колебания

В следующие две недели Ха Юн жила как на качелях.

Джин Хо появлялся каждый день. Приносил кофе, цветы, маленькие подарки, брелок для ключей, смешную кружку с надписью «Лучший администратор». Он был предсказуемым, как расписание автобусов. Звонил ровно в семь вечера, спрашивал, как прошёл день, рассказывал о своих парах. Приходил после занятий, ждал её смены, провожал домой. Ни разу не повысил голос, не настаивал, не требовал. Просто был рядом.

Ха Юн чувствовала себя неблагодарной сволочью за то, что не могла ответить тем же.

— Ты сегодня какая-то грустная, — заметил он однажды, когда они шли по тёмной улице к её дому.

— Устала, — ответила она. Это была правда. И неправда одновременно.

— Может, тебе стоит взять выходной? Отдохнуть.

— Не могу. Деньги нужны.

Он кивнул, не споря. Никогда не спорил. Никогда не лез в её финансы, хотя видел, что она живёт на грани. Предлагал помочь, она отказалась, он не настаивал.

Идеальный парень. Такой, о котором мечтают девушки в романтических комедиях.

Почему же тогда, когда она сидела за стойкой и смотрела на монитор камер, её взгляд всегда находил один угол? Тот самый, где всегда было темно, но она знала, что он там.

Сон Дже не приходил три дня. Три долгих дня, когда Ха Юн ловила себя на том, что смотрит на дверь каждый раз, когда кто-то входит. Три дня, когда клуб казался ей пустым, даже когда был полон.

На четвёртый день он вернулся.

— Зелёный, — бросил он, ставя на стойку деньги. Даже не взглянул на неё.

— Держи, — Ха Юн протянула банку. Их пальцы не соприкоснулись.

Он ушёл в угол, сел, положил ноги на стул. Достал телефон, уткнулся в экран. Не смотрел на неё.

И это было хуже, чем если бы он смотрел.

— Вы поссорились? — спросил Джин Хо в тот же вечер, заметив, как Ха Юн пялится в пустоту.

— Нет. Мы не ссорились, потому что нам не о чем ссориться.

— Ты на него смотришь.

— Я смотрю за залом.

— Нет, — Джин Хо покачал головой, и его улыбка стала чуть грустнее. — Ты смотришь на него. Я вижу.

Ха Юн промолчала. Что она могла сказать? Что он прав? Что она не может перестать думать о человеке, который даже не разговаривает с ней нормально? Который называет её «рыбка» и смотрит так, будто она вещь?

— Может, тебе стоит разобраться в себе, — мягко сказал Джин Хо. — Я подожду.

— Ты слишком добрый, — выдохнула Ха Юн.

— Это плохо?

— Не знаю. Я не привыкла к доброте.

Он улыбнулся и погладил её по руке. Быстро, почти незаметно. Ха Юн не отдёрнула ладонь.

Но в углу зала кто-то со стуком поставил банку на стол. Ха Юн обернулась. Сон Дже сидел, глядя в телефон. Не на неё. Но банка стояла пустая, хотя он только что её открыл.

На следующий день Со Хён поймала её в подсобке.

— Что с тобой происходит? — спросила она без предисловий.

— Ничего.

— Ты сама не знаешь, чего хочешь, — сказала Со Хён, прищурившись. — Один вьётся вокруг тебя, как щенок, ты его отталкиваешь. Другой молчит, как рыба, ты на него пялишься. Выбери уже кого-то одного, а?

— Я никого не выбираю.

— Вот и проблема. Ты пытаешься не выбирать. Но жизнь всё равно выберет за тебя.

Ха Юн хотела огрызнуться, сказать, что Со Хён ничего не понимает. Но слова застряли в горле. Потому что подруга была права.

Она не знала, чего хочет. Спокойной жизни с Джин Хо? Или опасной, пугающей близости с Сон Дже? Или ничего из этого, просто тишины и одиночества, к которым привыкла?

Когда Со Хён ушла, Ха Юн вышла в зал. Сон Дже сидел на своём месте, она за стойкой. Между ними двадцать метров пустого пространства.

Но ей казалось, что эти двадцать метров целая жизнь, которую она не умеет перешагнуть.