Лак, гель, воск

Рассвет над Глэйдом в это утро был по-особенному ленивым. Солнце не спешило выходить из-за каменных стен, словно само небо решило дать ребятам лишний час покоя после суматошных дней. Ванесса, однако, не верила в покой. Для «Богини кулинарии» утро начиналось с треска поленьев в печи и глухого стука ножа о разделочную доску.Сегодня на завтрак были пышные оладьи с ягодным сиропом и поджаренные ломтики хлеба. Запах стоял такой, что даже самые ленивые обитатели Глэйда выползали из гамаков, ведомые своими желудками. Ванесса ловко переворачивала оладьи, напевая под нос какую-то мелодию, которую она почти не помнила, но которая казалась ей до боли знакомой.Когда основной поток глэйдеров схватил свои порции и разошелся по столам, Ванесса осталась на раздаче, чтобы навести порядок. У прилавка задержался один из «шанков» по имени Калеб — парень из строителей, который всегда отличался излишней разговорчивостью.-Ванессочка, клянусь, эти оладьи — лучшее, что случалось с этим местом с момента моего приезда, —Калеб облокотился на прилавок, не сводя с Ванессы масляного взгляда. — Знаешь, в лучах утреннего солнца ты выглядишь даже аппетитнее, чем твой сироп. Тебе не говорили, что твое место не на этой пыльной кухне, а где-нибудь в королевском дворце?Ванесса вежливо улыбнулась, продолжая протирать столешницу.-Спасибо, Калеб. Но в Глэйде нет дворцов, так что придется довольствоваться кухней. Бери свою тарелку, пока не остыло.-Ну, я мог бы построить тебе дворец, — Калеб понизил голос, пытаясь выглядеть загадочно. — Только скажи. Ты здесь как редкий цветок среди чертополоха...Она смотрела на него крайне недовольно. Он хотел было коснуться её руки, лежащей на столешнице, но в этот момент дверь кухни с грохотом распахнулась. В проеме стоял Ньют.Обычно спокойный, рассудительный и мягкий Ньют сейчас выглядел так, будто он только что вернулся из схватки с гривером. Его челюсти были сжаты, а взгляд, устремленный на Калеба, мог бы плавить металл. Он вошел на кухню быстрыми, решительными шагами, и Ванесса почувствовала, как воздух вокруг мгновенно наэлектризовался.-Калеб, какого кланка ты еще здесь? — голос Ньюта прозвучал резко и холодно, как удар хлыста.Строитель вздрогнул и отпрянул от прилавка.-Я... я просто завтракал, Ньют. И благодарил Ванессу за еду.-Благодарил? — Ньют подошел вплотную к парню, возвышаясь над ним, несмотря на свою хромоту. В этот момент он казался выше и опаснее любого в Глэйде. — Я видел, как ты «благодарил». У Галли на стройке забор сам себя не поставит. Живо отсюда! Если я увижу тебя здесь через десять секунд, то не удивляйся тому, что вокруг тебя стоят глэйдеры с палками, которые гонят в почти закрытый лабиринт. Понял меня?Калеб, не проронив ни слова, подхватил тарелку и буквально вылетел из кухни, едва не споткнувшись о порог.Ньют остался стоять у прилавка, тяжело дыша. Ванесса смотрела на него, приподняв бровь. Она никогда не видела его таким — резким, грубым. Это был мужчина, защищающий своё.-Ньют? — тихо позвала она. — Всё в порядке? Ты его чуть не испепелил.Ньют медленно повернулся к ней. Гнев в его глазах начал угасать, сменяясь замешательством и чем-то похожим на вину. Он провел рукой по своим светлым волосам, отводя взгляд.-Эти шанки... они не знают границ, — пробормотал он уже мягче. — Им лишь бы языком чесать, вместо того чтобы работать. Извини, если напугал.-Ты не напугал меня, — Ванесса подошла ближе, так что их разделял только узкий прилавок. -Но ты был очень... решительным.Они стояли в тишине несколько долгих секунд. Ньют посмотрел на неё — в его глазах читалось столько невысказанного признания, столько желания подойти и обнять её, но страх разрушить то хрупкое равновесие, что было между ними, всё еще держал его на расстоянии. Они оба знали, что значат друг для друга, но в Глэйде слова «я люблю тебя» казались слишком опасным грузом.-Просто... будь осторожнее с ними, Ванесс,— наконец сказал он, его голос стал почти шепотом. — Не все здесь такие джентльмены, как Томас.-У меня есть ты, чтобы меня защищать, разве нет? — Ванесса подмигн ула ему, пытаясь разрядить обстановку.Ньют слабо улыбнулся, его лицо наконец расслабилось.— Всегда, Искорка. Всегда.Когда он ушел, она улыбнулась, поправила волосы и гордо ушла на свое место.

День прошел в привычном ритме, но в воздухе витало озорство. К обеду золотое трио шутников — Ванесса, Томас и Минхо — собралось в тени Хомстеда. Минхо, как обычно, выглядел так, будто он только что сошел с обложки журнала, а не пробежал двадцать миль по пыльным коридорам.-Ребята, мне нужно железо, — заявил Минхо, развалившись на траве. — А железо — это яблоки. Зарт сказал, что в этом году они особенно сочные, но он запретил их трогать до праздника.-Запретный плод сладок, — Томас потер руки. — Ванесса, ты с нами? Нам нужен кто-то, кто сможет отвлечь Зарта своим божественным красноречием.-Вы предлагаете мне, Богине кулинарии, стать соучастницей кражи? — Ванесса притворно возмутилась, но её глаза уже азартно блестели. — Я в деле. Но чур, мне самые красные.Они прокрались к саду, как настоящие шпионы. Ванесса подошла к Зарту с другой стороны, начав расспрашивать его о секретах удобрения капусты, пока Томас и Минхо, пригибаясь к земле, шмыгнули в гущу яблонь. Через десять минут троица уже сидела в лесу, скрытая густыми зарослями, уплетая сочные, хрустящие яблоки.-Знаете, что я заметила? — Ванесса откусила кусок, глядя на Минхо.-Что я самый красивый бегун в истории? — самодовольно отозвался Минхо, вытирая сок с подбородка.-Нет. Я заметила, что даже после того, как ты прополз под плитой в четвертом секторе и пробежал через туман, твоя прическа выглядит так, будто её укладывала команда стилистов.Томас замер, внимательно глядя на волосы друга.-Слушай, а ведь правда. Как это возможно? Мы все выглядим как одуванчики после грозы, а у тебя — волосок к волоску.Минхо загадочно улыбнулся и ничего не ответил, лишь сильнее задрал нос. Но зерно сомнения было посеяно.

Ночь опустилась на Глэйд, укрывая его одеялом из звезд. Все давно спали в своих гамаках, и только тихий храп Фрайпана раздавался из Хомстеда. Но в углу кухни, при свете маленького огарка свечи, шептались две тени.Ванесса и Томас сидели на полу, склонившись над картой... нет, не Лабиринта. Это был план «Разоблачение Минхо».-Я тебе говорю, Томас, — шептала Ванесса, — у него там заначка. Огромный запас геля для волос, который он прячет где-то в лесу или под своей кроватью. Не может человеческий волос так сопротивляться законам физики.-Может, он использует жир гриверов? — предположил Томас с серьезным лицом.-Фу, Томас! Нет. Это ПОРОК. Они прислали его с личным запасом средств для укладки, чтобы он деморализовал нас своей идеальностью.В этот момент из темноты раздался тихий шорох.- О чем это вы тут шепчетесь, заговорщики?Ванесса и Томас подпрыгнули. К ним медленно подошел Минхо. Он был в одной майке и свободных штанах, его волосы были слегка растрепаны сном, но всё равно лежали удивительно аккуратно.-Мы... мы обсуждали план побега, — быстро соврал Томас.-Ага, побега к моему тайнику с едой? — Минхо присел рядом, прислонившись спиной к стене. -Я видел, как вы на меня смотрели в саду. Выкладывайте.Ванесса набралась смелости. Она придвинулась ближе к Минхо, пристально вглядываясь в его макушку.-Минхо, признавайся. Где ты его прячешь? Гель. Воск. Лак для волос. Что это? Мы бегали весь день, ты потел, падал, кувыркался... а твоя прическа стоит как влитая.Минхо рассмеялся — тихо, чтобы не разбудить остальных.-Вы серьезно? Вы потратили полночи, чтобы обсуждать мои волосы?-Это вопрос национальной безопасности Глэйда! — Ванесса протянула руку, её пальцы замерли в паре сантиметров от его волос. — Я должна это проверить. Если там клей — я тебя раскушу.Томас затаил дыхание. Ванесса медленно коснулась кончиками пальцев его волос, ожидая почувствовать липкость или жесткую корку лака. Но её пальцы утонули в мягких, чистых и удивительно шелковистых волосах. Она провела рукой от лба к затылку — ни единого комочка, ни капли химии.Минхо внезапно перехватил её запястье. Его взгляд стал насмешливым, а на губах заиграла та самая фирменная ухмылка, кот орая заставляла половину Глэйда закатывать глаза от его самомнения.-Детка, — произнес он бархатным, глубоким голосом, от которого Томас непроизвольно хихикнул. — Оставь свои подозрения. Никакого геля. Никаких секретов. Это просто генетика... и капелька божественного благословения.Ванесса замерла, её рука всё еще была в его волосах.-Генетика? — переспросила она. — Ты хочешь сказать, что ты просто просыпаешься таким... идеальным?-Именно так, — Минхо отпустил её руку и самодовольно поправил прядь. — Мои предки явно были королями стиля. ПОРОК могут забрать мою память, но они не могут забрать мой шарм.Томас не выдержал и повалился на бок, зажимая рот руками, чтобы не закричать от смеха. Ванесса смотрела на Минхо, чувствуя, как её собственное лицо расплывается в улыбке.-Ты невыносим, Минхо. Ты просто невозможен.-Я знаю, — кивнул он. — А теперь, раз уж тайна века раскрыта, может, Богиня кулинарии угостит нас ночным перекусом? От этих разговоров о моей красоте я проголодался.Они провели еще час на кухне, поедая остатки оладий и шепотом подшучивая друг над другом. Ванесса смотрела на них — на Томаса, который стал ей как брат, на Минхо с его «королевской генетикой» — и чувствовала, что эти моменты стоят всех страхов мира.-Что у вас Ньютом?—Задал вопрос Минхо. В ответ на это у Ванессы, вода, которая до этого была у нее во рту, выплюхнулась прям на Томаса.-За что!?—Возник он.-Я конечно дико извиняюсь, но что у нас?-Мы же видим все.—С ухмылкой ответил бегун, с прекрасной прической.-Так все, вы мозги мне не это, я пошла.— Она быстро убежала.Когда они наконец разошлись по гамакам, Ванесса долго лежала, глядя в потолок. Она думала о Ньюте и его вспышке ревности — это было так странно и приятно одновременно. Она думала о волосах Минхо и о том, как легко им было смеяться, несмотря на то, что за стенами бродили монстры.«Мы всё еще живы», — подумала она, закрывая глаза. — «И пока мы можем смеяться над бровями Галли или волосами Минхо, Лабиринт нас не сломает».А где-то в другом конце Глэйда Ньют тоже не спал. Он смотрел на луну и вспоминал лицо Ванессы в утреннем свете, в этом безумном мире она была единственным, что имело настоящий смысл.