Глава 8. Поиски солнца в безграничном царстве тьмы

Лиэ, лежащий в абсолютной темноте, мог лишь беспомощно барахтаться, пытаясь выбраться. Все его попытки оказались безуспешны. Мало того, что нога, на которой он балансировал над пропастью, соскользнула с ткани мешочка цянькунь, так потом всего через несколько секунд на него упало что-то тяжёлое и придавило ко дну. Это что-то источало терпкий запах крови.

— Сай? — позвал Лиэ, нащупав рукой чужую ногу.

В ответ раздалось нечленораздельное мычание. Подползя поближе, Лиэ коленом упёрся в меч. Значит, Хей Шуэй на месте. Хоть что-то радует.

— Ты ранен? Где болит? — Лиэ обеспокоенно заметался, чувствуя сильный запах крови и не зная, что предпринять.

Быстро взяв себя в руки, он попытался хоть что-то разглядеть в тьме.

Безуспешно. Будто солнца никогда и не существовало, а они — всего лишь копошащиеся в земле черви. Испустив огорчённый вздох, Лиэ начал шарить в темноте, намереваясь взять Сая за руку и помочь тому подняться, но вместо этого наткнулся на плечо. Сай издал приглушённый стон боли. Лиэ тут же отдёрнул руку.

— Подожди, я сейчас, — тихо сказал он.

Если память ему не изменяла, то он хранил в мешочке на поясе несколько пилюль, которые помогли бы облегчить боль и ускорить выздоровление. Развязав ленточку, Лиэ высыпал содержимое на ладонь. Три пилюли. Неплохо. По крайней мере, можно не бояться того, что Сай умрёт от кровотечения или заражения.

— Не против, если я уложу тебя к себе на колени? — поборов смущение, непринуждённо спросил Лиэ. — Твоим ранам нужен покой.

Сай не ответил, зато запястье Лиэ накрыла чужая горячая ладонь. От неожиданного прикосновения тело предсказателя прошибла мелкая дрожь. Не зная, что сказать, чтобы развеять неловкость, он с наигранным смешком проговорил:

— Тогда потерпи немного, я постараюсь сделать всё как можно аккуратней.

Его руки легли чуть ниже плеч Сая. Пальцы сразу намокли в крови. Поджав губы, Лиэ осторожно перевернул Сая на спину и уложил его голову к себе на колени. Тело в его руках чуть вздрогнуло, но с губ не слетело ни звука. Только дыхание стало более учащённым и прерывистым.

Положив две пилюли обратно в мешочек, другую Лиэ прижал к губам Сая. В темноте блеснули чёрные глаза. Стушевавись, Лиэ поначалу отдёрнул руку, но затем буквально запихнул лекарство в чужой рот.

— Выпей, — встревоженно пробормотал он, отвернувшись.

Не смотря на то, что в темноте он не мог ничего видеть, даже смотреть в сторону заклинателя стало неловко. Будто он видел что-то постыдное, и ему срочно нужно закрыть глаза. В темноте все чувства обострились. Лиэ явственно слышал хриплое, тяжёлое дыхание Сая, ощущал жар, исходящий от его тела. Все мысли Лиэ витали вокруг чувства вины за то, что втянул постороннего человека в свои проблемы.

Разомкнув губы, Сай послушно проглотил горькую пилюлю. Кончик языка как бы невзначай коснулся подушечки пальца. Лиэ оцепенело моргнул, ощущая на коже влагу.Сердце предсказателя сделало тревожный кульбит, но внешне он никак не показал своего смятения. Сай, проглотив лекарство, с тихим смешком хрипло произнёс:

— Я слишком неаккуратен.

Неопределённо хмыкнув, Лиэ постарался побороть накатившее смущение и неловкость. В итоге, он предпочёл забыть об этом инцеденте, как о не стоящей внимания вещи.

Постепенно дыхание Сая стало более глубоким и равномерным. Создавалось впечатление, что заклинатель блуждает на границе сна и яви, иногда беспокойно ворочаясь у Лиэ на коленях. Повернув голову, Сай удобно зарылся в складки одежды предсказателя, отчего тому стало не по себе.

— Из-за тебя меня клонит в сон... — невнятно пробормотал Сай и тихо засопел.

Лиэ не знал, как реагировать и что говорить. С его губ слетел обречённый вздох. Это было обвинение или комплимент? Заснувший заклинатель явно не собирался отвечать на этот вопрос.

Лиэ устроился поудобнее и стал следить, чтобы Сай не сполз на пол.

Ткань, из которой был сделан мешочек цянькунь, была мягкой и шелковистой, но равномерные покачивания из стороны в сторону пагубно сказывались на самочувствии. Если поначалу это казалось лишь досадной помехой, то теперь, когда Лиэ остался наедине со своими мыслями и ощущениями, это стало почти невыносимо. Иногда мешочек ощутимо трясло, будто его обладатель перепрыгивал с крыши на крышу или бежал, словно ветер, по камням. Иногда всё успокаивалось, и Лиэ мог перевести дыхание, но потом тряска начиналась сначала.

Сай, мирно дремлющий на коленях, не ощущал ничего из этого. На мгновение Лиэ почувствовал непреодолимое желание забыться спокойным сном, но тревога не позволяла ему даже на минуту прикрыть глаза.

Как бы он не убеждал себя, что в ближайшее время Байме ничего не грозит, неуёмное беспокойство продолжало грызть сердце. Демонический заклинатель, которого он встретил сегодня, был невообразимо силён. А в союзе с демоном ему почти ничего не угрожало. Шу Вэймин — если Лиэ правильно запомнил его имя, — был чрезвычайно опасен. В таком состоянии Сай ему не противник.

И всё равно, этот человек самоотверженно встал на его защиту и чуть не умер.

Неподъёмное чувство вины стёрло из сердца все подозрения.

А главное, все его старания были напрасны – Лиэ оказался в плену, и теперь с его помощью Четвёртого генерала смогут шантажировать.

У его брата и вправду много врагов. Лиэ знал это и раньше, но никто прежде не предпринимал настолько активных действий. Он оказался усыплён мнимым спокойствием.

В довесок, Сай, не имеющий к этому никакого отношения, оказался втянут в смертельный круговорот. Чувствуя себя виноватым, Лиэ не мог ничего поделать.

Не зря говорил мастер Го, что ничего путного из него не выйдет — так и получилось.

Будучи ещё ребёнком, он был ленив и не прикладывал особых усилий к тому, чтобы постичь заклинательское искусство. Как только он узнал, что сформировать золотое ядро и достигнуть бессмертия у него никогда не получится, он ничуть не расстроился.

В итоге, он решил не изучать заклинания атаки и защиты — в этом просто не было смысла, духовных сил всё равно на них не хватило бы, — и вместо этого отдался искусству иллюзий. Но и на этом поприще потерпел неудачу — ввести в заблуждение даже не достигшего среднего уровня заклинателя он не смог бы.

Конечно, можно было прибегнуть к запрещённым техникам, действующим безотказно на всех без исключения, но Лиэ не планировал их использовать ближайшую тысячу лет.

В конце концов, он стал предсказателем судеб.

Малышка Лю всячески подбадривала его, говоря, что как только он научится всему, первым, кому он предскажет будущее, будет она сама.

Но Лю умерла.

Если же что-то случится с Байме из-за того, что он слишком слаб, беспомощен, никчёмен, то Лиэ лучше наложит на себя руки. Наблюдению за чужими несчастьями он предпочтёт собственную смерть.

Шумно сглотнув, Лиэ на ощупь нашёл Хей Шуэй. Как только холодная рукоять легла в его ладонь, Лиэ заметно расслабился. На губах расцвела мягкая, лёгкая улыбка, глаза наполнились живым блеском. Его рука не дрогнет, и в случае чего, он без промедления пожертвует собой ради единственного оставшегося брата.

Мешочек цянькунь вдруг крупно тряхнуло, отчего Хей Шуэй издал тихий звон, столкнувшись с металлической подвеской на обуви предсказателя. От этого незначительного шума Сай тут же проснулся и распахнул бездонные чёрные глаза.

Поскольку Лиэ привык к темноте, а у Сая было очень острое зрение, которое он натренировал, будучи заклинателем, то видеть лицо друг друга стало не так сложно, как поначалу.

— Прости, я заснул... — моргнув пару раз, Сай попытался встать, но был остановлен мягкой рукой Лиэ.

Покачав головой, тот произнёс:

— Ты ещё не достаточно окреп, чтобы делать такие резкие движения, — пусть в его глазах не было строгости, но тон был непреклонным.

Беззаботно улыбнувшись, Сай отвёл руку предсказателя в сторону, но не отпустил её, сжав в своей ладони.

— Лекарство, которое дал мне Лиэ-гэ, творит чудеса. Я полностью здоров, — всё так же лёжа на коленях, Сай послал Лиэ задорный взгляд снизу-вверх из-под опущенных ресниц. — К тому же, нам нужно срочно выбираться отсюда.

Прежнее веселье исчезло без следа, сменившись серьёзностью. Черты лица Лиэ так же заострились, хотя он всё ещё воплощал в себе образ бесконечно мягкий и утончённый.

— Ты знаешь, как выбраться из мешочка цянькунь? — спросил Лиэ, придержав Сая за неповреждённое плечо, когда тот сел.

Чуть скривившись от слишком резкого движения, Сай ответил, предварительно прочистив горло:

— Я мог бы разорвать его заклинанием, но сейчас я слишком истощён. Навряд ли я смогу создать огонь, чтобы сжечь его. Ткань, из которой сделан этот мешочек, крайне прочная, и мы скорее сами сгорим живьём, чем сможем выбраться, — Сай издал недовольный вздох.

Лиэ промолчал. Понимая, что ситуация безвыходная, он мог только ждать с моря погоды. Собственное бессилие угнетало. И пусть со своей неодарённостью он смирился уже давным-давно, порой это давило на него грузом ответственности.

— К тому же, даже если мы каким-то образом сможем выбраться отсюда, продажная шавка Шу нас так просто не отпустит. Скорее, снова заточит нас в другом мешочке, да ещё и напоит каким-нибудь снотворным, — Сай презрительно скривился, но его гневу некуда было вылиться.

Оставалось только поплотнее стиснуть зубы и проглотить душащую само естество ярость. Подавив раздражённый вздох, Сай придвинулся ближе к Лиэ и накрыл его ладонь своей. По сравнению с Лиэ, кожа Сая буквально горела, будто под ней бушевало пламя. Подавив желание вздрогнуть, Лиэ как можно мягче спросил:

— Не стоит огорчаться, — проговаривая это лёгким, обволакивающим тоном, Лиэ одновременно старался незаметно избавиться от чужой ладони, но все попытки оказались безуспешны. – Допустим, сейчас ты не можешь использовать духовную энергию. Тогда, можно ли прорвать ткань мешочка мечом?

В глаза Сая вернулся живой блеск.

— Значит, я всё же не потерял Хей Шуэй? – взволнованно спросил он.

Лиэ склонил голову в утвердительном кивке, одновременно спрятав взгляд за чёлкой. Сейчас, в темноте, странный блеск в пронзительных чёрных глазах был виден как никогда отчётливее.

Под кожу будто загнали раскалённые иглы, которые медленно впивались в тело, прожигая плоть и кости насквозь.

— Ты сам сказал: велика вероятность того, что после побега нас снова поймают, — Лиэ перевёл тему и осторожно стряхнул чужую ладонь со своей. На лице Сая при этом мелькнула смесь тоски и разочарования. – Поэтому, навряд ли от меча сейчас будет польза.

Задумчиво потерев подбородок, Сай ненадолго погрузился в свои мысли. Теперь, когда наступила тишина, вернулось угнетающее чувство укачивания. Лиэ, стараясь дышать глубоко и размеренно, исподлобья глянул на заклинателя. Тот выглядел куда более спокойно и собрано, и пугающий отблеск исчез из его глаз.

— Сколько мы уже здесь? – Сай первым прервал молчание и поднял выжидающий взгляд на предсказателя.

— Должно быть, около пяти часов? – неуверенно предположил Лиэ.

В темноте, без всяких ориентиров, время одновременно укорачивалось и растягивалось. Оно напоминало вязкий поток, погружающий в состояние оцепенения. В этой холодной, мутной воде Лиэ затонул давным-давно.

Кивнув своим мыслям, Сай вдруг нахмурился. В его движениях засквозила нервозность, и Лиэ внутренне напрягся.

— Значит, времени не осталось, — цыкнув, Сай снова придвинулся ближе. – Дай мне Хей Шуэй, — вытянув руку вперёд, Сай кончиками пальцев почти коснулся плеча предсказателя.

Издав нечленораздельное мычание, Лиэ потянулся к рукояти меча, одновременно отодвигаясь от Сая, насколько это было возможно.

Коснувшись холодной стали, Лиэ ощутил небывалый прилив спокойствия: в памяти вдруг всплыло лицо старшего брата, гордое и непоколебимое, его решительный взгляд, когда он торжественно вручал ему этот меч. Уголки губ приподнялись в намёке на грустную улыбку, но Лиэ тут же стёр её и в который раз закрыл сердце и душу на тысячи замков.

— Держи, — передавая оружие, Лиэ вскользь коснулся горячей кожи Сая, и тут же отдёрнул руку.

Лицо Сая подёрнулось тонким слоем инея. Его пальцы до хруста сжались на резных ножнах.

— Лиэ-гэ неприятны мои прикосновения? – осторожно, чуть раздосадованно спросил Сай; его лицо приобрело странное выражение.

Лиэ оставалось только мягко рассмеяться, маскируя тревогу.

— Конечно нет, — заверил он с добродушной полуулыбкой.

— Тогда что? – пытливый взгляд чёрных глаз пробрал до костей, и Лиэ не сдержал сухого смешка.

Почему-то ему казалось, что стоит ответить на этот вопрос неверно — и его съедят, не оставив даже костей. Медленно прожуют и с довольным выражением лица проглотят. В темноте глаза Сая казались более глубокими, несколько безумными, голодными, а в сочетании с прикосновениям к ненормально горячей коже заклинатель напоминал кровожадного призрака.

— Время не ждёт, — в итоге, Лиэ так и не ответил, попытавшись отвлечь внимание от предыдущего вопроса ослепительной улыбкой.

Улыбка его всегда спасала, и в детстве, и во взрослой жизни.

Но не сейчас.

Сай прищурился, сразу почуяв, что Лиэ старается увильнуть от ответа. Но, вопреки ожиданиям, ничего не сказал. Чуть раздражённо фыркнув, он вынул Хей Шуэй из ножен и направил остриё вниз.

— Лиэ-гэ, тебе всё-таки придётся обхватить меня покрепче, если только ты не хочешь свернуть себе шею, — с уже привычной беззаботной улыбкой Сай выглядел совершенно нормально.

Казалось, голодный призрак — лишь видение. На секунду Лиэ пришёл в замешательство — почему-то сейчас Сай казался вовсе не опасным, на его лицо вернулась прежняя усталость и измождённость, а взгляд потускнел. И всё-таки, именно эти глаза Лиэ ненавидел и любил одновременно.

Возможно, всё зависело от эмоций, что скрывались за ними, но пока в них не было помешательства и странного мрачного удовлетворения, Лиэ не испытывал дискомфорта.

Когда Лиэ, опустив взгляд, крепко обвил Сая за шею, он чувствовал безграничное смущение.

Вся ситуация в целом заставляла его чувствовать нечто близкое к стыду.

— Держись крепче, — тёплое дыхание опалило висок, и Лиэ титаническим усилем воли удалось удержать себя от того, чтобы не оттолкнуть Сая.

Столь близкий контакт он никогда не приветствовал. Когда к нему приходили парочки, он внутренне напрягался. Некоторые люди слишком бесстыжи, чтобы сдерживать свои эмоции на людях. Так, некоторые из них самозабвенно целовались, когда думали, что он не видит и вообще занят предсказательством, другие бросали на свою вторую половинку такие томные взгляды, что Лиэ казалось, будто это он ошибся местом и ненароком попал в Красный Павильон.

Скорее, это была личная неприязнь к столь откровенным прикосновениям.

К счастью, Сай ничего не заметил. Глухо рассмеявшись, он как бы невзначай тихо бросил:

— Лиэ-гэ, у меня такое чувство, будто я похищаю чужую невесту, — почувствовав, как напряглось тело предсказателя в его руках, он уже менее воодушевлённо закончил с тяжёлым  вздохом. — Ладно, это не имеет значения. Просто не свались. И... желательно обхвати меня правой рукой как-нибудь по-другому — иначе я боюсь, моя рана откроется.

— Прости, — отдёрнув обе руки, Лиэ виновато опустил взгляд.

Выразительно посмотрев на Лиэ, Сай распростёр руки в объятиях. Весь его вид выражал, что так уж и быть, он может потерпеть, лишь бы Лиэ не сидел в ступоре и не глазел на него столь подозрительно.

Прикрыв глаза и заглушив все эмоции, Лиэ неловко придвинулся обратно, на этот раз обхватив Сая поперёк груди — благо, раны там уже не были столь уродливыми и больше не кровоточили. Тихонько хмыкнув, Сай обхватил Лиэ за плечи. Меч в его руке воинственно звякнул.

— Надеюсь на доверие Лиэ-гэ, — непринуждённо придвинувшись ближе, Сай блеснул озорной улыбкой с оттенком сумасбродства.

Только сейчас Лиэ понял, что всё пройдёт отнюдь не гладко. Если его сжимают с такой силой, наверняка сам заклинатель не уверен в успехе!

Но отступать было поздно. Лиэ в беспокойстве затаил дыхание. Со свистом меч стремительно опустился вниз, проделывая довольно большую дыру в ткани одним движением.

Сквозь разорванную ткань проник холодный ветер, промораживающий до костей. Почему так холодно? Ведь совсем недавно было так тепло! Куда делось знойное солнце?

Не успел Лиэ прийти хоть к какому-нибудь ответу, как ощутил, что пол ускользает из-под ног. Не отдавая себе никакого отчёта в своих действиях, Лиэ вцепился в Сая настолько сильно, что их не смогли бы разлучить ни грозы, ни боги, ни смерть.

Сай поначалу хотел сказать что-то утешительное, но тут его лицо смертельно побледнело.

Предметы, заключённые в мешочек цянькунь, уменьшались в размерах и возвращались к своим изначальным габаритам только тогда, когда заклинатель вынимал их. Но кто бы мог подумать, что однажды в мешочке окажутся живые люди? Столь быстрые перемены не могли безболезненно пройти для них.

Лиэ казалось, будто его разрывают изнутри на сотни кусочков. Не привыкший к столь жгучей боли, Лиэ не сдержал мучительного стона. Это невыносимо! Будто его кости тянут в разные стороны, не обращая внимания на то, что они уже пошли трещинами и вот-вот рассыпятся в прах. Мышцы свело судорогой, хватка ослабела, и Лиэ чуть не выскользнул из чужих объятий.

— Лиэ-гэ, — дыхание Сая стало прерывистым, и сквозь пелену боли Лиэ подумал, что не ему одному тяжко. Как ни странно, это немного уменьшило боль. — Не отпускай меня ни в коем случае.

Стиснув зубы так, что те заскрипели, Лиэ покрепче обхватил Сая обеими руками. Со стороны это выглядело так, будто маленькая обезьянка отчаянно цеплялась за могучее дерево. Но Лиэ было не до смеха.

Под ними были чёрные скалы.

Множество каменных зубьев острыми вершинами смотрели на них. Стоит им упасть на них, и своих костей вовек не сыщут.

Небо над головой было непривычно тусклым и мрачным, угрюмые тучи наползли на бледное солнце, скрывая от чужих глаз. Только несколько тонких пучков слабого света пробивались сквозь плотную завесу. Стылый ветер, проходя через причудливые искривления скал, выбивал пронзительный свист, который будто исходил из самых недр земли.

Земля стремительно приближалась. Ветер ударил в лицо холодной пощёчиной. Лиэ прищурил глаза, но даже так ему казалось, будто всё его лицо исполосовали сотнями ножей.

Видя, как становятся больше и угрожающе острый пик, Лиэ ощутил, как у него внутри что-то оборвалось. Умереть вот так, распятым на камнях... Пусть он и не боялся смерти, но чувствовал, что подобный конец для одного из лучших предсказателей Судеб, брата Четвёртого генерала империи Ньянга будет не самым почётным.

Уж лучше умереть подобно остальной своей семье.

— Ах вы!.. — из невесёлых дум его вырвал возмущённый крик.

Повернув голову, он увидел, как к ним на мече на огромной скорости летит Шу Вэймин с полным недовольства и презрения лицом.

Если они не разобьются о скалы, то снова попадут в плен.

Сай ещё сильнее — хотя, казалось, уже некуда, — впился пальцами Лиэ в плечо. Только тогда он понял, что его пальцы были в крови. Нутро предсказателя похолодело. Переведя застывший взгляд на грудь Сая, он увидел, как по и без того окровавленным и грязным белым одеждам расползается новое красное пятно. Аккурат над ним были его собственные пальцы.

— Не смей отпускать! — почувствовав его намерение, Сай резко провернулся в воздухе, отчего у Лиэ закружилась голова.

Как только он вновь обрёл способность ощущать себя в пространстве, Лиэ понял, что они больше не падали. Вместо этого они летели подобно спущенной стреле, скользя по воздуху всего в нескольких чжанах от земли. Ветер взметнул вверх длинные волосы, загородив обзор, но даже так Лиэ увидел, что они летели на мече.

Никогда прежде Хей Шуэй не покидал ножен. В руках Лиэ меч был обузой, украшением на стене, но в руках Сая превратился в смертоносное оружие. Столь ошеломляющее преображение на секунду ввело Лиэ в ступор.

Из оцепенения его вывела волна жара, опалившего спину. Сай раздражённо цыкнул. Лиэ ощутил исходящую от него чудовищную смертоносную ауру. Казалось, она могла уничтожить вокруг всё живое, раскрошить камни и поменять небо с землёй мекстами. И всё же, была неспособна убить единственного заклинателя и демонического зверя за спиной.

Лиэ не имел возможности помочь. От собственной беспомощности Лиэ был готов рвать волосы на голове. Вместо этого он спрятался за завесой волос.

Мастер Го всегда говорил: если он хочет стать предсказателем Судеб, то должен держать свои чувства под контролем, дабы беспристрастно заглядывать в Провидение. Вместо контроля он избрал подавление эмоций.

И сейчас Лиэ чувствовал, как первые нотки страха дают первые ростки в его душе, которые он искоренить или скрыть был не в силах.

— Лин, можешь поджарить им ноги, — ветер донёс до ушей беглецов холодный голос Шу Вэймина.

Сай не успел даже отлететь немного в сторону, как их накрыла беспощадная стена огня. Лиэ явственно ощутил, как плавится его обувь, а огонь маленькими язычками щекочит голую кожу. Ещё немного — и от его ног и вправду ничего не останется.

— Да будь ты проклят, Шу Вэймин! — прошипел Сай сквозь зубы, резко уходя в сторону.

Меч ярко блеснул в отблесках огня, но уже в следующее мгновение его лезвие вновь потемнело и больше не отражало ничего. Петляя между высокими и тонкими зубьями скал, Сай судорожно озирался по сторонам в поисках чего-то.

Благодаря их зигзагообразному пути, им удалось сбросить Шу Вэймина с хвоста, однако камни позади них плавились от высокой температуры демонического огня змеи.

— Куда ты летишь? — собственный голос показался Лиэ не громче шелеста страниц.

Но даже так ему показалось, что эти слова были сказаны непростительно громко. Любой звук, отразившись от скал, набирал силу, и даже дыхание напоминало жалобные стоны призраков. Возможно, это было наваждение, но Лиэ был уверен, что увидел несколько полусгнивших трупов в обрывках одежды. И эти трупы с остекленевшими глазами смотрели прямо на него.

Сай не ответил. Его лицо ожесточилось, тёмные глаза стали напоминать бездонный колодец, в который, упав, уже не выберешься назад. Лиэ ощутил, как волосы на голове начинают шевелиться. Он боялся этого взгляда всем своим существом.

Стоило ему взглянуть в эти чёрные воронки, как внутри что-то жалобно дребезжало, скулило, взывало убежать куда подальше и больше носа не высовывать. И эти глаза смотрели прямо на него, будто готовясь пожрать.

— Во всех бедах, которые могут произойти в городе Гуанцай, можешь винить меня, — торжественно объявил он.

Зрачки Сая сузились, и Лиэ, собирающийся успокоить его и произнести ничего не значащую глупость, подавился словами.

Один из трупов, низко склонив голову, вдруг рассмеялся и поднял взгляд. Волна мурашек прошла по спине, и Лиэ поспешил отвернуться. Но куда бы он ни глянул, везде были бесчисленные трупы, которые, завидев их, начинали безудержно хохотать.

— Как вкусно.

Гомон сотни мёртвых людей полился в уши расплавленным свинцом.

Лиэ в страхе крепче прижался к чужой израненной груди.Позади них слышались визги и крики. Скосив взгляд, Лиэ увидел Шу Вэймина с мрачным выражением лица. На шее у него пригрелась демоническая змея. Высунув язык, она нагревала воздух вокруг себя, создавая причудливое дрожание. К счастью, расстояние между ними было существенным, и огонь демонического зверя не смог бы достигнуть их.

Пролетев над очередным трупом, Лиэ прикрыл глаза. Шея мёртвого мужчина была свёрнута, язык безвольно свесился на бок, а из уголка рта текла зелёная слизь. Весь его вид вызывал отвращение. Лиэ, хоть и не в первый раз видел смерть, но спокойно вынести это зрелище не смог.

Откуда взялись все эти трупы? И почему люди в таком большом количестве шли сюда и умирали?

Да и зачем Шу Вэймину понадобилось нести их сюда?

В смятении Лиэ склонил голову. Всё происходящее никак не укладывалось у него в голове. Разве тот заклинатель не охотится на Байме? Даже если из него решили сделать приманку, все события всё равно внушали сомнения.

Из размышлений Лиэ выдернуло прикосновение к ноге. Из-за того, что его обувь раньше спалил демонический огонь, он без труда определил, что коснувшееся его нечто было противно мягким и скользким. Опустив взгляд, Лиэ похолодел нутром.

За его ногу держался мертвец!

Поскольку они летели низко над землёй, трупам не составило труда дотянуться до них и повиснуть на мече подобно переспелым плодам, источающим гнилостный запах. Резко победнев, Лиэ попытался стряхнуть надоедливого мертвеца, что, кажется, к тому же собирался отведать его плоти.

— Не двигайся! — предупредил Сай, гаркнув эти два слова прямо в ухо предсказателя.

— Но... — неуверенно начал Лиэ, не отрывая взгляда от трупа, широко разинувшего пасть в опасной близости от его ноги.

Последующие возражения прервал головокружительный вираж, от которого все внутренности пришли в беспорядок. Зато теперь на мече летело лишь двое, а мертвец, не удержавшись, отлетел прямо в скалы, распластавшись там кровавым пятном.

Отвернувшись, Лиэ исподлобья взглянул на Сая. Напряжение ни на секунду не сходило с его лица, отпечатавшись нарастающей тревогой в глазах. Длинные чёрные волосы пришли в полнейший беспорядок, напоминая своим видом гнездо. Да и кровавые пятна на одежде Сая не делали его элегантней.

Лицо Лиэ потемнело. По его вине начавшая заживать рана вновь открылась. Без должного лечения, которое, судя по всему, он обеспечить будет не в силах, рана может загноиться. О последствиях Лиэ даже думать не хотел.

Духовная сила Сая истекала — об этом говорил рваный, неровный полёт меча. Ещё немного — и они свалятся прямо на головы мертвецам, а там и Шу Вэймин подоспеет вовремя, чтобы схватить их. Если, конечно, от их тел останется хоть что-то. Мертвецы были голодны.

— Сейчас мы попадём в Гуанцай, — голос Сая был хриплым, а дыхание рваным. В сознании его держала одна лишь сила воли. — Что бы ни случилось, не отходи от меня ни на шаг. Ты не сможешь себя защитить.

Покорно проглотив горькую правду, Лиэ кивнул. Если ему не изменяла память, то Гуанцай — пограничный город между миром людей и Царством демонов. Своё пристанище там нашли заклинатели, вступившие на тёмный путь совершенствования, и низшие демоны, изгнанные из своих родов более могущественными собратьями. Воистину, такому как он там не выжить. Он мог быть лишь пиявкой на теле более сильного заклинателя.

— Не понимаю, почему ты так беспокоишься обо мне, — глухо проговорил Лиэ.

Он был абсолютно уверен, что не встречал этого человека раньше. А может, Сай — знакомый его отца?.. Достигшие бессмертия заклинатели могут выглядеть очень молодо, даже являясь столетними стариками. Зерно сомнения поселилось в душе Лиэ, медленно давая всходы.

— Лиэ-гэ спас мне жизнь, — с прежней беззаботной улыбкой ответил Сай.

Но улыбка не коснулась его глаз. В них по-прежнему царил холод и что-то ещё, тёмное, непознанное, что Лиэ никак не мог понять. Неизвестность пугала, протягивая свои призрачные руки к самому сердцу. Лиэ ощущал себя мухой, попавшей в паутину к коварному пауку.

Хей Шуэй летел настолько низко над землёй, что почти касался камней. Летя подобно спущенной стреле, меч всё ещё был способен оторваться от преследования. Это стоило огромных сил Саю, чьё лицо теперь напоминало маску призрака.

Чувствуя себя бесполезным мешком картошки, который упрямо тащат за собой, Лиэ вознамерился поделиться своей Ци с другим. Пусть её было немного, но этого должно было хватить, чтобы Сай не упал в обморок прямо сейчас. О том, что будет с ним самим, Лиэ не подумал.

Сай, почувствовав прилив духовной энергии от места, где руки Лиэ касались его, тут же нахмурился и проскрежетал сквозь зубы, из последних сил сдерживая дурную кровь:

— Остановись. Если продолжишь, то сам свалишься без чувств, — тон Сая был непривычно резок.

Лиэ прекрасно понимал, что он прав.

Остановив поток Ци, Лиэ вновь притих. Его взгляд упал вниз.

Голые чёрные камни сменились тусклым мхом, пробивающимся из-под земли то тут, то там. Разрозненные островки зелени напоминали грубые мазки кисти по холсту, мелкий гравий казался бисером, высыпанным нерадивой хозяйкой на пол. Число мертвецов заметно уменьшилось, зато вместо них по округе бродили змееподобные существа. Имея лицо человека, они при виде путников скалились, демонстрируя неестественно длинные клыки.

Превозмогая себя, Сай послал в Хей Шуэй больше духовной энергии, и меч взлетел чуть выше. На молчаливый вопрос Лиэ Сай коротко бросил:

— Они ядовиты.

По-новому взглянув на удлинённые тела, покрытые тускло поблёскивающей чешуёй, Лиэ содрогнулся. В памяти всплыл полузабытый рассказ мастера Го о Гуанцае. Будучи наивным подростком, он жадно ловил каждое слово, а после перед сном представлял то странное и, без сомнения, опасное место. В одиннадцать лет мир казался куда более красочным и живым, беззаботным, нежели сейчас. Лиэ многое бы отдал, чтобы оказаться в другом месте.

Пролетев сквозь причудливую арку, созданную из острых скал, поросших мхом, Лиэ увидел под собой мрачный город. Гуанцай находился в низине, северная его часть омывалась Чёрными водами царства демонов. Сотни разрозненных построек стояли, подпирая друг друга, то ли поддерживая более ветхие здания, то ли наоборот, разрушая их.

Не успел Лиэ получше разглядеть печально известный город, как Хей Шуэй начал стремительно снижаться.

Секунду назад они летели параллельно земле, а теперь устремились птицей вниз. Ветер ударил в лицо неприятным холодом, проникая под полы одежд ледяными иглами.

Сжавшись от холода, Лиэ обеспокоенно уставился на Сая. Если он сам был в летнем ханьфу, то человек перед ним носил лишь нижние одежды. Лиэ боялся даже представить, насколько холодно было ему. Пусть Сай и был заклинателем, но силы его уже были на исходе.

Хей Шуэй, вильнув в сторону, залетел в переулок и замер.

В мгновение ока оказавшись на земле, Лиэ шаткой походкой ступил на землю. Сай спрыгнул следом и, покачнувшись, насилу удержал равновесие. Хей Шуэй вонзился в землю, давая хоть какую-то опору.

Люди и демоны с подозрением заозирались на них. Пусть на улицах было отнюдь не шумно, но любопытных глаз и подвешенных языков всегда и везде хватало. Подхватив Сая под руки, Лиэ торопливо повёл его в один из затемнённых переулков, молясь всем известным богам, чтобы Шу Вэймин не увидел, где они приземлились.

Кое-как доковыляв до здания с покатой крышей, где на дощечке гордо красовалась выцветшая надпись «Суля отдых, мы даруем покой», Лиэ хотел было постучать в дверь, но тут Сая резко закашлялся. Обеспокоенно придержав его за грудь, он напоролся на ошеломлённый взгляд заклинателя.

Лиэ стало не по себе. Демон с обломившимся рогом, в этот момент неспеша бредущий по улице, вдруг громко захохотал. Проходя мимо них, он на прощание махнул копытцем, после чего, всё так же смеясь, скрылся за поворотом. Предсказатель проводил его смешанным взглядом. Что так рассмешило этого демона?

— Лиэ-гэ, как ты думаешь, что это за здание? — слабым голосом спросил Сай, почти всем своим весом навалившись на предсказателя.

Держать равновесие он уже был не в силах.

Пару раз моргнув, Лиэ перечитал надпись и уверенно ответил:

— Гостиница.Сай издал хриплый смешок, но тут же закашлялся. Густая кровь медленно стекала из уголка его губ. Вконец взвинченный Лиэ, не размышляя больше ни секунды, сунул ещё одну пилюлю ему в рот. После, не слушая никаких возражений, взвалил Сая на спину. Пусть заклинатель и был тяжёлым для него, но позволять Саю ещё больше напрягаться было бы крайне подло.

Заметив, что Лиэ снова потянулся к двери, Сай, изо всех сил подавляя рвущийся кашель, сипло проговорил:

— Это скотобойня.

Внешне Лиэ сохранил хладнокровное спокойствие, но внутри был ошеломлён настолько, что на секунду выпал из реальности.

— Ах, вот как... — неловко пожевав губу, Лиэ поспешно удалился прочь.

Не хватало ещё, чтобы эти самые двери открылись и оттуда выскочил злобный демон с топором наперевес, предлагая золотую монету за тушку человека. Или здесь человек стоит только серебряную? Мастер Го об этом не рассказывал.

Выбросив все нелепые мысли из головы, Лиэ, пошатываясь, побрёл дальше по улице. Сай на его спине дышал судорожно и рвано, но, похоже, пилюля уже начала действовать — кровотечение остановилось, а до этого бешено колотящееся сердце несколько замедлило свой ход.

Удручало то, что у него осталась всего одна лекарственная пилюля. Этого точно не хватит, чтобы Сай встал на ноги.

Думая так, Лиэ решил найти лекарственный магазинчик, коих в столице был вагон и маленькая тележка. Он и думать не хотел о том, что здесь может не оказаться ни одного.

Демоны и заклинатели, встречающиеся им на пути, подозрительно щурили глаза. Скользя взглядом по лицу Лиэ, они только недоумённо хмурились. Зато человек, спрятавший лицо в волосах, привлекал гораздо больше внимания и опасения.

Лиэ, бредущий по незнакомым улицам, ощущал себя птицей, попавшей в логово лисы. Не добавляло уверенности и то, что Сай забылся беспокойным сном.

Лиэ даже не сомневался в том, что Сай бывал здесь раньше. Иначе знал бы он, что на первый взгляд безобидная фраза «Суля отдых, мы даруем покой» — это вовсе не гостиница?

Человек, пообещавший защищать его любой ценой, опеределённо хранил ещё множество секретов. И раскрывать их явно не собирался.