Глава 88. [18+] Насладиться чаем, насладиться друг другом

Внимание! Глава содержит сцену 18+ в жанре "яой". Для прочтения цензурной версии этой главы перейдите на следующую главу (которая выйдет чуть позже).

~~~

Открыв глаза, Сунлинь не сразу понял, где он находится. Лишь спустя несколько минут, когда глаза привыкли к полумраку, он сумел различить очертания собственной комнаты в западном дворце. Но самым главным было не это, а то, кто лежал рядом с ним.

В объятиях юноши мирно спал тот, кого он больше всего на свете хотел видеть рядом с собой. Не удержавшись, Сунлинь аккуратно погладил Линь Сюя по щеке, отчего ресницы юноши дрогнули.

- Ммм, - пробормотал он сквозь сон и покрепче прижался к любимому, побеспокоившему его.

Сунлинь радостно ответил на его объятия, подавшись навстречу и поцеловав юношу в макушку.

- А-Линь, почему ты не спишь? - сонным голосом поинтересовался Линь Сюй, а затем расплылся в улыбке. - Я хочу провести с тобой в постели целый день.

- Для этого необязательно спать, - ответил ему Сунлинь. - Я буду лежать с тобой столько, сколько пожелаешь.

В предрассветных сумерках всё казалось каким-то нереальным и недолговечным, потому юноши, не сговариваясь, то и дело ненавязчиво прикасались друг к другу, словно желая удостовериться, что их любимый человек действительно рядом.

Пройдя столь длинный путь, множество раз пережив горечь разлуки, они желали лишь одного: что бы ни случилось, они должны проходить через это вместе и никогда больше не отпускать друг друга.

- Тогда я тоже не буду спать, - решил Линь Сюй, а затем поднял взгляд на Сунлиня. - Можно мне просто посмотреть на тебя ещё немного?

- Если сможешь, - улыбнулся юноша.

Линь Сюй сперва не понял, что имел в виду его шиди. Он стал блуждать взглядом по лицу Сунлиня, каждый цунь которого казался ему таким идеальным, что перехватывало дыхание.

Гладкая кожа, от одного взгляда на которую хотелось, не переставая, касаться её, соблазнительный изгиб тёмных бровей, густые ресницы, обрамляющие до невозможного притягательные глаза в форме птичьего крыла с радужкой цвета янтаря, в которой запросто можно было утонуть.

Пробежавшись глазами по всему лицу Сунлиня, кое-что Линь Сюй всё же оставил на потом. И когда он, наконец, добрался до манящих приоткрытых губ юноши, то мгновенно понял смысл этого "если сможешь". Как же можно было просто смотреть, когда хотелось немедленно прильнуть к мягким лепесткам и забыться в страстном поцелуе, без остатка раствориться в объятиях друг друга, слившись воедино.

От Сунлиня не укрылось желание во взгляде его возлюбленного, он резко схватил юношу за подбородок и, притянув к себе, впился в него своими губами. Приятные ощущения от поцелуя распространялись по всему телу обоих влюблённых, заставляя их чувствовать стремительно накрывающее их возбуждение.

Сунлинь инстинктивно навалился на Линь Сюя сверху, примостившись между его разведённых в стороны ног. Они оба были облачены в нижние одежды, но сквозь два слоя тонкой ткани трудно было не почувствовать явственно выпирающую плоть друг друга.

Сунлинь с трудом оторвался от губ своего шисюна и стал прокладывать дорожки из поцелуев, исследуя шею Линь Сюя, периодически уделяя внимание его ушам, чередуя ласки губами, языком и лёгкие покусывания. Линь Сюй откликался на каждое действие своего шиди: он дрожал всем телом и время от времени издавал полные удовольствия стоны. Порой ощущения были столь острыми, что юноше казалось, будто душа покидает его тело, а в уголках его глаз непроизвольно появлялись слёзы.

Не в силах совладать с нахлынувшими на него чувствами, Линь Сюй неожиданно всхлипнул.

- Линь-Гэ, всё в порядке? - тут же отреагировал встревоженный Сунлинь.

Испугавшись не меньше, Линь Сюй смутился:

- Всё замечательно, я... Я и сам не знаю, почему, но мне хочется плакать, до того мне хорошо, настолько я счастлив.

Сунлинь ничего не ответил, лишь осторожно провёл большим пальцем по щеке юноши, стирая скатившуюся слезинку, а затем вновь прильнул к его губам, мягко и аккуратно, как если бы ласковый ветерок игрался с хрупкими лепестками нежного цветка.

- Я люблю тебя, Линь-Гэ, - прошептал Сунлинь прямо в губы юноши.

- И я тебя люблю, - обхватив руками шею своего шиди и притянув его голову к своей груди, ответил Линь Сюй. Сердце юноши бешено колотилось, подтверждая его слова, и прильнувший к нему ухом Сунлинь отчётливо слышал, как оно трепыхалось, будто хотело выпрыгнуть наружу.

Они наслаждались нежностью, которую проявляли друг к другу, упивались поцелуями в губы, чередуя их со взаимными ласками других частей тела. Не срываясь в пропасть, из которой им было не выбраться, они бродили по краю, словно смаковали момент перед прыжком.

В конце концов, не успев полностью восстановить силы, они вновь провалились в сон, не прекращая обниматься, и провели так полдня, то просыпаясь, то вновь засыпая.

Когда солнце стало медленно клониться к закату, в комнату настойчиво постучали.

- Нам ничего не нужно, - прозвучал сонный голос Линь Сюя.

- Вы что там, до сих пор спите? - изумлённо воскликнул гость с той стороны двери. - Лекарь сказал, что вам хватит и одной ночи на восстановление. Или вы уже успели вымотаться снова?

Обоим юношам не составило труда представить ту улыбочку, с которой Сяо Лян произносил вопрос. Они действительно позволили себе немного шалостей, но дальше поцелуев не заходили, чувствуя потребность в более длительном отдыхе.

Линь Сюй почти осуществил своё желание пролежать целый день в постели с любимым, но, если уж Сяо Лян пришёл, от него невозможно было отмахнуться, он непременно бы пробрался в комнату, не взирая ни на что.

- А что, если мы прямо сейчас это делаем? - спокойным тоном поинтересовался Сунлинь, явно думающий о том же, о чём и Линь Сюй.

- Не смеши меня, ты же не настолько плох, чтобы Линь-Гэ спал в процессе? - рассмеялся Сяо Лян, однако, не спешил врываться в комнату. - Ну так могу я войти?

Сунлинь нехотя поднялся с кровати и, накинув верхние одеяния, прошествовал к двери и впустил шумного гостя внутрь.

- Ох, ребята, - сочувственно вздохнул пожаловавший к ним Сяо Лян. - Похоже, вам и правда нужно больше времени.

- Всё настолько плохо? - с улыбкой спросил Линь Сюй, обращаясь сразу к обоим юношам. Ему казалось, что его шиди выглядел прекрасно, а значит и он сам должен был иметь, по крайней мере, сносный вид.

- Не бери в голову, - махнул рукой Сунлинь. - Всё в порядке.

Благодарно взглянув на Сунлиня, Линь Сюй обратился к Сяо Ляну:

- Какие новости?

- Орден тёмной ночи разгромлен, Владыка тёмной ночи взят под стражу, - лаконично ответил юноша. - Я пришёл, чтобы сказать, что через несколько часов состоится совет трёх орденов, и ваше присутствие на нём просто необходимо.

Линь Сюй лениво потянулся, явно не желая покидать тёплую мягкую постель:

- Это действительно важное дело, придётся идти.

С трудом заставив себя подняться, он сел на край кровати и стал медленно натягивать на ноги свои сапоги.

Не обнаружив поблизости Сунлиня, он с беспокойством стал озираться по сторонам, в конечном итоге отыскав юношу в дальней части комнаты. Тот возился у чайного столика, выбирая, какой набор трав лучше использовать для приготовления ароматного напитка.

Линь Сюй невольно вспомнил, с каким упоением его шиди когда-то рассказывал ему об очередном виде чая, привезённом из какого-нибудь путешествия, как ранее часто заботливо подбирал и готовил для него чаи и настойки, подходящие под ситуацию. Сердце юноши наполнилось безграничной нежностью, он чувствовал себя заново очарованным этим до невозможности идеальным для него человеком.

Увидев, что Сунлинь готовит третью пиалу, Сяо Лян вдруг поспешно затараторил:

- Белые одежды, не нужно, я уже ухожу, наслаждайтесь чаем, наслаждайтесь друг другом, словом, встретимся на совете!

- И чего он так подорвался? - проводив удивлённым взглядом своего друга, вслух спросил Линь Сюй.

- Думаю, он увидел кое-что непристойное, - спокойно ответил Сунлинь, подошедший к кровати с подносом, на котором был аккуратно расставлен чайный сервиз на две персоны.

Линь Сюй задался вопросом, что такое непристойное могло находиться в комнате белого дворца, что смутило бы кого-то, вроде Сяо Ляна, но, как ни высматривал, не нашёл ничего необычного. Тогда он уловил взгляд Сунлиня, направленный на него самого, точнее, на то, что находилось у него между ног.

- Ой, - только и сумел сказать Линь Сюй.

Сквозь нижние штаны отчётливо проглядывалось, в каком приподнятом настроении находился юноша. Засмотревшись на своего шиди, он и сам не заметил, когда его мысли утекли куда-то не туда, а Сяо Лян, сидевший неподалёку, и вовсе не ожидал увидеть нечто подобное, считая своего лучшего друга более сдержанным, потому принял единственно возможное решение - побыстрее убраться куда подальше.

Младший приятель Линь Сюя с самого утра периодически показывал себя, ведь юноши то и дело дразнили друг друга, но так и не довели дело до конца.

- Линь-Гэ, я могу помочь, - поставив поднос на столик возле кровати, Сунлинь присел рядом с любимым, приобняв его за плечи.

- Ты... как ты собираешься помогать? - спрятав чуть покрасневшее лицо, спросил Линь Сюй.

- А как бы ты хотел? - не заставил себя ждать его шиди, но, увидев, что юноша покраснел пуще прежнего, рассмеялся и осторожно обхватил пальцами его подбородок. - Хорошо, я не буду спрашивать.

Сказав это, Сунлинь, всё ещё удерживая лицо возлюбленного, притянул его к себе и принялся скользить языком по манящим губам юноши. Чувствуя нежные прикосновения влажной плоти, Линь Сюй забыл даже, как дышать, полностью сосредоточившись на ощущениях. Его шиди несколько раз медленно очертил каждый изгиб губ своего любимого, прежде чем его язык встретился с собратом, неуверенно показавшимся изо рта Линь Сюя.

Сунлинь тут же отреагировал и принялся уделять ему внимание. Их языки сплетались, изучая друг друга и даруя их обладателям ни с чем не сравнимое удовольствие.

Они занимались подобными вещами целый день, но им всё равно не надоело. Упорно оттягивая момент наивысшей близости, юноши чувствовали невероятное напряжение, одновременно томительное и сладкое. Казалось, ещё немного, и обоим сорвёт крышу, но их движения по-прежнему были преисполнены нежностью и трепетом.

Наконец, Сунлинь сделал первый шаг. Развернув сидящего рядом с собой Линь Сюя к себе спиной, он стал аккуратно стягивать с него нижнюю рубашку, обнажая светлую кожу, покрытую мелкими царапинами и не успевшими полностью затянуться шрамами, полученными в сражениях по пути в обитель Сюин. Юноша осторожно провёл пальцами по некоторым из них, как бы изучая, а затем приник губами, прокладывая дорожку из поцелуев к открытой шее Линь Сюя. Тот закрыл глаза и запрокинул голову, подаваясь навстречу ласкам, неосознанно выгибаясь всем телом.

Рубашка полностью сползла с него, обнажив торс юноши. Сунлинь немедленно обнял его сзади, нащупал пальцами два затвердевших бугорка и легонько сжал. По телу Линь Сюя побежали мурашки, а внизу живота заныло так, что он уже не мог этого выносить.

- А-Линь, пожалуйста, - бесконтрольно вырвалось из уст юноши, который тут же густо покраснел.

- Как пожелаешь, - слова Сунлиня прозвучали у самого уха Линь Сюя, отчего по его телу будто бы прошёл разряд молнии.

Усадив своего шисюна к себе на ноги, юноша приспустил его нижние штаны, оголив твёрдую и влажную плоть, что так жаждала прикосновений, а затем, обхватив её рукой, принялся методично скользить по ней, свободной рукой блуждая по телу Линь Сюя.

В руках своего шиди тот чувствовал себя до такой степени расслабленно, что, казалось, ещё немного, и он растечётся, подобно расплавленному воску. Юноша инстинктивно двигал бёдрами навстречу ладони Сунлиня, раз за разом задевая своими ягодицами его пах.

- Я... я тоже хочу... - выдохнул Линь Сюй. - Хочу помочь.

- Каким образом? - оторвавшись от его шеи, поинтересовался Сунлинь.

Вместо ответа Линь Сюй ещё активнее стал тереться о возбуждённый орган своего шиди, недвусмысленно намекая на то, что желает наконец пересечь ту грань, за которой их ждёт полное единение.

Они настолько усердно воссоединялись днём ранее, что подготовка не требовалась: полностью избавив Линь Сюя от нижних штанов, Сунлинь оттянул вниз свои, а затем усадил юношу сверху, медленно, но уверенно проталкиваясь в него. Линь Сюй тут же выгнулся ещё сильнее, его голова запрокинулась так, что оказалась на плече Сунлиня, который, немедленно наклонился и, поймав его губы, взял их в плен сладким поцелуем.

Они какое-то время не совершали никаких движений, лишь самозабвенно целовались, будто желали наверстать всё то время, когда они не могли этого делать.

Пребывая внутри Линь Сюя, Сунлинь думал о том, что невозможно было любить его ещё сильнее, ведь он уже не представлял своего существования без этого человека, не мог даже допустить мысль о том, что они пойдут разными дорогами, потому что больше не существовало понятий "ты" и "я", была лишь одна судьба на двоих, целая жизнь, которую они непременно проведут вместе.

Когда от непрерывного поцелуя стала кружиться голова, они были вынуждены оторваться от алых искусанных губ друг друга. Не давая Линь Сюю как следует отдышаться, Сунлинь обхватил его бёдра и слегка приподнял, а затем одним махом опустил их обратно, вгоняя свой член на всю длину. Линь Сюй был не в состоянии даже ахнуть, не то, что застонать, он лишь покрепче схватился за своего возлюбленного, ожидая новых толчков, и не ошибся: его шиди действительно повторил это не менее десятка раз, прежде чем позволил Линь Сюю передохнуть.

- Как ты себя чувствуешь? - заботливо поинтересовался Сунлинь, прикусывая мочку уха Линь Сюя, отчего тот непроизвольно содрогнулся всем телом, лишь плотнее сжимаясь вокруг горячего органа внутри себя.

- Я люблю тебя, - вместо ответа, прошептал Линь Сюй, а затем повторил громче:

- А-Линь, я люблю тебя.

Услышанное привело Сунлиня в неописуемый восторг и сподвигло возобновить толчки, чтобы довести Линь Сюя до высшей точки удовольствия, заставить его кричать и трястись в экстазе, свести его с ума и потерять рассудок вместе с ним.

Бешеный темп наряду с активным воздействием на член Линь Сюя, действительно принесли юноше колоссальное наслаждение, он едва осознавал время и пространство, растворившись в море блаженства, что волнами накатывало на него с каждым новым проникновением.

Почувствовав, что вот-вот кончит, Сунлинь стал ещё более яростно вбиваться в своего любимого, попутно увеличив скорость движений рукой, отчего Линь Сюй прямо-таки начал терять контроль над своим телом, полностью отдавшись во власть того, кто его этого контроля лишил.

В этом сумасшествии оба добрались до такой фееричной кульминации, что им потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя.

- Линь-Гэ, ты в порядке? - с беспокойством спросил Сунлинь, увидев, что его шисюн слегка подрагивал. Он был полностью обнажённым, потому Сунлинь поспешил укутать его в одеяло, решив, что ему холодно, однако Линь Сюй тут же откинул его и притянул к себе своего шиди так, что тот оказался лежащим на нём сверху.

- Зачем мне это одеяло, ведь ты - гораздо лучше, - улыбнулся юноша, тело которого, вопреки его желанию, продолжало бить мелкой дрожью. Он поспешил заверить:

- Не волнуйся, я в полном порядке. А ты?

- Лучше не бывает, - без раздумий ответил Сунлинь.

Действительно, что могло быть лучше, чем видеть улыбающееся лицо любимого после умопомрачительного акта любви, в котором единение тел произрастало из единства душ?