Глава 37

Дверь в комнату резко, без предупреждения распахнулась, и на пороге возникли две подруги. Одетые с иголочки, с идеальными причёсками и вечерним макияжем — все такие красивые, нафуфыренные и сияющие, будто сошли с обложки модного журнала.

— Я же просила стучаться! — раздражённо крикнула рыжая, даже не оборачиваясь и продолжая сидеть к двери спиной. — Девочки?.. Вы что вообще здесь делаете? Ещё и нарядные такие...

Таня удивлённо отложила книгу на покрывало и наконец развернулась лицом к незваным гостям, оценивающе рассматривая их эффектный вид.

— Мы пришли тебя собирать! — радостно заулыбалась Полина и весело захлопала длинными ресницами.

— Куда собирать? — не поняла Краснова, подозрительно прищурившись.

— Как куда, моя хорошая? В клуб, естественно! — звонко захохотала Катя и задорно подёрнула плечами, так и лучась энергией.

— А зачем вы припёрлись-то для этого? Я разве не могу сама одеться? — фыркнула Таня, поднимаясь с кровати.

Подруги, проигнорировав её ворчание, дружно уселись на освободившееся место. Катя первым делом ловким движением выудила из своего рюкзака пухлую косметичку, а затем по-хозяйски направилась прямиком к гардеробу.

— Танюх, где у тебя платья висят? — бурно спросила Екатерина, без лишних церемоний шурша вешалками и перебирая чужие вещи. — О, нашла! Ну-ка, как тебе вот это?

Смирнова вытащила из недр шкафа обычное белое платье простого кроя, довольно короткое, и приложила к себе. Не успела Таня открыть рот, чтобы ответить, как её нагло перебила русая подруга, критически осмотрев вещь:

— Нет, это вообще не то! Нам нужно что-то по-настоящему сексуальное, очень сексуальное. Чтобы этот твой Пятифан сегодня собственными слюнями захлебнулся, когда тебя увидит!

После этих слов Таню ощутимо передёрнуло. Утренние воспоминания и обида мгновенно вспыхнули в груди с новой силой.

— Пятифанов?.. Зачем это ещё, Кать? Я больше не хочу из-за него реветь, — не подумав, в сердцах взболтнула рыжая красавица и поспешно убрала растрёпанные волосы назад.

— Реветь? — Катя резко замерла на месте и пафосно скрестила руки на груди, уставившись на неё в упор.

— Так, я не поняла. Ты когда это из-за него ревела?Ни в чём не виноватая Полина, сидевшая на кровати, лишь тихонько переводила испуганный взгляд с одной подруги на другую, благоразумно помалкивая.

— Ну... было раз. Ну, может, два. Ну и три... ну и... — Таня начала неловко загибать пальцы, пытаясь съехать с темы.

Не дав ей закончить этот позорный подсчёт, одноклассница грубо и громко её перебила, сделав шаг вперёд:

— Так, слушай меня сюда, моя любимая подруга! Сегодня ты идёшь с нами и будешь покорять весь этот занюханный клуб своей неземной красотой. И при всём этом ты обязана выглядеть чертовски сексуально! Чтобы абсолютно все пацаны вокруг на тебя слюни пускали до пола, а эти драные кошелки вроде Малиновской от зависти лопнули на месте! Всё, это не обсуждается!

Таня растерянно посмотрела на воинственную Катю, понимая, что сопротивляться этой банде сегодня просто бесполезно.

Строгий и властный голос Кати действительно вселял какую-то безумную надежду. И всё же Таня прекрасно понимала, что она совсем не такая, как Смирнова. Катька могла одним только своим царственным, стервозным взглядом заткнуть любого парня в школе, в отличие от более мягкой Красновой.

— Поняла? Ты сегодня секси! — хитро ухмыляясь, проговорила Катя, уперев руки в бока.

— Да, Тань, поняла? — с мягкой улыбкой поддакнула Полина, закивав головой.

— То есть... вы хотите сказать, что если я буду, — Таня неуверенно замялась, пробуя незнакомое слово на вкус, — секси... То Рома всё-таки...

— Гарантирую! — твёрдо заверила её Смирнова, и в её глазах вспыхнул коварный огонёк. — Это же чистый закон природы, подруга. Секси всегда рулят! Так что выше нос, отставить сопли и давай вон это примеряй.

Катя бесцеремонно сунула девушке в руки облегающее тёмно-красное платье с изящной кружевной чёрной сеткой поверх ткани. Таня до последнего пыталась отказываться, лепеча, что это слишком, но против напора Смирновой выстоять было невозможно. Её буквально вытолкали переодеваться.

— Ну... как? — застенчиво спросила Таня, робко переступая порог комнаты спустя пару минут.

У Полины и Кати одновременно приоткрылись рты. Комната на секунду погрузилась в благоговейную тишину.

— Как же красиво... — первая искренне восхитилась Полина, и её голубые глаза засияли от чистого восторга.

— Вот это я понимаю — секси! Была бы я парнем, прямо тут и упала бы...

— Спасибо, я поняла, — смущённо перебила её Таня, чувствуя, как щёки заливает густой румянец. Она неловко поправила подол. — Что, правда красиво? Просто это платье такое короткое... Как проститутка, ей-богу!

— Очень-очень красивое, и никакая ты не проститутка! Тебе безумно идёт! — продолжая ласково улыбаться, ответила Морозова. — А если тебе какую-то такую ерунду кто-то вякнуть посмеет, Катька ему живо все патлы или яйца повырывает.

Катя в это время уже вовсю гремела флаконами, вытаскивая из своей бездонной косметички гору бьюти-средств:

— Так, разговорчики в строю! Садитесь, Богиня с большой буквы «Б», я у ваших ног!

Смирнова решительно притащила стул из угла и усадила на него рыжую.

— Ну что, Полинчик, начинаем шаманить! — пафосно скомандовала русая, и в комнате началось настоящее безумие.

В ход пошло абсолютно всё: раскалённые плойки, ядрёные лаки для волос, лаки для ногтей, бигуди, тени, подводки. На это масштабное преображение у девчонок ушло больше трёх часов, но постарались они знатно. Когда Таня наконец смогла посмотреть на результат, она едва узнала себя в зеркале.

Выглядела она превосходно и чертовски эффектно: тёмно-красное платье идеально подчёркивало фигуру, на ногах красовались дерзкие колготки в сеточку, глаза были ровно подведены угольно-чёрным карандашом, на губах горела матовая тёмно-красная помада, а ногти аккуратно покрывал чёрный лак. Завершала образ шикарная, слегка небрежная объёмная причёска.

— Девочки... Я точно в клуб иду, а не на трассу? — всё ещё суетясь и нервно оправляя кружево, неуверенно спросила Таня.

— Точно-точно! — как всегда, авторитетно заверяла её Катя, осматривая подругу с ног до головы. — Так, стоп. Точно! Каблуки! Таня, обувь какая у тебя есть?

— Посмотри в шкафу, на самой нижней полке, — ответила дева. Она заворожённо подошла ближе к зеркалу, всматриваясь в своё новое лицо, пока Полина заботливо и бережно поправляла ей выбившиеся рыжие локоны.

Катя с головой зарылась в недра шкафа и спустя полминуты с триумфальным кличем достала оттуда черные лаковые высокие сапоги до колен на массивной толстой платформе и внушительном высоком каблуке.

Смирнова медленно выпрямилась. На её лице проступила такая коварная, хитрая и предвкушающая улыбка, что Таня сразу поняла — это точно не к добру. Пятифанову сегодня явно несдобровать.

— Вот, надевай, или я сама тебе их надену! — пригрозила Смирнова, безапелляционно всучив подруге тяжелые, лаковые сапоги на шпильке.

— Я очень надеюсь, что ты сейчас шутишь, — с робкой надеждой молвила рыжая, инстинктивно отходя к стене и выставляя руки вперёд. — Я их ни за что не надену! Кать, ну серьёзно, я и так как проститутка выгляжу в этом платье, а тут ещё это...

— Надевай, я сказала!

— Катя, это Пятифана вернуть точно не поможет, — Таня упрямо скрестила руки. — Я не думаю, что ему шлюхи нравятся.

— Заинька моя, ты сегодня оделась исключительно для себя, а не для этого спермогрыза, — Катя ласково, но твёрдо взяла её за плечи. — И вообще, ты не шлюха. Ведь если бы ты ею была, этот придурок не втюхался бы в тебя по самые уши.

— Ага, он настолько в меня втюхался, что даже с Малиновской встречаться начал, — Таня обиженно отвернула голову к окну, кусая накрашенные тёмно-красной помадой губы.

— Я его черепушку как раскрытую книжку читаю, так что поверь мне на слово, — Катя пафосно закатила глаза. — Если бы он увидел это в твоём исполнении, ему бы точно снесло крышу.

— Так ты же сама только что сказала, что она не выглядит как... ну, прошу прощения, шлюха, — совершенно не улавливая суть девичьих метафор, робко возразила Морозова.

За свою излишнюю логику Полина тут же получила испепеляющий, недовольный взгляд от Екатерины.

— А ну-ка цыц! — прикрикнула русая на Морозову и гордо, с видом победителя, перевела взгляд обратно на Татьяну. — Всё, разговоры окончены. Чёрную кожанку, пожалуйста, найди у себя в закромах, надевай эти каблуки, и мы наконец-то выползаем из этого дома прямо в клуб!

Катя хищно и победоносно улыбнулась. Таня, понимая, что Смирнову сейчас не переспорит даже товарный поезд, тяжело и обречённо вздохнула. Опустившись на стул, она принялась натягивать лаковые сапоги, чувствуя, как внутри разгорается безумный мандраж перед грядущей встречей в клубе.