Глава 38

Достав из шкафа чёрную кожаную куртку по бёдра, девушка накинула её на плечи и обернулась к подругам, завершая свой дерзкий образ. Прихватив небольшую сумочку, Таня вместе с Катей и Полиной чинно вышла из комнаты, и они стали шумно спускаться на первый этаж, цокая высокими каблуками.

— Ничего себе, красотки какие! — с доброй улыбкой протянула Ольга, вытирая руки кухонным полотенцем, пока девчонки толпились у зеркала в прихожей.

— Танюх, ты чё, в эскорт подалась, что ли? — выдал язвительный смешок высунувшийся из гостиной Лёха.

За свою наглость он тут же получил от Тани точный снаряд — сорванная с вешалки тёплая шапка прилетела ему прямо в лицо.

— Лёша, блин! Словами не разбрасывайся, а то я тебе сейчас сама этим полотенцем по жопе надаю! — строго пригрозила сыну мать и повернулась на шаги мужа. Валерий как раз вышел из кухни, держа в руке чашку чая.

— Ой, а вы куда это такие нафуфыренные собрались? — удивлённым взглядом окинул их мужчина, едва не поперхнувшись.

— Дядь Валер, мы в детский сад воспитателями идём подрабатывать, — одарила его самой приторной и нежной улыбкой Смирнова, после чего решительно вытолкала притихших подруг за входную дверь. — Спасибо за дочь и всего хорошего!

Катя с грохотом хлопнула дверью, отрезая их от ошарашенных родителей, и сразу же весело подхватила девочек под руки, уверенно виляя бёдрами по дорожке.

— Кать, блин! Полегче, задавишь же! — пискнула хрупкая Полина, едва удерживая равновесие.

— Ой-ой-ой, какие мы нежные, — шутливо протянула Катя.

Она отпустила их руки и резко остановилась посреди тропинки. Подруги затормозили следом и вопросительно уставились на русую.

— Стоп, — произнесла Смирнова, прищурившись. — А Лёшка ваш чё, с нами не пойдёт?

— Я не знаю... Нет, вроде, дома остался, — пожала плечами Таня.

— Погоди, а ты вообще родителям своим заикнулась, что мы в клуб идём?

— Не-а, я вообще забыла, что мы сегодня куда-то собирались, пока вы не припёрлись, — честно ответила Таня, упрямо ковыляя вперёд по неровному асфальту. — Блять, Кать, как на этих ходулях вообще ходить?! Я пока до этого вашего клуба дойду, точно убьюсь обо что-нибудь!

— Да нормально всё, привыкнешь! Пойдёмте давайте быстрее, холодно ведь, — Полина поспешила догнать Краснову, аккуратно придерживая её за локоть, пока Катя забавно семенила позади них на своих шпильках.

— Боже, да подождали бы хоть! — закричала сзади Смирнова.

— Хах, куда мы без тебя? Ты же нас потом всё равно из-под земли достанешь и прибьёшь, — усмехнулась Таня.

Она торопливо застегнула куртку до самого подбородка и недовольно сморщила нос от пронизывающего ветра.

— А Полинка права, холодрыга на улице полная, — заметно дрожа, проговорила рыжая и поглубже засунула ладони в карманы куртки.

— Ой, это ты просто ещё зиму нормальную у нас не повидала, — тускло отозвалась Катя, догоняя девчонок. — Вот там в пуховиках реально можно насмерть от холода умереть.

— Ох, мамочки... А долго нам ещё идти-то?

— От твоего дома три минуты где-то, вон за тем поворотом уже огни видно, — щёлкая от холода зубами, Полина опустила взгляд под ноги.

Таня, заметив, как подруга сжалась от сквозняка, ласково приобняла её за плечи, пытаясь хоть как-то согреть своим теплом. Катя, шедшая чуть сбоку, картинно вздохнула и покачала головой:

— М-да, девочки. Я уже прямо не знаю, кого мне из вас ревновать. Тебя, Тань, или тебя, Полин? Или вас обеих сразу оптом взять?

Девчонки дружно рассмеялись, но стоило им завернуть за угол, как весёлый настрой Тани мгновенно испарился. У входа в сельский клуб, ярко освещённого неоновыми лампами, уже толпилась местная молодёжь. И прямо у крыльца, вальяжно затягиваясь сигаретой, стоял Рома. Рядом с ним, громко смеясь и виснуя на его плече, стояла Юля Малиновская.

Девочки лишь весело переглянулись и дружно посмеялись, продолжая уверенно двигаться вперёд. Сделав ещё несколько шагов, они наконец вышли к небольшому зданию сельского клуба, откуда уже на всю округу грохотали глухие, сочные басы популярной музыки.

Едва переступив порог, подруги окунулись в полумрак, разрываемый яркими вспышками цветомузыки. Они торопливо сдали свои куртки в гардероб и немного прошли вглубь душного, заполненного людьми зала. Но стоило им оказаться внутри, как Катя и Полина, завидев в толпе Игоря и Антона, тут же упорхнули искать своих парней. Таня даже пикнуть не успела, как осталась стоять посреди шумного помещения в абсолютном одиночестве. Вот тебе и подруги называется, бросили в самый ответственный момент.

Простояв на одном месте около минуты и не зная, куда себя деть, Краснова внезапно кожей почувствовал чужой, до безумия пристальный и жгучий взгляд в свою спину. Лопатки будто обожгло.Неожиданно для самой себя девушка резко обернулась.

Там, в дальнем конце зала, у кирпичной колонны стоял Пятифан в компании нескольких незнакомых для неё парней. Рома замер с полуоткрытым ртом. Его тёмные глаза с диким, неподдельным удивлением и жадностью медленно бегали по её телу, изучая каждый изгиб, подчёркнутый облегающим платьем, и лаковые сапоги. Он просто не мог поверить своим глазам, что эта роковая, невероятно изящная и сексуальная красотка — его скромная рыжая одноклассница, которая открылась для него с совершенно новой, крышесносной стороны.

Вспышка неонового света выхватила их из темноты, и Таня обомлела: у них с Ромой получился практически парный образ. На ней было то самое тёмно-красное платье с чёрным кружевом, а на Пятифанове — темно-красная рубашка, расстёгнутая на верхние пуговицы, сквозь которую отчётливо угадывались рельефные очертания его подтянутого, крепкого тела.

Их взгляды намертво сцепились друг с другом, словно их связали невидимым канатом. В эту секунду весь мир вокруг перестал существовать.

Оглушительная клубная музыка для Тани резко заглохла, превратившись в абсолютную тишину. Пёстрая, танцующая толпа смазалась в невнятные тени. Они не замечали вообще никого вокруг — только он и она в этом безумном, шумном месте. Сердце Тани заколотилось о рёбра с бешеной, пугающей силой, дыхание перехватило, а глаза взволнованно заблестели, но теперь это был блеск чистой, искрящейся страсти, а вовсе не слёз. Кажется, они так и стояли бы целую вечность, гипнотизируя друг друга как полные идиоты.

— Тань, привет! — вдруг раздался прямо над ухом громкий, весёлый голос.

Этот звук безжалостно разрушил магию момента, заставив мир снова обрести краски и оглушительный шум. Девушка вздрогнула, порывисто отвела взгляд в сторону и натянула мягкую улыбку, посмотрев на Егора. Горяев взялся прямо как из-под земли, возникнув рядом в самый неподходящий и защищённый момент.

— И тебе привет, Егор, — негромко отозвалась она, пытаясь унять дрожь в голосе.

Таня рефлекторно перевела взгляд обратно к той самой колонне, надеясь снова поймать глаза брюнета, но Ромы там уже не было. Он словно испарился, оставив после себя лишь шлейф глухой ревности и недосказанности.

— Идём потанцуем? Чего ты тут одна стоишь? — с улыбкой предложил шатен.

Он аккуратно и нежно взял деву за руку, увлекая за собой в самую гущу двигающейся толпы.

— Ой... Ну, пошли, — растерянно согласилась Таня.

Она пошла за Егором, но внутри всё переворачивалось от мысли, что Рома где-то здесь, в этой темноте, и он точно видит, с кем она сейчас танцует.

Так называемая «парочка» плавно влилась в гущу танцпола. Оглушительная музыка, бьющая по ушам, запах дешёвого алкоголя, бесконечные танцы и мелькание сотен незнакомых лиц не создавали внутри Тани абсолютно никакого уюта. Всё это было чужим. Ей куда ближе было бы сейчас посидеть в тишине с кем-то близким и поговорить по душам — вот это Краснова по-настоящему считала уютным.

Откачавшись с Егором под ритмичные биты несколько треков, она вежливо извинилась и направилась к диванчикам в вип-зоне, где как раз обосновались её подруги, лениво потягивая из бокалов красное вино. Таня шумно опустилась рядом.

— Вы с Егором выглядите такими милыми... — сделав глоток, мягко проговорила Полина.

Она целомудренно потянула подол своего платья чуть ближе к коленям.

— Благодарю, — слабо улыбнулась ей Таня, пытаясь перевести дух.

— Меня сейчас точно вырвет, — фыркнула Смирнова.

Она одним мощным глотком допила остатки вина и с глухим стуком поставила пустой бокал на столик.

— Хотя бы порадовалась бы за подругу, Кать, — укоризненно покачала головой Полина.

— Полинчик, будь добра, пожалуйста, помолчи... — тепло и до ужаса приторно улыбнулась Катя, одним этим взглядом закрывая подруге рот. Брюнетка послушно замолчала.

Судя по всему, русая за вечер успела пригубить уже раз пять, в то время как тихая Морозова едва допивала второй бокал. Пить Катька любила — в такие моменты она чувствовала себя слишком свободной и сильной.

Таня откинулась на спинку дивана и перевела взгляд вперёд, на толпу. Прямо напротив неё, чуть поодаль, стоял Рома. На его плечах собственнически покоились тонкие женские руки Юли, которая что-то увлечённо шептала ему на ухо. Но сам Пятифанов её не слушал. Его бешеный, тяжёлый взгляд был намертво прикован к девушке, сидящей напротив. К Тане. Краснова судорожно зажала губы и, не выдержав этого мысленного поединка, волевым усилием отвела глаза обратно на девчонок.

Пока они лениво беседовали, диджей сменил пластинку, и из колонок полились первые тягучие аккорды медленного танца. И тут же, словно по какому-то невидимому зову, перед Таней снова соткался Горяев. На его лице блуждала неизменная мягкая улыбка.

— Могу я пригласить вас на танец, прекрасная леди? — галантно вытянул ладонь Егор.

Сидящая рядом Смирнова тут же одарила его такой язвительной и хищной улыбкой, что у обычного парня подкосились бы ноги.

— Смотри у меня, кудрявый. Чтобы я тебя потом случайно на сковороде не поджарила, — прожигая его взглядом, тихо процедила Катя, но при этом продолжала кокетливо улыбаться.

— Я не против, — ответила на приглашение Татьяна.

Она проигнорировала едкие комментарии подруги и вложила свои пальцы в его руку. Отказывать ведь в открытую неприлично, верно? Да и гордость внутри вопила, требуя действий.

Краснова пошла следом за парнем, вновь выходя на залитый синим светом танцпол. Где-то в полумраке она мимоходом заметила Полину и Катю, которые уже кружились в объятиях Антона и Игоря. Но в голове настойчиво бился один вопрос: почему Рома со своей Юлей не танцует? Не хочет, наверное. Или брезгует.

Егор плавно притянул девушку к себе за талию. От этого неожиданного прикосновения Таня на секунду вздрогнула, но быстро взяла себя в руки и успокоилась. Это ведь просто обычный танец, ничего криминального. Она медленно обвила руками шею знакомого и доверчиво положила голову ему на плечо, подстраиваясь под ритм и плавно покачивая бёдрами.

Качаясь из стороны в сторону вместе с Горяевым, красавица краем глаза продолжала сканировать зал. И в полумраке у бара она снова наткнулась на его взгляд.

Пятифанов сидел на кожаном диване в полном одиночестве. Он широкими глотками нагло распивал какое-то горючее прямо из бокала, ревниво и яростно наблюдая за каждым их мимолётным движением. Таня отчётливо видела, как побелели его костяшки: Рома то сжимал, то разжимал стекло в руке каждый раз, когда рыжая чуть плотнее прижималась к телу Егора. Пятифан сейчас, кажется, отдал бы всё, чтобы подлететь, взять этого смазливого паренька за шиворот его чёртовой рубашки и с размаху проехаться его лицом по бетонному асфальту. Но он не мог. Вокруг было слишком много людей, лишние проблемы с милицией ему были не нужны.

Глядя на эту молчаливую ярость Ромы и его неадекватное поведение, внутри Тани внезапно проснулся дикий, мстительный азарт. Обида за утреннее «забудь об этом» и вечернюю «любимую Юлю» перевесила здравый смысл. Да чтоб ты прямо сейчас въелся от своей ревности, Пятифанов!Ведомая чистым, безумным импульсом, Таня инстинктивно приподняла голову с плеча кудрявого шатена, заглядывая ему прямо в глаза. Мозг в эту секунду полностью отключился.

— Поцелуй меня, — абсолютно не соображая, что творит, приказным шёпотом выдала она.