Часть девятая : «Прошла неделя»

ЧАСТЬ. УТРО. ПОНЕДЕЛЬНИК. 7:00.

Кирилл проснулся от тишины.

Не от звуков — от их отсутствия. В части всегда было шумно: Грек гремел в душевой, Прохоров перебирал аптечку, Старик разговаривал с Пузырём, где-то надрывалась рация.

Сегодня — тихо.

Кирилл сел на кровати. Прислушался.

Ничего.

Он встал, надел свитер (уже привычный, пахнущий частью и собакой) и выглянул в коридор.

Пусто.

Он прошёл к столовой. Пусто.

Заглянул в радиорубку. Пусто.

Выход на плац.

На крыльце сидел Старик. Пузырь — рядом.

— А где все? — спросил Кирилл.

— Учения, — сказал Старик. — Ночной вызов. В четыре утра уехали.

— А меня не взяли?

— Ты спал.

— А разбудить?

Старик посмотрел на него.

— Ты болеешь. Какие учения?

— Я уже здоров.

— Скажи это своему горлу.

Кирилл потрогал горло. Оно не болело. Уже три дня.

— Здоров, — сказал он. — Честно.

Старик вздохнул.

— Ладно. Посиди со мной. Пузырь без тебя скучает.

Пузырь в подтверждение стукнул хвостом по доскам.

Кирилл сел рядом.

— А они когда вернутся? — спросил он.

— К обеду, — сказал Старик. — Если всё нормально.

— А если нет?

Старик посмотрел на него.

— Вернутся, — сказал он. — Работа у них такая.

Кирилл кивнул.

Они сидели на крыльце и ждали.

---

11:30.

Машина въехала на плац.

Кирилл вскочил первым.

Из УАЗа вылез Грек — чумазый, уставший, но живой. Потом Прохоров с зелёным медицинским ящиком. Потом Николай, который сразу достал сигарету.

Саид вышел последним.

Форма в грязи, под глазом синяк, но идёт ровно.

— Дядя Серёжа! — Кирилл подбежал.

Саид остановился. Посмотрел на него.

— Ты чего не в комнате?

— Я здоров. Честно.

— А если бы я не вернулся?

Кирилл замер.

— Вы бы вернулись, — сказал он.

Саид смотрел на него долго.

— Ладно, — сказал он. — Идём завтракать.

---

СТОЛОВАЯ. 12:00.

Грек набросился на еду так, будто неделю не ел.

— Это не учения, это ад, — жевал он. — Лес, темнота, три бабушки потерялись. Три! В одном месте!

— Собрались за грибами и разошлись в разные стороны, — пояснил Прохоров.

— И мы их искали до утра!

— Нашли?

— Нашли, — сказал Саид. — Всех.

— И даже без потерь, — добавил Николай.

Кирилл слушал, открыв рот.

— А синяк? — спросил он, показывая на глаз Саида.

— Ветка, — сказал Саид. — В темноте не заметил.

— Больно было?

— Терпимо.

Грек хмыкнул.

— Он упал, — сказал он. — С кочки. Представляешь? Командир отряда, спасатель с двадцатилетним стажем — и с кочки.

Саид посмотрел на него.

— Я тебя сейчас тоже научу падать.

— Я молчу.

Кирилл засмеялся.

Впервые за долгое время — громко, по-настоящему.

Все замерли.

— Ты чего? — спросил Грек.

— Смешно, — сказал Кирилл. — Дядя Серёжа с кочки.

Саид смотрел на него.

— Нравится тебе моё горе?

— Нравится.

Саид вздохнул.

— Ладно. Смейся.

Кирилл смеялся.

Грек смотрел на него и улыбался.

— Я такого звука не слышал тут лет сто, — сказал он.

— Какого? — спросил Прохоров.

— Детского смеха.

Все замолчали.

Кирилл перестал смеяться.

— Я ещё могу, — сказал он. — Если надо.

— Не надо, — сказал Саид. — Просто будь.

Кирилл кивнул.

---

ДЕНЬ. ПЛАЦ. 14:00.

Пузырь носился по плацу как щенок.

— Он с ума сошёл, — сказал Старик. — Старый пёс, а ведёт себя как молодой.

— Это он от радости, — сказал Кирилл. — Что все вернулись.

— Откуда знаешь?

— Вижу.

Кирилл побежал за Пузырём.

Старик смотрел им вслед.

— Два сапога пара, — сказал он. — Один другого стоит.

Саид подошёл сзади.

— Пусть, — сказал он. — Весна.

Старик посмотрел на небо. Солнце, облака, ветер.

— Весна, — согласился он.

---

ВЕЧЕР. КОМНАТА ОТДЫХА. 20:00.

Телевизор работал фоном.

Грек и Прохоров играли в «Морской бой». Прохоров проигрывал.

— Это невозможно, — сказал он. — Ты мухлюешь.

— Я играю честно, — обиделся Грек. — У меня тактическое мышление.

— У тебя везение дурака.

— А вот и нет!

Кирилл сидел на диване и смотрел на них.

— Дядя Саша, — сказал он. — А можно я с вами?

— Иди сюда, Девятый. Сейчас я и тебя обыграю.

Кирилл сел за стол.

Через полчаса Грек проиграл три партии подряд.

— Нечестно, — сказал он. — Ты специально учился, пока мы на учениях были?

— Я с Пузырём тренировался, — сказал Кирилл.

— С собакой?

— Он кивал, когда я правильно ходил.

Грек посмотрел на Пузыря. Пузырь сидел у ног Кирилла и смотрел на Грека с чувством превосходства.

— Я окружён, — сказал Грек. — Собака и ребёнок против меня.

— Ты просто играть не умеешь, — сказал Прохоров.

— А ты вообще проиграл!

— Я проиграл тебе, а не собаке.

— Одно и то же!

Кирилл смеялся.

Саид сидел в кресле с кружкой чая и смотрел на них.

Николай курил на крыльце, но через окно было видно, что он улыбается.

---

НОЧЬ. КОМНАТА КИРИЛЛА. 22:30.

Кирилл лежал в кровати.

Пузырь — рядом.

— Пузырь, — шепнул Кирилл. — Ты заметил? Мы уже неделю здесь.

Пузырь вздохнул.

— Ну, ты давно. А я — неделю.

Он посмотрел в потолок.

— Мам, пап. У меня всё хорошо. Я не болею. Дядя Серёжа с кочки упал, представляете? Смешно было.

Он улыбнулся.

— Я смеялся. Громко. Дядя Саша сказал, что сто лет такого не слышал.

Он помолчал.

— Я, наверное, останусь тут. Насовсем.

Пузырь лизнул его руку.

— Спокойной ночи.

---

КОРИДОР. 22:45.

Саид сидел на подоконнике.

Подошёл Николай.

— Не спишь?

— Не сплю.

— О чём думаешь?

Саид помолчал.

— О том, что неделя прошла, — сказал он. — А он всё ещё здесь.

— И что?

— И ничего. Просто… странно. Я привык.

— К чему?

Саид посмотрел на дверь комнаты Кирилла.

— К этому, — сказал он. — К шагам по утрам. К «доброе утро, дядя Серёжа». К блинам. К тому, что он кричит, когда страшно, и смеётся, когда смешно.

Николай кивнул.

— Это называется «семья», — сказал он.

Саид посмотрел на него.

— Я не знаю, что это такое.

— Теперь узнаешь.

Саид молчал.

— Страшно? — спросил Николай.

— Страшно.

— Правильно. Страшно — значит, живой.

Саид усмехнулся.

— Ты у нас философ.

— Я курящий философ, — поправил Николай. — Это хуже.

Он закурил и ушёл на крыльцо.

Саид остался сидеть.

---

УТРО. ВТОРНИК. 6:30.

Кирилл проснулся от запаха блинов.

Он вышел в коридор.

На кухне стоял Саид. В фартуке. С поварёшкой.

— Опять кривые? — спросил Кирилл.

— Опять, — сказал Саид.

— Я люблю кривые.

— Знаю.

Кирилл сел за стол.

— Дядя Серёжа, — сказал он. — А можно мне сегодня с вами на вызов?

Саид перестал наливать чай.

— Зачем?

— Я хочу помогать.

— Ты помогаешь. Здесь.

— А там?

Саид поставил чайник.

— Там страшно.

— Я знаю.

— Там люди умирают.

— Я видел.

Саид смотрел на него.

— Ты не готов.

— А когда буду готов?

Саид помолчал.

— Когда перестанешь бояться.

Кирилл подумал.

— Я никогда не перестану бояться, — сказал он. — Вы же сами сказали: все боятся.

Саид смотрел на него.

— Я сказал?

— Да. Когда укол делали.

Саид вспомнил.

— Точно, — сказал он.

— Значит, можно бояться и делать?

Саид кивнул.

— Можно.

— Тогда я готов.

Саид молчал долго.

— Ладно, — сказал он. — В следующий раз. Посмотришь.

— Обещаете?

— Обещаю.

Кирилл улыбнулся и уткнулся в блины.

---

ДЕНЬ. ВОЛЬЕР. 14:00.

Старик учил Кирилла чистить амуницию.

— Это ремешок, — показывал он. — Это пряжка. Это карабин. Всё должно блестеть.

— Зачем? — спросил Кирилл.

— Затем, что если карабин заест, ты не вытащишь человека из воды. Или сам утонешь.

Кирилл посмотрел на карабин.

— А можно я почищу?

— Пробуй.

Кирилл взял ветошь и принялся тереть.

— Сильнее, — сказал Старик. — Не бойся, он железный.

Кирилл тёр.

Пузырь сидел рядом и смотрел с одобрением.

— Из него толк будет, — сказал Старик сам себе. — Руки откуда надо растут.

— Что? — не расслышал Кирилл.

— Ничего. Три лучше.

Кирилл тёр.

---

ВЕЧЕР. КОМНАТА ОТДЫХА. 20:00.

Грек и Кирилл играли в «Морской бой».

Прохоров комментировал.

Николай делал вид, что читает газету.

Саид сидел в кресле.

Старик чистил амуницию рядом с Пузырём.

— А4, — сказал Грек.

— Мимо.

— Б4.

— Мимо.

— В4.

— Ранил.

— Да что ж такое!

— Это тактика, — сказал Кирилл. — Папа учил.

— Твой папа был гений.

— Был.

Грек посмотрел на него.

— Я не то хотел сказать…

— Ничего, — сказал Кирилл. — Я знаю.

Они играли дальше.

Грек проиграл.

— Сдаюсь, — сказал он. — Ты чемпион.

— Я просто тренируюсь, — сказал Кирилл.

— С кем?

— С вами.

Грек открыл рот. Закрыл.

— Меня только что обыграли и оскорбили, — сказал он. — Я в шоке.

— Это не оскорбление, — сказал Кирилл. — Это комплимент. Вы хороший учитель.

Грек посмотрел на него.

— Ладно, — сказал он. — Завтра обыграю.

— Посмотрим.

---

НОЧЬ. КОМНАТА КИРИЛЛА. 22:30.

Кирилл лежал в кровати.

Пузырь — рядом.

— Пузырь, — шепнул Кирилл. — Сегодня был хороший день.

Пузырь стукнул хвостом.

— Я карабин чистил. Дядя Володя сказал, что у меня руки откуда надо растут. Не знаю, что это значит, но, наверное, хорошо.

Он улыбнулся.

— И дядя Серёжа сказал, что в следующий раз возьмёт на вызов. Просто смотреть. Но это уже что-то.

Пузырь лизнул его руку.

— Я их всех люблю, — сказал Кирилл. — Можно ведь?

Пузырь вздохнул.

— Ладно. Спокойной ночи.

Он закрыл глаза.

---

КОРИДОР. 22:45.

Саид сидел у двери.

Не дежурил. Просто сидел.

Подошёл Грек.

— Опять?

— Опять.

— Привыкаешь?

Саид посмотрел на него.

— Привык уже, — сказал он.

— Ну и правильно.

Грек сел рядом.

— Слушай, командир, — сказал он. — А как мы его называть будем? Ну, официально?

— Девятый.

— Я не про позывной. Про… ну, когда документы оформят.

Саид помолчал.

— Гиреев, — сказал он. — Кирилл Сергеевич Гиреев.

Грек посмотрел на него.

— Красиво, — сказал он.

— Нормально.

— Ты уверен?

Саид кивнул.

— Уверен.

Грек хлопнул его по плечу.

— Поздравляю, папаша.

— Иди ты.

— А что? Законно.

Саид усмехнулся.

— Иди спать.

Грек ушёл.

Саид остался сидеть.

За дверью тихо дышал мальчик, который скоро станет его сыном.

— Кирилл Сергеевич, — сказал он тихо.

И улыбнулся.

---

УТРО. СРЕДА. 6:00.

Кирилл проснулся от запаха блинов.

Вышел в коридор.

На кухне стоял Саид.

— Опять кривые? — спросил Кирилл.

— Опять, — сказал Саид. — Но сегодня особенно кривые.

— Почему?

Саид посмотрел на него.

— Потому что праздник, — сказал он.

— Какой?

— Неделя, как ты у нас.

Кирилл замер.

— Считаете?

— Считаю.

Кирилл подошёл ближе.

— Дядя Серёжа, — сказал он. — А я насовсем?

Саид опустился на корточки.

— Насовсем, — сказал он. — Если хочешь.

— Хочу.

— Тогда давай блины.

— Давайте.

Они сели за стол.

Кирилл ел блины и улыбался.

— Дядя Серёжа, — сказал он. — А у вас есть фотография?

— Какая?

— Ваша. Маленького.

Саид помолчал.

— Нет, — сказал он. — Не сохранилась.

— Жалко.

— Ничего.

Кирилл подумал.

— Я вас нарисую, — сказал он. — Каким вы были маленьким.

Саид посмотрел на него.

— Ты же не знаешь, каким я был.

— Придумаю.

Саид кивнул.

— Рисуй.

Кирилл доел блины и побежал за карандашами.

---

ПЛАЦ. 10:00.

Кирилл сидел на крыльце и рисовал.

Пузырь — рядом.

Старик подошёл, заглянул через плечо.

— Это кто?

— Дядя Серёжа маленький.

— Почему он с собакой?

— У него не было, — сказал Кирилл. — Я придумал.

Старик смотрел на рисунок.

— А почему собака грустная?

— Потому что он один был. А собака это чувствует.

Старик молчал.

— Хороший рисунок, — сказал он. — Подаришь?

— Подарю.

— Он обрадуется.

Кирилл посмотрел на него.

— Вы думаете?

— Знаю.

Кирилл улыбнулся и продолжил рисовать.

---

ВЕЧЕР. КОМНАТА КИРИЛЛА. 21:00.

Кирилл положил рисунок на подушку Саида.

На рисунке был мальчик лет семи, с большими глазами и собакой рядом. Собака улыбалась. Мальчик — нет.

Внизу было написано:

«Дядя Серёжа маленький. Теперь у него есть собака. И я».

Саид нашёл рисунок через час.

Стоял и смотрел долго.

Потом аккуратно сложил и убрал в нагрудный карман.

— Спасибо, Девятый, — сказал он тихо.

---

НОЧЬ. КОМНАТА КИРИЛЛА. 22:30.

Кирилл лежал в кровати.

Пузырь — рядом.

— Мам, пап, — шепнул он. — Неделя прошла.

Он помолчал.

— Я теперь почти свой.

Он улыбнулся.

— Дядя Серёжа сказал — насовсем.

Пузырь лизнул его руку.

— Спокойной ночи.

Он закрыл глаза.

В коридоре горел свет.

Саид не сидел у двери.

Он был в своей комнате. Смотрел на рисунок.

И улыбался.

---

КОНЕЦ ГЛАВЫ 9.

---