Глава 9. Желая спастись, прыгнуть в ров с тысячью змей

Атмосфера в городе была под стать названию, что он носил. Обшарпанные стены домов длительное время подвергались воздействию ледяного ветра, который точил даже скалы, что уж говорить об обычном строительном камне. Те же постройки, что были сделаны из дерева, гнили очень быстро и источали резкий неприятный аромат.

Лиэ задумался было, что это была за порода, но после того, как на одной из стен внезапно появился ярко-красный глаз, растерял всякое желание прикасаться к дереву.

Сай на его спине спал беспокойно, иногда нечленораздельно мыча, будто хотел сказать что-то, но у него не хватало на это сил. Он проснулся лишь однажды, и, хрипло дыша, тихо заговорил, не поднимая головы:

— Отыщи здание с надписью «На сотни бед приходится одно счастье». Потом... заплати две серебряные монеты. Это гостиница, и в ней относительно безопасно. Ни в коем случае никуда не выходи. Хозяин сам всё устроит насчёт ужина... — с каждым словом голос Сая становился всё тише и тише, пока не стал напоминать шелест осенних листьев. — И не говори... наши имена. А лучше вообще замаскируйся.

После Сай погрузился в глубокий сон, тихо сопя Лиэ на ухо. У того после продолжительной ходьбы с грузом за спиной заболели ноги, но предсказатель не смел останавливаться ни на минуту. Осознание того, что Шу Вэймин найдёт их, придавало Лиэ сил.

Если Сай опять вступит в бой, то точно умрёт.

Лиэ не умел обращаться с мечом, но всячески делал вид, что Хей Шуэй висит у него на поясе не просто так.

Многочисленные низшие демоны, которые были не прочь полакомиться слабыми людишками, обходили его стороной, хотя почти каждый бросал на Сая голодные взгляды. После того, как буйволоподобный демон облизнулся и пристроился за ними, соблюдая дистанцию, Лиэ продрал мороз.

Тотчас свернув в подворотню, Лиэ протиснулся между домами, поставленными так близко друг к другу, что более крупный мужчина обязательно застрял бы. Преследующий их демон цыкнул и развернул своё мощное, покрытое короткой шерстью тело в другом направлении.

Остановившись напротив здания с ярко-красной вывеской, гордо гласящей: «Несколько шкур лучше, чем одна», Лиэ прикинул шансы того, что это могло оказаться местом для свежевания. Вероятность была крайне высока.

Тут из здания, которое не внушало никакого доверия, вышел высокий человек, облачённый в чёрную мантию. По крайней мере, Лиэ надеялся на то, что это именно человек, а не демон, способный играться со своей внешностью как ему заблагорассудится.

— Приношу извинения, что отвлекаю этого достопочтенного господина, — из-за того, что Лиэ держал Сая, чтобы тот не упал, он не имел возможности сложить руки в приветствии, а потому ограничился простым кивком. — Но это здание... Какое оно имеет предназначение?

Лицо человека было скрыто капюшоном, и Лиэ не мог разглядеть выражение его лица. Человек остановился, рука легла на рукоять меча. Но заметив раненого, он презрительно фыркнул и махнул рукой.

— Тебе лучше поскорее привыкнуть к этому месту и забыть о манерах. Здесь они тебе не помогут, — Лиэ оторопело моргнул.

Для человека, воспитанного в семье богатого торговца, умение вести себя было крайне важно, чтобы суметь найти союзников в этом нелёгком деле. Видя его замешательство, человек не стал пускаться в длительные объяснения. Вместо этого, развернувшись к нему спиной, бросил через плечо:

— Здание перед тобой — лавка товаров из мира демонов, — после чего ушёл неспешной и величественной походкой.

Проводив его взглядом, Лиэ, поколебавшись с мгновение, всё же отважился войти. В дверном проёме он увидел несколько масок, привешенных к стене. Мысленно сказав спасибо этому определённо не самой чистой совести человеку, Лиэ придал лицу отчуждённое выражение и ступил через порог.

Он и понятия не имел, что на его мягком и нежном лице это будет смотреться крайне неуместно, словно увидеть среди покосившихся домишек богатый и вычурный замок.

Стоило ему оказаться в помещении, как Лиэ едва не закашлялся. Запах не самых качественных благовоний заполнил воздух, по полу стелился густой и едкий дым. Как только он вошёл, несколько масок разинули рты и пронзительно захохотали, будто одержимые злыми духами. Лиэ, привыкший к комфортной и непринуждённой жизни, поначалу растерялся, но быстро взял себя в руки.

В углу на небольшом стульчике, свесив голову на бок, сидел сморщенный старичок. Глаза его были закрыты, зато большое, налитое кровью око на шее не мигая смотрело на вошедшего.

Подавив подступившую к горлу тошноту, Лиэ, откашлявшись, спросил, стараясь подражать манере Байме вести разговор:

— Этот уважаемый просит показать ему несколько масок из мира демонов.

Вместе с застывшим выражением лица, Лиэ выглядел несколько комично, но, без сомнения, странно величественно.

Однако, мягкая и несколько наивная улыбка больше шла ему.

Старичок, не открывая глаз, поднялся со стула и направился к стене. Когда его рот открылся, Лиэ увидел ряд острый зубов и длинный раздвоенный язык. Переведя взгляд на маски, Лиэ попытался отбросить все тревоги и сомнения, дабы выглядеть не зашуганной мышкой, а вполне уверенным в себе молодым господином.

Демоны за версту чувствуют страх. Он не может позволить себе слабину.

— Господин хочет скрыть своё лицо? — глаз на шее старика буравил Лиэ взглядом, и тот почувствовал себя крайне неуютно.

— Да, — быстро ответил Лиэ, поправив сползшего с плеча Сая.

Око подозрительно прищурилось.

— Кто этот человек? — длинный язык протиснулся между зубами, с него капала слюна.

Мельком отметив то, что почти все демоны здесь испытывают голод, Лиэ ощутил себя большой тарелкой с мясом, которую любезно оставили на съедение собакам.

— Это не имеет значения, — как можно ровнее ответил Лиэ, взглянув старику прямо в широко раскрытое око.

Возможно, это было ошибкой, поскольку рот старика изогнулся в хищной улыбке, а слюна закапала ещё больше, глухо падая на пол. Чуть побледнев, Лиэ вынужденно рассмеялся и как бы невзначай коснулся рукой меча. Голодный взгляд старика тут же потух, сменившись раздражением.

— Чем будешь платить? — тон старика с любезного сменился на выжидательный с ноткой пренебрежения, а сам он уставился на бессознательного Сая.

Лиэ неосознанно сжал Сая крепче.

— Деньгами, — с нажимом ответил он.

Фыркнув, старик шумно водрузил несколько масок на пыльный стол. Кинув на них один-единственный взгляд, Лиэ предпочёл выбрать не глядя. Полное отсутствие вкуса у мастера почти ранило глаза. Привыкший к красивым и элегантным вещам, предсказатель не был готов смотреть на эти творения слишком долго.

— Эта и эта, — тонкий палец указал на синюю маску с единственным рогом посередине и тёмно-фиолетовую, разукрашенную около глаз всеми цветами радуги. — Сколько они стоят?

Око чуть прищурилось, а затем старик, раздражённо скривившись, зло выплюнул:

— Для тебя — одну серебряную, раз уж ты не хочешь отдать этого полудохлого человека мне! — старик вновь облизнулся, сетуя на то, что ужина сегодня не будет.

Кашлянув, Лиэ неловко потянулся к мешочку на поясе и выудил оттуда одну монету. Неудовлетворённо вздохнул от того, что осталось совсем мало денег. Но, на улице было холодно, а Сай и подавно был в одном нижнем халате...

— А та накидка? — взгляд Лиэ упал на чёрный лоскут ткани.

Старик нехотя стянул её со стула, после чего так же небрежно скинул её на прилавок.

— Ещё одну добавь, — и подставил сморщенную ладонь, в которую упало две серебряные монеты.

Нацепив на лицо синюю маску, Лиэ кое-как забрал остальные покупки и поспешно выскочил за дверь. Тело вновь охватило холодными иглами, но, по крайней мере, здесь не гулял стылый ветер.

Аккуратно спустив Сая на землю, Лиэ как можно быстрее одел его в чёрный балахон и нацепил уродливую маску на лицо. Посетовал на то, что более красивой не нашлось. Для такого красивого человека, как Сай, носить подобное можно было считать оскорблением собственного достоинства.

Дав себе минутную передышку, Лиэ вновь взвалил Сая на спину и побрёл дальше в поисках здания с заветной надписью.

Побродив по городу ещё полчаса, за которые Лиэ пришлось недвусмысленно указать на меч бесчисленное множество раз, он наконец заметил чёрные двери, на которых размашистым и не шибко аккуратным почерком было выведено «На сотни бед приходится одно счастье». Выдохнув с облегчением, Лиэ в приподнятом настроении без колебаний открыл двери и вошёл внутрь.

...Только после того, как дверь за ним захлопнулась, Лиэ подумал, что ему следовало лучше собраться с мыслями.

Все стены были увешаны костями и черепами, в углах же стояли причудливые чучела неизвестных животных. У некоторых на рогах висели звериные шкуры, у других — расписанные золотом и серебром шелка. Нашёлся и такой череп, который держал в зубах какую-то потрёпанную жизнью книжку.

Лиэ, глядя на всё это, очень засомневался, что это гостиница. Скорее, обитель шамана или охотника за головами. Кто в здравом уме назовёт гостиницу подобным образом? Или это как лотерея — сотый посетитель остаётся в живых и преспокойненько ночует здесь? Что случается с предыдущими?..

— Эй, — раздался грубый голос откуда-то сбоку.

Лиэ едва не подпрыгнул на месте. Благо, маска скрыла его встревоженное лицо. Повернувшись на деревянных ногах к источнику голоса, Лиэ не увидел никого, кто мог бы произнести хоть слово. Только бесчисленные черепа и обломки костей.

Заглянув за округлый столик, стоящий около стены, предсказатель по-прежнему никого не заметил. Обшарпанный стул пустовал; казалось, здесь вообще долгое время никто не появлялся, даже на поверхности сидения виднелся толстый слой пыли.

Вконец сбитый столку, Лиэ неуверенно позвал:

— Господин хозяин гостиницы?..

Ответом ему был весёлый смешок, от которого волосы встали дыбом. Что за чертовщина! Лиэ отступил на шаг к двери. Смех резко оборвался.

— Ты что, только недавно сюда попал? — в голосе послышалась добродушная насмешка. — Надеюсь, сердце у тебя выдержит, а если нет, так мы тебя съедим.

Уверившись в том, что здесь им точно не рады, Лиэ развернулся и зашагал к двери. Лучше он ещё немного побродит по окрестностям в поисках какого-нибудь заброшенного жилья. Лиэ оставалось надеяться, что Сай, проснувшись, не скажет, что это была фатальная ошибка, и это здание на самом деле принадлежит какому-нибудь очень опасному демону, от которого не спастись.

Мысли Лиэ прервал встревоженный голос:

— Эй, эй, я же пошутил! — кажется, таинственный обладатель чуть хрипловатого голоса не на шутку забеспокоился. — Ну, зачем пришёл? Свободных комнат у меня полно — выбирай любую. Конечно, я не прочь полакомиться человечиной, да вот только настоящий хозяин гостиницы меня за это убьёт. Давай, давай скорее сюда деньги — и будь уверен, я позабочусь о тебе и о твоём полумёртвом спутнике. А может, отдашь его мне?.. — в голос примешалась робкая надежда.

Лиэ, получше оглядев комнату, наконец заметил, что челюсть одного из бычьих черепов слегка шевелится. Вперив в него убийственно спокойный взгляд, который тренировал ещё будучи в начале пути предсказательства, Лиэ так же безмятежно произнёс:

— Спасибо за предложение, но я вынужден отказаться. Этот человек помогает мне, и я не могу бросить его на произвол судьбы, — после чего, не оборачиваясь, зашагал прочь.

Спиной он чувствовал голодный взгляд чересчур разговорчивого черепа. Сай позади него заворочался, сипло выдохнув что-то неразборчивое. Лиэ, боясь о том, что тому станет хуже, прибавил шаг.

Но стоило ему потянуться к ручке, как дверь открылась, и в помещение вошёл статный мужчина средних лет с грозным выражением лица. Отступив на шаг, Лиэ почувствовал, как его буквально окутывает демоническая энергия.

Что ж, некоторые заклинатели вступали на тёмный путь совершенствования – вспомнить хотя бы Шу Вэймина. И тогда дорога в мир им была заказана. Их всячески избегали и гнали прочь. Те, кому некуда было идти, и основали этот город.

Мужчина, поравнявшись с ним, кинул хмурый взгляд на Сая, а после оценивающе обвёл глазами безобразную маску, что была на Лиэ. После его взгляд опустился на Хей Шуэй. Тихо хмыкнув, он знаком велел Лиэ стоять на месте, в то время как сам размашистым шагом приблизился к притихшему черепу.

— Я говорил тебе не запугивать тех, кто только прибыл в Гуанцай, — глубокий, властный голос разлился по комнате подобно одурманивающему туману. — Даже если ты почувствовал, что в нём нет достаточно духовной энергии, он всё ещё может оставаться прекрасным мечником.

Таинственный мужчина, облачённый в чёрное ханьфу с посеребрённым поясом, вновь оглядел Лиэ с ног до головы. Судя по тому, как он распоряжался и повелевал черепом, Лиэ решил, что это и есть хозяин гостиницы. Несмотря на грозный и неприветливый вид, Лиэ почувствовал, что с ним можно иметь дело.

Почтительно склонив голову, он решил последовать совету Сая и попробовать поселиться здесь.

— Господин, я хотел бы занять одну комнату на пару дней, — внимательно следя за мужчиной сквозь прорези в маске, Лиэ почему-то обрёл уверенность, которую не чувствовал уже давным-давно.

Этот демонический заклинатель имел странную способность успокаивать людей одним своим присутствием. Даже острые, пронзительные глаза показались светочами безграничной мудрости. Чувствуя, что не в силах сопротивляться чарующим заклинаниям мужчины, Лиэ поспешно отвёл взгляд. Наваждение тут же рассыпалось в прах.

Заклинатель чуть прикрыл глаза, на его губах мелькнула слабая улыбка.

— Моя гостиница всегда рада заблудшим душам, сбившимся с пути и потерявшим всё самое дорогое. Но на то мы и дарим одно счастье взамен на сотни бед: вы можете расположиться здесь с комфортом. Будьте уверены, ваша личность останется нераскрытой, — несмотря на неприветливый внешний вид, мужчина оказался тем ещё болтуном. — За две серебряных монеты вы получите комнату и ужин, за четыре я приготовлю вам ванну, за семь — продам лекарство вашему другу.

Неловко кашлянув, Лиэ мягко ответил:

— Только комнату.

Как бы ему не хотелось пополнить запас лекарств, но лишних денег у него не было. Всё добро сгорело в демоническом огне, а с собой Лиэ никогда не носил много вещей – только набор карт и небольшой парчовый мешочек. Если бы он знал, что произойдёт нечто подобное, обязательно распихал бы по карманам все деньги, что у него были. А их было отнюдь не мало.

Утвердительно кивнув, хозяин гостиницы прошёл за прилавок и надавил на челюсть говорящего черепа. Та со скрежетом открылась, и Лиэ увидел множество ключей, лежащих на приделанной внутри дощечке. Подумав, что удивляться уже нечему, Лиэ спокойно принял ключ и положил на стол монеты. Они тут же исчезли в кошельке мужчины.

— Вторая комната справа на втором этаже, ужин подаётся на заходе солнца, — сказал он и, больше не обращая внимания на Лиэ, стукнул пальцем по черепу.

Поднимаясь по лестнице, Лиэ слышал, как мужчина отчитывает череп, не стыдясь в выражениях, а так же горестный плачь неудавшегося людоеда.

Оказывается, даже в Гуанцае можно найти достойных людей. Лиэ немного воспрял духом.

Провернув ключ в замке, Лиэ толкнул дверь и вошёл внутрь. К счастью, на стенах не было ни костей, ни черепов. Вместо них — голое дерево, немного подгнившее у пола от чрезмерной сырости. В сочетании с пронизывающим до костей холодом, комната была крайне неуютной.

Лиэ аккуратно уложил Сая на единственную кровать в комнате и стянул так надоевшие маски с лиц. Те с глухим стуком упали на столик. Убранство здесь было скудным, но комфортным.

За окном стало смеркаться. Гуанцай погружался в вязкую тьму, дышащую замогильным холодом. Лиэ задёрнул чёрные шторы и зажёг свечу.

Тёплый свет озарил стены, мельком скользнув по полу; нижняя часть комнаты осталась во мгле. Лиэ хотел немного перенести свечу, чтобы свет падал на большую часть комнаты, но остановился.

Те места, что начали подгнивать от сырости, вдруг засветились слабым белым светом. С каждой секундой в комнате становилось всё ярче и ярче, пока освещение не стало напоминать зимнее утро. Пусть света было недостаточно, но его вполне хватало, чтобы написать несколько строк, не напрягая глаз.

Подойдя к кровати, Лиэ распахнул ткань на груди Сая, где виднелось несколько глубоких ран. Некоторые уже начали заживать, но свежие требовали должного ухода.

— Прости, — старая привычка вновь взяла верх, и Лиэ тихо заговорил, стараясь заглушить тишину, прерываемую лишь сиплым дыханием.

Он не выносил тишину. Если он был один, то безмолвие дарило покой, но стоило Лиэ оказаться рядом с бессознательным телом, как прежде безмятежная тишина оказывалась жестокой пыткой.

Ему слишком много раз не откликались.

Мёртвые не говорят.

Шумно втянув воздух, Лиэ кое-как успокоился, хотя ростки страха продолжили жить в его сердце. Взяв чашу с водой, стоящую на полу возле маленького шкафчика, Лиэ принялся осторожно смывать засохшую кровь с груди заклинателя.

— Мне очень жаль, что по моей вине тебя втянули в такую опасную авантюру, — проводя по коже клочком ткани, оторванным от безнадёжно испорченного халата Сая, Лиэ сосредоточенно прикусил губу.

Вина не давала ему покоя.

— Обещаю, что возмещу тебе за все твои ранения и старания. Не понимаю, почему ты решил остаться со мной?..

Смолкнув на мгновение, Лиэ тяжело вздохнул. Отставив чашу с покрасневшей водой в сторону, Лиэ снова оторвал от широкого рукава полосу ткани, после чего перебинтовал израненную грудь. На ней останется множество уродливых шрамов – с таким-то лечением. Но главное, чтобы Сай не подхватил какую-нибудь болезнь и не слёг окончательно. Тогда уже никакие лекарственные пилюли не помогут.

Нахмурившись во сне, Сай протянул руку, будто стараясь ухватиться за что-то. Мягким движением Лиэ положил руку обратно на постель и укрыл заклинателя одеялом. Его лицо слегка покраснело — верный признак жара, но Лиэ больше ничего не мог сделать. Только ждать, когда Сай откроет глаза, и молиться за его благополучие.

Этот человек хранил множество тайн, некоторые из которых Лиэ попросту не мог оставить без внимания. То, что Сай хорошо знаком с устройством пограничного города — крайне подозрительно, и наводило на определённые мысли. К тому же, Сай и раньше был знаком с Шу Вэймином, что ещё больше подкрепляло уверенность Лиэ в том, что Сай — наёмник, пусть и следует праведному пути совершенствования.

А уж как он оказался в столице, да ещё в таком плачевном состоянии, повергало Лиэ в смятение.

Почему Байме сказал, что Сай совсем не опасен, и ему можно доверять?

Лиэ терялся в догадках.

За окном наступила ночь. Последние лучи солнца, робко выглянув из-за мрачных туч, окрасили крыши домов в тусклый алый. Цвет был подобен увядающим розам, скованных объятием мороза. Здесь солнце не дарило тепла — вместо этого оно напоминало холодное светило, несущее смерть.

Пребывая в блаженном неведении, Лиэ раз за разом проматывал в памяти события последних дней и не находил ответа на мучающие его вопросы.

Вокруг царила поразительная тишина, которую Лиэ тихо, но незамедлительно обратил в прах сбивчивым шёпотом.

В дверь постучали, и Лиэ тут же смолк. Точно, настала пора ужина, вспомнил он. Вот только, голода он не чувствовал. Только не тогда, когда рядом лежит бездыханное тело.

Нет же.

Сай жив. Жив и дышит, пусть и тихо, но дышит.

Махнув головой, стряхивая липкое оцепенение, Лиэ вновь надел маску и открыл дверь. На пороге стоял скелет с уже знакомым бычьим черепом. Тело определённо было человеческим, и предсказатель даже думать не хотел, что он мог принадлежать одному из постояльцев гостиницы.

Скелет держал в костлявых руках две миски с чуньцзюанями. Несколько трубочек были начинены овощами, другие же мясом. Они источали лёгкий пряный аромат, благодаря которому Лиэ ощутил, как болезненно свело желудок.

— Благодарю, — с привычной мягкой полуулыбкой сказал он.

Лиэ напрочь забыл о том, что его лицо сейчас скрывает маска с отнюдь не дружелюбным выражением лица.

Миски были горячими, и от чуньцзюаней ещё исходил ароматный пар. Скелет, чуть приоткрыв челюсти, задумчиво проговорил:

— Твой голос такой дружелюбный, мне он нравится. Если я съем тебя, то получу его себе, и наконец избавлюсь от этого противного голоса старика с туберкулёзом.

Лиэ тотчас закрыл дверь и привалился к ней спиной. Раздалось тоскливое клацанье зубами, и после секунды бездействия череп сдвинулся с места, громыхая костями. Вскоре всё стихло.

Решив больше не испытывать судьбу, Лиэ быстро запер дверь и поставил блюда на небольшой столик. Запах специй, прожаренных овощей, мяса и теста постепенно заполнил всю комнату. Лиэ, ещё пару минут назад даже не думающий о еде, вдруг почувствовал себя крайне голодным. Но приступать к трапезе он не спешил: Сай всё также спал или был без сознания — Лиэ не мог понять.

Твёрдо вознамерившись дождаться его пробуждения, Лиэ не притронулся к палочкам для еды. Вместо этого присел на краешек кровати и, прикрыв глаза, негромко заговорил:

— Раньше матушка часто делала чуньцзюани, они получались у неё особенно хорошо, — предавшись воспоминаниям, Лиэ грустно улыбнулся. — Когда она готовила их, даже Хейсу заглядывал домой чаще. Малышка Лю была от них без ума. Тётушка Чи, сколько бы не пробовала, всё равно не могла приготовить их так же вкусно, как и матушка. Они постоянно получались то пережаренными, то слишком пресными, либо наоборот, чересчур острыми...

Мирные и беззаботные дни всплыли в памяти так ярко, что Лиэ казалось, будто это было вчера. И всё же, он не помнил, добавляла матушка свинину или же курицу в чуньцзюани — это стёрлось из памяти. И как бы Лиэ не старался вспомнить, так ничего и не вышло.

Вместо этого он помнил довольные лица всех членов семьи и тупую боль, что прокалывала сердце каждый раз, когда он вспоминал тех, кого больше нет.

— Что ещё любила готовить твоя мать?.. — тихий, ослабший голос вырвал Лиэ из своих мыслей.

От неожиданности предсказатель крупно вздрогнул. Воспоминания скрылись в глубинах разума.

Опустив взгляд, Лиэ увидел полуприкрытые, подёрнутые сонной пеленой чёрные глаза. Те смотрели на него поразительно внимательно и сосредоточено, будто в этом заключался смысл жизни. В окружении одеял, немного смятых и потрёпанных, при тусклом свете свечи и мха Сай вдруг стал выглядеть ещё моложе, чем раньше.

Разгладились морщинки, а беспокойство, никогда не покидающее чёрную глубину глаз, притупилось.

— Как ты себя чувствуешь? — негромко спросил Лиэ, не желая разрушать странную, но приятную атмосферу вокруг.

Сай улыбнулся уголками губ.

— Если Лиэ-гэ со мной, то мне гораздо лучше, — с почти детской непосредственностью ответил он и впился в Лиэ немигающим взглядом.

Ощутив себя неловко из-за такого пристального внимания, предсказатель поспешил сменить тему:

— Недавно подали ужин. Хочешь поесть? — взяв в руки уже успевшую остыть миску с едой, Лиэ аккуратно водрузил её на кровать.

Нос Сая смешно дёрнулся, в глазах мелькнуло смятение, смешанное с приятным удивлением. Сай, опираясь на руку Лиэ, привстал с постели и вооружился палочками для еды. Окинув блюдо почти благоговейный взглядом, Сай, откусив кусочек, пробормотал с набитым ртом:

— Обычно здесь подавали простую рисовую кашу... — Сай скривился: видимо, те воспоминания были не из приятных.

Лиэ же сделал себе пометку непременно поблагодарить великодушного, пусть и хмурого хозяина гостиницы. Нежданная забота в таком месте грела душу и, что греха таить, желудок также приветствовал такое вкусное кушанье.

С энтузиазмом Сай продолжил трапезу; постепенно нездоровый бледный оттенок кожи сменился чуть розоватым.

— Ты виделся с хозяином гостиницы? — подняв на Лиэ взгляд, Сай переложил один чуньцзюань с мясом в тарелку предсказателя.

Не желая мириться с таким положением дел, Лиэ подхватил палочками овощной чуньцзюань и, не слушая возражений, положил в другую тарелку.

— Да, — Лиэ кивнул в ответ и приступил к трапезе.

Чуньцзюани имели приятный, чуть сладковатый привкус, а овощи идеальной прожарки слегка хрустели на зубах. Лиэ на секунду ощутил, будто вернулся в детство. Увы, но это чувство не продлилось долго, сменившись тоской. Не отвлекаясь от еды, Сай продолжал спрашивать:

— Он видел моё лицо? — во взгляд вернулась тревога, а палочки на миг замерли.

Прожевав, Лиэ спокойно ответил:

— Нет. В одном из магазинов я купил маски, поэтому никто не видел наших лиц, — после чего палочки вновь пришли в движение.

Обдумав слова предсказателя, Сай тщательно прожевал оставшиеся чуньцюани и отставил тарелку. Лиэ, так же покончив с трапезой, убрал блюда на стол.

— А Хей Шуэй? — бросив взгляд на стоящий около стены меч, Сай нахмурился.

Не зная, чем вызвано беспокойство, Лиэ честно ответил:

— Некоторые демоны приставали и даже хотели съесть тебя, — всматриваясь в лицо Сая, предсказатель увидел лишь холодную насмешку. — Мне пришлось несколько раз пригрозить им мечом.

Задумчиво пожевав губу, Сай со вздохом сказал:

— По мечу нас будет проще вычислить. Поначалу я планировал задержаться здесь на неделю, но сейчас любое промедление будет смерти подобно, — улёгшись на спину, Сай затуманенным взором оглядел потолок. — Шу Вэймин, без сомнения, обойдёт весь Гуанцай, пока не отыщет нас. А уж если и остальные приступят к поискам...

Раздражённо фыркнув, Сай смолк. Воспользовавшись моментом, Лиэ осторожно спросил:

— Ты ведь раньше уже бывал в Гуанцае?.. — выжидательно взглянув на заклинателя, Лиэ внутренне напрягся.

Этот вопрос давно мучил предсказателя, и оставить его без ответа Лиэ больше не мог. Скосив взгляд на сидящего рядом мужчину, Сай изогнул уголки губ в беззаботной улыбке. На его лице отразилось понимание.

— Не волнуйся, я не один из наёмников, — издав тихий смешок, Сай тут же поморщился, когда грудь прострелило острой болью.

Восстановив дыхание, он не спеша пояснил:

— Раньше я был торговцем духовных предметов и, если честно, в Гуанцае спрос на них был большой. Поэтому я и поступился законами и решил поторговать здесь. Всё же, выгода для меня важнее.

Зерно сомнения поселилось в сердце. Может, Сай не врал тогда, и история с разбойниками – правда? Байме также сказал, что этот человек не опасен...

Медленно кивнув, Лиэ принял это объяснение.

Даже если он не может быть уверен в словах Сая, то Байме не стал бы ему лгать. Окончательно успокоившись, Лиэ почувствовал, как натянутая до этого струна расслабилась.

Стало немного спокойней.

Сай, разморенный сытным ужином, клевал носом. Придвинувшись ближе к стене, он сонно пробормотал:

— Пора спать. Думаю, дня через два нам нужно будет уходить. Конечно, можно было бы и раньше... Лиэ-гэ понесёт меня на спине? — закопавшись получше в одеяло, Сай распростёр руки.

Недоумённо изогнув бровь, Лиэ молча уставился на заклинателя, застывшего в достаточно странной позе.

— Нет же, нельзя больше доставлять Лиэ-гэ неприятностей... — будто разговаривая сам с собой, речи Сая становились всё неразборчивей и тише. — Будь у меня мой меч, я бы не проиграл продажной шавке Шу...

Мягко улыбнувшись, Лиэ поднялся с постели, намереваясь улечься на пол. Находящийся на грани дрёмы и яви Сай завозился, с глаз спала мутная пелена.

— Лиэ-гэ, только не говори мне, что ты собираешься спать на полу, — в тоне прозвучала укоризна, но Лиэ остался непреклонен.

— Кровать слишком узка для двоих, — ответил он, отстраняясь.

Его руку поймали в плен холодные пальцы, не желая отпускать ни на миг.

Остановившись в замешательстве, Лиэ не знал, что делать дальше. Отбросить протянутую к нему руку, когда Сай смотрел на него так искренне и проникновенно, было бы нетактично. К тому же, заклинатель и без того сильно пострадал по его вине — не будет ли предательством отвернуться от него сейчас, когда он нуждается в защите и уходе?

Занятый своими мыслями, Лиэ не сразу заметил, как на губах Сая расцвела беззаботная улыбка, которая не появлялась уже давно. За такое короткое время она успела стать привычной – Лиэ с удивлением осознал, что успел заскучать по ней.

— Я могу обнять Лиэ-гэ, и тогда места будет предостаточно, — с самым честным и невинным выражением лица бросил Сай.

Лиэ в который раз убедился, что совести у этого человека никогда не было и не будет.

— Это излишне, — улыбнувшись привычной лёгкой, почти невесомой улыбкой, Лиэ подавил тяжёлый вздох и опустился на постель.

Куя железо, пока горячо, Сай продолжил, словно чувствуя неуверенность предсказателя в собственных действиях:

— К тому же, здесь холодно, а мне сейчас это не пойдёт на пользу.

Обдумав слова Сая, Лиэ узрел в них зерно истины. И вправду, как он мог думать о собственной гордости, если таким образом опасности вновь подвергнется незнакомый человек, который сделал для него так много? Если Сай ещё и простудится, то Лиэ скорее уйдёт в отшельники из-за чувства вины, чем покажется на глаза честному люду.

Скинув обувь, Лиэ улёгся на самый край кровати и закрыл глаза. В комнате было прохладно, но горячее дыхание, щекочущее шею, пресекало всякие мысли о том, чтобы одолжить краешек одеяла. Стало немного… душно.

Только сейчас Лиэ понял, что спать в одной кровати с другим человеком весьма смущающе.

В детстве он страшно боялся грозы, но даже тогда не прибегал к родителям и старшему брату в поисках защиты и спокойного сна. Таким образом, это оказался первый раз, когда он спал в одной постели с кем-то.

И, учитывая обстоятельства, Лиэ это не особо нравилось.

— Лиэ-гэ должен укрыться одеялом, чтобы не заболеть, — проворковал Сай на грани слышимости и, бережно набросив на предсказателя одеяло, придвинулся ближе.

Тут же стало тепло и хорошо. Единственное, что напрягало Лиэ — тёплое дыхание Сая на щеке, да руки, почти касающиеся плеча.

Поскольку Сай лежал на боку, то имел возможность обнять его во сне — Лиэ ощущал себя как на иголках. Столь близкий контакт с малознакомым человеком был для него неприемлем и, что главное — неприятен.

— Не волнуйся, я не потревожу твоё личное пространство, поэтому Лиэ-гэ может расслабиться, — почувствовав его напряжённость, Сай тихо фыркнул и закрыл глаза.

Спустя несколько минут Лиэ уловил спокойное и размеренное дыхание. Только тогда он смог вздохнуть спокойно. Повернувшись к Саю спиной, Лиэ положил руку под голову и закрыл глаза.

Прежде малышка Лю часто прибегала к нему ночью и рассказывала свой милый, но несомненно страшный для ребёнка кошмар. Размазывая слёзы по щекам, она неловко мялась у порога, одновременно желая и не хотя тревожить брата. И Лиэ, полусонный, успокаивал её, гладя по голове и шепча полные любви слова.

Сердце болезненно сжалось от тоски, и Лиэ поспешил заглушить её. Воспоминания, такие далёкие и живые, постепенно потускнели за вереницей мыслей о будущем, и после часа бесконечных блужданий среди вопросов без ответов, Лиэ погрузился в зыбкий сон.

За окном завыл стылый ветер. Свеча, забытая всеми, медленно догорала. Вскоре потухло и пламя, и лишь тусклый свет мха разгонял тьму.