Глава 24. Верёвка на шее

— Тебе правда не больно? — спросил Лиэ, бинтуя изрезанные руки Сая.

Тот, не сводя с него пристального взгляда, покачал головой. Даже когда Лиэ неосторожным движением коснулся пронзённой насквозь ладони, Сай не шелохнулся. Лиэ не знал, радоваться ему или плакать. Человек перед ним по-прежнему был убеждён, что видит долгий сон, и проснуться больше не может.

Сколько бы Лиэ не твердил обратное, Сай лишь тоскливо улыбался и смотрел на него во все глаза, желая навеки запечатлеть его образ в своей памяти.

Точно прощался.

Завязав узел, Лиэ осторожно провёл по забинтованной руке, будто стараясь усмирить чужую боль. Но её не было.

— Если будет больно — скажи, — терпеливо повторил Лиэ, в очередной раз получая в ответ лёгкий кивок.

Складывалось впечатление, будто Сай не верит, что это вообще возможно. Лиэ оставалось только крепче держать его за здоровую руку, вести за собой и говорить, говорить, говорить.

Так за односторонним разговором прошёл день, вечер. Когда наступили сумерки, а голос сел после стольких сказанных слов, Лиэ смолк. В наступившей тишине был слышен только стрекот цикад и скрип колёс катящейся мимо телеги.

Непонятно почему, в этот раз Лиэ претила сама мысль ночевать на открытом воздухе. Стоило ему только подумать об этом, как по спине пробегал озноб, а в памяти всплывал день, когда он прибег к запретному заклинанию и едва не лишился жизни. Доверившись интуиции, он упросил встретившегося на пути старика позволить им сесть в телегу с недавно скошенным сеном. Одарив их хмурым взглядом, старик устало махнул морщинистой рукой.

Сай ничего не сказал, лишь одарил старика убийственным взглядом, но тот уже отвернулся и больше не смотрел на нежданных пассажиров.

Забравшись в телегу, Лиэ устало откинулся на сено, вдыхая его травянистый запах, смешанный со слабым отголоском грома и дождя. В руках он по-прежнему сжимал чужую ладонь, не выпуская её ни на секунду.

— Лиэ-гэ может отдохнуть, — сказал Сай, неуверенно сжимая пальцы в ответ.

Предсказатель заметил, что «гэ» было сказано надтреснутым, слабым голосом, и придвинулся ближе к тёплому боку Сая. Тот улыбнулся уголками губ и больше ничего не сказал.

Телега тихо поскрипывала на кочках и камнях, иногда слышались вялые понукания, и тогда замедлившийся было ход вновь ускорялся, но не надолго. Так повторялось много раз, пока старик не задремал на вожжах, доверив оставшуюся часть пути старой умной лошади.

Лиэ то проваливался, то резко выходил из вязкой дрёмы и беспокойным взглядом смотрел вбок. Только когда он видел, что Сай по-прежнему на месте и забылся зыбким сном, вновь закрывал глаза.

Окончательно Лиэ проснулся только тогда, когда телега остановилась. Встрепенувшись в первое мгновение, в следующее он уже вернул утраченное спокойствие и спрыгнул на землю. Сай, не спящий уже невесть сколько времени, бумажным змеем последовал за ним.

— Благодарю господина за проявленное милосердие, — склонившись в низком поклоне, Лиэ распрощался с невольным извозчиком и огляделся.

Место, в котором они оказались, не было похоже ни на город, ни на деревню. Если один дом почти разваливался, крыша прохудилась в нескольких местах, то следующий поражал своим великолепием. Покатые крыши с орнаментом под самым сводом, белые стены, терраса, ведущая в небольшой садик, обнесённый забором. И так было насколько хватало глаз — на длинной улочке ютились и богатые, и бедняки, игнорируя существование друг друга.

— Как насчёт того, чтобы перекусить? — предложил Лиэ, почувствовав доносящийся из-за угла аромат паровых булочек.

Вчерашние треволнения не позволили ему и маковой росинки в рот взять, а сегодня все его внутренности сводило от голода. Одобряюще кивнув, Сай пошёл первым, иногда бросая на предсказателя пристальный взгляд из-за плеча.

Вопреки обыкновению, Лиэ был рад чувствовать на себе немигающий взгляд чёрных глаз. Так становилось спокойнее. Знать, что человек рядом с ним жив и крепко держит его за руку.

Лиэ не знал, откуда у Сая взялись деньги, но он особо и не расспрашивал — сейчас это было неважно. Может, старейшина деревни за изгнание духа решил ещё и денежно вознаградить их, а не просто дать жильё? Жаль, ему так и не выдался шанс поблагодарить такого щедрого человека.

— Лиэ-гэ, сюда, — позвал Сай как только увидел, что в задумчивости Лиэ повернул не туда.

Тут же вернувшись в реальность, Лиэ последовал за ним, пряча улыбку, на которой клеймом отразилась светлая печаль. Он не хотел ещё больше волновать заклинателя — его духовная энергия, как бы он ни старался, не возвращалась в спокойное состояние. Вместо этого она бурлила, как горный водопад, и расплющивала любого, кто помешал бы ей течь своим чередом.

— Выбирай всё, что захочешь, — едва заметно улыбаясь, Сай расплывчато взмахнул рукой, — Лиэ-гэ.

Не став спорить, предсказатель выбрал пару-тройку булочек, от которых исходил пар, и несколько простых рисовых лепёшек. Их нежный и сладкий вкус согрел желудок и упорядочил скачущие мысли. Довольно прикрыв глаза, Лиэ скосил взгляд на Сая, идущего рядом. Тот рассеянно дожёвывал паровую булочку, в пустом взгляде не было ни единой мысли.

Лиэ неосознанно сжал его руку крепче.

На улице было немного людей не смотря на то, что день был в самом разгаре. В основном это были дети и мужчины без собственного двора, слоняющиеся туда-сюда.

Вдруг из-за переулка выскочила женщина в соломенной шляпе, скрывающей лицо. Не глядя вперёд, она с размаху налетела на Лиэ, но тут же отшатнулась и пошла дальше, не проронив ни единого слова извинений.

Лиэ в растерянности посмотрел ей вслед.

— Лиэ-гэ, — позвал Сай, стоило ему заметить, как тот встал посреди дороги как вкопанный.

Моргнув пару раз, отгоняя непонятно откуда взявшееся оцепенение, Лиэ возобновил шаг. Проходив без ясной цели в течении нескольких палочек ладана, Лиэ наконец заметил, что людей стало больше, а дома — опрятнее. Стало быть, они оказались в самом сердце забытого всеми городка-деревушки.

Стоило им оказаться на главной улице, как зоркий взгляд Лиэ привлёк небольшой, но изысканный дом. Окна были закрыты плотной бумагой, расписанной искусным художником. Чёрные линии складывались в горы, горы — в хребты, над которыми плыли невесомые облака. Сразу признав в строении заклинательскую лавку, Лиэ потащил Сая туда.

— Зачем она тебе? — Сай в недоумении изогнул бровь, но послушно пошёл следом.

Лиэ извиняющиеся улыбнулся, не сказав ничего конкретного. Ему нужно было доказать Саю реальность происходящего. Если он сам не мог этого сделать, то какие-нибудь снадобья точно смогут успокоить бушующую энергию заклинателя.

Размышляя таким образом, он открыл дверь. Мелодичный перезвон колокольчиков разбил царящую тишину, в нос ударил горьковатый запах благовоний и только что растёртых чернил. В царящую здесь полутьму гармонично вписывались всевозможные склянки с непонятным содержимым, талисманы, начертанные тушью и кровью, поблёскивающие подвески для отпугивания злых духов и безликие маски.

В отличии от лавки госпожи Цзи, которую Лиэ частенько посещал раньше, здесь не было пыли. Книги и различные принадлежности лежали в строгом порядке, стойка была чистой и незахламлённой, только пара свечей горела в подсвечнике, разгоняя сумрак.

Расплавленный воск падал на лежащие на столе карты.

Лиэ не сразу заметил хозяина лавки, а когда заметил, едва сдержал дрожь. В углу, в окружении чёрного шёлка и меха неизвестной твари, неподвижно сидела женщина в надвинутой на середину лица соломенной шляпе. Из-за этого понять, обратила ли она внимание на посетителей или же пребывала в своих думах, было невозможно.

От неё исходила вязкая, неуютная аура, хоть женщина и пыталась её скрыть.

Хватка Сая на руке предсказателя стала столь сильной, что тот невольно поморщился. Одарив заклинателя непонимающим взглядом, Лиэ замешкался на мгновение, увидев в его глазах настороженность и злость, но всё же решил окликнуть хозяйку лавки:

— Госпожа?

Заслышав его голос, женщина улыбнулась. Поначалу складывалось впечатление , будто улыбка была приветливой и мягкой, но чем дольше кто-либо смотрел на неё, тем больше она напоминала хищный оскал. Поёжившись, Лиэ неуверенно бросил:

— Наверное, мы пришли не вовремя... — и попятился к двери.

Однако женщина улыбнулась немного шире и поднялась на ноги.

— Вовсе нет, — мелодичный, сладкий голос полился в уши будто мёд. — Эта хозяйка с радостью удовлетворит пожелания посетителя.

Одетая в чёрное ханьфу наподобие мужского, она выглядела весьма экстравагантно, но Лиэ должен был признать, что вкус у неё был отменным. На серебряном поясе капельками крови рассыпались маленькие рубины, на шее виднелся кулон тёмно-бардового цвета. Она казалась призраком смерти, забредшим в людской мир.

Мягкая, но вместе с тем мрачная улыбка играла на её чуть накрашенных губах. Лиэ ощутил себя кроликом, попавшим в логово гадюки.

Женщина плавно обошла стойку и присела на стул. Шляпа всё также скрывала её глаза, не давая понять её настроение.

— Что хотел приобрести молодой господин? — спросила она, проводя тонкими длинными пальцами по поверхности стола.

Её движения были плавны и элегантны, словно у сытой тигрицы.

— Пойдём отсюда, — прошептал Сай на ухо, отчаянно цепляясь за рукав ханьфу предсказателя.

Не зависимо от того, что и сам Лиэ чувствовал себя здесь не лучшим образом, он не мог уйти так просто. Ему нужно было лекарство, даже самое простое, способное хоть немного вернуть духовную энергию Сая в нужное русло. Какая разница, как держала себя хозяйка лавки? Многие врачеватели и продавцы заклинательских оружий были весьма странными личностями.

Взять хотя бы госпожу Цзи — та ненавидела убираться и любую, даже самую слабую духовную вещицу оставляла у себя. В конце концов это привело к тому, что в её лавке было не протолкнуться — горы всякого хлама мешали нормальному передвижению.

Успокоив себя этим, Лиэ постарался улыбнуться, чтобы замять затянувшееся молчание.

— Я хотел бы приобрести что-нибудь, что могло... помочь на пути совершенствования, — издалека начал он, всё также стоя ближе к выходу.

Женщину это, казалось, нисколько не волновало. Вместо того, чтобы разозлиться из-за неуважения к себе, она понятливо хмыкнула.

— Если быть точнее, снадобье, способное восстановить спокойствие духовной энергии? — лукаво улыбаясь, она повертела в руках флакончик с бесцветным содержимым.

Сай сильнее потянул его за рукав, отчего ткань едва не порвалась. Лиэ не сдвинулся с места.

— Именно так, — просто согласился он, продолжая приторно улыбаться.

— Господину незачем держать всё в секрете, — покачав головой, проворковала хозяйка лавки.

Женщина сделала один шаг по направлению к посетителям, одной рукой удерживая бутылёк со снадобьем, другую же пряча в рукаве. В наигранной задумчивости склонив голову на бок, она вдруг обратилась к кому-то, кто, казалось, находился под стойкой:

— Как думаешь, продать им его? — не скрывая издёвки, протянула женщина и поставило баночку на стол. — И что попросить взамен?

После секундного молчания она зло выплюнула:

— Я ведь так ненавижу его лицо.

Одарив предсказателя пронизывающим насквозь взглядом, женщина порылась в рукаве, а после извлекла что-то белое, что-то слишком знакомое...

— Узнаёшь? — протянула она и бросила три вещи на пол.

В шоке распахнув глаза, Лиэ будто заворожённый смотрел, как три карты с поразительно яркими изображениями медленно ложатся на землю. Тигр, роза и пустота – точь-в-точь такие же рисунки показало Провидение одним дождливым днём. Дыхание прервалось, стоило ему увидеть те самые карты.

Лиэ почувствовал, как по спине пробегает табун мурашек, и отшатнулся назад. Сай потянулся к двери, но его рука дрогнула, стоило пальцам коснуться сгущающейся чёрной энергии. Тёмное марево в мгновение ока заполнило всю комнату, запечатывая окна и двери. Переводя взгляд то на расползающееся чёрное облако, то на женщину, Лиэ поражённо ахнул.

Демонический заклинатель.

Глаза Сая опасно сузились.

— Юн Хо, — прошипел он, хватаясь за меч.

Одним плавным движением женщина сорвала шляпу с головы, и Лиэ увидел серые глаза, полные ненависти, сожалений и жажды мести. Эти глаза были настолько глубоки, отчего казалось, будто в них плескалось пасмурное небо.

— Теряешь бдительность, — с насмешкой сказала она, кончиком сапога откидывая полотно шёлка, под которым виднелось что-то волосатое, что-то...

...оказавшееся головой человека. На мертвенно-бледном лице застыла гримаса ужаса и отчаяния, выпученные глаза с красными прожилками бездумно смотрели в потолок. Шея была вывернута под неестественным углом: видимо, с ним не церемонились, просто свернув шею. Лиэ почувствовал, как внутри всё похолодело.

Схватившись за меч, Сай попытался вынуть его из ножен, но его остановил поток чёрной энергии, ударивший в солнечное сплетение.

Закашлявшись кровью, Сай пошатнулся, но устоял на месте, покрасневшими от ярости глазами смотря на посмеивающуюся женщину. Едва заметная нить духовной энергии сорвалась с пальцев и потянулась к ней, но тотчас истаяла в тёмном мареве.

Юн Хо взмахнула рукой, отгоняя от себя золотистые искры.

— Теперь я понимаю, почему Вэймин проиграл тебе, — в тоне проскользнула едва уловимая досада. — Ты и вправду стал сильнее с нашей последней встречи. Безумие и вправду делает тебя сильнее. И он, — её взгляд мимолётно прошёлся по замершему предсказателю.

На самой глубине серых глаз полыхнула уязвлённость, смешанная с завистью, но тут же погасла.

— Тебе повезло, — было непонятно, глумится она или же действительно выражает своё мнение.

Паутина, сотканная тёмной энергией, выветрила из головы все вопросы и сомнения.

Линсян зазвенел от переполняющей его силы. Воздух потяжелел от наполнившей его демонической энергии и неуправляемой Ци. Сталкиваясь друг с другом, они превращали в пепел всё, что встречалось на пути — в одно мгновение порядок в лавке превратился в первозданный хаос.

Легко уклонившись от удара, Юн Хо щёлкнула пальцами, и из-за её спины быстрой молнией вылетел меч.

— На твоём месте я бы не вела себя так опрометчиво, — назидательно покачав пальцем, Юн Хо перевела острый взгляд на Лиэ. — Особенно, если у меня есть заложник.

Предсказатель внезапно почувствовал, как вокруг шеи обвилась взявшаяся, казалось, из воздуха верёвка. Ещё мгновение — и он оказался подвешен в воздухе.

— Лиэ-гэ!!! — в невыразимом отчаянии закричал Сай и бросился вперёд.

Его меч почти перерезал верёвку, но в последний момент оказался отбит другим клинком, на поверхности которого уродливыми пятнами застыла кровь. Прикусив губу, Сай снова ринулся вперёд, но оказался впечатанным в стену стремительным ударом руки. С потолка посыпалась белая крошка, точно пепел укрыв всё вокруг.

Безумным взглядом вперившись в Юн Хо, Сай поднял меч. Остриё указывало прямо в сердце.

— Вижу, мой яд оказал на тебя разрушительное воздействие, — посмеиваясь, бросила она и подошла чуть ближе. — Интересно, насколько сильно пострадала твоя душа за эти десять лет?

Сай молчал, но на этот вопрос не требовался ответ — за всё говорили его глаза.

Хмыкнув, Юн Хо повернулась к предсказателю. Её цепкий взгляд, которым можно было резать мясо, вперился в задыхающегося Лиэ. Верёвка сильнее сдавила шею, окончательно лишив притока воздуха.

— Ненавижу твоё лицо. Ненавижу всю твою семью, — зло выплюнула Юн Хо, до побелевших костяшек сжимая рукоять меча. — Будь проклят отец, породивший тебя. Чтоб его душа сгорела в огне чистилища.

Лиэ почувствовал, как его сознание уплывает. Звуки доносились будто сквозь толщу воды — последние слова Юн Хо неразличимым гулом прозвучали где-то вдалеке. Сначала чернота появилась на периферии зрения, но постепенно разноцветные пятна добрались и до центра. Лицо женщины расплывалось, Сай и вовсе пропал из виду.

В сердце закрался животный ужас.

— Умри быстрой смертью, — великодушно усмехнувшись, Юн Хо перевела взгляд на Сая.

Линсян со скрежетом столкнулся с другим мечом и вонзился в стену. Сложив печать, Сай послал его к Лиэ, намереваясь разрубить опутавшую его верёвку, но безрезультатно — Юн Хо ловко перехватывала каждую его атаку, не позволяя и шагу вперёд сделать.

Цокнув языком, будто отчитывая неразумное дитя, Юн Хо расплылась в едкой улыбке.

— Я не позволю тебе спасти его. Вместо этого ты отправишься за ним. Или предпочитаешь умереть первым?

Прежде чем окончательно провалиться в небытие, Лиэ услышал отчаянный вопль.

Я снова заставил тебя страдать...

Прости.