Глава 25

Пройдя в тишине несколько минут по темным улицам, Таня резко, словно вкопанная, остановилась посреди дороги. Рома прошагал еще пару метров вперед, а затем тоже замер и вопросительно мотнул головой, глядя на неё исподлобья.

— Ром... А где Катя живет? Ну, Смирнова? — вдруг спросила рыжая, оглядываясь по сторонам.

— Катя? — переспросил Пятифан, удивленный такой резкой сменой темы. Он вытянул руку и указал пальцем куда-то в темноту, в сторону параллельной улицы. — Да вон там, недалеко. Пошли, покажу, всё равно нам по дороге срезать.

Ребята заметно ускорили шаги и уже через пару минут вышли к дому Смирновых. Это был аккуратный, небольшой двухэтажный домик за невысоким забором. Ночью он казался совсем крошечным, но для двоих людей — Кати и её мамы — его хватало с головой.

— Она действительно здесь живет? — Таня с любопытством поглядывала на темные окна подруги.

— Ага, именно тут, — Рома уверенно зашагал вперед, попутно докуривая зажатую в губах сигарету. Тлеющий огонек то и дело выхватывал из темноты его лицо.

Таня пару секунд молча наблюдала за тем, как ловко он выпускает изо рта колечки дыма, а потом тихо спросила:

— Ром... И давно ты вообще куришь?

— Да лет с одиннадцати где-то, — неуверенно, словно пытаясь вспомнить точную дату, ответил тот и тяжело вздохнул.

— Ого... А почему так рано-то? Что случилось?

— Батя умер, — глухо, без прежней наглости в голосе отозвался Рома. — Ну и я от горя, по глупости, начал таскать сигареты. Думал, легче станет. Через время вон Бяшу на это дело подсадил. Помню, пизды от матери за это знатной получил, когда она пачку в куртке нашла... Но сейчас она уже смирилась, устала бороться.

Таня внимательно слушала его, поражаясь тому, каким открытым он мог быть в этот ночной час.

— Вы с Бяшей, получается, прям с самого детства дружите?

— Хах, давно-давно, Тань! Еще до того, как в первый класс пошли, скорешились, — Рома вдруг весело хмыкнул, и на его лице снова появилась привычная ухмылка. — Мы как-то раз, когда мелкие были, пробрались во двор к этой самой Смирновой. Ночью, понятное дело. Вишню у них спиздить хотели. Ну и Бяша, дебил, полез на дерево и переломал его к чертям собачьим! А оно тоненькое было, маленькое совсем, только посаженное... Блять, как сейчас помню, как Катька, мелкая, с огромной метлой гонялась за нами по всему двору и матом крыла!

— Да ладно? — Таня негромко рассмеялась, представляя эту картину. — А вам тогда по сколько лет-то было?

— Хах, да года по семь, наверное. В школу еще не ходили. Лето было, жара... Мы так с Катькой, считай, познакомились неудачно. Зато сейчас вспомнить есть о чем, весело было.

— Ну, это да... — с улыбкой согласилась Таня.

Она отвернула голову в сторону, пряча улыбку, и глубже засунула руки в карманы ветровки. Парень сделал последнюю затяжку, ловким щелчком пальцев выкинул окурок прямо себе под ноги и притоптал его подошвой кроссовка. Девушка продолжала идти молча, задумчиво глядя исключительно себе под ноги.

— Тань... — вдруг как-то неуверенно, даже слегка робко начал Пятифан, нарушая тишину.

— Да? — она приподняла голову и посмотрела на него.

— Знаешь, на какую планету ты больше всего похожа? Из тех, про которые мы говорили?

— И на какую же? — в полголоса, затаив дыхание, спросила Таня.

— На Сатурн.

— На Сатурн? Это еще почему? — удивилась рыжая.

— Ну да. Потому что у тебя волосы такого же яркого, огненно-рыжего цвета. Прям как его кольца в телескопе.

— И всё? Только из-за волос? — разочарованно протянула девушка, ожидая чего-то большего.

— Ну-у-у... — Рома замялся, пристально вглядываясь в её лицо в полумраке. — А у тебя что, веснушек совсем нету?

— Да нет вроде. Чистая кожа.

— Странно, — искренне удивился парень, потирая подбородок. — Я всегда думал, что у абсолютно всех рыжих людей обязательно должны быть веснушки на лице, на носу там... У тебя точно волосы не крашеные? Натуральная?

— Нет, не крашеные. Свои собственные, — с гордостью ответила Таня.

— Значит, тебя в детстве не только Сатурн своим цветом поцеловал, но еще и Меркурий отметился, — со знанием дела заключил Рома, довольно ухмыляясь. — Потому что кожа у тебя бледная-бледная, прямо как у него.

— Пятифанов, тебе реально на астронома учиться идти нужно, честное слово, — покачала головой Таня, но внутри ей было безумно приятно от таких сравнений.

— Не думаю, не мой профиль, — выдал короткий смешок Рома.

Дальше они пошли в абсолютном, но теперь уже совершенно легком и комфортном молчании. Ноги сами несли их по знакомым тропинкам, пока впереди наконец не показался родной дом Тани. На кухне, к огромному облегчению девушки, свет уже не горел — родители наконец-то легли спать. Но оставалась одна проблема.

— И как мне обратно на второй этаж забираться? — Таня растерянно посмотрела на высокий балкон. — Прыгать-то легко было, а вот наверх я точно не запрыгну.

— Подожди здесь и не шуми, — коротко бросил Рома.

Брюнет бесшумно, словно тень, ушел куда-то за угол дома, в сторону хозяйственных построек. Таня едва успела замерзнуть, как через несколько минут Рома вернулся, тяжело дыша и таща на плече огромную, массивную деревянную лестницу.

— И ты не мог достать эту штуку с самого начала? — шепотом возмутилась Таня, округлив глаза и всплеснув руками. — Столько мучений, а у тебя тут целая лестница за моим домом пряталась!

— Не мог, я вообще чисто случайно про нее вспомнил, — буркнул Рома, стараясь не шуметь.Пятифан, напрягая мускулы, аккуратно прислонил тяжелую деревянную конструкцию к стене, идеально подогнав её верхний край прямо к выступу балконных перил. Он проверил её на прочность, пару раз качнув руками, и убедился, что она стоит намертво.

— Ну, что, мадам? Путь к спасению открыт, прошу, — Рома отпустил лестницу, отступил на шаг назад и вальяжно засунул руки в карманы спортивок, привычно ухмыляясь.

Таня не спеша подошла к ступенькам, но подниматься не торопилась. Сердце почему-то забилось чаще, а в груди защемило от мысли, что эта сумасшедшая, волшебная ночь подошла к концу. Она обернулась к Пятифану, глядя на него снизу вверх.

— Ром... Спасибо тебе. Правда. За всё, — тихо и очень искренне произнесла она.

Прежде чем он успел вставить очередную колкость, Таня сделала шаг вперед, протянула руку и аккуратно, мягко взяла Рому за ладонь. Она опустила взгляд на их сомкнутые пальцы, чувствуя, какая у него горячая кожа.

Пятифан от такой неожиданной нежности моментально изменился в лице. Весь его дерзкий дворовый пыл куда-то испарился. Парень густо покраснел, а его взгляд буквально застыл на лице рыжеволосой девушки, ловя каждую черточку в тусклом свете уличного фонаря. На секунду показалось, что он хочет сказать что-то очень важное, но слова застряли у него в горле.

— До встречи, — нежно шепнула рыжая.

Она мягко отпустила его теплую руку и, развернувшись, начала уверенно залезать по деревянным ступенькам вверх. Рома тут же опомнился, сделал шаг вперед и крепко придержал основание лестницы обеими руками на всякий случай, не сводя с неё внимательных глаз, пока она поднималась.

Уже через полминуты Таня оказалась на самом верху. Ловкими, натренированными за сегодня движениями она перелезла через перила и благополучно оказалась на своем родном балконе. Обернувшись, Краснова тепло улыбнулась оставшемуся внизу парню и помахала ему ладошкой.

Рома коротко кивнул в ответ, провожая её взглядом.Таня тихо зашла в комнату и прикрыла за собой стеклянную дверь, отрезая ночную прохладу. Из окна она увидела, как Рома беззвучно утащил лестницу обратно за дом, вернул её на место, а затем его темный силуэт скрылся.

— И ты не мог достать её с самого начала?! — возмущенно, но шепотом зашипела Таня, скрестив руки на груди.

— Не мог, я вообще про неё забыл, — Рома хмыкнул и, ничуть не смутившись, принялся приставлять массивные деревянные перекладины к стене, надежно фиксируя упор прямо под балконным выступом.

— Ну что, мадам? Прошу на борт, — отпустив лестницу и сделав приглашающий жест рукой, ухмыльнулся парень.

Таня не спеша подошла ближе. Прежде чем ступить на первую перекладину, она замерла и обернулась к Пятифану. Ночной весенний ветер шевелил ее распущенные рыжие кудри.

— Ром... спасибо тебе. За всё, — тихо произнесла она.

Таня аккуратно, едва ощутимо взяла Рому за руку, опустив взгляд на их сомкнутые пальцы. Парень от такой внезапной нежности моментально густо покраснел, а его привычно дерзкий взгляд буквально застыл на лице девушки. Он не ожидал от строптивой Красновой такой мягкости.

— До встречи, — шепнула рыжая, отпустила его ладонь и, развернувшись, начала быстро залезать наверх.

Брюнет тут же подставил руки, страхуя её снизу на всякий случай. Таня ловко добралась до самого верха, перемахнула через перила и оказалась на балконе. Обернувшись, она на прощание помахала Роме рукой и тихо юркнула в комнату. Пятифан, дождавшись, пока закроется створка, аккуратно отнес лестницу обратно за дом и растворился в темноте, направляясь к себе.

Стянув с себя уличную одежду, Таня небрежно отбросила грязные вещи в угол комнаты, быстро переоделась в любимую мягкую пижаму и буквально рухнула на кровать. Стоило голове коснуться подушки, как накопленная за день усталость взяла свое — девушка мгновенно провалилась в глубокий, безмятежный сон без сновидений.

***

Рано утром — точнее, как ей показалось в полусне, глубокой ночью — Таню бесцеремонно вырвал из сна резкий, пронзительный звонок мобильного телефона. Подпрыгнув на постели от неожиданности, она вслепую похлопала рукой по одеялу, схватила трубку и, даже не глядя на экран, приняла вызов.

— Слушаю... — прохрипела она сонным, совершенно разбитым голосом.

— Танюх! Боже, ты мне очень-очень нужна! Ты сейчас сильно занята?! — из динамика раздался взволнованный и слишком бодрый голос подруги.

— Уже нет... — Таня потерла заспанные глаза. — Кать, че стряслось-то в такую рань?

— Меня Бяша на свидание позвал! — Смирнова буквально оглушительно заорала в трубку.

Таня поморщилась и резко отдернула телефон от уха, спасая перепонки.

— Очень круто, поздравляю, — вздохнула рыжая. — А от меня-то что требуется? Роль группы поддержки?

— Ты можешь прямо сейчас прийти ко мне и помочь собраться? Пожалуйста! Я вообще ничего не успеваю, у меня паника, на голове катастрофа!

— Ну, Кать... — Таня тоскливо посмотрела на теплое одеяло.

— Танечка, ну пожалуйста, ну ради меня! Я в долгу не останусь!

— Хорошо-хорошо, ладно. Через час буду у тебя, — сдалась Краснова.

— Ура-а-о! Обожаю тебя! — заверещала Смирнова. — Слушай, а ты дорогу-то ко мне помнишь? Может, мне выйти тебя встретить на перекрестке?

Таня невольно вспомнила, как всего несколько часов назад Рома показывал ей этот дом в темноте. На губах появилась мимолетная улыбка.

— Не стоит, Кать. Доберусь сама, дорогу я знаю.

— Всё, супер, жду!

Катя радостно сбросила вызов. Таня так и осталась сидеть на кровати, пытаясь вернуть мыслям четкость. Глаза до конца еще не разлипались, все тело ломило после ночных альпинистских трюков. Нащупав телефон, она наконец-то додумалась посмотреть на часы, чтобы узнать, сколько сейчас «раннего утра».На экране четко светились цифры: 11:30.

— Полдвенадцатого... Ну пиздец я соня, — пробормотала Таня, хватаясь за голову.

Устало поднявшись, она попыталась пальцами хоть как-то зализать взъерошенные, вставшие дыбом рыжие волосы. Кое-как приведя себя в божеский вид и сделав все положенные утренние процедуры в ванной, девушка наскоро прихорошилась, накинула куртку и выбежала из дома.

Благо, дорогу к Смирновым она теперь помнила наизусть. Уже стоя на крыльце знакомого двухэтажного домика, Таня уверенно нажала на кнопку звонка. Послышалась тихая трель. Постояв еще немного и потирая озябшие плечи, она услышала, как за дверью завозились.

Замок щелкнул, и на пороге показалась заспанная Катя. Вид у нее был монументальный: наводящие ужас огромные синяки под глазами от недосыпа, русые волосы по всей голове накручены на гигантские пластиковые бигуди, а в глазах читалась дикая усталость, которая, впрочем, уступала место сумасшедшей радости.

Таня не удержалась и сразу крепко обняла подругу.

— Привет! Заходи скорее, — Катя отстранилась и натянула на лицо счастливую улыбку, пропуская гостью внутрь.

Рыжая вошла в прихожую и с интересом принялась разглядывать интерьер. Дом Смирновых внутри оказался очень уютным, светлым и пахнущим какой-то выпечкой.

— У тебя здесь очень красиво, Кать, — искренне сделала комплимент Таня, проходя за подругой к лестнице на второй этаж. — А Лилия Павловна где? Что-то тихо так.

— А, мама к бабушке поехала в другой город на все выходные, так что мы одни, — отозвалась Катя, ведя её по коридору.

Она распахнула дверь и впустила Таню в свою комнату, а сама сразу же целенаправленно рванула к огромному платяному шкафу. Таня с удовольствием опустилась на мягкую кровать. Комната Смирновой была её полным отражением: интерьер в нежных, девичьих, но ярких тонах, а на зеркалах, стенах и дверцах шкафа красовалось огромное множество забавных наклеек в виде сочных вишень и клубничек. Это всё так идеально подходило кокетливой натуре Кати.

Сделав подруге еще парочку комплиментов по поводу классного дизайна комнаты, Таня замолчала, потому что Катя с тихим кряхтением выудила из недр шкафа и вывалила на постель... где-то штук восемь абсолютно разных платьев. От строгих черных до безумных пышных нарядов.

— Кать, ты с ума сошла? Куда столько-то? — округлила глаза Краснова.

— Ну а что?! Я хочу быть сегодня самой красивой! Чтобы у него челюсть отпала! — эмоционально замахала руками русая.

В голове Тани вдруг щелкнуло воспоминание. Она нахмурилась, вспоминая их вчерашний разговор на подоконнике.

— Погоди... Так ты же с Бяшей, то есть с Игорем, ходила гулять совсем недавно. Зачем так часто наряжаться и устраивать из этого событие века?

— Ну-у-у, он меня теперь постоянно куда-то зовет, — мечтательно, с придыханием ответила Катя.

Она приложила к себе ярко-синее приталенное платье и покрутилась перед зеркалом.

— Как думаешь, мне оно подойдет? Не слишком вызывающе?

Таня критически осмотрела ворох одежды на кровати, выудила из самой середины светло-голубое платье из легкой ткани чуть выше колен и с аккуратным, скромным, но очень изящным вырезом на груди.

— Хм. Лучше возьми вот это, — Таня протянула ей находку. — Голубой подчеркнет твои глаза, да и фасон отличный.

Катя удивленно захлопала длинными ресницами, бережно принимая вещь в руки.

— Думаешь, правда подойдет? Не полнит?

— Конечно подойдет, глупая! Дуй в ванную, меряй давай, а я оценю, — скомандовала Таня.

Катя радостно пискнула и убежала переодеваться, громко хлопнув дверью ванной комнаты. Таня осталась одна. Она медленно поднялась с кровати, подошла к большому окну и посмотрела на залитую дневным солнцем улицу. Мысли снова предательски вернулись к Пятифану. Интересно, а Бяша рассказал Роме, что позвал Катю на свидание? И вообще... что сам Рома сейчас делает?