Глава 85. Оставайся здесь

- Ты... ты... - всё ещё удерживая меч, заикался Сун Лэйюй.

В самый последний момент на пути у алого лезвия оказался Чжу Бо, позволив своему телу выступить щитом между Владыкой и госпожой Лу. Меч пронзил его в области сердца, однако, казалось, не задел сам орган, ранив мужчину несколько ниже. Если бы на его месте оказалась Лу Сюин, удар бы пришёлся в то самое место, от попадания в которое умер Сун Гуанли, и именно из-за разницы в росте Чжу Бо избежал мгновенной смерти.

- Какого чёрта ты делаешь? - воскликнул Владыка, всё ещё удерживая меч, боясь сдвинуть его даже на крошечный цунь.

Чжу Бо сплюнул скопившуюся в горле кровь, а затем взялся за лезвие пальцами обеих рук и вытащил клинок из своей груди.

Опасаясь, как бы мужчина не рухнул на землю, навредив себе ещё сильнее, Сун Лэйюй мгновенно подбежал к нему и уложил к себе на колени. Не дожидаясь, пока Лу Сюин опомнится, Владыка спешно сформировал вокруг себя и Коллекционера защитный барьер, препятствующий проникновению кого-либо извне, а затем принялся развязывать пояс верхних одеяний Чжу Бо.

- Не стоит, Владыка, - хрипло отозвался Чжу Бо. - Я не хочу, чтобы ты видел меня без одежды.

- О чём это ты говоришь? - отмахнулся от него Сун Лэйюй. - Ты ранен, я виноват в этом. Мне необходимо осмотреть ранение, к тому же, разве я не видел тебя ранее?

Глядя на то, как упрямо мужчина стаскивает с него одеяния, Чжу Бо не выдержал:

- Лэйюй!

От столь внезапного обращения по имени, его владелец на миг застыл, в изумлении глядя на мужчину в жёлтом. Удовлетворившись тем, что на него, наконец, обратили внимание, Чжу Бо продолжил:

- Я уже не тот, что прежде. Я не хочу, чтобы ты видел моё тело без одежды.

- Не неси ерунды, кого это сейчас интересует? Просто помолчи и дай себя осмотреть.

Осознав, что его уговоры бессмысленны, Чжу Бо закрыл глаза, не желая видеть отвращение на лице Сун Лэйюя, когда тот увидит, во что превратилось тело его некогда привлекательного любовника.

Из-за того, что защитный барьер скрадывал внешние звуки, Коллекционер мог слышать лишь ровное дыхание мужчины, склонившегося над ним. Вскоре до слуха Чжу Бо донёсся потрясённый вздох. Мужчина подумал, что это реакция на его безобразное тело и зажмурился ещё сильнее. Если бы не ранение, он бы непременно закрыл лицо руками, умирая от стыда.

Но в действительности это был вздох облегчения, а не потрясения. Осмотрев рану и проверив пульс Чжу Бо, Владыка поспешил заверить его:

- Рана несмертельна, с тобой всё будет хорошо. Отдыхай и не двигайся, а я закончу начатое.

- Лэйюй, - повторил обращение Коллекционер. - Не ходи.

- Ты же должен быть тем, кто ненавидит Лу Сюин сильнее всех, разве все эти годы она не являлась твоей соперницей? Хотя, постой, ведь ты тоже не питаешь ко мне никаких чувств, так с чего бы тебе её ненавидеть?

Вопросы Сун Лэйюя были адресованы Чжу Бо, но в то же время он будто обращался к самому себе.

- Зачем ты спас её? - наконец, спросил Владыка.

- Ради тебя, - отвернувшись, произнёс Чжу Бо.

- И чем же этот поступок должен был мне помочь? - вскинул бровь Сун Лэйюй. - Она всё равно не любит меня, так в чём ценность её жизни?

Откашлявшись, Чжу Бо какое-то время молча изучал лицо человека рядом с собой. Он был красив, но имел не только внешность молодого мужчины, но и образ мышления не умудрённого опытом юнца.

Мужчина в жёлтом вздохнул:

- Ты получил эрху, проверил, что чувствует к тебе госпожа Лу, что тебе ещё нужно? Почему нельзя просто остановиться?

- Почему ты говорил мне, что любишь меня? - игнорируя вопросы Чжу Бо, спросил Сун Лэйюй.

- Я не врал тебе, - вновь отвернувшись, сказал Коллекционер.

- Значит, всё это осталось в прошлом? - не прекращал допытываться Владыка, вглядываясь в лицо упорно избегавшего зрительного контакта мужчины в жёлтом.

Увидев, как Чжу Бо поёжился, будто бы от холода, Сун Лэйюй поспешил привести в порядок его одежды, но мужчина всё равно не прекратил дрожать. Тогда Владыка тёмной ночи принялся согревать мужчину с помощью духовной силы, попутно уменьшая боль в области ранения.

- Скажи хотя бы пару слов, - склонив голову, попросил Сун Лэйюй. То ли за него говорило чувство вины, то ли он наконец избавился от своей непроницаемой и высокомерной маски, но голос его звучал совершенно иначе, будто ему и в самом деле было не плевать на чужие чувства.

- Оставайся здесь, - выполняя просьбу Владыки, Чжу Бо таки прошептал пару слов, прежде чем впал в бессознательное состояние.

***

Лу Сюин была твёрдо уверена в том, что она не переживёт атаку Сун Лэйюя, потому закрыла глаза и мысленно вознесла молитву к Небесам, выражая надежду, что ей удастся воссоединиться со своим мужем после смерти.

"Неужели умирать совсем не больно?", - думалось ей, когда до слуха донёсся отчётливый звук врезавшегося в плоть меча.

Женщина и представить не могла, что вместо неё удар примет тот, кто менее минуты назад отражал её атаки и защищал Владыку тёмной ночи. Когда она, наконец, оправилась от потрясения, Сун Лэйюй уже был недосягаем, вместе с Коллекционером находясь внутри созданного им же барьера. Совершив несколько попыток пробиться сквозь защиту, Лу Сюин обнаружила, что это было сродни тому, чтобы пытаться выпить реку: в данном случае от её воздействия не появилось бы даже ряби на воде.

В тот самый момент к ней устремились адепты тёмной ночи, желая выслужиться перед Владыкой, будто это не он только что едва не поубивал своих же людей, не заботясь о том, что атакующая мелодия эрху воздействовала на всех одинаково губительно.

Благодаря Лю Е заклинательнице было под силу оказывать сопротивление нападавшим на неё подчинённым Сун Лэйюя. Лу Сюин фактически позволила сабле действовать, как ей заблагорассудится, повинуясь её желаниям, позволяя рукам послушно следовать зову духовного оружия.

Линь Сюй недолго пробыл без меча: практически сразу мухи отыскали и доставили Цинлун хозяину. В тот же миг, когда пальцы юноши обхватили рукоять из персикового дерева, он превратился в несокрушимого воина, мастерски повергающего противников одного за другим. Линь Сюй далеко не впервые сходился в схватке с воинами тёмной ночи, его движения были точными и выверенными, взгляд пылал уверенностью, а тело будто окутывала аура превосходства.

Сунлинь мог лишь посмеяться над своей недавней мыслью о том, что Линь Сюю могла потребоваться его защита, ведь, взяв в руки своё главное духовное оружие, юноша и вовсе оставил без работы своего шиди. Сунлинь был не в силах отвести взгляд, ловя каждое движение сражающегося Линь Сюя. Он был невероятно горд за своего возлюбленного, а также испытывал желание немедленно умыкнуть его с поля боя и самозабвенно целовать, обнимать и вытворять с ним невесть что ещё.

Кое как потушив бушующее в сердце пламя, Сунлинь позволил себе осмотреться, чтобы убедиться, что остальным заложникам ситуации ничего не грозит. Линь Хуан с Чуньшэн продолжали оставаться внутри защитного барьера, отливающего бирюзовым светом. В другой стороне также имелся барьер, красный, как кровь, плотный, словно свадебная вуаль, отчего рассмотреть, кто же находился внутри, не представлялось возможным. Зато очевидно было, кто его сотворил.

Опасаясь, что в пределах защитного поля могла оказаться Лу Сюин, Сунлинь быстро оглядел оставшуюся часть приёмного зала, и с неким облегчением заметил среди чёрных одежд красный наряд, в котором и появилась перед ними Лу Сюин. В руках у женщины была Лю Е, а во взгляде не меньше уверенности, чем у Линь Сюя.

Мастерство клинка его матери было не таким уж плохим, однако, если бы не сабля юноши, ей бы не удалось продержаться столь долго.

- Линь-Гэ, там моя мать, - Сунлинь сказал лишь несколько слов, но Линь Сюй всё понял и немедленно кивнул, а затем, справившись с очередным воином тёмной ночи, обезоружил его и перебросил меч Сунлиню:

- А-Линь, этот, вероятно, подойдёт.

Поймав и взвесив в руке клинок, юноша согласно закивал, а затем ринулся к Лу Сюин, попутно отбиваясь от выпадов заклинателей в чёрном.

- Мама, - позвал Сунлинь, оказавшись рядом с женщиной и взяв на себя тех, с кем она сражалась.

Какой бы хорошей саблей не являлась Лю Е, в неумелых руках она была бы не более, чем куском железа. Заметив, что Сунлинь изредка бросает короткие взгляды на женщину, она улыбнувшись, спросила:

- Ты же не думаешь, что все эти годы я провела в праздном шатании по южному дворцу?

Стало очевидно, что неумение долго сидеть без дела юноша унаследовал от матери. Сунлиня вдруг переполнила такая радость, что он принялся вдвое усерднее размахивать мечом, стараясь показать матери, чего он добился за годы совершенствования.

Оставшаяся практически без противников, Лу Сюин заметила этот порыв сына и, улучив момент, нежно провела рукой по его спине.

Расправившись со всеми находившимися в приёмном зале воинами тёмной ночи, трое заклинателей сошлись, чтобы обсудить дальнейшие действия.

- Какие же вы талантливые мальчики, - с улыбкой глядя на слегка засмущавшихся Сунлиня и Линь Сюя, похвалила их женщина, а затем, став серьёзной, продолжила:

- Пробираясь сюда, я заметила, что с адептами тёмной ночи сражаются сразу три ордена. Судя по одеждам, это орден Линь, Шуй и Хо?

Линь Сюй кивнул.

- Вы заполучили весьма сильных союзников, однако, не стоит недооценивать мастерство заклинателей, которых обучил этот Чжу Бо.

- Это ведь с ними мы сейчас сражались? - спросил Сунлинь.

- Насколько я знаю, это были адепты внешнего круга южного дворца, а также личная стража Сун Лэйюя.

- Думаю, мне довелось повстречать тех, о ком вы говорите, - отозвался Линь Сюй. - Они также одеты в чёрное, но имеют золотистую вышивку на воротнике. Действительно сильные противники.

Лу Сюин кивнула, а затем бросила взгляд в сторону Владыки тёмной ночи. Сквозь защитный барьер едва проглядывался силуэт мужчины, находившегося в позе для медитации, а также вторая мужская фигура, что лежала на полу.

- Чтобы разрушить барьер, потребуется немало сил, - наконец сказала женщина. - Разумнее будет подождать, пока он сам выйдет оттуда. Отправляйтесь на подмогу, а я останусь здесь.

- Мама, это очень опасно, ты не можешь... - возразил Сунлинь, с беспокойством ухватившись за руку Лу Сюин.

- Всё в порядке, я не боюсь этого человека, - тепло улыбнувшись, ответила ему женщина, а затем протянула сыну его духовное оружие.

Сунлинь поспешно замахал руками:

- Нет, оставь Лю Е при себе, она сможет тебя защитить. Сейчас она тебе нужнее.

- Отец! - вдруг воскликнул Линь Сюй, обернувшись на звук чьих-то шагов. - Зачем ты покинул защитное поле?

- Я помогу, - подняв одиноко лежащий на столике у стены Неосязаемый кнут, ответил Линь Хуан.

Линь Сюй быстро схватил его за запястье и стал сосредоточенно проверять состояние мужчины, а затем, порывшись в рукаве, отыскал бутылочку со снадобьем. С лицом, не терпящим возражений, он споил её содержимое отцу, и лишь после этого заговорил вновь:

- Не нужно вступать с ним в бой, ни тебе, отец, ни вам, госпожа Лу. Пообещайте, что, в случае чего, вы немедленно отступите.

Сунлинь всем видом выражал полную солидарность со словами Линь Сюя. Ни один из них не хотел потерять родителя, их суровые взгляды, обращённые в сторону Линь Хуана и Лу Сюин порождали в сердцах мужчины и женщины умиление и желание потрепать ребят за щёчки, не взирая на то, что эти детишки уже давно выросли.

После того, как пара юношей скрылась из виду, в приёмном зале воцарилась тишина. Даже находившейся в дальнем углу Чуньшэн передалась атмосфера крайней неловкости, исходившая от пары заклинателей, стоявшей посреди помещения. Лу Сюин нарочито не смотрела в сторону мужчины, изучая убранство зала, а Линь Хуан разглядывал собственные сапоги, не зная, как начать разговор, и стоило ли его вообще начинать.

В конце концов, он собрался с духом, чтобы произнести что-то бессмысленное, но не успел, потому что его опередили.

- Спасибо, - Лу Сюин смотрела прямо на Линь Хуана, так что сомнений быть не могло, она обращалась именно к нему. - За то, что мой сын не остался на улице, а также за его обучение.

- Это вовсе не моя заслуга. Сюй-эр привёл его в орден, а Шэн Юн - обучил, - заметил глава ордена Линь, а затем горестно вздохнул. - Единственное что сделал я - был плохим отцом.

- Тогда какой же я была матерью? - хмыкнула Лу Сюин. - Не важно, благодаря чему-то или же вопреки, эти двое всё же превратились в замечательных юношей.

- Известно ли тебе, какого рода отношения их связывают? - скрывая смущение, спросил Линь Хуан.

- Эта девушка, Чуньшэн, рассказала мне, - ответила женщина. - Если они счастливы - это главное. Или тебя не устраивает Линь-эр в качестве спутника для твоего сына?

После таких слов мужчине уже было не под силу сдерживаться, и его лицо мигом покраснело, выдавая истинные эмоции:

- Я... нет... устраивает... я, вроде как, уже дал им своё отцовское благословение.

Лу Сюин рассмеялась:

- Сколько тебе лет, что ты стесняешься, будто мальчишка? Даже наши дети далеко не такие робкие. Ну и что с того, что они оба мужчины? Редкостью это не назовёшь.

Линь Хуан закивал и едва слышно пробормотал что-то, соглашаясь со словами женщины, а затем решил, что лучшим вариантом будет отойти от темы беседы, и стал осматривать свой кнут, столь долго пребывавший в чужих руках. Разумеется, оружие было в полном порядке, а повышенное внимание мужчины к нему было лишь поводом избежать ещё большей неловкости.

Лу Сюин удовлетворилась реакцией Линь Хуана и не стала больше мучить его. Женщина ещё в далёком прошлом замечала сильную обоюдную привязанность между Линь Сюем и Сунлинем, и, хотя она не предполагала, что они в будущем станут спутниками на тропе самосовершенствования, однако была уверена в том, что мальчикам суждено пройти по жизненному пути рука об руку.