Глава 26. Белые одежды, я всё скажу!

Линь Хуан вывел Линь Сюя из дворца в непроглядную темноту и задумчиво произнёс:

- И тихий лес* шумит, когда ветер раскачает.

*отсылка к имени "Линь Сюй (林徐)":林 - лес徐 - тихий/спокойный

Глава ордена Линь сотворил духовный огонёк, осветивший окрестности изумрудным светом, под стать его одеянию. Осмотревшись, он нахмурился и правой рукой достал из рукава Неосязаемый кнут, левой рукой всё ещё поддерживая нетвёрдо стоящего на ногах сына.

Из темноты на свет показалось не меньше десятка заклинателей в чёрном, скрывающих лица.

- Воины... - тихо сказал Линь Сюй.

- Я вижу, - ответил Линь Хуан.

- Воины... тёмной... ночи, - с трудом выговорил юноша.

Одновременно все тёмные фигуры бросились в атаку. В тот же миг Неосязаемый кнут засиял таким же изумрудным светом, как духовный огонёк. Линь Хуан вытащил меч Линь Сюя из ножен на его поясе и влепил юноше пощёчину:

- Не время спать, бери меч и защищайся!

Как ни странно, это помогло Линь Сюю мало-мальски прийти в себя. Они расположились спиной друг к другу и приготовились отражать нападение.

Линь Хуан замахнулся и обрушил кнут сразу на троих заклинателей, которые от удара отлетели на добрых два чжана. Линь Сюй, отбиваясь мечом от пары соперников, не мешкая, выпустил мух из кувшина, дав им волю питаться чужой духовной силой.

Расправившись с засадой, они стремительно взлетели на мечах и помчались прочь. Пережитая опасность заставила юношу моментально протрезветь.

- Куда мы направляемся? - спросил он Линь Хуана.

- Неважно, главное, чтобы за нами не увязалась погоня.

- Это были люди Юэ Сучжоу?

- Нет.

Линь Сюй внезапно схватился за голову от осознания, что он натворил.

- А как же Сунлинь?

- Я отправил Шэн Юну письмо с указаниями, на случай, если воины тёмной ночи решат наведаться в орден Линь.

- У главы Юэ есть жетон для входа в орден, что помешает ему беспрепятственно войти? - встревоженно спросил Линь Сюй.

- А кто сказал, что он у него есть? Все жетоны закреплены исключительно за адептами и учениками ордена Линь. Даже если передать жетон другому человеку, он просто потеряет свою силу. А-Сюй, я не первый день живу на свете и у меня есть причины не доверять посторонним.

- Но ведь четыре года назад я смог пропустить Сунлиня через барьер, - изумился Линь Сюй.

- Твой жетон имеет более широкие полномочия, как мой и Шэн Юна. Уж сыну то я могу довериться, - невозмутимо ответил Линь Хуан.

Линь Сюй смотрел на своего отца, будто видел его впервые. Тот образ, что годами представал перед юношей так разнился с тем, что делал и говорил этот человек теперь.

Они приземлились в небольшом городке за несколько сотен ли от столицы и поселились в захолустном постоялом дворе, предварительно сменив одеяния на непримечательные, из простой серой ткани.

Почувствовав себя в безопасности, Линь Сюй ощутил, как выпитое вино вновь даёт о себе знать и опустил потяжелевшую голову на сложенные на столе руки.

Линь Хуан достал из рукава тканевый мешочек и подозвал официанта:

- Заварите это и подайте побыстрее.

Когда перед Линь Сюем поставили поднос с чайником и чашкой, он поднял голову:

- Что это?

- Это пуэр*. Пей, он тебя отрезвит, - Линь Хуан налил в чашку чай и пододвинул к юноше.

* 普洱茶 (pǔ ěr chá) - китайский постферментированный чай.

Линь Сюй пригубил напиток и ощутил насыщенный вкус орехов и шоколада. После очередной чашки он почувствовал, что в голове стало проясняться.

- Отец, ты напомнил мне Сунлиня.

- И чем же? - вскинул бровь глава ордена Линь.

- Иногда мне кажется, что у него есть чаи на все случаи жизни.

Линь Хуан рассмеялся:

- А этот парень не промах. Иметь при себе различные виды чая действительно бывает очень полезно.

- Откуда ты знаешь мелодию, что я играл? И о воинах тёмной ночи? - вдруг серьёзно посмотрел на него Линь Сюй. - И какова твоя роль во всём этом?

- А-Сюй, рано или поздно ты всё узнаешь, но сейчас я не смогу тебе об этом рассказать, так как не хочу видеть презрительный взгляд своего сына, обращённый на меня.

- Тогда скажи мне одну вещь, - Линь Сюй закрыл глаза и выдохнул. - Ты убил кого-нибудь из клана Сун?

- Никто из тех, кто носил фамилию Сун не умер от моей руки, - без раздумий ответил Линь Хуан. - Но это не значит, что моей вины в этом нет.

- Пока мне этого достаточно.

***

Сунлинь уже готовился ко сну, когда в дверь постучали.

- Входите, - сказал юноша, сидя на кровати.

В комнату вошёл Шэн Юн со сложным выражением на лице. Он поставил стул напротив Сунлиня и, опустившись на него, какое-то время молчал. Юноша терпеливо ждал.

- Сунлинь, только что мне пришло письмо от главы ордена Линь. Я обязан спросить, - наставник Шэн был серьёзен, как никогда. - Ты действительно молодой господин Сун?

Юноша, никак не ожидавший такого вопроса, потерял дар речи. С чего бы главе ордена Линь вдруг сообщать наставнику Шэну об этом?

- Только не паникуй, - увидев замешательство юноши, поспешил успокоить его Шэн Юн. - Я просто хочу услышать это от тебя лично.

- Да, - выдохнул Сунлинь. - Да, моя фамилия Сун.

- Что ж, Сун Сунлинь, приятно познакомиться, - спокойно продолжил Шэн Юн. - Вынужден нарушить твои планы по отходу ко сну, так как нам нужно изучить ещё одну мелодию.

- Посреди ночи? - Сунлинь выражал полное непонимание ситуации.

- Расскажу по порядку. Линь Хуан прислал письмо, в котором значится, что ты - сын почившего главы ордена Сун и в скором времени, возможно, сюда заявятся некие воины тёмной ночи...

- Я уже встречал их! - воскликнул Сунлинь. - Им нужна моя эрху!

Шэн Юн, услышав об инструменте вдруг просиял:

- Точно, эрху! Это же не просто находка, правда? Это то самое легендарное оружие клана Сун?

- Вроде того, но мы с Линь-Гэ и правда нашли эту эрху на задании.

- Вот это да! - радостно захлопал в ладоши Шэн Юн. - Не думал, что когда-нибудь смогу увидеть её!

Заметив многозначительный взгляд юноши, глава школы вернул себе серьёзный вид, старательно подавляя едва ли не детское восхищение.

- Так вот, вряд ли тебе известно, что защитное поле вокруг ордена Линь было создано при непосредственном участии Сун Гуанли. В основе барьера лежат общие усилия Линь Хуана и твоего отца.

Сунлинь пытался осознать услышанное. Он взял в руки эрху и погладил металлические струны.

- Значит, поддержание барьера основывается на мелодии?

- Верно, - подтвердил Шэн Юн и протянул юноше ноты. - Необходимо изучить это как можно быстрее. Дай мне свой жетон.

Юноша протянул ему подвеску. Глава школы одной рукой сложил ручную печать и двумя пальцами начертил заклинание поверх таблички с названием ордена.

- Теперь твой жетон имеет высший допуск. Ты сможешь узнавать, когда барьер подвергается попыткам вторжения, а так же держать связь со мной. А теперь сам план действий.

Согласно плану, Сунлинь должен был изучить мелодию и ждать сигнала от Шэн Юна, который будет означать, что ему требуется подмога. Им необходимо было действовать как можно более аккуратно и незаметно, чтобы кроме них, никто не узнал о вторжении, дабы не посеять панику среди учеников и адептов.

Шэн Юн наложил на пики Саншань и Ушань два дополнительных защитных барьера, не пропускающих звуки извне. Единственным способом узнать,что происходит снаружи было следить за жетоном.

Справившись с изучением мелодии для укрепления барьера, Сунлинь принялся ждать. Он откинулся на подушку и надел на палец подвеску с жетоном, рассматривая иероглиф на нефритовой табличке.

"Возможно ли, что этот иероглиф неспроста присутствует в моём имени? Какие отношения связывали моего отца с отцом Линь-Гэ?" - размышлял Сунлинь, когда заметил, как иероглиф стал светиться красным, будто раскаляясь.

Это означало, что кто-то потревожил барьер извне. Но юноша не спешил, так как его задачей было дождаться сигнала от главы школы.

***

Шэн Юн прогуливался взад вперёд по мосту Восхождения, когда его жетон сообщил о попытке вторжения. Он тут же выпустил три духовных огонька, осветив вход в орден.

- Приветствуем, у вас тут обитает молодой господин, который задолжал нам одну несущественную мелочь, - вышел вперёд один из заклинателей. Как и у его спутников, его лицо было скрыто чёрной тканью.

- Вход в орден закрыт для посторонних.

- Весьма негостеприимно, - покачал головой мужчина.

Он махнул рукой и его спутники начали одновременно воздействовать на барьер. Шэн Юн не растерялся и сразу же приступил к игре на сюне.

- Благодарю за прекрасное музыкальное сопровождение, - похлопал ему мужчина, остававшийся сторонним наблюдателем.

Шэн Юн, кроме него, насчитал более двух десятков человек. Исходя из степени повреждаемости барьера, глава школы сделал вывод, что никто из них не был особо выдающимся заклинателем. Но об их предводителе он ничего сказать не мог и справедливо опасался, что тот может оказаться довольно сильным противником.

Когда мужчина увидел, что попытки его подчинённых ослабить барьер ни к чему не приводят, он лениво вышел вперёд и сложил ручную печать. Мощный поток разрушительной энергии обрушился на барьер, который, казалось, должен был тут же рассеяться. Но Шэн Юн вкладывал в мелодию столько духовных сил, что ему удалось сохранить крошечную долю от первоначальной мощи барьера.

Он дотронулся до жетона и передал в него немного энергии. Иероглиф тут же засветился жёлтым, что означало, что у Сунлиня также должен был среагировать его жетон.

Сосредоточенно удерживая внимание на игре, глава школы вдруг услышал:

- Молодой господин Сун, давно не виделись! - весело поприветствовал показавшегося Сунлиня не прекращающий разрушать барьер мужчина в маске. - Я оценил твой хитрый ход с подменой эрху.

- Я ничего не подменял намеренно, - соврал подошедший к Шэн Юну юноша. - Тебе просто не повезло.

Сунлинь достал эрху и присоединился к игре своего наставника. Тут то он и понял, что все слова о мощи этого инструмента не были просто словами.

По мере того, как юноша увеличивал количество вкладываемой духовной силы, барьер восстанавливался всё быстрее, пока не начал приобретать чёткие контуры, становясь видимым и излучая яркий свет, ослепивший всех присутствующих.

- Кажется, уже хватит, Сунлинь, - Шэн Юн положил руку юноше на плечо, другой рукой прикрывая глаза.

Сунлинь с восхищением смотрел то на барьер, то на эрху.

"Неудивительно, что она была заперта почти всё время. С помощью этой эрху сильный заклинатель запросто сможет уничтожить какой-нибудь орден, просто забавляясь со смычком."

- Я предлагаю вам два варианта, - сказал Сунлинь, подойдя вплотную к барьеру. - Либо вы уходите сами, либо моя Лю Е с вами поиграет.

После этих слов он извлёк из эрху пару нот. Из ножен на его поясе тотчас вылетела сабля, угрожающе направленная в сторону одетых в чёрное заклинателей.

Заклинатели в масках попятились, не желая иметь дело с юношей, что вмиг залатал барьер, да так, что стало лучше, чем было. Их предводитель выругался и скомандовал отступать, напоследок бросив:

- Глава ордена Линь с сыном смогли скрыться, но это ненадолго. Скоро на твоей совести появится пара трупов.

От услышанного у Сунлиня всё внутри перевернулось. Лицо юноши приобрело свирепое выражение и он закричал:

- Если хоть волос упадёт с его головы, я сотру в порошок каждого, кто будет к этому причастен, не оставив ни одной ничтожной душонки!

Шэн Юн подошёл к Сунлиню и по-отцовски приобнял его. Когда юноша пришёл в себя и успокоился, глава школы осторожно спросил:

- Ты правда собирался атаковать их этой техникой? Ты же только начал её изучать.

- Учитель, по правде, всё, что я пока могу - это заставлять Лю Е парить в воздухе и плавно перемещаться, - Сунлинь издал нервный смешок, - я надеялся, что их напугала мощь мелодии, восстанавливающей барьер.

- Рискованно, но риск оправдан, - Шэн Юн одобрительно похлопал юношу по плечу.

- Нужно разыскать Линь-Гэ, - с выражением крайнего беспокойства на лице сказал Сунлинь.

- Он уже не маленький мальчик, к тому же, с ним Линь Хуан. С ними ничего не случится.

***

- Кто-нибудь знает, что это было ночью? - спросил Мин Юань, когда юноши собрались за завтраком в столовой.

- А что было? - с деланным равнодушием спросил Сунлинь.

- Вдруг стало так светло, будто день на улице, а со временем свет исчез, - оживлённо размахивал руками Сяо Лян. - Белые одежды, выглядишь уставшим, всё в порядке?

- Не спалось, - бросил в ответ юноша в белом.

"Ещё бы, полночи караулить у жетона, а остальные полночи ослаблять барьер на пару с наставником Шэном".

- Ах да, сегодня занятий не будет, - вспомнил Сунлинь. Шэн Юн после бурной ночки приписал себе здоровый дневной сон и медитацию, так что юноши были свободны.

Сяо Лян заметно повеселел:

- Чем займёмся?

- Я буду спать, - поспешно ответил Сунлинь, желая выйти из поля зрения озорного шиди.

- Какой же ты зануда! Ван Куана не будет ещё пару дней, Мин Юаня нагрузили свитками для изучения. Фэн Инь, Дин Лэй?

Юноши переглянулись и синхронно отрицательно замотали головой. Однажды, согласившись провести свободное время в компании Сяо Ляна, всё закончилось тем, что они поцеловались.

- Потому что нельзя играть со мной в сянци на желания! Все знают, что в этой игре мне нет равных, и что я сплю и вижу, как бы на пике Саншань появилась вторая парочка влюблённых юношей, - невинно объяснял Сяо Лян. - Парные свидания с обычной парой - пытка какую поискать.

- Шиди Лян, может тебе просто заняться медитацией? - предложил Мин Юань.

- У меня есть идея получше, - Сяо Лян перевёл взгляд на Сунлиня и коварно улыбнулся. - Что насчёт того, чтобы научить меня играть "Певчие цикады даруют вечную жизнь"?

- Откуда ты?.. - удивлённо вопросил юноша в белом. - Линь-Гэ тебе обо всём, что ли рассказывает?

- Ну... в общем-то, да, - подмигнул ему Сяо Лян.

Сунлинь ужаснулся, а затем даже проникся уважением к этому юноше. При всей своей осведомлённости он держал язык за зубами, иначе Мин Юань бы точно не молчал, узнав все подробности его личной жизни.

- Зачем тебе эта мелодия? - спросил Сунлинь, впустив Сяо Ляна в свою комнату, смирившись, что сон ему в ближайшее время не светит.

- На будущее, - улыбнулся Сяо Лян и в очередной раз ему подмигнул.

"Линь-Гэ, что ты там ему наговорил?"

- Давай ты попробуешь её на мне, - Сяо Лян достал из рукава пузырёк. - Если что, "успокоительное" я прихватил.

Сунлинь обречённо ударил себя рукой по лбу, вздохнул и взял в руки эрху.

- Хорошо, я сыграю. Но, пожалуйста, ты уж сразу выпей настойку, как что-то почувствуешь.

Юноша в белом стал исполнять мелодию в точности как ранее играл для Линь Сюя, используя то же количество духовной силы.

- Я чувствую, как возрастает физическая и духовная сила, - радостно воскликнул Сяо Лян.

Спустя минуту ничего не происходило. Сунлинь продолжал играть и сам понял, что, кроме прилива сил, с юношей больше не происходит никаких изменений.

Он отложил инструмент и принялся прокручивать в памяти ноты.

- Я играл в точности как тогда, - задумчиво потирая подбородок, сказал Сунлинь.

- У меня два варианта. Либо ты всё-таки тогда сыграл что-то не так, либо это не было связано с мелодией, - так же задумчиво произнёс Сяо Лян.

- Снова ты за своё? Ещё скажи, что у Линь-Гэ встал просто так! - закатил глаза Сунлинь.

- Ну почему просто так? На тебя, конечно, - Сяо Лян не заметил, как у него вырвались эти слова. Он тут же испуганно прикрыл рот рукой.

- Что ты только что сказал? - юноша в белом схватил Сяо Ляна за плечи, не давая тому увернуться и глядя ему прямо в глаза.

Сяо Лян нервно сглотнул. Он понял, что ему не отвертеться и стал лихорадочно подбирать слова. Но от волнения всё в голове смешалось и он только и мог, что сидеть и невинно хлопать глазками. Но Сунлинь не собирался его отпускать. Он терпеливо ждал ответа.

- Ты же знаешь, я вечно болтаю всякое, - нервно засмеялся юноша. Ещё вчера он был готов выдать Линь Сюя с потрохами, но под пристальным взором Сунлиня его смелость испарилась.

- Он что-то тебе говорил насчёт меня? - спросил юноша в белом. Он так крепко сжимал плечи Сяо Ляна, что тот вскрикнул:

- Белые одежды, я всё скажу, только отпусти!

Сунлинь тут же ослабил хватку, но не отодвинулся и продолжал сверлить Сяо Ляна взглядом. Он решил во что бы то ни стало выведать у него то, что ему известно.

- Сун-сюн, Линь-Гэ, в общем... Он относится к тебе не совсем как к младшему брату... - осторожно начал Сяо Лян.

- Продолжай.

- Зачем тебе это слышать? Ты сам сказал ему, что он для тебя не более, чем старший брат! - не выдержал Сяо Лян.

- Я соврал! - заорал Сунлинь.

Воцарилась тишина, в которой Сяо Лян потерял дар речи, мысленно сходя с ума от ликования, а Сунлинь медленно осознавал, что впервые вслух рассказал кому-то о наличии чувств к своему шисюну.

- Но зачем? - наконец произнёс Сяо Лян.

- Чтобы он и дальше мог нормально себя чувствовать рядом со мной. Я был уверен, что он не такой, - тихо сказал Сунлинь.

- Да вы оба сказочные идиоты, - расхохотался Сяо Лян.

Сунлинь удивлённо покосился на юношу.

- Он тебя прямо спросил о твоих чувствах. И ты сказал, что у тебя нет никаких чувств! Ты думал, после такого он тебе признается?

Юноша в белом осел на пол и зарылся лицом в свои ладони:

- Но я хотел как лучше. Линь-Гэ всё равно женится на дочери главы ордена Юэ, к чему ему мои чувства?

- Ты думаешь, узнай он, что его чувства взаимны, смирился бы с этим браком? Тогда ты и правда дурак, каких поискать. Но не переживай, твой Линь-Гэ не умнее. Два сапога - пара! - Сяо Лян схватился за живот, досмеявшись до коликов.

- Мне нужно срочно его разыскать! - Сунлинь вылетел из комнаты так стремительно, что Сяо Ляна едва не сдуло волной всколыхнувшегося воздуха.

"Линь-Гэ, надеюсь, ты меня за это не убьёшь", - думал юноша, покидая комнату Сунлиня.