26

Вечер. Я сидела на кровати, листала телефон. Чан зашёл без стука — как обычно.

— Ты занята? — спросил он.

— Нет, — я отложила телефон.

Он сел на край кровати. Не близко, но и не на расстоянии. Посмотрел на меня.

— Я хочу поговорить, — сказал он.

— О чём?

— О тебе. О Минхо.

Я вздохнула. Знала, что этот разговор рано или поздно случится.

— Что именно ты хочешь знать? — спросила я.

— Вы вместе? Серьёзно?

— Да, — сказала я. — Мы встречаемся.

— Он к тебе хорошо относится?

— Да, заботиться обо мне.

Чан кивнул.

— Вы предохраняетесь?

Я не покраснела. Эти вопросы больше не смущали.

— Да, — ответила я. — Он пользуется.

— Всегда?

— Всегда, — сказала я. — Я проверяю.

Чан смотрел на меня. В его глазах не было осуждения.

— Ты уверена, что это не то же самое, что с Хёнджином?

Я подумала.

— Нет, — сказала я. — С Хёнджином мы не были в отношениях, он не любил меня.

— То есть это другое?

— Другое, — я посмотрела на него. — Ты не должен волноваться.

— Я не волнуюсь, — он усмехнулся. — Я переживаю. Это разные вещи.

— Значит, переживай меньше, — я улыбнулась.

Чан встал.

— Если он сделает тебе больно — я с ним поговорю, — сказал он.

— Не сделает, — ответила я.

— Дай бог, — он направился к двери. Остановился. — И ещё.

— Что?

— Ты выглядишь лучше, чем раньше. Ешь нормально.

— Это потому что я счастлива, — сказала я.

Чан кивнул и вышел.

Я осталась сидеть на кровати. Взяла телефон, написала Минхо: «Чан спросил, предохраняемся ли мы».

«И что ты ответила?»

«Что да, ты пользуешься и я проверяю».

«Правильно ответила. Я люблю тебя».

«И я тебя».

Я отложила телефон, легла на спину. Смотрела в потолок и улыбалась. Чан переживает. Минхо любит. Я счастлива.

Вечер. Чан собирался куда-то.

Я вышла из своей комнаты, когда услышала, что он возится в прихожей. Надевал куртку, поправлял волосы перед зеркалом. Обычно он не уделял столько внимания внешности, когда шёл на работу или в зал. Значит, дело было в другом.

— Ты куда? — спросила я, прислонившись к косяку.

— К Эмме, — сказал он. Спокойно, без смущения.

Я усмехнулась.

— Вы предохраняетесь? — спросила я. В шутку. Просто чтобы подколоть.

Чан посмотрел на меня серьёзно.

— Да, — сказал он. — Всегда.

Я не ожидала, что он ответит так прямо. Обычно он уходил от таких разговоров.

— И давно вы уже? — спросила я. Шутка перестала быть шуткой.

— Достаточно, говорил же, месяц— он застегнул куртку. — Не переживай, я не делаю глупостей.

— Я и не переживаю, — сказала я. — Просто интересно.

— Что именно?

— Ну… ты скрытный. Я ничего о ней не знаю. Только имя.

— Познакомишься, — он взял ключи. — Когда всё станет серьёзнее.

— А сейчас не серьёзно?

Чан усмехнулся.

— Пока просто встречаемся, — сказал он. — Без обязательств.

— Как я и Хёнджин, — вырвалось у меня.

Он помрачнел.

— Не сравнивай, — сказал он. — Это другое.

— Чем?

— Тем, что я не даю ей наркотики и не сплю с другими, — он открыл дверь. — Всё, я пошёл. Не жди.

Он вышел. дверь закрылась а я так и стояла в коридоре.

Прошёл ещё месяц.

Учеба подошла к концу, экзамены сданы, я переведена в двенадцатый класс. Минхо тоже. Лето началось с тёплых вечеров, прогулок до темноты и долгих разговоров ни о чём.

В один из таких вечеров Минхо был у меня дома. Мы сидели в моей комнате, дурачились — он пытался засунуть мои ноги в свои носки, я кидала в него подушкой. Кричали, смеялись, валялись на кровати. Коты Минхо остались дома, но он рассказывал про них, и я смеялась до слёз.

Мы не заметили, как открылась дверь.

Чан стоял на пороге. В рабочей рубашке, уставший, с ключами в руке. Смотрел на нас — на валяющиеся подушки, на меня в огромной футболке Минхо, на него с моими носками в руке.

— Вы тут войну устроили? — спросил он.

— Почти, — ответила я, вытирая слёзы.

Чан не улыбнулся. Вошёл в комнату, сел на стул у стола. Сложил руки на груди.

— Минхо, — сказал он.

— Да? — Минхо выпрямился.

— У вас серьёзно?

— Да, — сказал Минхо без колебаний. — Серьёзно.

— Насколько?

— Я люблю её, — Минхо посмотрел на меня. — Хочу быть с ней. Дальше видно будет.

Чан кивнул. Потом перевёл взгляд на меня.

— Ты?

— Я тоже, — сказала я.

Чан помолчал.

— Тогда надо знакомить вас с родителями, — сказал он. — Не прятаться же вечно.

Я замерла.

— С родителями? — переспросила я.

— С нашими, — Чан кивнул. — С матерью и отцом. Они должны знать, что у тебя серьёзные отношения. Не завтра, конечно. Но в ближайшее время.

— Зачем? — я не понимала.

— Затем, что ты живёшь в этом доме, — сказал он. — Они имеют право знать, кто к тебе приходит.

— Им всё равно, — сказала я тихо.

— Может быть, — Чан не спорил. — Но формальности есть формальности.

Минхо сжал мою руку.

— Я не против, — сказал он. — Если ты готова.

Я не была готова. Не потому, что боялась — просто не знала, зачем это нужно людям, которые не замечают меня. Но Чан был настойчив.

— Хорошо, — сказала я. — Пусть будет.

— Тогда на выходных, — сказал он. — Предупрежу их.

Он вышел.

Мы остались вдвоём. Тишина.

— Ты правда хочешь? — спросил Минхо.

— Не знаю, — честно ответила я. — Но если это важно для Чана — сделаю.

— А для тебя?

— Для меня важно, чтобы ты был рядом, — сказала я. — А родители — просто фон.

Минхо обнял меня.

— Тогда не бойся, — сказал он. — Мы справимся.

Я кивнула, уткнувшись носом ему в плечо. Внутри было тревожно. Но рядом с ним — легче.

На выходных Чан предупредил родителей. Мать сказала: «Хорошо, пусть приходит». Мистер Бан кивнул, не отрываясь от телефона.

Воскресенье. Минхо пришёл ровно к пяти. В руках — торт в прозрачной коробке, цветы для матери. Я открыла дверь, и он улыбнулся.

— Ты волнуешься? — спросила я.

— Немного, — признался он.

— Я рядом.

Мы зашли в гостиную. Мать сидела на диване, мистер Бан в кресле с телефоном. Чан уже был там — откинулся на спинку, наблюдал.

— Здравствуйте, — Минхо слегка поклонился. — Это вам.

Мать взяла цветы, улыбнулась.

— Присаживайся.

Ужин подали в столовой. Мать разливала суп, Минхо аккуратно поставил торт на свободный край стола. Мистер Бан отложил телефон.

— Давно вы встречаетесь? — спросила мать.

— Пару месяцев, — сказал Минхо.

— И как познакомились?

— В школе. Я сам подошёл к ней.

— Почему? — мистер Бан поднял бровь.

— Потому что она мне понравилась.

Ответ прозвучал просто, без раздумий. Я опустила взгляд в тарелку.

— А родители твои знают? — спросила мать.

— Да. Они рады.

— Чем занимаются?

—  У отца бизнес, мама — медсестра.

— Хорошая профессия, — заметил мистер Бан.

Разговор перекинулся на школу, экзамены, летние планы. Я почти не участвовала. Минхо отвечал спокойно, смотрел в глаза родителям, не отводил взгляд.

К чаю подали торт. Мать разрезала, положила каждому по куску. Все молчали.

— Хеин, — мистер Бан поднял голову. — Вы близки?

Я не поняла.

— В каком смысле? — спросила я.

— В прямом, — он отпил чай. — Вы ведёте половую жизнь?

Я почувствовала, как щёки заливает жаром.

— Да, — сказал он спокойно. — Мы близки.

— Предохраняетесь?

— Всегда.

Мистер Бан кивнул, как будто услышал ожидаемый ответ.

— Это правильно, — сказал он. — Не хочу, чтобы были сюрпризы.

Мать молчала, смотрела в чашку, но не выглядела шокированной. Чан спокойно пил чай, не вмешивался.

— Вы же понимаете, — продолжил мистер Бан, глядя на Минхо, — что вы оба ещё дети. Не в юридическом смысле, но в житейском. Ответственность — это не только приятное времяпрепровождение.

— Понимаю, — сказал Минхо.

— И вы готовы к последствиям, если что-то пойдёт не так?

— Надеюсь, что до этого не дойдёт, — Минхо не отводил взгляд. — Но если что-то случится — я буду отвечать. Не она одна.

Мистер Бан посмотрел на него долго. Потом перевёл взгляд на меня.

— А ты что скажешь?

— Я ему доверяю, — сказала я. — Этого достаточно.

— Доверие — это хорошо, — он откинулся на спинку. — Но доверие не предохраняет.

— Мы предохраняемся, — сказала я. — Ты уже спросил. Мы ответили.

Мать подняла голову.

— Всё, — сказала она. — Хватит. Мальчик пришёл познакомиться, а ты устроил допрос.

— Я просто хочу быть уверен, — сказал мистер Бан.

— Уверенность не рождается из вопросов за столом, — мать отодвинула чашку. — Посмотри на них. Они спокойны, вместе. Этого достаточно.

Мистер Бан замолчал.

Чан поставил чашку.

— Я поговорил с Минхо до этого, — сказал он. — Всё нормально.

Мистер Бан посмотрел на сына, потом на меня.

— Ладно, — сказал он. — Приятно было познакомиться, Минхо. Приходи ещё.

— Спасибо, — Минхо слегка поклонился.

Мать улыбнулась.

— Вы такие милые, — сказала она. — Хеин, проводи мальчика.

Мы встали. Чан кивнул нам. Я проводила минхо до двери и он ушел, перед этим поцеловав меня в макушку.