Глава 18. Попалась

Валлен откинулся в кресле и внимательно разглядывал Арванда. Он сильно пожалел, что не может навсегда запечатлеть его выражение лица — в нем смешалось смущение, возмущение и растерянность. Такого Командира Кольвэна Стайнс видел первый — и, скорее всего, единственный, — раз и точно мог сказать: что бы там не натворил Вельф, оно точно того стоило. От его взгляда Арванд начал беситься и рыкнул:

— Вместо того, чтобы пялиться, дай мне карту города и поисковой кристалл.

— Арванд, не сердись. За годы, что я тебя знаю, мне выпала уникальная возможность увидеть тебя в подобном состоянии. С трудом могу представить, как ты мог оказаться в подобной ситуации. Это забавно.

— Забавно? — улыбка Арванда расплылась во все лицо. — Я бы посмотрел, как ты будешь забавляться, если он шутки ради усеет твой стол пылью и обрывками бумаги.

Валлен позеленел, побледнел, замолчал и пошел доставать то, что просил Арванд. Он с ужасом представил описанную Командиром картину, по его спине скатилась пара капель холодного пота.

С самого детства лорд Стайнс Валлен был патологическим чистюлей. Он ненавидел грязь, пыль и хаос — единственным исключением был сам Арванд, который компенсировал наличии хаоса в жизни Стайнса за все предыдущие годы. Все бумаги на столе Валлена лежали в строгом порядке, крой одежды был идеальным, а стоило оказаться на ней самому маленькому пятнышку грязи, Стайнс тут же переодевался — даже в его кабинете у него всегда были минимум три запасных костюма.

Это началось, когда ему было восемь. В семье Валленов появился долгожданная маленькая дочь, о которой давно мечтали. Восторгу маленького Стайнса не было предела. Он разглядывал смешные маленькие наряды, с любовью постоянно забегал в отремонтированную для сестренки детскую, гладил ее игрушки. Стайнс представлял, как будет играть с ней, учить кататься на пони, а потом защищать от надоедливых ухажеров. Мальчик был убежден, что такие обязательно будут: он же видел на балах, сколько людей вьются вокруг красавиц, а кем могла быть его сестра, как не самой главной красавицей?

В день ее рождения в фамильном особняке Валленов царила радостная суматоха, его отец счастливо улыбался — и даже слуги, которым он разрешил оставить работу пораньше, устроили праздничный ужин. Стайнса много раз целовали в его пухлые щеки, обнимая и кружа мальчика, которого переполняло счастье.

Праздник быстро сменился хаосом. Малышка заболела, когда ей было всего полтора месяца. По особняку метались прислуга, врачи, старший Валлен — все были обеспокоены. С каждым днем малышке становилось только хуже. Маленький Стайнс искренне хотел помочь — он чувствовал, что в его дом пришло горе. Но мальчика постоянно уводили в его комнату и просили не мешать. Даже его отец, который им так всегда дорожил, перестал обращать на него внимание.

Когда сестренка умерла, в доме воцарилась гнетущая тишина. Родители, казалось, забыли про Стайнса. Он постоянно приходил к отцу с просьбой позаниматься с ним, а к матери — почитать ему книгу на ночь. Родители послушно выполняли его просьбы, но он своим крошечным сердцем чувствовал: ни в одном из этих действий нет настоящей любви к нему.

Любовь в его доме умерла. И сердца его родителей разбиты навсегда.

Он раз за разом вспоминал все, что делал в то время и решил, что виноват именно он. Если бы он не баловался, не наводил беспорядок, который требовал внимания прислуги и родителей, то с сестренкой все было бы в порядке. Ведь он был все таким же шаловливым и шумным мальчиком, который проливал чай на скатерть, не убирал игрушки, пачкал одежду, забывал сложить книги, приставал к конюхам, просил убраться в его комнате, из-за чего на Стайнса тратили время. А могли потратить на то, чтобы внимательнее следить за сестренкой, предупредить ее болезнь.

И Стайнс решил, что если все и всегда будет держать в порядке, то родители смогут его вновь полюбить — а он искупит вину перед маленькой сестренкой. Рядом с ним не оказалось никого, кто мог бы утешить его, донести до его наивного детского ума простую истину: он ни в чем не виноват. Ему не надо отвечать за события, на которые он никогда не смог бы повлиять — и за чувства других людей.

Спустя много лет он посетил много врачей Регандра. Раскрывал и лечил душу, всю жизнь носившую в себе ядовитое жало самоуничижения. Он наконец перестал себя винить. Но привычка все содержать в порядке осталась.

Поэтому он за считанные секунды нашел то, что просил Арванд, и передал.

— Что ты хочешь сделать?

— Найти Хильду Бойт. — Арванд достал из кармана шелковый лоску. Увидев немой вопрос в глазах Стайнса, пояснил, — Мадам Кибуру передала нам ее шарф, он поможет ее отследить.

Арванд аккуратно протер кристалл шарфом и начал водить им над картой. Пару минут кристалл произвольно колебался в разные стороны, пока не упал в лес на краю города.

— Мы сейчас поедем к ней? — откликнулся Вельф на находку.

— Через несколько часов еще раз проверим, где она. Если место не изменится, то пойдем туда. А сейчас давайте домой, наверняка Мерул уже нас ждет. И мне, — Арванд поморщился, — надо переодеться. В этой одежде мне теперь неуютно.

Вельф почувствовал укол вины. Кажется, он действительно перегнул палку.

Арванд первым ушел в портал, а Валлен придержал Вельфа за локоть.

— Господин Дарион, от лица Корпуса я выражаю вам благодарность. Полюбоваться таким Командиром Кольвэном — дорогого стоит.

— Ну что вы. Я и сам получил большое удовольствие. Да и сами понимаете, иногда ему не повредит подчиниться. Не мог упустить такую возможность.

Стайнс согласно кивнул. Арванд был одним из самых буйных людей, которые встречались Валлену. Командир не признавал правила и подчинение. Он был безрассудным, смелым и отчаянным. Будь то начальство или смерть — ничто, казалось, не имело над ним власти.

Кроме демона, умудрившегося его связать. И Арванд, который за последний год начал терять сам себя, сегодня словно вернулся в ту жизнь, где его что-то способно сдержать.

Это был всегда и только Вельф.

Размышляя об этом, Валлену оставалось лишь время от времени горького вздыхать.

Мерул встретил их на кухне с вежливой улыбкой, но Арванд не мог не заметить, насколько недовольным был его взгляд. Неудивительно: ему весь день пришлось провозиться с бумагами, вместо того, чтобы побывать в Корпусе и уж тем более в Нижнем мире. Внутри Арванда, который с трудом мог вспомнить, как пишется слово «совесть», проснулось нечто очень на нее похожее. Но ощущение быстро исчезло, потому что Мерул стал себя вести, как обычно. Тараторя, он схватил Арванда за рукав и прозвенел:

— Мастер, я кое-что нашел, — потом нахмурился. — Но вам не понравится. Несколько записей. В целом никаких необычных закупок не было. Но иногда почему-то в дровах появлялась маленькая связка акации. Около пяти раз. И знаете, что меня смутило, — Мерул почесал голову. — Я нашел лавки, где все это было куплено.

— Дай угадаю. Все они принадлежат Феррингтону?

— Как вы узнали?

— Интуиция. Боюсь, что спустя год мы не сможем узнать больше информации. Ясно лишь то, что кому-то отчаянно не хотелось, чтобы я достаточно ясно соображал. — Он повернулся к Валлену и пихнул его локтем в бок. — Друг, напомню тебе, что именно ты прислал мне в качестве помощницы эту даму. Может, все это была твоя затея?

— Арванд, я клянусь, это не я! Ты же знаешь мои требования к слугам, если она попала ко мне в дом, значит, прошла множество проверок. Я помню ее. Она всегда была исполнительной, вежливой, у нее чистейшая репутация.

— Как видишь, не такая уж и чистейшая. Где она сейчас?

— Уволилась полгода назад из-за проблем со здоровьем и уехала в свой родной город на границе. Поверь мне, Арванд, я не причастен.

— Знаю. Для тебя это было бы слишком низко.

— Может, имеет смысл поговорить с ней?

— Никакого. Все выглядит так, словно она случайно ошиблась. Да и как это изменит события годичной давности? Только тратить время, которое у нас сейчас на вес золота. — Он задумчиво прижал палец у губам и спустя минуту выдал неожиданное. — Кстати о времени. Стайнс, сколько дней тебе нужно, чтобы организовать самый шикарный бал Регандра?

— Три. Почему бы ты об этом спрашиваешь?

— Проведи бал через пять дней. — Арванд равнодушно пожал плечами, словно просил о совсем незначительной мелочи. У Стайнса же глаза поползли на лоб. — Нам нужно вытащить туда Феррингтона. Хочу поймать этого ублюдка. Ты сам говорил, что он неравнодушен к красивым праздникам. Так что будь добр, постарайся.

— Запросы у тебя, Арванд, — начал Стайнс, но не закончил мысль.

Потому что на его глазах невероятно выносливый Командир Пограничных стражей упал на сложенные на столе руки и сразу заснул. Стайнс видел такое раньше, но каждый раз подобное производило на него неизгладимое впечатление — настолько редки были эти случаи. Во время службы, когда мозг Арванда работал без остановки, в какой-то момент он просто отключал на пару часов тело, чтобы Арванд мог восстановиться. Точно так же, как сейчас.

На него уставились три пары глаз.

— Может, перенести его в спальню? — прошептал Стайнс. — Спать за обеденным столом не слишком удобно.

— Тогда мы его разбудим. Он это ненавидит. Хуже, чем разбудить Командира Кольвэна, — вздохнул Вельф, — может быть только разбудить его, чтобы признаться в незаконном проникновении в его винный погреб.

Он несколько раз перекатился с носков на пятки, задумчиво разглядывая Арванда, и не удержался от еще одного вздоха. Словно сомневался, не пожалеет ли о принятом решении.

— Я останусь и присмотрю за ним. Меньшее, что я могу сделать после сегодняшнего... Конфуза.

— А что сегодня случилось? — тут же с любопытством спросил Мерул.

— История, — умерил его пыл строгий голос Стайнса, — не для твоих еще пока невинных ушей. Давай сделаем, как говорит господин Дарион. Заодно сами отдохнем. Ты тоже весь день трудился, тебе не помешает.

Спустя пару минут на кухне остались только мирно спящий Арванд и наблюдавший за ним Вельф. Он какое-то время просто молча смотрел на Арванда — а затем сходил в его кабинет за пледом, заодно прихватив для себя книгу, за которой можно было бы скоротать время. Пока он кутал Арванда в плед, тот неожиданно схватил Вельфа за руку и прижал его ладонь к своему лицу.

— Прикоснись ко мне еще раз.

Не открывая глаз, потерся об нее щекой, улыбнулся и прошептал:

— Я так по тебе скучал, — и вновь уснул.

Вельф застыл и долго не убирал ладонь. Он не знал, сколько времени прошло, прежде чем он осторожно, едва заметно погладил щеку Арванда и аккуратно убрал за ухо прядь, которая выбилась из его хвоста. Сел рядом — и терпеливо ждал около полутора часов, пока Арванд проснется.

Когда Арванд наконец зашевелился, Вельф сварил ему кофе. Молча отдал чашку, так же молча принес карту и кристалл, достал обрывок шарфа Хильды и подтолкнул все это к Арванду.

Кристалл упал почти в то же место, которое показал днем.

— Какая постоянная девушка. Вероятно, нашла, где спрятаться, — хмыкнул Арванд. — Где мой подопечный? Нам понадобится его помощь.

Мерул вместе с Валленом нашлись в кабинете, и Арванд без всяких вступлений сразу перешел к делу.

— Место видишь? — Он ткнул в точку на карте. — Отправь нас туда.

— Хорошо, Командир. Господин Дарион, прошу вас, повернитесь ко мне спиной. Может быть немного неприятно, и вас будет немного тошнить, но это быстро пройдет.

Вельф лишь вздернул бровь, но послушно повернулся, встав рядом с Арвандом. Мерул положил каждому мужчине ладонь на спину и прошептал тихое заклинание. Из его рук начал струиться черный дым, обволакивая два высоких силуэта, пока они не скрылись целиком — а затем не исчезли вовсе. Дым послушно потек обратно к хозяину, и Мерул с облегчением вздохнул. Он часто использовал свои силы для Командира, но еще не пробовал телепортацию для двоих людей. Почему-то он был уверен, что все прошло хорошо, и с довольным лицом гордо воззрился на Главу Корпуса.

— Ты не говорил, — Вельф отряхивал брюки после того, как вылез из кучи листьев и мха, — что твой ученик так умеет.

— Он давно не практиковался, — Арванд задумчиво оглядел лужу, в которой стоял. — Я займусь этим, а пока пойдем.

Вельф кивнул, и они принялись за поиски. Лес, в который их привела карта, был огромным. Нигде не было видно хотя бы маленького домика, как и признаков того, что где-то здесь может быть хоть одна живая, кроме них, душа. Они долго шли — и в какой-то момент Вельфу показалось, что они движутся по кругу. Пока Арванд внимательно смотрел под ноги, Дарион оглядывался по сторонам — и, когда в третий раз наткнулся на дерево, которое они точно уже видели, задумался.

Он остановился, присел и прикоснулся к земле, чувствуя неладное. Его пальцы тут же откликнулись на помеченную демоном силу Феникса, и он повернулся к Арванду:

— Только не исп...

В это же время Арванд разжег на ладони огонь и осветил пространство.

— ользуй магию.

Вельф едва договорил, и вокруг них вспыхнул круг ритуала. Они провалились в темноту. Там, где только что стояли двое мужчин, остались лишь следы от обуви.

У девушки на другом конце города вспыхнула небольшая татуировка на запястье. Она оскалилась и злобно прошипела:

— Попалась, птичка.