тишина, которая говорит

Она жила у него уже шестой день. Или седьмой, Ха Юн сбилась со счёта. Дни смешались в одну серую ленту: утро, кофе, он уходит по делам, она остаётся одна, смотрит в окно, ждёт. Вечером он возвращается, иногда с пакетом еды, иногда с синяками на костяшках. Она не спрашивает, где был. Он не рассказывает.

Они спят на одном диване. Сначала он стелил себе на полу, но на третью ночь Ха Юн сказала: «Ложись рядом. Тут холодно». Он не спорил.

Они лежали, не касаясь друг друга. Каждый на своём краю. Но ночью она просыпалась от того, что он придвинулся ближе во сне, или она сама прижималась к его спине, неважно. Важно, что по утрам они просыпались переплетёнными, но не говорили об этом.

В ту ночь она не могла уснуть. Лежала на спине, смотрела в потолок. Сон Дже лежал рядом, на боку, лицом к ней. Очки снял, они лежали на полу. В полутьме его глаза казались чёрными.

— Не спишь? — спросил он тихо.

— Нет.

— О чём думаешь?

— О том, что будет дальше.

— Дальше будет завтра.

— А после завтра?

— После завтра - послезавтра. — Он помолчал. — Я не умею планировать далеко.

Ха Юн повернула голову. В темноте она видела его лицо, скулы, линию челюсти, шрам на брови, родинку под глазом. Он был так близко, что она чувствовала тепло его дыхания.

— А я умею, — сказала она. — Но сейчас не могу. Всё слишком... не моё.

— Это теперь твоё, — он чуть усмехнулся. — Квартира, диван, я. Привыкай.

Она хотела ответить что-то колкое, но слова застряли. Потому что он произнёс «я» так, будто это было очевидно. Будто он всегда был её.

Она не знала, кто начал первым. Может быть, она. Может быть, он. Но в какой-то момент расстояние между ними исчезло, его рука легла на её талию, её пальцы коснулись его плеча. Он потянул её к себе не резко, а так, будто ждал этого всю жизнь.

Поцелуй был другим. Не как в прошлый раз, не грубым, не наказующим. А каким-то неловким, почти неумелым. Он будто пробовал её на вкус впервые, не зная, понравится ли. Она отвечала, и её пальцы гладили его затылок, путались в волосах.

— Ты дрожишь, — прошептал он, отстранившись.

— Холодно, — соврала она.

— Врёшь, — он поцеловал её в уголок губ. — Но неважно.

Его руки были горячими, шершавые ладони, сбитые костяшки. Они скользили по её спине, по рёбрам, по животу. Ха Юн выдохнула, когда его пальцы задержались на поясе его футболки, которая была на ней. Он не торопился. Словно боялся, что она передумает.

Она не передумала.

То, что было дальше, не нуждалось в словах. Только дыхание частое и сбивчивое. Только тени на стене, две фигуры, переплетённые в одну. Только его хриплый голос, когда он шепнул «рыба моей мечты» куда-то ей в плечо. И её всхлип не от боли, нет. Оттого, что она наконец перестала бояться.

Потом они лежали в темноте, и она слушала, как бьётся его сердце. Быстро, гулко. Он не был спокоен, он просто умел это скрывать.

— Сон Дже, — позвала она тихо.

— М?

— Ты теперь мой?

Он помолчал.

— Я всегда был твой, — сказал он. — Просто ты не спрашивала.

Она уткнулась носом ему в грудь и закрыла глаза. Внутри было тепло.

За окном виднелся рассвет.