактира, где он, ничуть не смущаясь разнице в росте, вовсю кокетничал с молоденькой селяночкой, которая стеснительно хихикала, но была, кажется, не против внимания юного гнома.

- А ну-ка, герой-любовник, пойдем, поговорим! - бесцеремонно сказала Дис, ухватив сына за плечо и, невзирая на его легкое сопротивление, оттаскивая на улицу. Он только и успел, что развести руками и состроить самую уморительную гримаску, показывая объекту своего флирта, что и рад бы продолжить беседу, да никак...

На улице Дис укоризненно покачала головой:

- Неймется тебе! Если так уж хочется проявить внимание к леди, найди себе девушку королевского сословия!

- Помилуйте, матушка! - засмеялся старший принц. - Где я найду принцессу? У эльфов разве что, да мне они не нравятся, тощие да бледные...

- Не паясничай! - Дис все же не выдержала и улыбнулась. - У Дейна подросли несколько очаровательных троюродных племянниц, кузин и прочих родственниц. Ты вполне можешь взять в жены одну из них, каждая с детства готовилась к роли супруги принца, короля или знатного воина.

- Правда, что ли? - удивился Фили. Конечно, жениться и связать себя узами он еще был не совсем готов, тем более что многие гномы женятся один раз и на всю жизнь. Но возможность обзавестись в качестве супруги красавицей-гномкой ему очень даже понравилась. - Ну, матушка, искать мне долго придется! Где я еще найду такую красавицу, как ты? А не такую умницу да красавицу мне не надо!

- Льстец, - вздохнула принцесса. - Приедем в Эребор - сам скажешь дяде, что хочешь провести смотрины, ясно тебе?

Фили кивнул. Смотрины так смотрины, может, и глянется ему какая леди больше прочих... или он глянется ей. Собственно, у народа кхазад чаще женщины выбирали мужчину, а не наоборот, хотя, разумеется, без взаимной любви или хотя бы симпатии никто не женился.

Вечером Фили вернулся в их общую с братом комнату - весь трактир сегодня был полон гномов, и со всех сторон неслись шумные здравицы в честь принцессы, принцев и маленького храброго хоббита. Судя по всему, отдыхающие воители, которым предстояло скоро снова выдвигаться в путь, намерены были провести последний вечер под крышей как полагается.

Кили лежал на постели, уставившись в потолок. Он все еще чувствовал рядом с собой ледяное присутствие жутких призраков - и из этого кошмара его вырывало только сознание того, что где-то там, за стеной, сейчас находится малыш, который спас ему жизнь.

- Слушай, неужели опять? - вздохнул Фили, швырнув в брата подушку. Кили вскинулся, поймав "снаряд", и пожал плечами.

- Я еще сам ни в чем не уверен, - признался он. - Но, во имя Дурина, я знаю, что обязан ему жизнью! Я просто хочу отплатить добром!

- Да нет, ты просто влюбился, - прямо сказал старший принц, отстегивая ножны с кинжалом и стягивая сапоги. - Не повезло тебе, братец! Придется ждать, когда твой любушка малость подрастет и хотя бы перестанет в обморок падать, врагов убивая!

- Сперва сам женись, а потом меня учи! - справедливо возмутился Кили. - Проклятье, вот не везет мне с этими полуросликами! Сначала чужой попался, теперь слишком мелкий...

Это разрядило обстановку. Братья посмеялись и стали укладываться спать. А среди ночи Кили уже привычно почувствовал, как к нему под бок заползает кто-то некрупный и очень теплый. Не просыпаясь толком, он обнял паренька за плечи и уткнулся в его волосы, чувствуя, что всякий страх от подступившей было вплотную смерти изглаживается из его сознания. Фродо стал его талисманом, его защитником - и одновременно тем, кого хотелось спасти от всего зла. Тем, кем для дяди стал Бильбо.

***

Путешествие до Эребора прошло даже лучше, чем можно было ожидать. Такой огромный отряд хорошо вооруженных гномов отпугнул и варжьи стаи в Диком краю, и чуть не опустошил продовольственные запасы Ривенделла. Гоблины предпочли попрятаться в глубокие пещеры и норы, решив, что лучше уж невидимое чудище, чем гномий хирд.

Единственную стычку с орками и стычкой-то назвать язык не поворачивался. Все благополучно проехали бы мимо, если бы пони, на котором ехал Фили, не наступил на одного из них. Несколько тварей в панике так глубоко забились под камни, что пришлось там их и оставить.

Лихолесье на сей раз не пришлось обходить кружным путем. Воздух был заметно чище, а паутина, которая встречалась теперь не так уж часто, была замусоренной и почти не липкой. Эльфы, вооруженные луками, сопровождали их всю дорогу, практически не показываясь. Единственный раз один из стражей спрыгнул на одну из громадных скрюченных ветвей неподалеку от лагеря, чтобы извиниться перед Фили за свою грубость при досмотре и возвратить его ножи.

Элронд, как видно, послал Трандуилу весточку о гномьем набеге, поэтому владыка Лихолесья ограничился тем, что приехал верхом на лосе, чтобы поприветствовать гостей и пожелать, чтобы звезды освещали им путь, а погода благоволила. На прямой вопрос об эльфийском гостеприимстве он наотрез отказался предоставлять свой фонтан в качестве купален и открывать винные погреба, нервно улыбнулся, произнес напыщенную речь на синдарине и удалился напролом через кустарник.

Однако это уже можно было считать добрососедским отношением. Никто из подданных Короля-под-Горой не был посажен в темницу или уличен в преступлениях против Чернолесской пущи. Это многого стоило. Дис вздохнула вслед эльфу и искренне понадеялась, что лет через двести холодок в отношениях их народов останется в прошлом.

Фродо за прошедшие месяцы совершенно влился в королевскую семью и вместе со всеми радовался тому, что скоро лес останется далеко позади и их взглядам откроется вид на Одинокую гору, которую многие путешественники увидят впервые в своей жизни.

Сердце маленького хоббита колотилось часто-часто при мыслях о новом доме. Он перенял отношение Дис к Эребору. Неведомый город казался ему сказкой, которая вот-вот оживет, сном, который непременно должен сбыться, потерянным и найденным сокровищем. Последний раз он так радовался, когда нашел под буфетом серебряный кулон матушки, который она обронила незадолго до гибели. Остальными сокровищами завладела зловредная Лобелия, но этот кулон Фродо удалось утаить.

И вот наконец настал долгожданный день. Солнце стояло в зените, когда чаща начала редеть. Гномы нетерпеливо подгоняли пони, торопясь выбраться на опушку. Дис подобралась и стискивала в руках поводья.

- Держись, малыш, – посоветовал Кили, видя, что терпение матушки уже на пределе.

Хоббитенок, безоговорочно веривший своему другу, вцепился в бортик повозки - и как нельзя более вовремя! Тропа была сухой и ровной, на ней почти не попадались торчащие из земли корни, которые могли причинить вред пони. Остаток пути они проделали с ветерком.

Фродо не удержался от восторженного вскрика, когда они вылетели на открытое место. Солнце почти ослепило его после долгого пребывания под кронами деревьев, но лишь на несколько мгновений. Прикрыв глаза ладонью, как козырьком, полурослик проследил за жадным взглядом принцессы.

- Вот он, наш дом, – произнесла она, смахивая непрошеную слезинку. – Наша Одинокая гора.

Она была именно такой, как воображал Фродо, наглядевшийся на Синие и Мглистые горы. Величественная непоколебимая громадина, в тени которой мог бы, наверное, уместиться весь Хоббитон вместе с ветряной мельницей.

Фродо сунул руку в кармашек и достал оттуда серебряный кругляш, немного потемневший, но все равно самый дорогой, потому что благодаря ему Фродо мог в любой момент посмотреть на маму и папу. Нужно было только поддеть маленькую защелку сбоку и открыть его, как ракушку.

- Смотрите, – шепнул он едва слышно. – Тут мы теперь будем жить. То есть я и дядюшка Бильбо. То-то он удивится!

- Что это у тебя, дружок? – спросил Кили, нагнавший их.

- Это моей мамы, – признался хоббитенок, передав вещицу гному.

Тот повертел ее, рассматривая, и улыбнулся: «Прямо как у нашего Глойна! Его у сердца надо хранить, тогда он будет красивым и блестящим!» С этими словами юноша снял с шеи цепочку и продернул в специальное колечко.

Дальше гномы решили двигаться без остановок, чтобы поскорее прибыть в Эребор, проверить, уцелели ли их дома, и начать обустраиваться. Фродо во все глаза смотрел, как растет, приближаясь, Одинокая, и ни за что не хотел уснуть, боясь что-то пропустить.

Кили посмеивался, наблюдая, как он мужественно борется с сонливостью, подавляет сладкую и невероятно заразительную зевоту и трет глаза кулачками. Конечно же, битва была проиграна, а в предрассветный час, когда все кругом было затянуто тонкой серебристой дымкой, Фродо никак не желал просыпаться, несмотря на увещевания обоих принцев, промозглый холодок и настойчивое потряхивание то за одно, то за другое плечо.

Однако стоило ему разлепить веки, как сон улетучился без следа. Маленький хоббит ахнул, увидев прямо перед собой двух громадных стражей, охраняющих поднимающуюся вперед и вверх дорогу из монолитного камня, и массивные ворота, ведущие внутрь горы.

- А они нас не затопчут? – со смесью ужаса и восторга прошептал Фродо.

- Нет, конечно! – заверил Кили, потрепав его по волосам. – Гляди, наших дядюшек ведь не топчут!

И действительно из ворот выехало несколько всадников. Впереди с каким-то мешком поперек седла ехал высокий гном, голову которого украшала корона, призванная компенсировать то, что он не успел ни расчесаться, ни заплести косы.

- О боже милостивый, – выдохнул Фродо, пытаясь пригладить шерстку на ногах и расправить помятую одежду. – Это же... это самый настоящий король...

Эльфийские владыки не вызывали у него такого трепета. Торин Второй казался недостижимым, невероятным, воплощением тех героев из прочитанных им книг, которые побеждали драконов и разных других чудовищ. Однако очарование момента длилось недолго. Когда он подъехал ближе и спешился, чтобы заключить сестрицу в объятья, он оказался самым обыкновенным гномом, умеющим радоваться долгожданной встрече так же бурно, как и все его подданные.

Они с сестрицей так треснулись лбами, что гномка пошатнулась и расхохоталась громко и заливисто. Фродо всерьез испугался схода лавины. Поприветствовав племянников, Торин похлопал перекинутый через седло сверток, отчего тот подозрительно завозился, и ласково сказал: «Просыпайся, любовь моя, я хочу представить тебе Дис».