Глава 4. Запутанные истории

Лиэ, ожидавший хмурого и настороженного взгляда от незнакомца, на мгновение растерялся. В чёрных глазах мужчины читалось такое искреннее изумление, что предсказатель всё же решил спросить:

— Мы с молодым господином знакомы?.. — в его тоне проскользнула неуверенность.

Радость на лице незнакомца заметно поблекла. Искры в глазах потухли, весь он как-то съёжился под одеялом и после недолгого раздумья отвёл взгляд. Когда он заговорил, его голос звучал хрипло, но даже так Лиэ расслышал в нём смущение и сожаление:

— Нет, я ошибся, — с натянутой улыбкой ответил мужчина и вновь посмотрел на Лиэ. Их взгляды скрестились. — Вы всего лишь напомнили мне одного моего знакомого.

— Неужели мы так похожи? — с лёгкой улыбкой спросил Лиэ, стараясь как можно незаметней отодвинуть меч себе за спину.

Возможно, он слишком спешил, и сейчас было не самое лучшее время ослабить бдительность, но Лиэ не чувствовал исходящей от мужчины жажды убийства. Он не считал нужным открыто показывать свою враждебность.

Но от зоркого взгляда незнакомца не укрылось даже такое незаметное движение. Его тонкие брови нахмурились, на лице проскользнуло недоумение.

— Вы заклинатель? — вопрос прозвучал так, будто спрашивающий сам не знал, что говорит.

Заметив смятение мужчины, Лиэ постарался придать лицу самое добродушное выражение, на какое только был способен. Меч точным движением руки был откинут в дальний угол комнаты, как знак благих намерений. «Хотя то, что я спас тебя, дорогой друг, уже достойно похвалы», — подумал Лиэ, но вслух ничего не сказал. В комнате было слышно только тихое дыхание двух мужчин и шелест бумаги.

— Тогда зачем вам меч? — спустя какое-то время, вновь заговорил мужчина.

Его пристальный взгляд здорово напрягал предсказателя, однако он всячески пытался расслабиться и при этом не терять осторожности. Уголки его губ приподнялись в извиняющейся улыбке.

— По правде сказать, некоторое время назад на меня напали, и с тех пор я всегда ношу меч с собой, даже дома, — Лиэ, пусть и ненавидел лгать, сейчас искренне радовался тому, что ничего, даже малейшее движение или тон, не может выдать его лжи.

Соврать ради брата — не такой уж и плохой поступок, хотя мастер Го всё равно бы не одобрил, будь он здесь.

С каждым его словом взгляд мужчины мрачнел, выражение лица стало столь суровым и холодным, что Лиэ невольно забеспокоился. Он что-то не то сказал?.. Или же, этот мужчина сетует на то, что кто-то добрался до него раньше, пусть и безуспешно? Ведь среди преступных кругов награду получает первый, а последний — лишь объедки со стола.

Из размышлений Лиэ вывел шелестящий голос мужчины, который всё это время не сводил с него тяжёлого взгляда.

— В благодарность за то, что вы спасли меня, я защищу вас от ваших врагов, — на полном серьёзе оповестил мужчина, его руки сжались в кулаки так, что побелели костяшки пальцев.

Лиэ едва не схватился за сердце. Воистину, этот мужчина был донельзя странным! Просится на службу тому, чьё имя даже не знает! Или же это хитроумный план с целью сблизиться с ним, чтобы потом захватить и с его помощью шантажировать Байме? Мало ли, что у того странного заклинателя на уме. Вдруг этот человек работал на него?

Но тогда возникал вопрос. В чём Четвёртый генерал провинился перед ним?

Или же он просто мешался?

Оставив свои рассуждения, Лиэ натянуто улыбнулся.

— Вас даже не интересует, кто я и чем занимаюсь?.. — сдавленно спросил предсказатель.

Казалось, мужчина едва удержался от того, чтобы не хлопнуть себя по лбу. Весь его вид выдавал сожаление и досаду, будто он в чём-то прокололся, и Лиэ невольно насторожился, прислушиваясь к каждому слову незнакомца.

— Раз уж вы первым заговорили об этом, тогда, могу я узнать ваше имя? — с запозданием спросил мужчина и коряво улыбнулся, при этом в уголке его губ появилась ямочка.

Сложившаяся ситуация была крайне неловкой, и Лиэ сухо кашлянул, пытаясь вернуть себе утраченное спокойствие. Мужчина всё так же сверлил его восторженным взглядом, и предсказатель отчаянно пытался понять, в чём причина такого нездорового внимания.

— Меня зовут Лиэ Янфэн, я предсказатель Судьбы, — склонив голову в уважительном поклоне, Лиэ легко улыбнулся.

Обычно люди, узнавшие о его профессии, сразу начинали просить погадать им. Лиэ редко отказывал и брал с ритуала предсказательства приличные деньги и никогда не был в нужде.

Однако, услышав его последние слова, улыбка мужчины замёрзла, а взгляд остекленел.

«Может, за предсказателей платят немного, в отличии от заклинателей?..» — промелькнула мысль в голове, но тут же канула в небытие. Лиэ уже пожалел, что отбросил свой меч куда подальше — теперь он явственно чувствовал духовную энергию мужчины, и судя по тому, что ощущал Лиэ, тот был весьма выдающимся заклинателем.

— Всего лишь предсказатель? — на секунду в голосе мужчины проскользнула тень непонимания и сочувствия.

Этот тон крайне не понравился Лиэ. Он был одним из лучших предсказателей, а из уст мужчины это звучало так, будто он какой-то захудалый торговец ненужного барахла. Не медля ни секунды, Лиэ решительно вставил:

— Предсказатели Судеб весьма ценятся в нашей стране, и пусть я не столь хорош, как дворцовый предсказатель, но уж точно достиг небывалых высот в своём искусстве.

Говоря это, Лиэ ничуть не лукавил: пусть в заклинательстве он был отбросом, но зато Провидение безоговорочно подчинялось ему.

Кроме двух случаев... И произошли они совсем недавно. Подобное совпадение с появлением незнакомого человека наталкивало на определённые мысли, которые Лиэ пока оставил при себе.

Заслышав в голосе мужчины нотку уязвлённости, незнакомец поспешил исправиться:

— Я нисколько не сомневаюсь в таланте господина Лиэ, однако я думал, что вы являетесь заклинателем, поэтому был несколько сбит с толку вашими словами, — начал оправдываться он, и выглядел он при этом весьма невинно.

И всё же Лиэ не мог расслабиться. В первую же встречу этот человек назвал его по имени, пусть и употребил вежливую форму. Для незнакомых людей он всегда был «господином Янфэном», а тут вдруг!.. К тому же, предсказателя не покидало чувство, будто человек перед ним не раз слышал о нём, однако создал в своём воображении совершенно неправдоподобный образ. И кто знает, почему он вдруг объявился здесь, да аккурат после его отчасти неудавшегося предсказания...

— Раз уж вы теперь знаете обо мне, почему бы вам не осведомить и меня о вашей личности? — крайне вежливо спросил Лиэ, стараясь выглядеть при этом естественно.

Никто не мог дать гарантию, что человек перед ним не убийца, а потому беспокойство Лиэ было вполне оправданным. Но, вопреки ожиданиям, человек перед ним не сузил глаза, как бывает, когда люди замышляют недоброе. Вместо этого на его лице отразилась вина.

— Можете звать меня Сай, — уголки его губ дрогнули в приветственной улыбке. — Я торговец из соседнего города.

Лиэ несколько насторожил тот факт, что мужчина не сказал своей фамилии, однако не стал допытываться до истины — мало ли чем это грозит? Также он не поставил под сомнение род занятий человека — пусть у него создастся впечатление, что он ему доверяет. И всё же, Лиэ не удержался от вопроса:

— Как получилось, что молодой господин получил такие ужасные раны? — придав голосу ноту озабоченности, Лиэ склонился чуть ниже, чтобы лучше разглядеть выражение глаз собеседника.

Тот слегка отвернулся, пламя свеч вздрогнуло, отчего тень от фигуры Лиэ угрожающе всколыхнулась. Сай, кажется, и вовсе не обратил на это никакого внимания, однако встретил взгляд предсказателя с завидной решимостью, не боясь быть разоблачённым.

— На меня напали разбойники и разграбили всё добро, что у меня было, а потом бросили в канаву умирать, — без запинки ответил он, и Лиэ отметил про себя, что тот превосходный лжец.

Если бы он не знал о заклинателе, пытающемся навредить Байме, то не поставил бы его слова под сомнение. Но угроза, нависшая над братом, заставила Лиэ быть в разы осторожнее и мнительнее — сказывался предыдущий опыт.

Вернувшись в изначальное положение, Лиэ испустил долгий вздох. Напряжение буквально повисло в воздухе, но, судя по расслабленным рукам Сая, тот вовсе не беспокоился за свою жизнь, будто полностью доверял абсолютно незнакомому человеку. «Какая непрактичность», — наверняка сказал бы Байме, и Лиэ был с ним полностью солидарен. В силу характера и других обстоятельств, он не мог доверять всем подряд, хотя по привычке поддерживал образ несведущего и несколько наивного человека.

Из размышлений Лиэ вырвал тихий оклик Сая, который в очередной раз попытался сесть, но безуспешно:

— Лиэ-даге, позволь спросить, ты практикуешь искусство иллюзий? — невинно похлопав длинными ресницами, Сай улыбнулся как ни в чём не бывало.

Предсказатель на несколько секунд лишился дара речи. Это их первая встреча, а ко второму обращению этот невежа уже кличет его «даге»?! Где чувство такта у этого человека, или же он родился без него?

Будто не заметив хмурого выражения на лице предсказателя, Сай продолжил:

— Я заметил, как ты прибегнул к одному трюку — ведь это по твоей милости тени всколыхнулись, хотя не было ни единого порыва ветра, чтобы затронуть пламя? — казалось, мужчина ослеп ко всяким проявлениям недовольства, и сведённые к переносице брови предсказателя остались им незамечены. — Лиэ-гэ хотел меня напугать?..

— …

На этот раз Лиэ хотелось развернуться и уйти. Подобное неуважение переходило всякие границы! Если «даге» он ещё мог стерпеть, то невинное «гэ», будто они были давними приятелями, было для него недопустимо! Будучи человеком, редко сближающимся с людьми, подобное отношение к собственной персоне было неприемлемо для предсказателя.

Решив определить границы между ними раз и навсегда, Лиэ твёрдо произнёс:

— Господин Сай, давайте не будем забывать о том, что мы только что познакомились, — мягко попытался он воззвать к совести человека.

Но та, похоже, у него никогда и не водилась, поскольку Сай, чуть нахмурившись, недоумённо спросил:

— Лиэ-гэ, зачем такие церемонии? Можешь называть меня просто Сай.

От такого заявления Лиэ чуть не поперхнулся. Воистину, этот человек не знаком с правилами приличия.

— По имени?.. — сумел выдавить он.

Оставшись глух к явному непримирению с подобным отношением к себе, Сай подтвердил:

— Конечно, ведь ты спас мне жизнь.

На подобное замечание Лиэ не знал, что ответить. Казалось, все слова, что он знал, мигом растворились в памяти, оставив после себя девственную чистоту. Отпустив с тяжёлым вздохом все попытки научить наглеца манерам, Лиэ поднялся на ноги. Сай воззрился на него с немым вопросом.

— Ты куда-то уходишь? — спросил он с волнением.

Бросив на него как можно более отстранённый и в тоже время располагающий взгляд, Лиэ откликнулся:

— Да, поскольку я работаю предсказателем, то мне нужно встретить клиентов. Я и так пренебрёг работой сегодня, так что нужно наверстать упущенное, — с этими словами Лиэ несколько поспешными шагами пошёл на выход.

Но не успел он сделать и трёх шагов, как был остановлен тревожным голосом, раздавшимся из-за спины:

— В таком случае, возьми меч с собой, — посоветовал Сай, удобнее устраиваясь на постели. — Сейчас я не смогу защитить тебя от преследователей, а потому хочу убедиться, что ты будешь в безопасности.

Ох! Лиэ уже и забыл о лжи, которую наплёл впопыхах. Неловко наклонившись к мечу, Лиэ крепко обхватил пальцами ножны и не забыл поблагодарить внимательного «пациента»:

— Весьма благодарен господину Саю за напоминание, — сказал он с лёгким поклоном. — Если вам что-то понадобиться, то позовите меня. У меня есть немного куриного супа и рисовой каши, так что не стесняйтесь побеспокоить меня — я к вашим услугам.

Как только Лиэ замолк, мужчина на кровати горестно вздохнул, будто предсказатель чем-то расстроил его. Не зная, в чём дело, Лиэ в недоумении приподнял бровь.

— Сай, — коротко бросил мужчина и посмотрел на Лиэ выворачивающим наизнанку взглядом.

Лиэ стало неуютно.

— Что? — оторопело спросил он.

Предсказатель неловко взмахнул рукавами, словно пытаясь отделаться от чересчур пристального внимания.

Сай испустил ещё один тяжёлый вздох, будто его душа вот-вот унесётся на Небеса.

— Зови меня Саем, — напомнил он с серьёзным выражением лица.

Лиэ ненадолго застыл в проходе, блуждая в своих мыслях.

—…Непременно, — после вязкого, неуютного молчания согласился он и быстро шмыгнул за дверь.

Лиэ не успел заметить, как Сай расцвёл в благодарной и счастливой улыбке. Сделав глубокий вдох, Лиэ с мечом в руке неспешно спустился по лестнице.

Общаться с этим человеком и при этом сохранять дистанцию оказалось намного сложнее, чем Лиэ думал поначалу. Глядя на его спящее лицо, он представлялся ему суровым воином, никогда не улыбающимся и хранившим давящее молчание. Думал, что на все вопросы он будет молчать, не вынося лжи и предпочитая обману тишину.

Лиэ никак не ожидал, что Сай  окажется улыбчивым юношей, не отрывающим от него взгляда ни на минуту, будто хотел проглотить его целиком. Однако, его внимательность и проницательность здорово настораживала. Лиэ был почти уверен, что наивное лицо — всего лишь маска, скрывающая гнилую натуру. Только вот это «Лиэ-гэ», произнесённое чарующим бархатистым голосом со столь невинным выражением лица, останется в памяти предсказателя надолго.

Спустившись вниз, Лиэ наконец решил заняться делом, которое откладывал на потом весь день. Взяв со стола талисман-оберег, он отправился в затемнённую комнату, где обычно проводил ритуалы предсказательства. Медлить и дальше было опасно — тот заклинатель наверняка не будет ждать и скоро сделает следующий ход.

За всей этой суматохой с раненым мужчиной Лиэ напрочь забыл от том, что собирался сделать. А ведь Байме обещал прийти сегодня, а у него ещё ничего не готово.

Лиэ зажёг свечи и несколько палочек для благовоний и сел за низкий столик. Талисман-оберег в его руках тускло поблёскивал, что свидетельствовало о первоклассном качестве.

Привязка удачи и защиты к душе — дело весьма кропотливое и тяжёлое. Конечно, можно было отдать готовый талисман без крупицы души с начертанными на нём символами человеку, но тогда он будет работать от силы три дня. После истечения срока чудодейственные свойства талисмана исчезнут, и в руках человека останется бесполезный клочок бумаги.

Лиэ хотел обезопасить Байме на более продолжительный срок. С талисманом при себе Байме, повстречавшись с заклинателем, сможет сбежать — достаточно только сделать защитный жест.

Закрыв глаза, предсказатель погрузился в призрачный мир чернил и бумаги.

Перед внутренним взором Лиэ возникли тысячи шёлковых нитей, напоминавших паутинку. Предсказатель осторожно коснулся их своей душой, упорядочивая, подчиняя. Нити под его призрачными пальцами задрожали, обернувшись тысячами танцующих змей. Они неустанно шипели, раскаляясь от подчиняющих прикосновений, всё шире и шире раскрывали зубастые рты, будто хотели поглотить человека, вторгнувшегося в их мир.

Не медля ни секунды, Лиэ вплёлся в хоровод чёрных линий, стремясь к белой полосе света в самом центре змеиного гнезда. На талисмане это место обозначалось идеально ровным кругом чуть ниже луны и солнца, выглядывающих из-за хмурых туч.

Ворвавшись в сияющий золотом круг, Лиэ ощутил затопившее душу безмятежное спокойствие. Чёрные змеи не смели последовать за ним, лишь злобно шипели, запугивая, не имея силы причинить какой-либо вред.

Сконцентрировав всю свою духовную энергию в руках, Лиэ пару раз взмахнул сложенными вместе указательным и средним пальцем — в воздухе засияло серебром имя: Байме Янфэн.

Как только последняя линия была проведена, Лиэ ощутил чудовищный упадок сил. Перед глазами поплыло, чёрные змеи превратились в неразборчивую движущуюся тёмную массу, и только выведенное его рукой имя горело всё так же ясно и чётко.

Ритуал прошёл как нельзя лучше — осталось только отдать талисман гордому генералу.

С этой последней мыслью сознание покинуло предсказателя, но лёгкая, добрая улыбка на его губах разгорелась лепестками цветущей сливы.

Темнота обхватила его тёплыми объятиями; Лиэ казалось, будто он сидит на берегу озера, а с небес падают тысячи звёзд. Манящая чернота звала, неустанно нашёптывала слова невыполнимых обещаний.

Предсказатель сквозь спокойное марево дрёмы понял: ночь звала его. Сначала тихо, потом более настойчиво, громче и громче, пока её голос не превратился в штормовое море, а звёзды не упали на дно, расчертив небеса холодными всполохами.Когда ночь снова позвала его, предсказателя будто молнией поразило. Так звать его мог только один человек.

— Лиэ-гэ!

С трудом разлепив глаза, Лиэ обнаружил себя лежащим на столе, а перед ним лежал талисман, на котором тонкими серебряными нитями было написано имя брата.

— Лиэ-гэ! — на этот раз в голосе слышался неприкрытый испуг.

Всё тело казалось тяжёлым, чужим, голова раскалывалась, и Лиэ не сразу смог выпрямиться. Лиэ попытался встать, но его колени подкосились, и он с глухим стуком упал на пол.

— Лиэ-гэ!!! — послышался удар, и Лиэ запоздало подумал, что не он один сейчас валяется безвольной куклой на полу.

На несколько секунд воцарилась пугающая тишина. С верхнего этажа не было слышно ни шороха. Предсказатель уже было подумал, что незадачливый пациент сломал себе что-то жизненно важное при падении.

Теперь придётся тащить мужчину обратно в постель, который был, к слову, отнюдь не лёгким. Поднявшись на дрожащих ногах, Лиэ привалился к стенке и, прокашлявшись, собрал все свои силы в голос:

— Не волнуйся, я уже иду.

В ответ ему донеслась тишина, но Лиэ был почти уверен, что мужчина с облегчением выдохнул, хотя не мог его видеть или слышать что-то настолько тихое. С величайшим трудом ковыляя по лестнице, Лиэ сетовал на то, что в его доме слишком много ступенек. И как он раньше не замечал этого?

Воистину, это восхождение оказалось настоящей пыткой, будто предсказателя заставили подняться на гору с тяжеленными камнями, привязанными к шее и ногам.

Через весьма продолжительное время Лиэ наконец оказался около двери, за которой пластом лежал его «гость».

Постаравшись придать своему лицу безмятежность, а походке — лёгкость, Лиэ потерпел сокрушительное поражение. Если его лицо и выражало спокойствие, то способ его передвижения неизменно наводил на мысль, что он изрядно выпил — если предсказатель не опирался на стену, то его шатало так, будто он находился на корабле, попавшем в шторм.

— Лиэ-гэ?.. — неуверенно позвал Сай, голос его звучал сипло и надорвано.

Сколько же он пытался докричаться до него, раз его голос превратился в скрип старой телеги?

Тяжело вздохнув, Лиэ толкнул дверь. Его взору предстала следующая картина: Сай наполовину лежал на постели, верхняя часть туловища будто приклеилась к полу, из-под распахнувшихся нижних одежд выглядывала перемотанная бинтами грудь, на которых расцвели яркие алые пятна. Раны снова открылись.

Лиэ не удержал горестного вздоха. Мало ему было проблем, так теперь ещё придётся менять повязки.

— Тебе не следовало вставать, — поучительно проговорил Лиэ, но голос его звучал как у смертельно уставшего человека. — Твои раны слишком серьёзные, чтобы настолько безрассудно действовать.

Сай фыркнул, не примиряясь с тем, что его отчитали. К нему вернулось былое спокойствие, только брови были нахмурены от боли. Попытавшись вернуться в исходное положение, Сай потерпел неудачу, а от резкой боли, пронзившей грудь, из лёгких разом вышибло весь воздух.

Поджав губы, Лиэ подошёл к раненому и опустился на колени. Несколько раз он едва не упал, однако изо всех сил пытался сохранить равновесие и не придавить и без того настрадавшегося человека. Собрав все свои силы, Лиэ с горем пополам перенёс Сая на постель и накрыл одеялом.

Всё это время Сай не сводил с него глаз, изучая, всматриваясь в черты лица. Лиэ, заметив его внимание, устало выдохнул:

— Ты хочешь мне что-то сказать? — голос его напоминал шуршание осенней листвы, гонимой стылым ветром.

Сай слегка вздрогнул и отвёл взгляд, пойманный с поличным. Но уже в следующую секунду взгляд его был твёрд и спокоен.

— Я звал тебя очень долго, но ты всё никак не откликался, — в чёрных глазах промелькнула тоска. — Потом я ощутил всплеск духовной энергии и подумал, что на тебя напал заклинатель. Тогда я захотел помочь тебе, но не смог даже подняться.

Вид у Сая был столь потерянный, что у Лиэ кольнуло сердце. Предположение о том, что он — тот самый, кто хотел убить Байме, казалось предсказателю всё больше и больше необоснованным и даже абсурдным. Тем не менее, червячок сомнения грыз душу, и Лиэ не мог полностью расслабиться.

— Я всего лишь изготавливал талисман, — объяснил он, поколебавшись с мгновение.

На лице Сая изобразилось удивление. При этом его тонкие брови взметнулись вверх, уголки губ слегка приподнялись. Такое выражение лица несколько позабавило Лиэ, но он не посмел даже улыбнуться.

— Но ты разве не предсказатель? Зачем ты изготавливал талисман? Ведь твоих сил недостаточно для этого... — недоумённо спросил Сай.

Он чуть приподнялся на локтях, но даже такое незначительное движение отозвалось острой болью, и мужчина скривился.

Глядя на него, Лиэ не мог не вздохнуть. Он всё больше сомневался в том, что этот человек является врагом. Иначе он не вёл бы себя столь беспечно, да и попытался бы скрыть духовную энергию. Если вчера Лиэ не почувствовал ни грамма исходящей от него силы, то теперь она била ключом.Отчего-то прерывистым, но это не умаляло способностей.

Заметив на лице Сая тревогу, Лиэ успокаивающе погладил мужчину по плечу, призывая больше не совершать резких движений. От этого лёгкого прикосновения Сай крупно вздрогнул, бездонные чёрные глаза округлились, напоминая два блестящих камня тёмной яшмы.

Лиэ, посчитав, что по неосторожности затронул рану, поспешил извиниться:

— Прости, я не хотел причинить тебе боль, — склонив голову, предсказатель попытался загладить вину. — Может, хочешь есть? Или же чай? В твоём состоянии тебе нужно лучше питаться, чтобы пополнить силы. После трапезы я сменю тебе повязки.

Сай всё это время не двигался, его взгляд был намертво приклеен к руке, коснувшейся его. На мгновение Лиэ показалось, что ему хотят отрубить руку. По коже пробежал неприятный холодок. Оправив рукава, Лиэ неловко улыбнулся и уже хотел было заговорить, чтобы разрушить давящее молчание, но Сай опередил его:

— Я хотел бы рисовой каши, — смущённо улыбнувшись, Сай прикрыл глаза. — Лиэ-гэ принесёт её для меня?..

Подавив недовольный вздох, Лиэ решил игнорировать столь явное неуважение к собственной персоне. Нацепив лёгкую полуулыбку, он покорно согласился:

— Хорошо, только подожди немного, я подогрею её.

Предсказатель попытался встать, но тут его подстерегло ещё одно несчастье: слабость во всём теле после изготовления талисмана была столь сильной, что у Лиэ тотчас подкосились ноги, и он тяжело рухнул на колени. Сай воззрился на него с неприкрытым ужасом.

Его руки потянулись к Лиэ, и тот, не имея возможности даже пошевелиться, лишь послал полный недовольства взгляд на мужчину. Тот снова оказался слеп к намёкам — сильные руки осторожно легли поверх ладоней предсказателя. Тому оставалось лишь смириться. «Что он хочет сделать?..» — мысли Лиэ были в смятении, но уже в следующее мгновение он почувствовал прилив духовной энергии.

Его тело будто вновь воскресло, наполнившись дыханием жизни. Истощённые духовные силы пополнились до предела, в сердце будто зажглась яркая искра-звезда, и сам его дух пребывал в блаженстве. Лиэ чувствовал себя полностью здоровым и полным сил, и, кажется, его сил хватило бы на изготовление ещё одного талисмана.

Как только духовные каналы предсказателя заполнились до предела, Сай убрал руку и слабо улыбнулся. Из-за того, что он ещё не до конца окреп, его духовная энергия была довольно скудна, но он, тем не менее, без колебаний поделился ей с Лиэ. Тот пребывал в полнейшем замешательстве.

— Не стоило так перенапрягаться... — пробормотал он, совершенно сбитый с толку подобным поступком.

Сай покачал головой, не принимая никаких возражений. Несмотря на бледность и тёмные круги под глазами, он выглядел полностью довольным собой.

— Я сделал это, потому что беспокоюсь о тебе, Лиэ-гэ, — положив руку на грудь, где в вырезе виднелась подвеска-колокольчик, Сай поспешил перевести тему. — Чем попусту тратить время, может, принесёшь мне еды?

Спустя мгновение Лиэ заторможено кивнул. Поднявшись, он твёрдой походкой направился к двери, но перед тем, как выйти, бросил через плечо с благодарной улыбкой:

— Спасибо.

После чего, прикрыв за собой дверь, лёгким шагом спустился вниз. На сердце было необычайно спокойно. Лиэ не знал, чем это вызвано: нежданным и столь своевременным лечением или же отношением этого человека к себе.

Как бы то ни было, предсказатель теперь мог спокойно продолжить работать дальше, а не валяться неделю в постели, как это обычно бывало после использования превосходящего его возможности колдовства.

Разведя в очаге огонь, Лиэ потянулся к кастрюльке с рисовой кашей и поставил её на огонь. Скоро по кухне разнёсся пряный и домашний аромат, способный пробудить аппетит у кого угодно. Пока каша подогревалась на огне, Лиэ приготовил жасминовый чай. Он обладал обезболивающим и противовоспалительным эффектом, что очень пригодится раненому.

Вскоре с кухонными хлопотами было покончено.

Предсказатель щедро наложил ароматной каши в пиалу и поставил на поднос, рядом водрузил небольшой фарфоровый чайничек с чашкой, от которых исходил приятный аромат, и отправился наверх.

При каждом шаге чашечки слегка касались друг друга, отчего по комнате разносился тихий мелодичный звон, напоминающий весеннюю капель. Поднявшись на второй этаж, Лиэ ногой толкнул дверь и вошёл в комнату.Сай встретил его с выражением безграничной радости на лице.

Изогнув губы в дежурной улыбке, Лиэ опустился на колени и поставил поднос рядом с постелью. Пронзительные чёрные глаза следили за каждым его движением, скользя по плавным изгибам рук, плеч, шеи, подбородка, но не смели поднять взгляд выше. Немного привыкнув к чересчур пристальному вниманию, Лиэ спокойно проговорил:

— Обопрись на меня, а то я боюсь, что ты не сможешь сидеть, — голос предсказателя был наполнен неподдельным беспокойством.

Пусть этот человек и не был ему знаком, но позаботиться о раненом он должен был. Сай ответил ему лёгкой полуулыбкой.

— Надеюсь, для Лиэ-гэ я не слишком тяжёлый, — шутливо бросил он и крепко ухватился за протянутую руку.

Кое-как сев, Сай с тяжёлым вздохом навалился на чужое плечо, отчего Лиэ покачнулся, но быстро вернул утраченное равновесие. Взглянув на Лиэ из-за плеча, Сай безмятежно улыбнулся и взял в руки пиалу с кашей, от которой всё ещё исходил тонкий сизый пар. Набрав полную ложку и отправив кушанье в рот, Сай на мгновение задумался.

Заметив это, Лиэ участливо спросил:

— Не нравится? Я могу принести суп на курином бульоне...

Энергично помотав головой, Сай поспешил его успокоить:

— Нет, всё замечательно. Просто… непривычно.

После чего с аппетитом принялся поглощать самую обыкновенную рисовую кашу. Лиэ, наблюдая за тем, как он с удовольствием забрасывает в себя еду, не удержался от тихого смешка. «Такое чувство, будто ты её никогда не ел», — однако, вслух предсказатель ничего не сказал. На несколько минут в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим стуком ложки о края посуды.

Когда с кашей было покончено, Сай поставил пиалу на поднос и потянулся к чашечке чая. Прежде чем отпить, он не преминул рассыпаться в благодарностях:

— Благодарю за еду. Лиэ-гэ прекрасно готовит.

В ответ предсказатель тихо рассмеялся, принимая похвалу. Пусть с умениями матери он никогда не сможет сравниться, но в кулинарии он весьма преуспел. От тихой вибрации, исходящей от груди Лиэ, Сай неожиданно поперхнулся чаем. Лиэ тотчас оборвал смешок.

— Что случилось? — беспокойно нахмурив брови, предсказатель несильно похлопал мужчину по спине. — Чай слишком горячий?

Кашлянув ещё пару раз, Сай кое-как сумел выдавить из себя, при этом голос его звучал немного задушено:

— Нет-нет, Лиэ-гэ не стоит так сильно волноваться обо мне. Всё в порядке.

Пусть в душе предсказателя остались сомнения, поднимать эту тему снова не было никакого смысла, поэтому он ограничился мыслями: «Этот человек ведёт себя слишком странно в моём присутствии».

Вспомнилось и то, что Байме угрожают — и волны подозрения тут же накатили с новой силой. Как и всегда, после отлива неизменно следует прилив — такова суть вещей.

Улыбнувшись уголками губ, Лиэ покладисто согласился:

— Раз так, то я спокоен, — сказав так, он принялся наблюдать из-под опущенных ресниц за мужчиной, который неспешно потягивал чай, доверительно прислонившись к нему.

Не смотря на то, что лицо Сая выражало крайнюю безмятежность, его спина была напряжена, ощущаясь куском камня. Наверняка мужчина не только имел мощные духовные силы, но и занимался боевыми искусствами. Скорее всего, для него не будет проблемой расправиться с Четвёртым генералом, не имеющим ни капли духовной энергии…

Из невесёлых размышлений Лиэ вывел тихий стук чашки о поднос, заставивший предсказателя мелко вздрогнуть. Сай в непонимании изогнул бровь и скосил на него взгляд.

— Ты сейчас какой-то странный, — помедлив с мгновение, сообщил он. — С тех пор, как я очнулся, твоя духовная энергия почему-то постоянно выплёскивается через край, будто ты хочешь кого-то ранить... Хотя нет, как будто ты отчаянно хочешь защититься.

Лиэ в очередной раз подивился редкостной наблюдательности и сообразительности мужчины. Даже в таком состоянии, когда его собственные духовные силы были истощены, он заметил перемены в циркуляции чужой Ци. Воистину, с этим человеком надо всегда быть настороже.

Не получив объяснения подобному поведению, Сай тяжело вздохнул. Вздох этот был исполнен затаённой горечи, причины которой предсказатель всё никак не мог понять. Пожевав губу, Сай нарушил неловкую тишину едва слышным вопросом:

— Ты боишься меня?

Вынудив себя беззаботно рассмеяться, Лиэ кое-как выдавил:

— Конечно нет, с чего ты взял?

Уголки губ растянулись в лёгкой улыбке, весь его вид выражал возвышенность и утончённость, в которой не было места страху – его место заняло фальшивое спокойствие.

Решив до конца придерживаться легенды о нападении, Лиэ враз потяжелевшим тоном произнёс:

— Не забывай, что на меня недавно напали. Я всё время должен быть настороже.

Как только отзвучали последние слова, на лицо Сая наползла мрачная тень, в угольно-чёрных глазах проскользнула ничем не замутнённая ненависть.

— Клянусь, я убью любого, кто вздумает причинить тебе боль, — от Сая исходило настолько сильная жажда убийства, что по спине Лиэ побежали мурашки.

«Он всё ещё твердит об этом? — в глубине души предсказатель был крайне удивлён. — Я-то подумал, что это было сказано не всерьёз, а оно вон как обернулось». Вслух же сказал с замешательством:

— Не нужно так беспокоиться обо мне, я в состоянии защитить себя, — твёрдо сказал он.

В глазах Лиэ блеснула решимость, и Сай, сидящий вполоборота, ясно увидел это. Впрочем, на это Лиэ и рассчитывал. Ему не нужны телохранители.

Однако, вопреки ожиданиям, Сай продолжил стоять на своём, будто от этого зависела вся его жизнь.

— Лиэ-гэ спас меня, я должен отплатить той же монетой, — вперив в Лиэ нечитаемый взгляд, Сай резко вздохнул. — Кстати, еда была очень вкусной, спасибо Лиэ-гэ за это. Можешь опустить меня обратно.

Мысленно всплеснув руками от недовольства тем, как человек перед ним нагло ушёл от разговора, сменив тему, предсказатель всё же с предельной осторожностью уложил Сая обратно на постель. Хоть Лиэ двигался мягко и аккуратно, в глазах Сая от слишком резких движений вспыхнула искра боли.

— Прости, — только и сумел сказать Лиэ и направился к ящичку в столе, где с позавчерашнего дня находились все необходимые лекарства. — Сейчас нужно сделать перевязку — твои бинты уже пропитались кровью.

Сай, издав пространственное «угу», замолчал. Лиэ также ничего не говорил, выгребая из ящика бинты, заживляющую мазь и обезболивающее. Положив всё необходимое в рукав, предсказатель направился к Саю.

— Сможешь сам снять халат, или же мне помочь тебе? — опустившись на колени подле мужчины, предсказатель принялся раскладывать лекарства по полу.

Следя за ловкими пальцами Лиэ, Сай судорожно вздохнул.

— Я сам, — ответил он и уже привычным жестом опёрся на руку Лиэ.

Белоснежные одеяния упали с широких мускулистых плеч, открывая вид на перемотанную бинтами крепкую грудь, на торс, где из-под окровавленных слоёв ткани виднелись края глубоких порезов.

В который раз глядя на изуродованную кожу, Лиэ всё гадал, кто и при каких обстоятельствах напал на него.

В воздухе запахло кровью, и предсказателя мелко передёрнуло. В памяти одно за другим всплывали неприятные события из прошлого, которые Лиэ старательно гнал прочь, но, слой за слоем снимая бинты с запёкшейся кровью, самообладание всё больше изменяло ему.

Когда бинты были полностью сняты, Лиэ увидел несколько зарубцевавшихся ран, однако три из них, самые глубокие и длинные, всё ещё кровоточили. Открыв баночку с мазью, Лиэ окунул в светло-зелёную массу палец и серьёзно сказал:

— Приготовься, сейчас будет больно. Я нанесу на твои раны заживляющую мазь – она поможет тебе поскорее выздороветь, так что потерпи немного.

Дождавшись от Сая уверенного кивка, Лиэ начал размазывать снадобье по рубцам, порезам и с превеликой осторожностью — на края ещё не затянувшихся ран. Когда Лиэ перешёл к самой серьёзной из всех ран на боку, Сай тихо зашипел сквозь плотно стиснутые зубы. Лиэ остановился, но потом продолжил своё занятие, на этот раз едва-едва касаясь кожи.

После нескольких минут мучений, Сай не выдержал и процедил сквозь сжатые зубы:

— Не нежничай, я же мужчина и могу вытерпеть столь незначительную боль.

Глядя на нахмуренные брови, Лиэ был готов поспорить с последним суждением, но видя, что разговор окончен, тяжело вздохнул.

Его движения стали более уверенными, и дело пошло быстрее. Очень скоро с обработкой ран было покончено, и Лиэ смахнул пот со лба. Сай не проронил ни звука, лишь дыхание стало чуть прерывистым, да по виску стекала прохладная капля пота. Взяв в руки полотенце, Лиэ смахнул её, и Сай, до этого держащий глаза закрытыми, резко распахнул их.

В этот момент Лиэ показалось, будто он упал в тёмную бездну, где не было даже тоненького лучика звёздного света. Смешавшись, он потянулся за бинтами, стараясь не смотреть на странного человека. Тут на его руку легла чужая горячая ладонь. Предсказатель едва удержал мелкую дрожь, однако уголки его губ всё же чуть дёрнулись вниз.

Не зная, как реагировать, Лиэ решился поднять взгляд и тут же пожалел об этом. Таящаяся в глубине глаз тьма обжигала, и никакое солнце не могло прорваться сквозь неё.

«Он хочет меня убить?..» — пронеслась мимолётная мысль. Дальнейшие рассуждения прервал глубокий, чуть хрипловатый оклик:

— Лиэ-гэ, — взгляд Сая сделался проникновенным, он словно просачивался под кожу, отчего предсказателя передёрнуло, — ты ведь доверяешь мне?

При этом Сай выглядел так, будто ему жизненно необходимо услышать ответ.

От такого неожиданного вопроса Лиэ на секунду впал в ступор. «Если ты продолжишь так смотреть на меня, я всерьёз обеспокоюсь за свою жизнь», — но вслух сказал совершенно другое:

— Конечно, — деланно беззаботно улыбнулся Лиэ, отматывая от рулона необходимое количество марли. — Ты ведь помог мне с восполнением духовной энергии, так с чего бы мне не доверять тебе?

Сай ещё очень долго вглядывался в растерянное лицо Лиэ, но через несколько минут, хмыкнув, отвёл взгляд.

Предсказатель наконец-то смог перевести дух, с подозрением поглядывая на Сая. «Только я начинаю доверять тебе, как ты выкидываешь нечто, от чего у меня мурашки бегут по коже. Ты это случаем не специально делаешь?» — нервно улыбнувшись уголками губ, Лиэ постарался вернуть себе былое спокойствие.

— Может быть, дать тебе обезболивающее? — приглушённо спросил предсказатель.

По мере того, как бинты слой за слоем ложились на свежие раны, Сай хмурился всё сильнее, и Лиэ всерьёз забеспокоился.

Пусть раны уже начали заживать, но боль-то никуда не делась. Как он мог позволить этому человеку страдать понапрасну? Но, к удивлению Лиэ, Сай с обворожительной улыбкой отказался.

— Не хочу лишаться её, иначе, кто знает, чем будут заняты мои мысли? — прикрыв глаза, Сай откинулся на подушку, слегка поморщившись.

Лиэ посетило смутное осознание того, что здесь что-то не так. Не успел он и рта раскрыть, чтобы спросить, что именно Сай имел ввиду, как до слуха предсказателя донёсся сильный стук в дверь, будто кто-то ломился внутрь.

Лицо Сая заметно побледнело, когда Лиэ беззаботно направился к выходу.

— Будь осторожен, не забудь меч. Вдруг это те люди, что напали на тебя? — тревоги в голосе Сая было хоть отбавляй, и Лиэ поспешил заверить его:

— Непременно, так что можешь не волноваться, — с улыбкой ответил предсказатель, мысленно посетовав на свою забывчивость.

Кто же знал, что ложь так легко забывается? За сегодня он едва не раскрыл собственный обман уже три раза кряду. Хвала Небесам, в самый последний момент он вспоминал ту чепуху, что наплёл, не подумав, и тем самым смог избежать неудобных вопросов.

Тяжёлый стук повторился. Дверь жалобно заскрипела, будто вот-вот разлетится в щепки.

Лиэ опрометью бросился вниз, перешагивая через ступеньки. Если человек на улице не умерит свой пыл, то не только дверь, но и стена окажутся в плачевном состоянии. Так ломиться к нему мог только один человек, наплевав на табличку «Закрыто» и тишину за дверью. Впрочем, ему здесь всегда были рады.