9

* * *— Юнги, я понимаю всё происходящее, но это не выход, — тащит вверх по лестнице бухое в хлам тело. Намджун уже устал от такого друга. Но ничего не может поделать. Если он бросит его, то Мин погубит себя. Хотя, сейчас он медленно себя убивает, оттягивая неизбежное.— Лечиться ты не хочешь. Писать ты не можешь. А вот переворачивать рюмки с водкой — ты мастак. Я устал, понимаешь? — бросив тело друга на кровать, пытался достучаться до парня, но слова в пустоту. Юнги без сознания. Тяжелый выдох и, снова, рука набирает скорую.— Гоын, прости... — невнятно шепчет Мин, тем самым, вызывая у менеджера слезы.* * *Видимо Мин развязал Чимину его не слишком сдержанный язык, выуживая нелицеприятные истории из школьной жизни девушки. Это привело Т/И в бешенство. Какого, блять, хуя, они воркуют тут друг с другом, забавляясь историями о ней, миленько распивая и пополняя пепельницу.— Юнги, — Т/И была готова рвать и метать.Её кольнуло неприятно в груди. Почему сейчас Мин ведёт себя как наиприятнейший собеседник, в то время, как изводил накануне Т/И припадками ярости? Почему они стоят тут и воркуют, словно знают друг друга давно? И, почему, он говорит «так» с Чимином, а не с ней, почему? Т/И чувствовала, что её взгляд выражает всё недовольство сильнее слов.Мин раздавил бычок в пепельнице, привычным движением подхватил стакан и направился в дом. Проходя мимо Т/И, он шепнул:— Не беспокойся, моя прелесть, Чимин не в моём вкусе, — бросает Юн, заходя в дом. Его еще немного потряхивало от такой Т/И, не меньше и удивляло. Мысль о том, какой ещё может быть девчонка, пронеслась в голове, оставляя оттенки любопытства. Ему, почему-то, хотелось думать, что девушка показывает такие эмоции только благодаря писателю. Мину хотелось думать, что он причина. Юнги просто хотелось... Т/И. Но в этом он не признается себе, поэтому, избавившись от мысли одним глотком, опустошает остатки виски. В комнате все еще было слегка шумно, это проигнорировал писатель, отправляясь за очередной порцией виски. Только уже в более обширных количествах. Забрав бутылку из мини-бара, который основали гости этого дома, решил отправится в комнату, чтобы позвонить Намджуну и узнать новости.Глаза Т/И распахнулись, и она застыла, провожая взглядом мужчину.— Почему ты назвала его Юнги? — поинтересовался Чимин, расколдовывая окаменевшею девушку.— Разве? Нет, тебе показалось, — проговорила Т/И машинально, всё ещё думая о словах писателя. Он счёл, что это ревность? Откуда в нём такая проницательность?— Ты какая-то напряженная, — взяв за плечи подругу, Пак начал их массировать, — пойдём-ка выпьем. И потанцуем, а?Взяв за талию, парень увёл подругу в дом, на кухню. Люди подходили за добавкой и знакомились с хозяйкой коттеджа, а с легкой руки Чимина, который менял напитки в руках девушки по мере опустошения, Т/И держала курс оторваться по полной. Юнги видимо застрял где-то в другом месте, потому что, когда они снова перебрались в гостиную, по крайней мере, взгляд Т/И его не нашёл. Не успела Т/И обрадоваться, что всё проходит тихо, как Чимин громко объявил:— Ну что, все готовы? Теперь время танцев!Кстати, о Юнги.— Юн? Что-то случилось? — сонный голос мужчины просто «кричал» о том, что его разбудили.— Прости Джун, я не хотел разбудить, — только сейчас посмотрел на часы, которые показывали 00:17. — Я позвоню...— Нет! Все в порядке. Я все равно уже проснулся, так что выкладывай, — перебивает писателя.— А... Ну... Что там с домом? — неуверенно продолжил Мин.— Ты точно об этом хотел поговорить? — чувствует неладное в голосе друга, которого знает кучу лет и может различать степень пиздеца. На этот раз, на удивление, Юнги был трезв.— Да, блять... Джун, я не могу тут жить, а в гостинице я загнусь, — возмущается брюнет, размахивая руками. — Сними мне квартиру, плиз.— Нет. Хосок сказал, что за тобой присматривает его младшенькая. И, как я понимаю, присматривает она прекрасно, раз ты мне впервые за две недели звонишь трезвым.Намджун ничуть не преувеличил. Юнги зависим от алкоголя — это факт. Менеджера радовало то, что он наконец может слышать голос своего друга без запинок и заплетания языка, что свойственно при опьянении.— Мне нажраться, чтобы ты снял мне квартиру? Я легко это устрою! Если дело только в..., — начинает закипать писатель, только вот почему он и сам не знает. Но жопа чувствует, что останься он еще на день рядом с Т/И, то быть беде. Это необъяснимый магнетизм, что окутывает разум, когда эта девчонка рядом. Её хочется трогать, бесить, заставлять сгорать от нетерпения. Мин больше не хочет ненависти от неё, но, блять, почему? Что могло поменяться? Увы, этому Юнги не нашел объяснение. Похуй — пляшем. Из-за собственных раздумий, брюнет не слышит, что говорит его друг, поэтому просто сдается:— Если я натворю хуйни, ты же Джун будешь разгребать. Я не при делах, мужик, — хрипло смеется, еще раз удивляя Намджуна своим приподнятым настроением. — Еще раз прости, что разбудил. Я пошел... на вечеринку.— Юн, ты белку словил, да? С каких пор ты делаешь что-то подобное? — искренне удивляется, уже в третий раз, мужчина на том конце трубки.— С тех пор, как одна девушка познакомилась с моим дьяволом, — задумчиво говорит писатель, тепло улыбаясь, — и я пропал.— Эй, чувак, ты меня пугаешь, — заметно начинает нервничать, но после слов Юна, успокаивается.— Кажется мне становится лучше.Уровень громкости музыки увеличился, а это означает только одно — алкогольное опьянение достигло максимума и хочется отдаться ритму, бросить тела в жаркий танец. Спустившись вниз, Юнги наблюдает за толпой, которая дрыгается по середине комнаты под весьма соблазнительную мелодию, кто-то все же остался в стороне и просто пьет, а кто-то пытается тянуть Мина за руку. Какого хуя.— Эй, пошли потанцуем, — миловидная девушка вцепилась в руку и легонько тянет мужчину в сторону танцпола. На вид ей лет двадцать два, не больше. Приятная внешность, такие обычно нравятся парням, стройная фигурка со всеми выпирающими достоинствами.— Если не отпустишь мою руку, я сломаю твою, — по умолчанию грубит Юнги, небрежно одергивая свою руку, идет в сторону бара. Девушка замирает на месте, лишь провожая брюнета взглядом. Наивная.— Что будешь, красавчик? Бензина все еще нет, — встречает улыбкой Чимин писателя, как по волшебству материализовавшийся с танцпола к бару, на что мужчина не может не улыбнуться этому угоднику в ответ.— Последнюю бутылку виски я уже спиздил, так что давай на свой вкус, — присаживается на барный стул, чуть разворачивая тело к танцполу, оглядывается. В толпе подмечает знакомую фигуру: Т/И движется плавно, отдавая всю себя мелодии. Чертова засранка, что она творит. Юнги не замечает, что уже пару секунд не дышит, нервно покусывая губы.— Коктейль «Тебе точно дадут», — горделиво произносит Чимин, одергивая мужчину. — Водка, джин, капелька ликера и ананасовый сок.— Ананасы — это хорошо, — задумчиво протягивает Мин, не отводя взгляд от танцпола. — Очень хорошо.Но всему хорошему приходит конец. Вот и в поле зрения брюнета вторгается какой-то поджарый мужик, который откровенно начинает лапать в танце соседку Мина, а второй хоть бы хуй. Хотелось сорваться, оттащить, прекратить эту пытку рук по стройному телу девушки, но Юн сидит на месте сжимая челюсть так, что вот-вот и зубы будут крошиться.— Минги, ты чего? — встревожился Пак, подмечая, что писатель куда-то уставился, но не успевает посмотреть куда именно, как тот отворачивается от танцпола и залпом выпивает коктейль. — Эй, ненасытный, полегче.Дальнейшие действия Мин помнит с трудом. Он хватает бутылку джина, который стоял поодаль от Чимина, и жадно начинает поглощать алкоголь, дабы заглушить это рвущее на куски чувство. Юнги не позволено ревновать, это не в его компетенции, но, сука, ничего не может поделать. Когда он успел присвоить Т/И себе? Чушь. Это просто отсутствие алкоголя дает о себе знать. Да, алкоголь.— Если напьешься — проиграешь, — впервые за всё знакомство писатель слышит серьёзный тон друга Т/И. Чимин довольно проницательный, да тут дурак не догадается, что между этими двумя творится какая-то хуйня. Брюнет останавливается, медленно опуская бутылку и ставя ту на столешницу. Он вопросительно смотрит в карие глаза напротив и не понимает, что тот имеет ввиду, но, почему-то, становится чуточку легче.— Я уже проебался, друг мой, — с печальной улыбкой, ухмыляется, — по всем ебаным фронтам, проебался.Мужчина должен разобраться со всем этим дерьмом, что бурлит сейчас внутри. Он разворачивается к Чимину спиной, делает шаг, но останавливается. Заставляя сердце участиться еще сильнее, а все тело покрыться мурашками. Что он только что хотел сделать? Подойти к девушке, которая ему никто и забрать из чужих рук, что так напористо блуждают по её телу? Юнги ты в край пизданулся.— «Где твои яйца, чувак?» — пробегает таблоидом в голове мужчины, — «Это сестра твоего друга, я должен её уберечь от случайного секса. Блять... Юнги, что за хуйню ты только что высрал? Она же взрослый человек!».Не замечает, как все это время, сверлит взглядом виновницу паники внутри мужчины, но та вмиг вытаскивает его своим взглядом. Мол, да, давай, смотри Юнги. А Юнги смотрит. И сгорает. Чертова Чон Т/И.— Тебя мама не учила, что чужое трогать нельзя? — максимально враждебно произносит брюнет, перехватывая руку незнакомца, сжимая с силой. — А ты...Взгляд. И время в комнате останавливается, оставляя их двоих наедине. Юнги готов был разорвать Т/И на мелкие кусочки, лишь бы не видеть, не ощущать, не чувствовать. Откидывает брезгливо руку мужчины, после хватая запястье соседки, но более нежно и бережно, с толикой власти, тащит ту в сторону лестницы. Т/И упирается, но все же идет.— Да какого хуя ты обламываешь кайф, — девчонка в дрова.— Закрой свой рот, — хватается рукой за обе щечки, складывая тем самым губы девушки «уточкой», отбрасывает. Почему она сейчас такая милая? Злится на свои мысли, закидывая Т/И в одно движение на плечо, тащит наверх. Та пытается вырваться, но Мин хлопками по заднице быстро успокаивает шумную соседку. Добравшись, аллилуйя, на второй этаж, скидывает наглёжницу с плеча, но та шатается и почти что падает. Брюнет подхватывает младшую под руки, припечатывая к стене, сам жмется чуть ближе, чтобы девушка не рухнула.— Кайфалом, — бурчит пьяно Т/И, сверля взглядом старшего.— Тоже могу сказать и о тебе. Кто устроил вечеринку? Я бы уже дрых, а не возился с твоим пьяным телом, — выпаливает Мин, но двигаться не спешит. На удивление ему очень комфортно, не смотря на позу и груз. — Спать пошли.Взгляд останавливается на губах. Рука, что придерживала Т/И, стелиться на щечку девушки, поглаживая большим пальцем, а после заводит руку за шею поглаживая и её, проникает пальцами в густые светлые волосы, сжимает. Смотрит секунду в испуганные, пьяные глаза и приближается к губам, поднимая одновременно взгляд к глазам Т/И, шепчет: — Маленькая извращенка.Если писатель посчитает кого-то особенным — это навсегда. А Т/И особенная.