Глава 30. Никаких жалоб(18+)

Несколько лет назад Арванд наконец получил долгожданный отпуск, и они сбежали от суеты столицы в небольшой городок на море. Вельф тогда в шутку обронил, что именно в таком месте хотел бы прожить с Арвандом много лет, пока они не превратятся в двух дряхлых ворчливых стариков. Они долго гуляли, и Арванд спрашивал про каждый увиденный особняк, нравится он Вельфу или нет. Вельф легкомысленно оценивал каждый из них, воспринимая разговор как игру, но рядом с одним из домов он ненадолго остановился, разглядывая каждую его деталь. Дом ему по-настоящему понравился, заставляя всерьез задуматься о том, что поселиться у моря вдали ото всех — действительно хорошая мысль.

Со временем Вельф забыл о том разговоре. Но не Арванд.

Вельф внимательно посмотрел на человека, который с завидным упорством пытался довести его до сердечного приступа и почти достиг успеха на этом поприще. Он был безудержным, — а подчас казался и безумным, — противоречивым и непокорным. Если его наполнял азарт погони, то он легко забывал о безопасности и здравом смысле — поэтому Вельф так просил его оставить службу в Корпусе. Каждое новое дело, порученное Пограничным стражам, заставляло его волноваться за Арванда. Но тот неизменно уверял его, что вернется невредимым — и неуклонно выполнял обещание.

Он же был чутким и заботливым, преданным и любящим, помнил все привычки и предпочтения Вельфа. Он купил этот дурацкий дом, лишь однажды услышав его слова. Даже его недавняя выходка была связана с желанием оправдать Вельфа, навсегда смыть с его имени несправедливое обвинение.

Убери из него хоть одну черту — и он бы перестал быть Арвандом, давно и безгранично владевшим сердцем Вельфа.

После недолгого молчания он тихо спросил:

— Как далеко ты пойдешь ради прощения?

— Сделаю все, что пожелаешь, — тут же встрепенулся Арванд, крепче сжимая его руку. — Проси меня о чем угодно, я готов на все.

— На все? — протянул Вельф. — Потом не откажешься от своих слов?

— Ты знаешь, что нет. Проверь прямо сейчас.

— В таком случае, — его глаза странно сверкнули. — Ближайший час ты беспрекословно выполняешь мои просьбы и терпишь все, что я с тобой сделаю. Никаких жалоб и сопротивления. Выдержишь — и мы продолжим разговор о твоем прощении.

Арванд медленно кивнул, не до конца представляя, что мог задумать Вельф, и совсем растерялся, когда услышал:

— Иди в спальню. Я приду через пять минут.

Он не заставил себя ждать и вошел в спальню Арванда, неся в руках шкатулку, которую Арванд видел впервые. Сел на край кровати, открыл — и Арванд с любопытством стал разглядывать ее содержимое. На белой бархатной обивке лежали две красных веревки, красная плотная лента и маленькая голубая коробочка с эмблемой «Запретной чаши». Арванд раскрыл ее и обнаружил там два кубика льда. Брови Арванда поползли вверх:

— Вельф, чему ты вообще учился у мадам Кибуру?!

— Я напомню. Не сопротивляйся. А еще лучше замолчи.

Арванд обреченно вздохнул. Позже он обязательно поговорит о новой страсти Вельфа перематывать его, как подарок на Рождество, при первой удобной возможности. Но пока он позволил Вельфу делать с ним все, что вздумается. Тот же крепко привязал Арванда, который смотрел на него, задержав дыхание, к спинке кровати и закрыл ему глаза лентой. Кадык Арванда нервно дернулся.

После этого Арванд в полной мере испытал, почему Вельфа впредь ему лучше не злить никогда и ни при каких обстоятельствах. Он удерживал Арванда на тонкой грани между мучением и удовольствием, пользуясь тем, что все чувства Арванда сейчас обострились в несколько раз. Стоило лишь ему услышать, что Арванд застонал громче, возбужденнее — он тут же отстранялся. Не говоря ни слова — а потом начиная свою пытку сначала. Менял ритм, силу прикосновений, ловко управляясь с кубиками льда.

Арванд выгибался Вельфу навстречу, его спину словно пронзали ледяные иглы. Он хотел схватить Вельфа, крепко сжать его в объятиях, но ему оставалось лишь беспомощно погружаться в незнакомые и безумные ощущения.

Стоны Арванда больше походили на всхлипы, он тянулся к Вельфу за поцелуями, но тот уверенно каждый раз откидывал его на кровать. И для Арванда невозможность прикоснуться к нему была худшим из наказаний.

Когда Вельф наигрался с ним, то стянул с глаз Арванда повязку и начал медленно перед ним раздеваться, на отводя взгляда. Глаза Арванда болезненно сверкали, в них появились красные прожилки, а в уголке одного из них Вельф заметил слезу. У Арванда от происходящего пересохли губы, его скулы напряглись и он несколько раз судорожно сглотнул. Вид желанного, обожаемого, такого близкого и одновременно такого далекого сейчас от него тела, особенно манящего в мягком вечернем свете, пустил его сердцебиение в галоп. Его не успокоил даже холодный голос, которым Вельф спокойно произнес:

— Я хочу чтобы ты понял, каково это. Когда ты хочешь удержать того, кого любишь больше всего на свете, но не можешь этого сделать.

Когда он перешел к финальной части этого своеобразного наказания, Арванд едва не сошел с ума. Его взгляд окончательно затуманился, но он не отводил его от спины Вельфа, которая раскраснелась и покрылась мелкими каплями пота. Его волосы покачивались в разные стороны, он слегка запрокинул голову назад — но не издавал ни звука. Арванда чувствовал себя так, словно Вельф был пламенем, которое вот-вот испепелит его тело, сердце и душу. И он готов был добровольно пойти в это пламя, сгореть в нем, чтобы потом возродиться в руках любимого человека.

На несколько мгновений ему действительно показалось, что жар Вельфа сжег его дотла.

Арванда колотило, он содрогался всем телом, по его лицу бежали слезы. Никогда его ощущения не были настолько чудовищными в своей силе, погребающей под ней.

Тяжело дышавший Вельф оперся на руки, пытаясь унять головокружение, и через пару мгновений щелкнул пальцами. Веревки с рук Арванда упали, и он как безумный бросился на Вельфа. Схватил за волосы, начал целовать и покусывать спину. Он оставлял на нежной коже следы, будто дикий зверь, неспособный насытиться добычей.

Арванд, крепко держа его за талию, провел языком вдоль позвоночника от поясницы до затылка, слегка прикусил его шею и усадил на колени. Одна его рука блуждала по телу Вельфа, а второй он схватил его подбородок, разворачивая к себе и втягивая в агрессивный, ненастный поцелуй, вторгаясь в его рот глубже и глубже.

— Я хочу сходить от тебя с ума до конца жизни, – оставив истерзанные губы в покое, наконец прошептал Арванд. – Прости, умоляю.

— Люби меня. Так сильно, как можешь. И я смогу тебя простить.

Арванд притянул к себе покрывало и укутал в него разомлевшего Вельфа, держа его на руках, прислонившись к его лбу своим.

— Я клянусь, что больше ничего подобного не повторится.

— Лучше бы тебе сдержать клятву. Других шансов я тебе не дам.

Вельф обвил руками его шею и зарылся носом в волосы. Арванд крепче прижал его к себе в ответ.