6

Сон был тревожным и прерывистым. Я просыпалась от каждого шороха за стеной, вглядывалась в потолок, пытаясь угадать время. Наконец, когда за окном проступил сизый рассвет, я сдалась. Встала, чувствуя, как от вчерашнего напряжения ноют не только мышцы, но и всё внутри. Сегодня предстояло пойти в этот гараж. Узнать «немного практики».

На кухне пахло кофе. За столом сидел отец, редкое явление в это время суток. Он читал какую-то газету, но взгляд его был рассеянным, устремлённым куда-то вдаль. Игорь, уже одетый, пил чай стоя у окна. Оба обернулись, когда я вошла.

— Выспалась? — спросил отец, откладывая газету. Его взгляд, как всегда, был сканирующим, оценивающим.

— Более-менее, — буркнула я, наливая себе чай.

— Сегодня после школы у тебя тренировка, — сказал Игорь, не оборачиваясь. — Не опаздывай. Костя будет ждать.

— У меня... другие планы, — осторожно произнесла я, чувствуя, как воздух в кухне стал гуще.

Игорь медленно повернулся.

— Какие ещё планы?

— Встреча с.... Настей и одноклассниками. По учёбе, — частично солгала я, глядя в чашку.

Отец хмыкнул, коротко и сухо.

— Учёба учёбой, а дело делом. Тренировка важнее. Ты знаешь распорядок.

— Но я уже обещала...

— Игорь сказал, у тебя тренировка, — голос отца не повысился, но в нём появилась стальная полоса, не терпящая возражений. — Твои «одноклассники» подождут. Или мы можем позвонить им и отменить? Как, говоришь, зовут того, с кем встреча?

Лёд пробежал по коже. Он знал. Конечно, знал.

— Не надо звонить, — быстро сказала я. — Я.... я предупрежу их. После тренировки приду.

— Умница, — отец снова взялся за газету, будто разговор был исчерпан. — Дисциплина прежде всего. Без неё в нашем деле — смерть. Игорь поймал мой взгляд. В его глазах читалось нечто сложное: понимание, досада, но и предупреждение. «Не перечь. Не сейчас».

Настя ждала меня у подъезда, но не одна. Рядом, прислонившись к стене, курил Вахтанг. Увидев меня, он кивнул, бросил окурок и растоптал его тяжёлым ботинком.

— Провожу, — произнёс он своё обычное, лишённое интонации предложение.

Мы шли втроём, и тишина была не неловкой, а какой-то своей, привычной. Настя что-то щебетала, Вахтанг изредка отвечал односложно. Я шла чуть позади, наблюдая за ними. Он не держал её за руку на людях, не говорил ласковых слов. Но в том, как он слегка наклонялся к ней, когда она говорила, как его огромная фигура невольно прикрывала её от прохожих, было больше заботы, чем в любых сладких речах.

В школе нас снова встречали взглядами, но сегодня они были менее пугающими, более привыкшими. На первом же уроке Юрасик, сидевший сзади, сунул мне в руку смятый листок. «Гараж. 18:00. Не опаздывай. Если что — пиши, прикроем». Я кивнула, не оборачиваясь. «Прикроют». Звучало обнадёживающее и пугающе одновременно.

На большой перемене напряжение от ожидания вечера немного спало, но не исчезло. Мы с Настей вышли в коридор, и тут её резко толкнули в плечо. Мы обернулись. Лизка, та самая «девица» Карася, стояла с двумя подружками, смотря на нас с презрительной ухмылкой.

— Осторожнее, королевы, — протянула она. — Вас же теперь беречь надо, как хрустальные вазы.

Настя, обычно неконфликтная, на этот раз вспыхнула.

— Сама осторожнее, Лизка. А то споткнёшься о свой язык.

— Ой, защищается! — девицы захихикали. — Это тебе Вахтанг смелости придал? Или ты думаешь, раз на тебе «красный код», то ты теперь пуленепробиваемая?

— Лучше с «кодом», чем как ты — на пару дней у каждого, — огрызнулась Настя, краснея, но не отступая.

Лизка сделала шаг вперёд, её лицо исказила злость. В этот момент из-за угла вышли Карась и Юрасик. Карась, увидев сцену, закатил глаза.

— Лиза, отвали. Не до тебя.

— Что, Леш, защищаешь новую пассию? — язвительно спросила Лизка, но в её голосе уже слышалась неуверенность.

— Он защищает от идиоток, которые сами лезут на рожон, — раздался спокойный голос сзади. Это был Никита. Он подошёл, даже не глядя на Лизку, его взгляд был устремлён на меня. — Всё нормально?

Лизка, поняв, что перевес не на её стороне, фыркнула и, бросив последний злобный взгляд, удалилась со своей свитой.

— Спасибо, — тихо сказала Настя.

— Не за что, — Карась пожал плечами. — Она просто обижена. Всё, забудьте. Обед скоро.

В столовой мы заняли наш привычный угол. Настроение было приподнятым после маленькой победы. Вахтанг сидел рядом с Настей, и она, всё ещё под впечатлением, тихонько прижалась к его плечу. Он не отодвинулся.

Когда все расселись, я, стараясь говорить как можно естественнее, сообщила:

— Кстати, я сегодня сразу после уроков не смогу. Семейные дела. Приду позже, к самому сбору.

Никита, сидевший напротив, кивнул, как будто, так и должно было быть.

— Гараж найдёшь? — спросил Карась, намазывая масло на хлеб.

— Не очень-то знаю тот район, — призналась я.

— Никита тебя встретит, — без лишних слов вступил Вахтанг, глядя на своего друга. — Проведёт.

— Да, — подтвердил Никита, его взгляд встретился с моим. — Напишешь, когда освободишься. Встречу у магазина «Родник», там, на повороте.

Я кивнула. План обретал чёткость. Тренировка, потом – к нему.

Юрасик что-то оживлённо рассказывал, Карась поддакивал. Атмосфера была почти обычной, школьной, если бы не тень «красного кода», витавшая над нашим столом и заставляющая других обходить его стороной.

После уроков мы с Настей вышли на крыльцо. Она вздохнула.

— Что опять с Костей видишься, домой чтобы братик увидел, что ты под их контролем??

— Придётся. Но ненадолго. Постараюсь улизнуть пораньше.

— Будь осторожна с этим Костей, — прошептала она. — Он смотрит на тебя... странно.

— Он на всех смотрит странно, — отмахнулась я, но внутри что-то ёкнуло.

Дома я быстро переоделась в спортивное и отправилась в «Боец». Костя уже ждал, разминаясь у ринга. Увидев меня, он кивнул.

— Опоздала на три минуты. Начинаем.

Тренировка была, как всегда, изматывающей. Он не давал ни секунды передышки, отрабатывая со мной одну связку за другой. Сегодня он был особенно придирчив.

— Рука выше! Колено не выпрямляй до конца! Ты что, деревянная? — кричал он, и его голос резал слух.

В какой-то момент, когда он в очередной раз грубо поправил мою стойку, я не выдержала.

— Я не деревянная, просто усталая! Может, хватит орать?

Он замер, опустив руки. Его глаза сузились.

— Орать? Это не ор, принцесса. Это инструкция. На улице, когда на тебя нападут, никто не будет шептать тебе на ушко. Там будут орать. И бить. Или ты думаешь, твои школьные дружки научили тебя всему за один вечер?

От его слов стало жутко. Откуда он знает или догадывается?

— Я ни о чём не думаю, — сквозь зубы процедила я. — Просто делаю, что говорят.

— Вот именно, — он снова поднял лапы. — Делай. Без разговоров.

Оставшееся время мы занимались в тяжёлом, гнетущем молчании. Когда час истёк, я, еле держась на ногах, пошла в раздевалку. Через десять минут, выйдя на улицу, я увидела у входа Игоря. Он курил, прислонившись к стене.

— Как тренировка? — спросил он, не глядя на меня.

— Как всегда. На грани возможного.

— Костя говорит, ты дерзишь. Что у тебя голова забита чем-то другим.

Внутри всё сжалось. Я пожала плечами, стараясь выглядеть безразличной.

— Костя много чего говорит. Он же «великий тренер».

Игорь бросил окурок и наконец посмотрел на меня. В его взгляде была усталость и что-то ещё, что я не могла разгадать.

— Ладно. Иди домой. Мама ждёт. И, Маш... — он запнулся. — Будь умнее.

Он сел в свою машину и уехал. Я постояла минуту, переводя дух. Потом, оглядевшись, быстро пошла в сторону, противоположную дому, к магазину «Родник».

Никита ждал, как и договаривались, в тени у киоска. Увидев меня, он молча кивнул и двинулся вперёд. Мы шли рядом, не разговаривая, но его присутствие было удивительно спокойным, как противовес хаосу тренировки и встречи с Игорем.

— Всё в порядке? — наконец спросил он, когда мы свернули в сторону гаражей.

— Терпимо. Выкрутилась.

— Молодец. Как тренировка?

— Есть ли смысл спрашивать, как ты узнал про тренировки? —устало произнесла я.

—Не трудно догадаться и сопоставление фактов.

—Каких?

—У тебя есть старший брат, который работает тут, а у меня Вахтанг и Карась, которые тренируются, у всех есть глаза Маш.

Гараж Карася был тем же самым убежищем. Когда мы вошли, картина внутри заставила меня на мгновение замереть. Настя сидела на коленях у Вахтанга на каком-то старом кожаном кресле. Он обнимал её одной рукой, а другой что-то показывал Юрасику на телефоне. Настя выглядела абсолютно счастливой и спокойной. Юрасик и Карась возились с какой-то картой, разложенной на столе.

Никита провёл меня к небольшому потертому дивану у стены.

— Присаживайся.

Я села. Через мгновение он опустился рядом, и его плечо мягко коснулось моего. Он не обнял меня, просто сидел близко, его рука лежала на спинке дивана позади меня. От этого простого жеста по телу разлилось тепло и странное чувство защищённости, которого не было даже рядом с братом.

Карась оторвался от карты и посмотрел на нас.

— Ну что, все в сборе? Начинаем наш ликбез.