Глава 7. Трудности и опасности

То, что опасения маленького хоббита относительно леса не совсем беспочвенны, отряд узнал тем же вечером.

Им предстояло миновать лесную чащу по едва заметной тропке, которая то и дело терялась в гуще травы. У всех гномов постоянно возникало ощущение, что здесь никого не было долгие годы, а тропа смиренно пролегла там, где ее пропустили деревья. Местные исполины в крепкой коре и с широкими кронами почти полностью закрывали собой свет. Фродо, забравшись на облучок повозки, жался к боку Кили, находя в нем опору от своих страхов. Юноша с удовольствием обнимал его за плечи, подбадривая. Об этом мальчишке хотелось заботиться, его хотелось уберечь от любой угрозы и опасности, чтобы он как можно чаще улыбался. Наверное, прав был Гэндальф, когда-то сказавший, что к хоббитам очень легко привязаться...

- Эй, братец, не спи на ходу! - со смешком подтолкнул его Фили, проезжая мимо на своей лошадке. Пока что пони еще могли пройти сквозь заросли, хотя порой приходилось спешиваться и проводить их через особенно густой кустарник.

- В отличие от тебя, мне не грозит промокнуть, грохнувшись в озеро! - ухмыльнулся младший принц. - Так что матушке не нужно спасать своего младшенького от неминуемого утопления, и я могу подремать. Все равно дорожка тут одна, а в чащу пони не пойдет.

- Уел, - хмыкнул Фили и дружелюбно потрепал по волосам смотревшего на него Фродо: - Ну что, дружище, не боишься больше?

- Не знаю, - вздохнул мальчик. - Вы рядом, и мне так спокойнее, но все же тут что-то есть. Мне чудится, что за нами кто-то следит.

- О, не бойся, в случае чего мой смелый братец тебя на руках от любой опасности унесет! - фыркнул Фили, как-то многозначительно подмигнув. Кили, убедившись, что ничего не понявший Фродо не смотрит в его сторону, выразительно постучал пальцем по лбу, намекая, что шуточки у старшего порой бывают более чем дурацкими.

Они шли через дебри Вечного леса, как его называл кое-кто из жителей Бри и Шира, и чем дальше, тем темнее становилось вокруг. Где-то в стороне кричала какая-то птица, и крик этот, заунывный, пронзительный, казался многим предвестием неприятностей.

- Да когда же кончится этот проклятущий лес?! - не выдержал кто-то из гномов. - Идем-идем - вроде не так много осталось, а все деревья вокруг!

Кили хмурился. Он видел, что что-то не так. Теперь уже мало кто сомневался в предостережении относительно верований местных жителей. В лесу и впрямь творилось что-то неладное.

Гномы в большинстве своем вообще не очень любят лес. Деревья, по их мнению, пригодны для укрытия на ночлег или для топлива в костре, но никак не для того, чтобы им поклоняться или постоянно жить на них. Это служит еще одной причиной разногласий и непонимания между подгорным народом и эльфами.

И вот сейчас, когда они все до единого явно сбились с пути и заплутали, гномы начинали злиться. Казалось, вот она, дорога, просто иди себе по ней, она выведет, но тропинка поворачивала то влево, то вправо - и неуклонно вела не наружу, на опушку, а в самую глубь дебрей.

Деревья вокруг стали гуще, тропа истончилась и пропала вовсе. То ли листва сомкнулась плотнее, то ли просто стемнело, но всем показалось, что вокруг наступила ночь.

- Придется делать привал на ночлег, - неохотно проронила Дис, положив руку на рукоять топорика за поясом. - Ехать дальше в такой темноте нельзя, пони могут переломать ноги.

Наломав и собрав сучья, наскоро развели костер. Вокруг слышался шелест и скрип ветвей, словно деревья были недовольны тем, что в их владениях кто-то жжет огонь.

Кили лег на землю, закрывшись плащом от всех тревог нынешнего дня, и попытался уснуть. На часах стояли несколько их товарищей, остальные расположились на отдых.

Не успел молодой принц задремать, как его осторожно потрогали за плечо. Кили вскинулся, схватившись за оружие, но это оказался всего лишь Фродо. Мальчик дрожал, и глаза у него были очень жалобные.

- Можно я с тобой лягу? - попросил он. - Можешь обозвать меня трусом, но тут действительно страшно!

- Трусишка, - нежно протянул Кили. - Так и быть, забирайся ко мне, только не ворочайся, а то я не усну, буду за тебя переживать.

Обрадованный хоббитенок мигом заполз к нему под плащ и прижался к боку, обхватив руками за талию. Он уснул, согревшись, довольно быстро - а вот Кили, хотя мальчик и не ворочался, никак не мог задремать. Под закрытыми веками проплывали какие-то картины, в горле пересохло, а внизу живота копилась горячая тяжесть.

Понимая, что надо бы отстраниться, Кили в отчаянии посмотрел на лежавшего рядом с ним ребенка. Молодой организм требовал свое, ведь он уже почти месяц не давал себе облегчения и не догадался перед выходом в поход заглянуть в дом утех. К тому же матушка вряд ли одобрила бы это, да и человеческие женщины ему никогда особо не нравились.

Но при попытке отползти Фродо требовательно ухватил его руками за куртку и всхлипнул во сне. Мысленно проклиная все на свете, Кили обнял его крепче, одновременно очень осторожно расшнуровав свои штаны. Мальчик спал крепко, и потому не заметил, что его спутник, запустив руку между ног, тихо, меленько вздрагивает.

Кили поглядывал на спящего - вроде бы он не собирался просыпаться. Отвердевшая плоть болезненно ныла, и принц осмелился слегка ускорить движения руки.

Фродо вздохнул во сне и прижался к нему вплотную, что-то бессознательно шепча одними губами. Юноша застыл, с трудом удерживаясь от стона. Кончить хотелось так, что в глазах темнело, но он боялся разбудить ребенка. Наконец, решившись, Кили, чувствуя себя предателем и извращенцем, подался чуть ближе и ласково, едва ощутимо, коснулся губами щеки мальчика, обнимая его обеими руками и слегка потершись о его бедро.

Оргазм оказался сокрушительно силен, Кили сцепил зубы, чтобы не заорать в голос от удовольствия. Фродо по-прежнему спал спокойно, ничего не замечая, и юный гном расслабленно вытянулся рядом с ним, прикрыв глаза. "О боги, - вздохнул он про себя, - что я творю?"

На губах все еще чувствовался свежий вкус кожи маленького хоббита. Кили зажмурился, попытавшись выбросить из головы непристойные мысли.

И тут вокруг стемнело окончательно. Над головами путников засвистел ледяной ветер, потушив костер, откуда-то донеслись заунывные, плачущие голоса. Тут уж никто не мог спать. Гномы вскочили на ноги, хватаясь за топоры. Кили, ужаснувшись, схватил в охапку проснувшегося Фродо, который удивленно крутил головой, ничего не понимая.

- Держись рядом! - шепнул он. Только теперь, когда предательские ветви деревьев сами собой разошлись, все заметили совсем рядом высокие, мрачные холмы и услышали несущийся из-под земли глухой стон.

- Упокоище, – пробормотал Фили, обнажая парные клинки. – Чего ждешь, мелкий? Натягивай тетиву!

Кили кивнул, ситуация выглядела достаточно опасной, вот и Дис приготовила оружие и прокричала: «Держитесь вместе, следите за пони!» Но и без приказа женщины и дети собирались все вместе в кольце воинов, некоторые из которых успели достать и надеть кольчуги. Под защитой их мечей и топоров им не грозили никакие умертвия, разве что они полезут прямо из-под земли.

Младший из принцев достал из чехла свой лук, потрепал испуганного хоббитенка по волосам, подбадривая, и выбрал тетиву. Затем перекинул кожаный ремень колчана через плечо, чтобы тот удобно висел возле левого бедра, и откинул крышку, проведя кончиками пальцев по оперению ждущих своего часа стрел.

Несмотря на воющий ветер, из низин поднимался зеленоватый туман, окружая угодивших в западню гномов. Команда сомкнуть ряды прозвучала глухо, ураганные порывы почти заглушили ее. А со стороны упокоища появились неясные тени.

По мере того, как они приближались, зоркие принцы рассмотрели, что это были рыцари в полном вооружении и с опущенными забралами. Один за другим они открыто продемонстрировали свои враждебные намерения. Тяжелые копья, вставленные вертикально тупым концом вниз в специальные углубления в седлах, неспешно переводили в горизонтальное положение. Прислонив оружие к луке седла и направив острием вперед, первый из всадников пустил коня галопом.

Выбрав стрелу, Кили внимательно осмотрел ее от оперения до металлического наконечника, затем положил на лук и оттянул тетиву. Фродо заметил, как она была послана вперед, но не сумел проследить полет, а только увидел, как всадник вывалился из седла, а его боевой конь развеялся клубами тумана.

Не успел он перевести взгляд на Кили, как еще несколько рыцарей упали замертво: гномы знали - ни в коем случае нельзя подпустить их - и старались избежать лишних жертв. Все происходило в полной тишине, и от этого кровь стыла в жилах. Ни крика, ни предсмертного хрипа, только топот копыт и лязг металла.

Еще один рыцарь упал совсем рядом, и Фили рискнул выйти вперед на несколько шагов, чтобы проверить, повержен ли враг. Он пихнул шлем сапогом, и тот пустой жестянкой прокатился по траве. Стрела Кили вонзилась в грудной щиток до самого оперения и показалась из стальной накладки сзади, не встретив ни кожи, ни плоти, ни костей.

- Назад! – рявкнула Дис, заметив, что туман наползает на ее старшего сына и тот вот-вот затеряется в нем.

Развернувшись на ее голос, юноша не увидел ничего, кроме лохмотьев зелени, и слегка струхнул. Повернувшись спиной к поверженной жестянке, он сделал шаг, другой - по направлению, как ему казалось, к вершине холма - и тут на его пути прямо из воздуха соткалось нечто, отдаленно напоминающее человеческую фигуру. Призрак наклонился и подобрал с земли стилет, обветшалый ремень, крепивший ножны к поясу рыцаря, порвался при падении, но новый владелец отыскался быстро.

Фили рубанул то, что, по всей видимости, служило призраку рукой, и потерял равновесие, не встретив сопротивления. Биться с тварью было все равно что резать воздух. Колдовской туман делал движения молодого гнома отвратительно замедленными, так что он не сумел противиться, когда чья-то рука схватила его за шкирку и проволокла куда-то, окончательно свалив на траву.

- Назад, кому сказала! – Дис слегка встряхнула сына. – Поднимайся!

Юноша залился краской, на светлой золотистой коже румянец всегда был хорошо заметен. Матушка уже во второй раз за день вытащила его из беды, как несмышленого котенка. Однако на сей раз у него сразу же появился шанс реабилитироваться. Гномка вздрогнула, когда меч сына прошел в волоске над ее плечом, подцепив на кончик пустой шлем. На траву рядом упал занесенный для удара ятаган.

- Они появляются из тумана! – прокричали сразу несколько голосов. – Не заходите в туман!

Избегать колышущегося марева было достаточно сложно, ведь пятачок свободного пространства постепенно сужался и смещался под действием ветра. Кили пришлось поменять привычный лук на нож, так восхитивший Фродо в день их знакомства.

Пришлось сменить позицию, на наветренной стороне холма туманных клочьев было меньше, и сквозь них было хоть что-то видно. Это не нравилось гномам, все заметно нервничали, потому что понимали – если переменится ветер, различить что-то будет невозможно даже на расстоянии вытянутой руки с клинком.

Когда младший из принцев ринулся в бой, хоббитенка ухватила за руку какая-то незнакомая гномка с двумя детишками. Один – совсем еще кроха – мирно спал у нее на руках, а другой – постарше – крепко держался за ее юбку, с любопытством наблюдая за происходящим. Фродо даже стало стыдно за себя – он был вдвое выше храброго гномика, а трясся как осиновый листок.

Защитники косили призраков, отбивая незамысловатые атаки, но врагов не становилось меньше. На место развеявшихся появлялись новые, а те, что были обращены в туман, постепенно сгущались, чтобы снова вступить в бой. А гномы начинали уставать. Несколько мужчин выбрались из гущи сражения, чтобы наскоро перевязать раны, а один, седобородый и с парными топорами, упал на землю, да так и не поднялся.

Фродо от этого зрелища стало дурно, он пошатнулся, опершись на одну из повозок, которые служили женщинам и детям дополнительной защитой. Помолившись о том, чтобы с раненым стариком все обошлось, Фродо стал искать темную шевелюру Кили среди сражающихся.

Едва ему это удалось, ветер подхватил большой сгусток тумана, захлестнув сразу два десятка защитников. Призраки прорвались внутрь круга. Началась настоящая сумятица, пришлось разделиться – пока одни сдерживали натиск призраков, напирающих из низины, другие изничтожали нежить, нацелившуюся на более слабых членов отряда.

Кили пронзил одного призрака, сразу же бросился на другого, но запнулся о доспехи убитого его стрелой рыцаря. Сразу несколько умертвий ринулись на него со всех сторон. Юноша сумел распрямиться и парировать удар, перекатился, полоснул по воздуху почти наугад, надеясь обезвредить призрака с кистенем, и понял, что просто не успевает увернуться от зазубренного меча.

Оставалось только внутренне приготовиться к уже знакомой по Битве Пяти Воинств раздирающей боли и надеяться на лучшее. Он позволил себе прикрыть глаза, но удар отчего-то пришелся по касательной, клинок даже не пробил кожаную куртку. В один миг оказавшись на ногах, он развернулся и увидел бледного перепуганного хоббита с четырехгранным, похожим на клюв цапли стилетом в руке.

Полурослик выронил оружие и повалился на траву, хоть на нем и не было ни царапинки. Кили прикончил последнего из призраков, который надвигался на них с булавой, подхватил мальчика на руки, подобрал стилет и валяющиеся рядом ножны с оборванным ремешком и поспешил перенести своего маленького спасителя в более безопасное место.

Обморок очень быстро перешел в крепкий сон, как это приключилось с Бильбо, когда его посвящали в детали предстоящего похода на Эребор. Проснулся Фродо, когда солнце уже стояло высоко в небе, а их повозка ехала по опушке Вековечного леса. Он потер кулачком глаза и тут же уткнулся в бедро сидящего рядом Кили, обхватив гнома за пояс: «Мне приснился такой страшный сон! Там были призраки, и один из них чуть...»

Хоббитенок запнулся, когда гном чмокнул его в нос и сунул в руки трофей, каким-то образом попавший и сна в реальность: «Не разбрасывай свое оружие где попало, – посоветовал Кили, ухмыляясь, как ни в чем не бывало. – А то прямо как наш дядюшка. Бильбо за ним уже устал с Оркристом бегать».