Обработка ран и скрытая боль

Дома Даня бережно перенёс Дашу в спальню и усадил на край кровати. Принеся аптечку, он опустился перед ней на колени. Когда ватный диск, пропитанный перекисью водорода, коснулся разбитых коленок, Даша сильно зажмурилась. Раны нестерпимо за щипало, к горлу подступили слёзы, а в голове привычно промелькнуло резкое ругательство. Но она вовремя прикусила язык. В памяти тут же всплыл суровый свист армейского ремня и его ледяной голос в коридоре. Пересилив себя, Даша лишь шумно выдохнула сквозь зубы и крепче вцепилась пальцами в покрывало.Даня заметил её выдержку. Он аккуратно подул на обожжённую антисептиком кожу и ласково погладил её по бедру.— Умница моя. Сдерживаешься, — тихо похвалил он, и в его глазах блеснула гордость. — Вижу, как тебе больно, но характер ты показывать не стала. Наказание пошло на пользу.Он бережно наложил чистые повязки на колени и зафиксировал подвёрнутую лодыжку эластичным бинтом. Переодев девушку в её любимую мягкую пижаму, Даня уложил её под одеяло, а сам лёг рядом, крепко прижав к своему плечу.Однако сна у Даши не было ни в одном глазу. Время близилось к трём часам ночи, а она всё ворочалась, тихонько вздыхая. Навалилась новая, изнуряющая боль — внизу живота начались месячные. Живот тянуло и крутило так сильно, что раненые колени ушли на второй план. Даша отчаянно стеснялась признаться в этом Дане. Ей казалось, что после всех её капризов и бунтов жаловаться ещё и на это — верх девчоночьей слабости.Наконец, превозмогая тупую, ноющую боль, она попыталась бесшумно сползти с кровати, чтобы уйти в ванную и не будить его. Но стоило ей опереться на локоть, как живот скрутило спазмом. Даша не выдержала и тихо, жалко всхлипнула в темноте.— Лежать, — мгновенно раздался рядом низкий, сонный, но по-прежнему властный голос Дани. Его сильная рука собственническим, но бережным жестом легла ей на талию, возвращая обратно на подушки. — Куда ты собралась с больной ногой посреди ночи? И почему ты плачешь?Даша уткнулась носом в его грудь, пряча глаза, и промолчала, лишь крепче сжавшись в комок.Даня сразу всё понял. Ему не нужны были слова — он слишком хорошо чувствовал свою девочку. Он понял причину её ночных метаний и того, почему она так судорожно подтянула колени к груди.— Глупенькая моя... — тихо, с невыразимой нежностью вздохнул он. — Чего ты испугалась? Меня постеснялась?Даня аккуратно повернул её на спину. Его большая, тёплая и тяжёлая ладонь мягко скользнула под ткань пижамной кофты, ложась прямо на низ её живота. От этого плотного, горячего прикосновения спазм начал медленно, послушно отступать. Даня размеренно, круговыми движениями массировал её живот, делясь своим теплом и забирая эту ноющую боль себе.Когда Даша окончательно расслабилась и перестала дрожать, Даня чуть приподнялся. Он начал медленно, трепетно зацеловывать каждый миллиметр её обнажённого живота, поднимаясь выше, к рёбрам, а затем перешёл на её лицо. Он целовал её мокрые от слёз щёки, кончик носа, веки и, наконец, мягко прильнул к её губам в долгом, успокаивающем поцелуе.— Всё хорошо. Спи, маленькая, я держу тебя, — прошептал он, снова укладывая руку на её живот и продолжая плавно убаюкивать её своими движениями.Даша блаженно зажмурилась, чувствуя, как боль полностью ушла, уступив место абсолютному покою. Обняв его за шею, она мгновенно провалилась в глубокий, спокойный сон, зная, что в руках своего строгого, но так сильно любящего её хозяина она в полной безопасности.