Глава 8. Тёплый сандал и холодный лотос, белое золото и голубой нефрит

В комнате сидела женщина исключительной красоты в струящемся шелковом платье небесного цвета и играла на эрху*. Рядом с ней сидел мальчик, завороженно следя за каждым движением её изящных пальцев и смычка янтарными, как и у его матери, глазами.

* струнный смычковый инструмент с двумя металлическими струнами. Как выглядит и звучит эрху можно посмотреть здесь: https://youtu.be/AVXejOoPECA

https://www.youtube.com/watch?v=AVXejOoPECA

- Линь-эр, теперь ты, - женщина ласково погладила мальчика по щеке и передала ему инструмент.

Сунлинь одной рукой взял смычок и медленно стал водить им по струнам, другой рукой стремясь повторить движения матери.

- У тебя получается всё лучше и лучше! - она тепло улыбнулась и зааплодировала. - Эту мелодию я придумала сегодня утром. Она называется "Песнь соснового леса".

Мальчик удивлённо поднял взгляд:

- Но это же...

- Твоё имя, - увидев его реакцию, женщина звонко засмеялась. - Почему бы мне не сочинить мелодию для сына. Нравится?

- Очень, - Сунлинь отложил инструмент и обнял мать.

Она пахла белым сандалом и голубым лотосом, так как очень любила эти благовония. В её комнате всегда витал тёплый и сладкий аромат сандала, переплетающийся с холодным и освежающим лотосом, как огонь и лёд, свет и тьма, инь и ян.

- Госпожа Лу, молодой господин Сун, глава Сун ожидает вас, чтобы отобедать, - сообщил вошедший в комнату прислужник.

- Спасибо, мы как раз закончили, - Лу Сюин взяла Сунлиня за руку и они направились на улицу, где, в окружении цветущих кустарников дерена* за уже накрытым столом их ждал Сун Гуанли.

* китайский дерен (дерен Коуза)

- Моя госпожа, Линь-эр, - с улыбкой поприветствовал жену и сына глава ордена Сун.

Они были очень дружной семьёй. В отличии от многих орденов, где зачастую браки заключались в политических целях, Сун Гуанли и Лу Сюин действительно любили друг друга.

Будучи молодым главой ордена Сун, Сун Гуанли повстречал свою будущую жену в одной таверне, где она зарабатывала на жизнь игрой на пипе. Её тонкие пальцы, искусно перебирающие струны, и невероятно притягательный голос с тех пор и до самой смерти волновали его тело и душу.

Клан Сун неспроста носил эту фамилию. С самого основания их главным искусством и оружием было музицирование. Лу Сюин со своим природным талантом как нельзя лучше подходила на роль жены главы ордена Сун, потому родители Сун Гуанли не препятствовали их свадьбе.

Вскоре у них появился прекрасный мальчик, унаследовавший красоту и музыкальный талант от матери, а мощный духовный фундамент - от отца. Сунлинь рос в любви и заботе, ни в чём не нуждаясь, при этом был сострадательным и незаносчивым. Его судьба была предопределена - стать главой ордена Сун и прославиться на весь мир.

Но такое положение дел не устраивало другие ордены, особенно орден Юэ, который не хотел уступать своё первенство.

Однажды глава ордена Юэ, заручившись поддержкой своего названного брата Линь Хуана, вызвал Сун Гуанли к себе во дворец:

- Как главенствующий орден, мы весьма обеспокоены. Создаётся впечатление, что орден Сун намерен изменить положение дел в иерархии мира заклинателей, - Юэ Сучжоу был, как всегда, вежлив, но его глаза сверкали недобрым огнём.

Линь Хуан сидел рядом с главой Юэ и изредка кивал в знак согласия.

- Уважаемый глава Юэ, я могу вас заверить, что орден Сун никогда не ставил перед собой подобных целей, - Сун Гуанли вложил правый кулак в левую ладонь и поклонился. - Напротив, мы всецело преданны главенствующему ордену.

Когда глава ордена Сун вернулся из дворца главы Юэ, он не мог скрыть досаду.

- Всё в порядке? - обеспокоенно спросила мужа Лу Сюин.

- Надеюсь, что мы пришли к согласию, - устало опустился на кровать Сун Гуанли.

В ту ночь Сунлиню не спалось. Он ворочался из стороны в сторону и хотел было выйти подышать свежим воздухом, как в комнату вбежала взволнованная Лу Сюин:

- Линь-эр, скорее! - она схватила его за руку и потащила прочь из комнаты.

- Что случилось? - на бегу спросил мальчик.

Лу Сюин не ответила, продолжая бежать. Они остановились у камина, из которого она стала обеими руками выгребать золу и обмазывать лицо и одежду мальчика.

- Так тебя никто не узнает. Слушай меня внимательно, - серьёзно посмотрела она на сына, - никому не раскрывай свою фамилию, не показывай духовную силу и умение игры на эрху.

- А как же ты? - глаза Сунлиня начали наполняться слезами. - Где отец?

- На нас подло совершили нападение, - в её голосе послышалось отвращение, - отец сейчас сражается, но силы не равны. Я отправлюсь ему на подмогу, а ты уходи и не смей возвращаться, пообещай мне!

- Мама! - закричал Сунлинь и бросился ей на шею. По щекам обоих безостановочно текли слёзы.

Сунлинь всё понял. Он не мог попросить её убежать с ним и оставить отца, как и не мог ослушаться и остаться с родителями. Он ничем не мог помочь, кроме как попытаться выжить. Тогда он поклялся:

- Мама, я обещаю, что выживу и отомщу!

Лу Сюин поцеловала мальчика в лоб и велела бежать. Сама же, выхватив из-за пояса кинжал, бросилась в противоположную сторону.

Сунлинь покинул дворец и обнаружил на пути множество скрывающих лица заклинателей в чёрных одеждах с мечами наготове.

- Следите, чтобы никто из клана Сун не сбежал!

Мальчик тут же нырнул в кусты и затаил дыхание. Он не знал, как пробраться за ворота, оставшись незамеченным, потому решил рискнуть и просто бежать напролом.

- А ну стой! - заметив беглеца, крикнул один из вторженцев. Он схватил мальчика за руку и поднёс фонарь к его лицу. Сунлинь, мало того, что был с ног до головы в саже, так ещё и без верхних одежд.

- Сопляк какой-то, беги отсюда, если жить хочешь! - мужчина отшвырнул его и сказал остальным:

- Какой-то мелкий слуга, нечего и руки марать.

Не веря в своё везение, Сунлинь со всех ног поспешил прочь. Неизвестно, сколько он бежал по улицам, когда по всей округе разнёсся пронзительный звон колокола. Заспанные люди один за другим повыходили на улицу, чтобы выяснить, что стряслось.

Вскоре до Сунлиня донеслось:

- Пожар!

- Где?

- Дворец нашего господина горит!

Мальчик тут же развернулся и побежал обратно. Подойти близко не представлялось возможным, так как весь дворец охватило пламя и жар чувствовался уже на расстоянии нескольких десятков метров.

Сунлинь мог просто стоять и смотреть, как огонь поглощает его дом, семью и всю его жизнь.

Три дня он бродил, не разбирая дороги, спал, где придётся, не ел и почти не пил, пока не добрался до деревни, где встретил своего спасителя.

***

С тех пор, как Линь Сюй обнаружил обгоревший листок с нотами и текстом песни, он почти всё свободное время проводил за изучением хроник. Свою находку юноша решил оставить при себе, опасаясь, что она попадёт не в те руки.

Он выяснил, что у главы ордена Сун действительно был сын того же возраста, что и Сунлинь, только во всех хрониках он значился просто молодым господином Суном, без упоминания имени. К тому же, согласно записям, весь род клана Сун погиб в том пожаре.

Единственным способом узнать правду было спросить об этом у самого мальчика.

Но мог ли Линь Сюй позволить себе задать ему этот вопрос? Когда юноша застал распивающих вино Линь Хуана и Юэ Сучжоу, он услышал часть их разговора, из которого было ясно, что его отец в какой-то степени виновен в смерти предполагаемых родителей Сунлиня.

Линь Сюй оказался в безвыходном положении. Он искренне хотел помочь мальчику докопаться до истины, но в то же время очень боялся, что из-за его родства с Линь Хуаном он потеряет Сунлиня навсегда. Остался бы мальчик в ордене, приложившем руку к уничтожению его семьи?

В конечном итоге, Линь Сюй пришёл к выводу, что пока не стоит тревожить Сунлиня. В какой-то степени, он поступал эгоистично из страха вновь остаться одному.

Вскоре срок его обучения в школе ордена Юэ подошёл к концу и он отправился домой.

Сойдя с повозки, Линь Сюй вдохнул свежий горный воздух, по которому очень скучал, пребывая в духовной школе, находящейся в суетливой столице. Орден Линь же всегда был тихим и безмятежным, будучи в отдалении от людских поселений.

Юноша преодолел три моста и, дойдя до пика Саншань, слегка замедлился.

"Интересно, где сейчас Сунлинь?" - подумалось ему. Он миновал все здания, но было уже поздно и все ученики и учителя находились внутри. Путь к мосту Скорби пролегал через тренировочные поля, обычно, также пустующие в такое время.

Однако, в этот раз там кто-то отрабатывал удары. В темноте было сложно рассмотреть, как выглядел ученик, но его стиль был весьма хорош. Юный заклинатель управлялся с мечом, будто это было продолжение его руки. И меч этот не был обыкновенным. Лезвие, окутанное лёгким свечением выдавало в нём духовное оружие.

"Значит, кто-то из старших", - сделал вывод Линь Сюй, и хотел было пойти дальше, но ученик вдруг окликнул его.

- Эй! Шиди Юань, если ты снова пытаешься напугать меня, я тебе это с рук не спущу! - услышал он разгневанный, но глубокий и приятный голос.

Линь Сюю он был незнаком, и в то же время казался слишком знакомым. Юноша несколько растерялся и остался стоять на месте, пока к нему на всех парах нёсся взвинченный ученик.

Находясь вплотную, они всё еще не видели лиц друг друга. Но незнакомец, казалось, слегка опешил, поняв, что обознался. Тогда Линь Сюй сотворил голубовато-зелёный духовный огонёк и растерялся окончательно.

- Линь-Гэ? Когда ты вернулся? - услышал он радостный голос.

Перед ним стоял Сунлинь, но он был уже не таким тощим и вырос почти на 4 цуня*, с тех пор, как Линь Сюй видел его последний раз.

* 1 цунь = 3,33 см

Ещё пара цуней, и они сравнялись бы в росте. Лицо Сунлиня, сохранив утончённость, стало больше походить на лицо юноши.

- А-Линь? - только и смог вопросить Линь Сюй.

Услышав голос юноши, Сунлинь тут же заключил его в объятия. Линь Сюй ясно почувствовал, насколько возросла сила мальчика за этот год.

- Ты сформировал золотое ядро, - Линь Сюй одобрительно кивнул на духовное оружие, - в четырнадцать лет, как и говорил наставник Шэн.

- Он сказал, что ты сформировал своё в том же возрасте, так что хвастаться перед тобой мне нечем, - сказав это, Сунлинь, рассмеялся вголос и добавил:

- Кроме этого меча, конечно.

После непродолжительной паузы мальчик продолжил:

- Если пойдём ко мне в комнату, сможешь рассмотреть его, как следует.

Линь Сюй ответил:

- Я собирался отнести вещи на пик Сышань...

- Понимаю, - несколько расстроенно протянул Сунлинь.

- Ты мог бы пойти со мной, - предложил юноша.

- Нет проблем! - тут же согласился мальчик и они двинулись в сторону моста Скорби.

Когда они вошли в хижину, Сунлинь сразу же зажёг свечи:

- Пока тебя не было, я иногда приходил и прибирался.

- О, спасибо, - одарил его улыбкой Линь Сюй.

Сунлинь же продолжил хозяйничать, словно это он принимал гостя, а не наоборот.

- Я бы и сам мог... - начал было юноша, но мальчик тут же усадил его за стол и подал чай.

- Ты ведь с дороги, устал небось, - заботливо сказал он.

Линь Сюй, спустя год, снова ощутил в своей душе тепло. Пусть и взрослее, но это был всё тот же его маленький братик Сунлинь, только силы и уверенности прибавилось и теперь он почти не походил на ребёнка. Сунлинь же разницу между шестнадцатилетним и семнадцатилетним Линь Сюем не ощущал вовсе.

Мальчик протянул юноше своё духовное оружие и тот осторожно вынул его из ножен.

Это оказалась сабля люедао*, с чрезвычайно тонким и острым лезвием, изящными ножнами и рукоятью из голубого нефрита, украшенными паутиной белого золота.

* "Сабля ивового листа" - длинная, односторонне заточенная сабля, с искривленным лезвием и рукоятью, и довольно длинным острым жалом.

(прим.: Иллюстрации для ознакомления с формой орудия).

Линь Сюй провёл пальцами по холодному металлу и в его памяти всплыл его собственный меч, находящийся в личной оружейной Линь Хуана.

- Как ты её назвал? - спросил юноша.

- Раз уж это сабля ивового листа, я просто дал ей имя "Лю Е*", - смущённо почесал затылок Сунлинь.

* 柳叶 (liǔ yè) - ивовый лист

- Мне нравится. Думаю, эту саблю, как и её обладателя, ждёт большое будущее. Когда-нибудь и я покажу тебе свой меч, - пообещал Линь Сюй, возвращая оружие мальчику. Сунлинь с улыбкой кивнул и вложил саблю в ножны.

***

На следующее утро, по просьбе наставника Шэна, Сунлинь прибыл на пик Сышань.

У хижины его уже ждали Шэн Юн с Линь Сюем.

- Что ж, - начал учитель Шэн, - так как Линь Сюй не может посещать пик Саншань, наши уроки будут проходить здесь.

Линь Сюй виновато улыбнулся, Сунлинь же кивнул учителю, а юноше жестом показал, что всё в порядке.

- За этот год Сунлинь многому научился, а что насчёт тебя? - обратился наставник к юноше.

- Ну... Я отлично натренировался переписывать тексты, - сдерживая смех, ответил Линь Сюй, - да и с деревяшкой вместо меча разве смогу я угнаться за своим шиди?

Наставник Шэн забрал у Сунлиня Лю Е, взамен протянув деревянный меч:

- Так вы будете на равных. А теперь покажите мне, на что вы способны.