Арендованные чувства

Нависает неудобная пауза. Гаджиева робким движением руки убирает волосы за ухо. – привет. – смятенно отвечает девушка и наблюдает как Кристина с легкой улыбкой подходит к кассе. – не ожидала тебя увидеть. – разбивая странную тишину говорит та и находит себе занятие, чтобы не стоять перед ней: она берет свой белый рабочий халат и не спеша надевает его, расхаживая у себя за витриной.

Кристина заколдовано смотрит на её движения и лишь спустя какую-то минуту обращается по делу. – слушай, раз уж я тут, у тебя есть какие-то таблетки от головы? – Гаджиева бегло смотрит на неё, в голове прокручивая свой ассортимент. – чувствую себя максимально херово. – девушка с пониманием кивает и быстро находит среди полочек маленькую белую упаковку из десяти таблеток. Она пробивает товар и отдает девушке сдачу, попутно объясняя о действии данного препарата и почему дала именно его. Они заговариваются, плавно переходя с темы таблеток на все остальные. Мишель в правой руке крутит стаканчик из-под кофе, с которым пришла на работу. Захарова время от времени опускает глаза на её руку, где на большом пальце надето черное кольцо, то же самое, что и тогда. Мишель кажется догадывается куда смотрит девушка, но и в этот раз никаких комментариев не дает. На фоне лекарств и болезней они обговаривают холодную погоду. Перекидываются словами о работе, совершенно поверхностно о семье. Но если Мишель и тактично молчит о том что может происходить у Кристины, предполагая что обстановка в семье не самая идеальная, то Крис так о ней не считает, думая что девушке повезло родиться в обеспеченной и счастливой семье. Именно так Мишель и выглядит, пусть местами кажется Кристине странноватой и загадочной, точно как лиса. Девушка странно бегает глазами время от времени, зачем-то теребит в руке стакан, но при этом из него не пьет, да и какие-то элементарные мелочи в поведении сдаются Кристине не как обычно. Но с другой стороны, девушка выглядит как самодостаточная особа с успешным будущим. Потому Крис тонет в этих лисьих вытянутых глазах, уверенная, что за ними скрывается хитрая и непредсказуемая натура. А когда ловит себя на этой детективной процессии, то задается вопросом почему Мишель вовсе её так волнует. Что в ней такого, что её зацепило? А по этим самым глазам сходу понятно, что ничего открыто они не расскажут. Напоминает она Кристине ещё куклу, дорогую, фарфоровую. Такая знатная, коллекционная и стоящая на верхней полке, ибо продавцы знают что её мало кто себе позволит, а потому пылится она там подолгу. А некоторые люди только и будут приходить, чтобы в покупке чего-то более доступного, поднимать глаза и смотреть на неё, как Кристина своего рода. Приходит и смотрит, будто экспонат в музее. Экспонат только взгляд держит где-то ниже головы собеседницы, иногда глядя ей в глаза. Немногословно поддерживает диалог бархатным голосом, и сдержанно смеется с шуток девушки, сама не шутя при этом.

Их разговор прерывается звонком, Крис достает телефон из кармана и сходу читает контакт Киры.

– секунду. – кидает она и подставляет телефон к уху. – да? – Мишель молча кивает и отводит глаза в сторону.

– але, Шумахер, ты че, в сугроб упала? – доносится криком на заднем фоне, а затем слышно как Кира шикает. – Крис, ты там где пропала? – казалось переживающим тоном спрашивает Медведева у кента.

– да всё нормально, я со знакомой тут встретилась, стала поговорить. – отвечает она и на телефоне какое-то время нависает тупое молчание. Она представляет сейчас нахмуренное лицо Киры за экраном.

– знакомая? Ты че... – не называя очевидного имени на всякой случай, выдает Кира. – бля, ну ты даешь телка, хоть бы предупредила.

– ой, было бы кого предупреждать, я ненадолго. – отвечает Кристина, водя носком ботинка по выделенному квадрату из плитки.

– ну давай, а то тут бухло ждут. – пытается перекричать шум сзади. Прикрывая динамик телефона рукой, отводит его в сторону, от чего следом приглушенно слышится. – да закройте рты блять, нихуя не слышно.

– я поняла, скоро буду. – напоследок кидает Кристина и бросает трубку.

Кира притуплённо смотрит на экран телефона, где резко закончился звонок. Скулы сжимаются, а телефон с раздражением выпадает из руки на столик. Кира откидывается на спинку дивана, закидывая правую руку за голову, оглядывает людей вокруг себя, которые сейчас вызывают злость с импульсивным желанием швырнуть столик перед собой прямо в них. Но вместо этого, девушка сжимает в кулаке покрывало, застеленное на диване, и тяжело вздыхает.

Кристина поднимает голову на собеседницу и слабо улыбается. – меня уже искать сейчас пойдут, так что я пойду. – со смехом говорит она и прощается, в ответ Мишель кивает.

– да, конечно. Была рада увидеться. – несмело добавляет она и ловит немного удивленные глаза Кристины, а следом довольную улыбку.

– да, я тоже. – дверь закрывается со звоном подвесных игрушек. Гаджиева выдыхает и опускает голову в пол, стоя так несколько секунд неподвижно. Затем уходит на склад и заканчивает всё то, что не успела из-за внезапного прихода Кристины.

При выходе из аптеки лицо моментально обдает кусающим морозом, по телу пробегают мурашки от резкой смены температуры в неприятную сторону. Кристина самопроизвольно щурится и утыкается замерзающим носом в куртку. Снег наметается уровнем всё выше, кажется до ночи его будет по колено. Проведя путь с десять минут, девушка вновь оказывается в тепле, зайдя в продуктовый. Магазин максимально маленький и не раскрученный, сюда в основном любит приходить молодежь, которой бездумно продают сигареты и алкоголь без паспорта. Некоторые даже с другого района сюда прутся ради этого. Продавщица тут одна, и не меняется она уже много лет. Те дети, которые когда-то ходили к ней за конфетками по мизерной цене, сейчас приходят к ней же, уже за сигаретами. В возрасте тетенька, лет пятидесяти точно, а сколько именно никто и не знает – необщительная она. Ей совершенно все равно кому и что продавать, хоть бы кто-то выручку делал. Рядом на районе предостаточно хороших точек, куда многие предпочитают идти вместо этой дыры в переулке. Чем может, тем и зарабатывает, а народу местному только и на шару. Кристина здоровается со знакомым лицом, топая ногами на входе, пока с ботинок сыпется снег. Она набирает несколько бутылок в руки, среди которых одна с простой водой. Осторожными движениями она кладет их на кассу. Там на неё смотрят исподлобья, но ничего не возражают, как впрочем и всегда. Если этот косой взгляд – единственное, что ей придется пережить, чтобы купить алкоголь без документов, то она это как-то выдержит. Аккуратно сложив их горизонтально в пакет, девушка возвращается на квартиру. По дороге ей ещё названивает номер кого-то из тусующихся, трубку от кого, она конечно не собирается брать. Ей становится действительно легче, когда она отсеивается от надоевшей шумихи и пьяных криков. Когда сама уж совсем хламину – безразлично, сама кого угодно перекричит. Но сегодня настрой совсем не на это. Кристине хочется упасть в какой-нибудь из окружающих её сугробов и пролежать там сутки. Если бы снег сумел отморозить ей не только конечности и почки, но и дерьмо в глубине души – уснула бы там, несмотря на мороз.

Поднимаясь по ступенькам в подъезде, у неё в пакете бьется друг о друга стекло, создавая звонкий разлетающийся эхом шум. Торжественно вскрикивая народ разбирает из рук бутылки и не упускает шанс пожаловаться на долгое ожидание. Кристина только выдирает из жадных рук пакет и забирает свою воду. Кира подходит к девушке, и глядя в пустой кинутый на пол пакет, она спрашивает.

– ты купила Мальборо? – поднимает брови Медведева, надеясь услышать желанный ответ.

Кристина хмурится, осознавая проеб. – не-а, я забыла. – Кира меняется в лице, ругаясь.

– шумахер, ну ебаный рот! – Захарова стягивает ботинки, виновато улыбаясь.

– ну сорян. В следующий раз сама пойдешь. – встает она с тумбы и смеясь, хлопает подругу по плечу.

– точно сама пойду, а то ты пропадаешь со всякими знакомыми. Ищи-свищи тебя потом по всему району. – размахивает руками Кира, проходя вслед за Кристиной на кухню, где та достает из кармана пластинку таблеток и открывает бутылку воды. Кира щурит глаза. – а это че такое? Тебе херово? – вопрошает она, взяв в руки пластинку, когда девушка достает одну и запивает её. Делая последний глоток Кристина соглашается.

– есть такое. – девушка вдруг застывает, только теперь обращая внимание на подругу. Она присматривается к шее Киры и хмыкает, ничего нового, очередные красные пятна. – пока я по знакомым хожу, ты тоже времени не теряешь, я смотрю. – говорит она и оставляет девушку на кухне одну, уходя к остальным в гостиную. Кира легко ухмыляется, ретируясь следом.

– ну да. – выдает вдогонку облизывая губы и садится возле Кристины на диване. – так ты к Мишель этой ходила? – меняя тему на Крис, уточняет она держа зрительный контакт.

– аптека отсюда недалеко, решила зайти. – подтверждает Захарова, обходясь без подробностей о том, как она напрямую шла ей по пятам ещё по дороге в аптеку. Далее в детали Кристина особо не вдается, так как понимает что подруга, особенно в таком состоянии, начнет опошлять всё что услышит, а ей не охота этого лицезреть. В чем-то касательно отношений они все-таки разнятся, хотя и обе далеко не идеалы романтики. «Да и что вообще такое, эта ваша романтика?» как говорится. Тут бы крышей не поехать.

***

Полупустой затемненный коридор, где изредка доносятся чьи-то вскрики и цокающие каблуками шаги. Это с ума сходящие младшеклассники и рано приходящая в школу зауч, которая вскоре и до них доберется, сделав одно из тысячи последующих замечаний. Её отчетливый звук туфлей разлетается по школе словно ночная фурия, что несет вещание о смерти. Эту женщину в школе боятся больше, чем директрису, да и видят ученики её как-то чаще. Две девушки опираются на подоконник напротив закрытого кабинета. Мимо них эта грозная женщина проходит всего раз, от чего они на мгновение прекращают свой диалог.

– ты серьезно? – возникает на повышении Кира, косясь на Малышенко. – шнурочки ей завязала? – с насмешкой перекривливает она, а затем словно с осуждением в тоне добавляет. – это хуйня сопливая. Никогда не унижайся так перед девушкой, если хочешь иметь важность в её глазах. – советует Кира, скептически преподнося поступок Виолетты на её «свидании» с Вербицкой.

Вилка стоит опустив голову, явно отмалчивая свою точку зрения в этой ситуации. Она в ней будто бы не совсем уверена, да и милота эта вся глупой начинает казаться. Может и правда, чепуха полная было вести себя с ней так сахарно. Теперь Виолетта окончательно запуталась в своих чувствах и действиях. Обязательно ли они должны быть настолько идентичными? Не будет ли это излишне сопливо, как твердит Медведева? Она оставляет её одну, уходя в компанию пришедших одноклассников. А Малышенко сверлит глазами пол и собственные ботинки, словно её такими же сейчас и втоптали в землю. От нервов больно прикусывает щеки. Волосы спадают вниз, удачно закрывая собой померкшее выражение лица. Пальцы до побеления костяшек сжимают старый подоконник, что к вспотевшим ладоням казалось прилипнет осыпающаяся с подоконника обтерханная краска. Компания в свою очередь удаляется из коридора, суетливо блуждая по школе. Девушка незамеченно остается одна. Она сглатывает слюну и вздирает голову к верху, а затем вытирает их большим пальцем. Рукой по привычке поправляет волосы и дергает капюшон серой байки, расправляя его на плечах. Пряча кулаки сдержанных эмоций в карманах штанов, она раскованно шествует по коридорам. Проходящие мимо ученики интуитивно уступают шаг в сторону, пропуская её. Она приходит на первый этаж к главному выходу. Там останавливается на перилах напротив дверей в школу, сев на них, свешивая ноги и крепкой хваткой удерживаясь руками. Виолетта сидит слегка сгорбившись в спине и наклонив голову. Острым взглядом она изучает каждого человека в толпе, что заходит в школу стремительными темпами. По времени сейчас самый час пик, когда все собираются. Среди них она выжидает только одного человека – Лизу. Лучше сидеть здесь, чтобы не стоять под кабинетом в одиночку, и в итоге наконец получить желаемую компанию, услышав мнение ещё Лизы, по поводу её поведения. Но вместо неё, она ловит глазами заходящую Рони, которая, как и многие другие ученики, тут же обращает внимание на сидящую возле входа Виолетту. Под пристальным взглядом Рони сперва опускает голову, и лишь пройдя через остальных и подойдя к девушке, она мимолетно улыбается. Вилка в ответ в позе никак не меняется, но на улыбку отвечает, правда не во все свои двадцать восемь, как зачастую.

– привет. – здоровается Вербицкая, став рядом с перилами. – кого-то ждешь? – риторически спрашивает она, наблюдая как девушка по-прежнему бегает глазами в сторону дверей, словно избегая зрительного контакта.

Малышенко сперва просто кивает, позже повернув на неё голову и ответив словесно. – да. Лизу. – кратко кидает она и обводит девушку глазами с головы до ног, где глаза вмиг останавливаются. – как дела?

– да нормально, а ты как?

– у тебя шнурок развязался. – проигнорировав встречный вопрос, равнодушно говорит Вилка и неуверенно отворачивается на двери. Сама зубы сжимает от собственных мыслей. – это же не ты. – твердит она сама себе, когда понимает как отморожено сейчас себя ведет, по сравнению с их свиданием. Рони опускает голову и быстро улыбнувшись наклоняется завязать его.

– ой, спасибо. Эти ботинки меня достали. – говорит она, с трудом делая два узла, из-за замерзших на холоде пальцев, которые сейчас плохо сгибаются. Все руки отморозила, красные и мокрые. Вилка подмечает что у неё такая же чувствительная кожа, как у Лизы. Та тоже ходит с потресканными вечно.

Глядя на неё сверху вниз она более смягченным голосом спрашивает. – чего без перчаток ходишь? – Рони поднимает на неё голову, а затем подводится с корточек, стеснённо молча какое-то время.

– да... дома забыла. – протягивает Рони, как рассказывает что-то обычное, словно для неё это уже частая история. – спешила утром. – добавляет она незначительно, отмахиваясь.

– шарф тоже? – спрашивает Вилка и застает перед собой взгляд растерянных карих глаз. Сейчас она кажется девушке особенно похожей на щеночка. В груди что-то сдавливающе сжимается. Девушка широко улыбается ей, аж глаза казалось в этот миг заблестели. Рони в лице и сама поменялась, мягко улыбаясь ей в ответ. Будто ей самой стало легче от положительной эмоции со стороны Виолетты. А оно так и есть. На вопрос Рони отвечать не спешит, как понимает Виолетта, а потому взяла инициативу на себя. – смотри, а то заболеешь. – не спуская улыбки говорит она, сводя всё на шуточный и мягкий лад. Рони хмыкает, только сейчас девушка замечает на её лице помимо милых веснушек ещё и румянец. То ли внимания не обратила, то ли засмущала совсем её. Вербицкая плавно уходит, относя куртку в гардероб и прощаясь с ней, непроизвольно выставив ладонь. Вилка прощается в ответ и отводит глаза, устремив их по-прежнему на двери, однако боковым зрением она замечает знакомый глазу силуэт, что заставляет её украдкой обернуть голову на 45 градусов. Краем она замечает её, словно тень жнеца – Кира. В голову будто дубинкой ударяет осознание, что девушка могла наблюдать за их диалогом какое-то время. Виолетта не придает визуального вида, так же плавно обернув голову назад. В тугом ожидании подруги, Виолетта вновь закалывает себя мыслями о том, что хотела бы крепко обнять Рони и никогда не отпускать, но никак не резать уши этими безэмоциональными словами, когда в душе эти эмоции буквально бушуют. И в эти эйфорические моменты ей глубоко плевать на то, какой сопливой и слабой она будет в глазах Киры и ей подобных. Потому что в её глазах она будет той самой, или по крайней мере чувствовать себя ею.

Недовольно вздохнув Виолетта мысленно жалуется на Лизу, ибо ей скоро памяти в голове не хватит уложить все случившиеся события и новости, чтобы всё ей рассказать. – заснула там что-ли, в том снегу? – ворчит она пока что самой себе, а вскоре и ей поворчит.

Уже и народ как-то разбрелся, вход больше не кишит мелочью с рюкзаками и знакомыми ебальничками старших классов. Долгожданно в проходе Виолетта видит её. – ну наконец-то блять! – подскакивает с перил с криками, от чего Лиза резко кидает удивленный взгляд закрывая двери.

– привет. – по-прежнему неожиданно реагируя говорит Лиза, пока та ловит её в объятия и сжимает обеими руками. – я мокрая и холодная. – возникает Лиза, понимая что её толстовка сейчас тоже намокнет из-за куртки, которую она даже не успела снять. – задушишь... – хрипит Андрющенко, округляя глаза.

– здорова нахуй, тебя где носит? – отпуская подругу зажигается в переполненных эмоциях Виолетта.

Лиза снимает шапку и расстегивает куртку, собираясь отнести вещи в гардероб.

– по снегу носит, в этих сугробах пока дойдешь. А у меня знаешь какая крепатура? Сдохнуть можно. – оправдывается Лиза, внезапно замечая на себе чужой взгляд, а когда поднимает голову, видит на ступеньках Медведеву. Они встречаются глазами на несколько секунд, а затем Кира скользяще отводит, глядя на стоящего рядом с ней парня из параллели. По крайней мере, так его узнала Лиза со спины. Сама тоже отворачивается и они с Вилкой скрываются в гардеробной. Продолжая слушать ворчания подруги, Андрющенко ещё некоторое время думает о Кире, а затем переключается на свою театральную актрису, которая размашистой жестикуляцией обещает рассказать столько нового, что Лиза упадет раньше, чем от своей крепатуры. Девушка хмыкает, соглашаясь что всё обязательно послушает в классе и особые новости уже дома.

На уроке Малышенко вводит подругу в курс дела, некоторые события рассказывая поверх подробностей.

Домой после уроков они уходят вместе.

Лиза ставит чайник, по привычке оперевшись на столешницу со спины, слушает подругу. Та подогнула ноги на стул и накинула капюшон для комфорта. Словно рисуя в ярких красках романтическую картину, она эмоционально рассказывает их с Рони прогулку. Лиза внимательно слушает, хитро улыбаясь, от того, сколько чувств подруга вкладывает в свой рассказ.

Лиза, не переставая слушать историю, оборачивается разлить чай по кружкам. В моменте, когда интонация истории меняется на более минорную, она слышит поникший голос Вилки. Девушка добралась и до не самых приятных ей новостей.

– и я короче не знаю... тут и так всё запутанно, я боюсь что вела себя очень по-детски. А сегодня пиздела с Кирой по этому поводу, и она короче зафакала мое поведение, мол хуйню я делаю. – колупая ногти от скуки, высказывает та. Лиза нахмуривается в лице, оборачиваясь на подругу. Наощупь кладет чайник на место и подносит на стол кружки. Всё это время девушка молчит, анализируя что услышала с таким же скептическим выражением. Вилка по данной реакции уже ожидает услышать что-то противоречивое.

Сев рядом она наконец заговаривает неровным тоном.

– в смысле? – вопросительно кивая переспрашивает она.

Вилка вздыхает. – Кира узнала, что я ей шнурки завязала, шарф свой отдала, кофе купила и тому подобное.Обосрала это всё, назвав сопливым поведением. Неправильно я в общем поступаю, это перебор. – цитирует она более разъяснено.

Андрющенко вздирает брови и кривит губами. – что? – она отводит глаза, фыркая. – сопливое поведение? А что лучше, вести себя словно отморозок, как она? – девушка закатывает к верху глаза, выражая искреннее отвращение к её точке зрения. – какой бред... У Киры на уме только набухаться и потрахаться, какие от неё можно взять советы, если она своих партнеров выбивает манипуляцией? – сарказмом выплевывая продолжает свою позицию Лиза. – ты её так долго не знаешь, а я живу рядом с ней всю свою жизнь. Я видела не одну её девушку, и ни одна из них не была такой счастливой, как Рони себя ведет с тобой. – Вилка прячет глаза вниз, смущенно слабо улыбнувшись от последних слов. Ей они были огромной поддержкой. На эмоциях негодования увлекшись, Лиза наступательно продолжает. – Кира сначала ведет себя страстным романтиком, заставляя думать о ней в лучшем свете. А потом девушки просто зависимы от её внимания и... – Лиза снова кривится. Видит напротив заинтересованные глаза Виолетты, что затаив дыхание вникает в новые для себя подробности. – в общем ты поняла. Кроме хорошего секса и чрезмерной власти, она не «дарит» своим девушкам ничего. На неё ведутся только травмированные личности, которые кланяются ей в ноги ради недостающего внимания, что она им дает. Но вся эта их любовь очень демонстративно видна, когда она морозит их игнорированием спустя некоторое время, а они желают по-прежнему быть такими любимыми, но ей уже попросту не интересны. Такой образ отношений ей быстро наскучивает и она вполне осознанно и нарочно причиняет травмированным девушкам ещё больших травм. Для неё важны лишь её чувства. Она не серьезная в отношениях. – якобы, подытоживая, говорит Лиза и прекращает монолог, надпивая чай. Виолетта сидит с круглыми глазами, ошарашенная таким критичным анализом от Лизы.

Когда она начала свое общение с Кирой, Лиза могла ответить на какие-то её вопросы, но весьма коротко и без энтузиазма. Да и Вилка уже перестала как-то думать о Кире в подобном ключе, не задумывалась, что Лиза может знать о ней немало. Подруга всегда была источником сплетен и биографий о людях в округе, с тех пор как Вилка переехала, но она никогда не вдавалась в особые детали относительно Медведевой. То ли это Виолетта их не выведывала именно у неё, уже и не ясно. Вилка задумывается над тем, что ей ещё суждено много подводных камней узнать для себя касательно этих компаний и районных отношений. И Лиза одна из немногих, от кого она услышит достоверную и заманчивую информацию, пусть та и не является в курсе пьянствующих тусовочных событий. Но в подобных темах, как эта, Кристина с Кирой заведутся на вспыльчивую реакцию и ничего толком не скажут. А вот Лиза может.

Вкрадчиво Вилка вдруг интересуется. – а ты знаешь, у неё вообще когда-то были серьезные отношения? Потому что я знаю много девушек, с которыми она только временами тусовалась, как ты рассказываешь в общем-то. – Лиза задумывается, хотя воспоминания пришли к ней мгновенно. Она смотрит Виолетте в глаза, будто выискивая там знак на полное доверие. И кажется она его находит.

– были. Вроде даже не одни, но это не точно. – почесав затылок вспоминает она. – начиналось всё одинаково. А потом они как-то стали серьезно общаться, но Кира тогда дома редко появлялась, в основном была у неё. А та сама жила, с родителями какие-то проблемы. – выдержав паузу, она более приглушившим тоном продолжает. – насколько я знаю, она её полностью контролировала и закрывала в квартире. Личного девушка не имела ничего, начиная от телефонных аккаунтов в соц.сетях, заканчивая пространством и свободным временем наедине. Перестала общаться с лучшей подругой, якобы из-за ревности этой. – добавляя к этому свою лепту, Лиза хмыкает. – я честно не верю, что она её любила, потому что Кира не способна любить кого-то, кроме себя самой. Она просто хотела иметь свою собственность, которая будет принадлежать только ей, что ещё раз наглядно доказывает её нарциссизм и самолюбие. Вот и всё. – Малышенко выпадает в шок. С открытым ртом и круглыми зрачками девушка отпускает из рук чайную ложку. Ещё несколько минут она немо переваривает услышанную информацию, словно не верит своим ушам. По характеру Киры история вполне себе реальная, да и в словах Лизы она никогда не стала бы сомневаться. Однако в полной мере осознать реальность происходящего со знакомым ей человеком не абы как трудно. Когда подобное доносится из далеких источников через десятые уста, она пожимает плечами, не слыша для себя ничего фантастического. Мир жесток и вся фигня, как она постоянно выражается. Но представить как Кира ведет себя подобным образом и после этого совершенно непоколебимо продолжает жить дальше – для Виолетты удивительно. Её совесть не позволила бы ей так поступить. И кажется на её озадаченной физиономии эти мысли ясно написаны, ибо Лиза подает голос точно в тему её мыслям.

– и после этого, ты ещё будешь слушать её советы касательно отношений? Это ты поступаешь неправильно? Уверенна? – продавливает Лиза, открывая девушке глаза. С души казалось слег камень. Вилка больше не убивает себя сомнениями, а твердые убеждения Киры, какими бы они металлическими не казались, не имеют такого веса в её голове. Потому что поступки Киры для неё куда хуже «глупой сопливости». И лучше она будет десятки раз сопливым ребенком, чем причинит боль любимому человеку. Не простит себе этого. Изъян здесь может быть действительно один, тот что озвучила Лиза – она девушку просто и не любила. Но что там было и как, Виолетте ещё придется долго изучать, если она захочет узнать.

Пока она находится в состоянии облитой холодной водой, Лиза спокойно сидит и пьет чай, заедая его не первой конфетой. И эти несколько минут немого озарения Андрющенко дает подруге время и тишину на собственные выводы.

– мда... – в своем уме выдает Вилка, не умея должно описать ощущаемые эмоции. Девушка медленно размешивает ложкой сахар в своем остывшем чае. – я замечала за Кирой это и в принципе узнала что-то такое, но истинной истории из её жизни еще не слышала. Только поверхностно на тусовках. Вполне логичный поворот... – понимает Малышенко, вспоминая всё, что замечала в повадках девушки. – а это может быть Нана? – спрашивает на автомате. – ты её вообще знаешь?

Лиза хмурит брови. – Кого? Нану? Конечно знаю, и это не она. Они не общаются сейчас. – Вилка понимающе кивает.

– ну да, согласна, Нана не похожа. – поддакивает она, понимая что вопрос был весьма глупым. – раз они не общаются, мне гадать среди имен бесполезно. – схватывает Виолетта и наконец пробует свой чай, улыбается, когда понимает что он холодный.

– так и думала что твой остыл. – смеется с подруги Лиза. – тебе сделать новый?

– не надо, я и холодный пью. – отмахивается Вилка разворачивая конфету.

– ты меня услышала? – задает вопрос Андрющенко, отложив в сторону кружку и взглянув на подругу. Та в ответ неторопливо кивает. – не бери в голову оскорбления человека, который причиняет боль в отношениях. Все люди разные. Ты другая, не перенимай на себя чью-то, не присущую тебе судьбу. – под внимательное молчание Виолетты, она добавляет. – Кира безусловно за своим мнением не видит других вариантов. Но это проблема её узкого мышления, а не твоя. Кира не специалист по отношениям. Относись к любимому человеку так, как ты умеешь. А ты то умеешь. – в конце добавляет уверенно Лиза и расплывается в улыбке. Виолетта вновь смущается прикусив губы.

– спасибо тебе. – тихо говорит Вилка и её глаза взблёскивают под светом лампочки. Она встает из-за стола и обнимает девушку. Та, по-прежнему сидящая на стуле, в ответ обнимает её рукой. – я ценю твою поддержку. – выдавливает Вилка из себя сквозь неловкость. Лиза поворачивает на неё голову и смотрит в глаза.

– я твою тоже. – понимая, что без ответа оставить её не может, говорит Лиза. А затем возобновляет тему. – и после этого ты будешь сомневаться в том, что из тебя плохой романтик? – смеется она и подруга подхватывает. – да Рони там на седьмом небе будет от твоей харизмы. Там и я дала бы. – Милая нотка резко сменяется на максимально забавную, потому что Виолетта с этих слов заливается громким раскатистым смехом на всю квартиру. А Лиза начинает сильнее смеяться от убойного звучания её смеха. Подлавливая юмор Вилка отвечает.

– ну че, спальня рядом, пошли. – Хватаясь за живот от боли Лиза пытается успокоиться, но это каждый раз обрывается на поражение, стоит ей посмотреть на подругу. Еле выдавливая через хохотню она ругается.

– блять, пошла нахер со своими приколами, у меня и так пресс болит.

Вилка только новой волной смеясь ударяет рукой по столу несколько раз, выплескивая эмоции уже и таким образом. Большую часть времени смех был просто не из-за чего, и не одна из них не могла адекватно остановится

По дороге домой Виолетте было о чем поразмышлять. Много новостей и событий навалилось на неё за последнее время, а эти сутки она и вовсе погрязла в разборе собственных чувств и поведения. Причем касается это не только одной Рони. Наверное она слишком много думает о людях и их взаимоотношениях, временами стоило бы меньше над этим морочиться, но пока так не получается. Любая деталь попадается ей на глаза и поддается точному анализу. Виолетта словно складывает мысленный пазл о разных людях. И может складываться впечатление, что сложив пазл становится легче понять человека и его поступки, однако в пазлах у Малышенко слишком много деталек, которые в частности своей приносят ей больше стресса, чем ответов. Упорно шагая по снегу и проваливаясь ногами в каждом сугробе она наслаждается временем наедине с собой. Дома её ждет острый как нож, выговор от недовольной матери, за позднее возвращение домой, а упоминание о Лизе доставляет нервный тик на мамином глазу. Это девушку забавляет. Мать настолько упустила отношения и доверие родного ребенка, что он самостоятельно нашел для себя человека, который способен прорывать её на глупую ревность. Потому что Лиза тот человек, что правда способен заменять проведение времени с матерью. Но это уже не выгребная яма, ворчать поздно и бесполезно. Ничего не изменить.

Виолетта согревает руки в карманах куртки и паром выпускает изо рта горячее дыхание. Радует отсутствие метели, хотя бы в глаза ничего не задувает. Нравится ей брести этой тихой процессией домой, даже больше чем попасть в конце пути в этот самый дом. На улице спокойнее. Подгоняет только тоска за Аляской. Вот эта белая жопа того определенно стоит.

***

В ночном сиянии луны спокойствие нарушает резкий звук полицейских мигалок. Машина круто тормозит и из неё вылетает двое человек по форме. Они грубыми наученными движениями скручивают девушку, с трудом и под нецензурные недовольства усаживают её на заднее сидение. Укатывает машина так же быстро, как и прибыла, оставляя за собой только след от колес на блестящем снегу.