• Глава 4📿🖤 •

После откровенного разговора с Энджи, Александр вышел из её кабинета с тяжестью в груди. Он не совсем понял, что именно чувствовал: обиду? сожаление? желание помочь?

Он направился к кофейному автомату - привычный маршрут, почти спасение от перегруза. Но там уже стояла Молли.

Она повернулась, заметив его, и с кривой улыбкой бросила:

— Не думала, что ты такой популярный. Теперь у нас «интенсив» с самой Волтрейн?

Александр молча взял стакан и нажал на кнопку.

-— Слушай, -— продолжила она, -— не хочу обижать, но... у нас всё равно бы не вышло. Секс - это не только развлечение. А ты, ну... слишком зелёный. Без обид.

Он повернулся к ней с тем ледяным взглядом, который редко кто видел. Без привычной мягкости, без юмора.

-— Спасибо за рецензию. Только, Молли, когда в следующий раз захочешь сыграть в менторство - попробуй начать с себя.

-— Что?

—- Мы оба знаем, кто на том свидании всё испортил. Так что не надо лекций. И давай больше не говорить ни о личном, ни вообще.

Молли напряглась, взгляд стал стеклянным. Она не ответила, только развернулась и ушла прочь. С того дня между ними не было ни одного слова. Ни взгляда. Полное радиомолчание.

На следующий день в офисе чувствовалась лёгкая напряжённость. Энджи, как всегда, держалась ровно, но в её взгляде не было вчерашнего тепла. Александр заметил это почти сразу.

Он подошёл к ней после обеда, когда она сидела за своим компьютером, печатая что-то с бешеной скоростью.

-— Нам нужно поговорить, -— тихо сказал он.

—- Рабочее или личное?

-— Личное.

Она подняла глаза. Безразличные.-— Тогда не сейчас.

-— Почему?

-— Потому что это личное, Саша. А личное я сюда не ношу.

Она встала, подошла к шкафу, достала документы.

-— Ты же вроде всё понял.Он нахмурился.

-— Ты отталкиваешь меня снова?

-— А ты удивлён?

Он вздохнул, зная, что сейчас не переубедит её.

-— Знаешь, ты боишься любить не потому, что тебе причиняли боль. А потому что тебе комфортно в одиночестве. Ты сама себя убедила, что так безопаснее. И это твой выбор, но не делай вид, будто он священен.

Она на секунду замерла. А потом - спокойно:

—- Если тебе не нравится мой выбор —- дверь вон там.

Он встал. И ушёл.Обучение продолжалось. Каждый вечер они встречались в чёрной комнате. Фиолетовый свет падал на полки с аккуратно разложенными игрушками и инструментами, а серебристо-золотые детали отражались в его глазах, когда он смотрел на неё.

На практике он становился увереннее. Техника, чувствительность, самоконтроль - всё оттачивалось. Но чем лучше у него получалось, тем более закрытой становилась она.Энджи стала другой. Отстранённой. Без улыбки. Без фраз с сарказмом. Только сухие инструкции.

—- Натяжение должно быть ровным. Давление - под контролем. Ни миллиметра лишнего, —- говорила она, аккуратно регулируя ремни на его запястьях.

Он молчал, но в груди копилось. С каждым разом - всё тяжелее. Она не давала ни поощрения, ни признания. Только контроль. Только дистанция.

В какой-то момент, когда он снял с себя очередной сложный узел, Александр не выдержал.

-— Ты будто ставишь между нами стену за каждый мой успех, -— выдохнул он.

-— Я не понимаю, о чём ты, -— спокойно ответила она, собирая инструменты.

-— Да ладно тебе, Энджи. Как только у меня начинает получаться —- ты сразу прячешься. Становишься холодной, как будто боишься, что я тебя догоню.

Она посмотрела на него. Глаза - ледяные.

-— А ты что, ждал похвалы? Подтверждения?

-— Нет. Я ждал, что мы... хотя бы не будем лгать себе. Мы оба знаем, что между нами что-то есть. Но ты изо всех сил делаешь вид, что ничего не происходит.

-— Потому что ничего и не происходит.

-— Это ложь, Энджи.

—- Это факт, —- отрезала она. -— Ты мой ученик. Я твой начальник и учитель. Всё остальное - фантазии.

Он шагнул ближе.

-— Я не игрушка, чтобы ты меня натренировала, а потом убрала обратно на полку.

-— Тогда убирайся с этой полки сам, —- сказала она резко, и её голос впервые сорвался.

Он замер. Впервые она не была хладнокровной. Впервые - дрогнула.

-— Значит, всё? -— тихо спросил он.

-— Да. Всё. Больше никаких «обучений». Никаких комнат. И никакого тебя - вне работы.Он сжал челюсть, но не ответил. Просто вышел, медленно, оставляя за собой тишину. Он понимал что эти слова были кинуты на эмоциях, и через время она остынет.

На следующий день он пришёл в офис как ни в чём не бывало. Работал, как всегда: чётко, собранно, спокойно. Но между ними стояла стена - теперь настоящая. Ни одного лишнего слова. Ни взгляда.

Он понял: личное ушло. Осталось только то, что они оба умели лучше всего - контроль и работа.

Александр сидел за своим столом, но мысли разбредались. Работа - формальность. Его голова была занята тем, что невозможно закрыть в графиках и отчётах.

Энджи. Её холодность. Её отстранённость.

И что хуже всего - её молчание.Вечером он занёс отчёт в её кабинет. Её не было. Стол, как всегда, был идеален - почти.На стеклянной поверхности лежал чёрный дневник с мягкой обложкой. Без имени. Без подписи.

Что-то в нём притягивало. Почти как вызов.Он тянулся к нему долго, сдержанно. А потом всё же открыл.

Страница за страницей - оголённая душа.

> "Я никогда не была той, кого выбирают.Я всегда была "слишком": слишком шумной, слишком странной, слишком прямой, слишком живой.А им нужны были аккуратные, правильные, слабые, и обветренные.С гладкими улыбками и пустыми глазами, которые легко отдавались им."

Он не мог оторваться. Её обида - настоящая, не напускная.Он прочёл о школьной любви, где она пыталась признаться и была высмеяна. О студенте, которому она нравилась, но оказалось что он надеялся на то что она легко отдасться, но когда она решила дать шанс, он уже был с другой.

И самое страшное - о том, как она перестала бороться и просто приняла одиночество как норму, постоянно подавляя и уничтожая чувства которые наступали, будто заранее знала что у неё не получится с тем или иным.

Он закрыл дневник аккуратно. Сердце било в груди, как будто он нарушил что-то святое. Но теперь всё стало ясно. Её холодность - броня. Её юмор - щит. А внутри... просто разбитая девочка, которая выросла, но не исцелилась, которая знает всё наперед, словно наработанный опыт в чувствах людей, и то как она их видела на скозь.

На следующее утро в офис вошла девушка, с уверенной походкой, розовом худи, и серых штанах. Длинные светлые волосы спадали на плечи, а улыбка была тёплой, почти домашней.

-— Привет! Я ищу Энджи Волтрейн.

-— Она в кабинете. Вы... записаны?

-— Я - Лина. Лина Дёрден. Её лучшая подруга. У меня без записи.

Александр, случайно проходивший мимо, обернулся. Лина кивнула ему с интересом.

Спустя час, когда Лина вышла из кабинета, она задержалась в коридоре. Александр подошёл - сам не зная зачем.

-— Вы давно знаете Энджи? —- спросил он сдержанно.

—- Мы как сёстры. Сколько себя помню - всегда вместе. Она - одна из самых сильных девушек, которых я знаю, а тебе что?

Александр молчал. А потом ответил.

—- Дело в том, что она мне нравится, но она отталкивает меня.

Лина улыбнулась и сказала.-— А ты что хотел, чтобы она сразу отдалась, чтобы трусы слетели от твоей красоты? Неее она уже итак измучилась а ты тут со своим этим.

—- В каком смысле измучилась? У неё кто-то был?

-— Нет, не был, все кто ей нравился, сразу отвергали и не отвечали взаимно, ей это надоело и она решила сама отвергать тех кто к ней чувствует симпатию. Чтобы они поняли какого быть отвергнутым а после думать о том что не так.

-— Но есть что-то что я могу ей доказать что это не так.

—- Думаю что нет, она сейчас боится того что если она отдасться кому-то или даст шанс, то будет использованной, или это было напрастно, а ещё что хуже, она будет винить себя в своей слабости. И то что заранее не предугадала намеренное.

—- Ладно, понял тебя, спасибо что рассказала.

-— Угу, давай.

Александр впервые за долгое время почувствовал, что знает, что делать.