Глава 45. Два цветка бамбука

- Всё, что связано с тем паршивым отродьем, сулит одни лишь несчастья!

- Оба брата родились с дурной аурой, не мудрено, что у младшего сын вышел совсем непутёвый.

- Отказалась бы ты от него, от греха подальше!

- Коль не откажешься, уходи вместе с ним, нечего на нашу деревню беду накликать!

Таким был исход первого использования духовных сил у мальчика, которому едва исполнилось семь лет.

В тот день на рынке сильный ветер обрушил часть крыши прямо на крытую повозку, напугав лошадь, что была в неё запряжена. Не разбирая дороги, животное галопом мчалось прочь, сметая всё на своём пути. Сколько бы мужчины ни пытались её остановить, всё было без толку.

Тем временем мальчишка семи лет, которого мать послала за овощами, засмотревшись на какие-то игрушки, разложенные на прилавке, стоял посреди дороги и не замечал стремительно приближающуюся к нему лошадь. Отовсюду стали доноситься крики, кто-то велел ему убираться с дороги, кто-то порывался прийти на помощь, но, как ни крути, было уже поздно что-либо предпринимать.

Когда весь рынок подумал было, что мальчику пришёл конец, послышались удивлённые возгласы:

- Не иначе, демон!

- Лошадь остановилась, будто неживая!

- Только гляньте, что творится!

Посреди рынка простой народ увидел как мальчик, выставив руки перед собой, в последние мгновения перед столкновением выпустил из ладоней подобие чёрного дыма, заставившее лошадь замереть на месте. Никто не решался подойти к чудом оставшемуся в живых мальцу, лишь тревожные перешёптывания нарушали гробовую тишину, воцарившуюся вокруг.

- Кажется я знаю, чей это сын, - наконец кто-то осмелился подать голос. - Его отец - один из тех двух братьев, что носят фамилию Ху*, заклинателей без семьи и ордена, покинувших деревню два года назад.

*胡 (hú) - среди прочего иероглиф может употребляться в значении "безрассудный", "сумбурный", "кое-как", "как попало".

Оба брата Ху не были такими уж плохими, как о них говорили в деревне, но была причина, по которой все называли их цветками бамбука*.

* 竹子开花兆灾 (zhuzi kai hua zhao zai) - "бамбук расцвёл - быть несчастью".

Семья Ху была не из знатных, но и не бедствовала. Испокон веков в их роду не встречалось ни одного человека, наделённого духовной силой, однако, ничто не стоит на месте - так и этой семье Небеса даровали троих детей, двое из которых оказались способными постигать бессмертие.

Как только мальчики подросли, родители отправились в ближайший небольшой орден заклинателей, чтобы отдать своих детей на обучение. Их потенциал был многообещающим, потому мальчиков сразу приняли.

Вся деревня радовалась, что, в кои то веки, и у них появился повод для гордости, семья Ху вдруг стала почитаемой. Но вскоре за взлётом последовало падение.

Не прошло и пары недель, как внезапно мальчиков привезли обратно в деревню.

- Цвет их духовной силы - серый, такая энергия является непросветлённой, а значит неминуемо принесёт вред.

С тех пор все жители деревни стали относиться к мальчикам, как к проказе, даже их собственные родители и сестра, хоть и приняли их обратно, больше не относились к ним с прежней теплотой и любовью.

Тогда они поняли, что не осталось никого, кто поддержал бы их, и стали обучаться самостоятельно с помощью книг, прихваченных в ордене перед отъездом.

Долгое время они совершенствовались тайком и никогда никому не демонстрировали свои навыки. Единственное, что у них не получалось - создавать духовные огоньки, потому что особенностью непросветлённой энергии было поглощение света, а не его излучение.

Благодаря осторожности юных заклинателей, в деревне поутихли пересуды и порицание, и вскоре их даже приняли подмастерьями в гончарную мастерскую.

Как-то раз они получили заказ из города на большое количество посуды, который нужно было выполнить в самый короткий срок. В тот день все работали, не покладая рук, но, как ни старались, а всё равно выбивались из срока.

Дождавшись, пока все работники покинут мастерскую, братья решили высушить сырую посуду при помощи духовной силы и за ночь закончить с обжигом, чтобы прибывший к утру за заказом господин был доволен.

Едва они приступили к обжигу, как в мастерскую вбежал один из подмастерьев, показывая на них пальцем:

- Я видел, как они что-то делали с посудой! Не могла она так быстро высохнуть!

В следующее мгновение на пороге появился главный мастер в сопровождении других гончаров, гневно и с нескрываемым разочарованием смотря на растерянных братьев.

- Мы только хотели помочь, - тихо сказал старший из них. - Мы ничего плохого не сделали.

Подмастерье, что привёл мастеров не унимался:

- Я точно видел, что они использовали какой-то серый дым, впитавшийся в посуду.

Тут-то все и припомнили слова заклинателя из ордена, изгнавшего мальчиков, и братья Ху вновь оказались никому не нужными и презираемыми.

Возможно, им удалось бы снова, затаившись, вернуть расположение жителей, если бы не страшный пожар, унёсший жизни всех членов семьи Ху, помимо самих братьев.

В ту ночь молния ударила в крышу, отчего деревянный дом вспыхнул, словно стог сена. Грохот разбудил всю семью, однако пламя, вовсю бушевавшее со всех сторон не давало возможности покинуть жилище. Тогда два брата ценой невероятных усилий сотворили на своей коже тонкую оболочку из духовной энергии, способную защитить от огня. В силу того, что их культивация была на очень низком уровне, они были не способны на большее.

Остальные члены семьи, увидев, что к ним сквозь пламя приближались братья, с ног до головы окутанные чем-то тёмным, подумали, что те превратились в демонов, желающих с ними расправиться.

- Не подходите! - крикнул им глава семейства, закрывая свою жену и дочь. - Проклятые демоны, я всегда знал, что вы нас погубите!

Предрассудки и страх так глубоко засели в их головах, что они предпочли смерть, не желая отдавать свои тела и души на съедение нечисти, и без раздумий бросились в огонь.

Когда усилиями деревенских жителей удалось справиться с огнём, их взору предстало зрелище не для слабонервных. Два брата, целые и невредимые, со стеклянными взглядами сидели в обнимку с тем, что осталось от их родителей и сестры, вливая в обезображенные тела духовную силу.

С тех пор их прозвали двумя цветками бамбука, изгнав из деревни и наказав никогда больше не возвращаться. Поселившись на горе неподалёку, братья умудрились где-то достать множество книг по самосовершенствованию, и с головой ушли в их изучение и медитацию, в надежде придумать способ изменить природу своей духовной силы. Однако, даже по прошествии не менее десятка лет, им не удалось добиться успеха.

Братья успели привыкнуть к жизни отшельников, довольствуясь лишь обществом друг друга, и так бы продолжалось дальше, если бы младший брат не повстречал неподалёку от их горы молодую девушку, чья семья не так давно поселилась в их деревне и ничего не знала о трагедии семьи Ху. За первой встречей последовали другие, и постепенно между ними зародилось трепетное чувство любви, ставшее причиной того, что вскоре на свет появился прелестный мальчик.

Это могла быть прекрасная история создания новой семьи, если бы не тот факт, что родители девушки, прознав о том, с кем спуталась их дочь, запретили ей видеться с отцом ребёнка и заперли её с малышом в доме, скрыв от посторонних глаз.

Мужчина не раз тайком спускался с горы, умоляя родителей девушки о встрече с ней и их сыном, однако всякий раз получал отказ и угрозы поднять тревогу на всю деревню.

Старший брат с самого начала отговаривал младшего от затеи сближаться с девушкой, потому что знал, что счастливого исхода для них быть не могло. Он с болью в сердце наблюдал за страданиями брата, будучи не в силах ему помочь, взращивая в своей душе лютую ненависть ко всем тем людям, что ни во что их не ставили и боялись их.

Когда мальчику исполнилось пять лет, в деревне появился мужчина в чёрных одеждах, скрывающий лицо, жутко перепугавший всё население. Он интересовался, нет ли среди жителей заклинателей, которые были бы не прочь присоединиться к его ордену. Желающие спровадить братьев Ху куда подальше, люди указали мужчине путь на гору.

В тот же день трое заклинателей на мечах умчались в неизвестном направлении, подарив облегчение всей деревне. Родители возлюбленной младшего из братьев Ху наконец позволили дочери и внуку покидать пределы их имения.

Спокойная и размеренная жизнь деревни длилась два года, пока жителей не взбудоражил тот самый случай с мальчиком и лошадью.

Под давлением общественности и собственных родителей мать мальчика вынуждена была подчиниться. Утром следующего дня они покинули деревню, надеясь отыскать орден тёмной ночи, о котором два года назад говорил странный мужчина, скрывающий лицо.

Скитаясь от селения к селению, не гнушаясь никакой работы, женщина с мальчиком без устали расспрашивала людей о таинственном ордене, однако никто знать не знал ни о каких заклинателях, скрывающих лица. Большинство считало эту чудную пару сумасшедшими.

Спустя год нелёгкой жизни, мать мальчика скончалась, не выдержав суровых условий, которые им приходилось терпеть. Мальчишка остался жив только благодаря своей природной выносливости и духовной силе, от которой всё равно не было толку, так как он не мог ею пользоваться, опасаясь вновь услышать в свой адрес, что он дьявольское отродье.

Он боялся встречи с отцом из-за того, что слышал о нём от жителей деревни, не смотря на то, что мать всегда тепло отзывалась об этом мужчине. Однако, ради той же матери, желая, чтобы её смерть не была напрасной, мальчик поклялся, что разыщет отца во что бы то ни стало.

Проведя ещё год в постоянных поисках, мальчик, которому на тот момент исполнилось девять лет, наконец нашёл, что искал. В одной из глухих деревень, подрабатывая там водоносом, в особо жаркий день он встретил у колодца мужчину в чёрном, с прикрытым тканью лицом.

- Вам, должно быть, очень жарко? Возьмите, - мальчик протянул ему бамбуковую трубку, полную воды.

Напившись вдоволь, мужчина поблагодарил водоноса и собрался было уходить, но мальчик вдруг спросил:

- Вы случайно не состоите в ордене тёмной ночи? Я ищу своего отца, Ху Синъюня*, возможно, вы что-то знаете о нём?

* 幸运 (xìng yùn) - счастливый, удачливый, везучий

Так он оказался во дворце Владыки тёмной ночи. Мальчика привели в богато обставленный, немалых размеров зал, задрапированный чёрным полупрозрачным шёлком. По обеим сторонам от кресла главы привлекали к себе внимание вышитые золотыми нитями на чёрных знамёнах изображения черепахи с обвитой вокруг неё змеёй.

Перед мальчиком на некотором возвышении плечом к плечу стояло трое мужчин, невольно производя впечатление небесных чиновников, собравшихся вершить над ним суд.

- Ху Синъюнь, почему ты не рассказывал о своём сыне? - обратился к мужчине слева от себя человек в чёрных одеждах с золотой вышивкой в тон убранству помещения.

- Я не видел его с тех пор, как он родился, - спокойным тоном ответил ему мужчина. - Я не уверен даже, действительно ли этот мальчишка тот, за кого себя выдаёт.

Мальчика очень разозлило то, что он услышал. После двух лет тягот, выпавших на его долю, он ожидал более тёплого приветствия от отца, наслушавшись рассказов матери, с такой любовью говорившей о нём.

Вместо каких-либо слов, он изо всех сил сосредоточился на движении духовной силы внутри своего тела, и направил её в ладони. Увиденное заставило всех троих мужчин перемениться в лице.

- Знаешь ли ты, о чём говорит цвет твоей энергии? - обратился к мальчику Владыка тёмной ночи.

- Там, откуда я родом, меня называли демоном. Нас с матерью изгнали два года назад, и всё это время я искал этот орден, - мальчик вдруг перевёл взгляд на мужчину, стоящего по левую руку от Владыки. - В деревне твердили, что во мне течёт дурная кровь рода Ху. Так скажите мне, сомневаетесь ли вы в том, что я действительно ваш сын?

***

Мин Тянь не проронил ни слова, нарочито вздёрнув подбородок и отведя взгляд.

- Ох уж эти дети, неблагодарные создания!

- Мин Тянь, о чём он говорит? - обратился к юноше Мин Юань.

- Мин Тянь? - мужчина разразился смехом. - Ты не раскрыл своего настоящего имени, как и не поведал им, кто твоя семья и кем являешься ты сам. Вы уверены, что знаете о нём хоть что-то? Этот юноша - мой сын, адепт ордена тёмной ночи!

- Это правда? - Мин Юань не верил своим ушам, он хотел услышать от Мин Тяня хоть слово, но связанный юноша упорно сохранял молчание.

- Как случилось, что у твоего сына отсутствует духовная сила? - поинтересовался у мужчины Линь Сюй, более спокойно отреагировавший на вскрывшиеся подробности личности Мин Тяня.

- Это не так, - покачал головой человек в чёрном и схватил сына за руку. - Однако, я не ощущаю духовной энергии в твоём теле. Это не простое запечатывание меридианов, иначе бы тебя быстро раскрыли. Как тебе это удалось?

- Я непрерывно направляю её на самоуничтожение. Мне не нужна сила, которая произрастает из тьмы.

- Прекрати это! - вдруг закричал мужчина. - Таким образом ты однажды выжжешь своё ядро до тла!

- Оно уже повреждено, - спокойно ответил юноша. - Благодаря этому я смог скрыть его наличие.

Мин Юань находился в полной растерянности, слушая разговор Мин Тяня со своим отцом. В его воображении потихоньку рушилось устоявшееся впечатление о пареньке, ставшем его названным братом.

Линь Сюй же обеспокоенно обратился к парню:

- Мин Тянь, что побудило тебя на такие радикальные меры? О какой тьме ты говоришь?

- Меня зовут Ху Шэнь*, - юноша наконец решился заговорить с Линь Сюем, по-прежнему не осмеливаясь взглянуть в глаза Мин Юаню. - Это мой отец Ху Синъюнь. С моим дядей вы уже встречались во дворце ордена Юэ, он - Генерал тёмной ночи, Ху Тэнфэй. Простите, что нагло врал вам всё это время.

*审 (shĕn) - внимательный, тщательный