Глава 4 "Выбор" (I)

Когда они уже приближались к горам, неожиданно пошёл дождь. Кохэка вздрогнула, будто впервые столкнулась с данным природным явлением, и оно показалось ей удивительно прекрасным. Свежесть дождя. Особенно после душной комнаты. Она так давно не была на улице. Вдохнув поглубже, Ко раскинула руки в стороны и подняла голову вверх. Ник, который стоял под листвой дерева, недовольно крикнул: «Решила простудиться? Иди сюда». Когда она никак не отреагировала на его замечание, он громко добавил: «Быстро». Кацу осуждающе посмотрел на него и крикнул: «Ко, не сочти за грубость, но я считаю, что тебе не следует так беззаботно себя вести. Ты можешь заболеть. Я думаю, ни тебе, ни нам это не понравилось бы. Поэтому настоятельно прошу тебя спрятаться». Ник лишь громко хмыкнул. Он привык так разговаривать с Ко. Ничего необычного в этом нет, у них всегда были такие отношения, а учтивый тон Кацу его просто насмешил. Кацу старался быть наиболее вежливым и не позволял себе разговаривать с ней, как Ник. По его мнению, он переборщил с заботой. Они оба волновались за неё, её здоровье, но вот выражали это по-разному. Грубая форма Ника претила Кацу, а учтивость Кацу вызывала у Ника лишь смех. Они были разными и по-разному смотрели на Кохэку и обращение с ней. Ник не относился к ней, как к вещи, но привык к более прямолинейному и слегка грубоватому отношению. Кацу её уважал, считался с её мнением и предлагал ей самой решить, что делать. Неизвестно, кого из них Кохэка послушалась, но она опустила голову и скрылась под листвой ближайшего дерева. Пока шёл дождь, все молчали. Каждый из них думал о своём и предпочитал оставить эти мысли при себе. Кохэка, уставшая после долгих недель заточения, радовалась тому, что наконец-таки выбралась. Но вместе с этим она думала о тех, кто её спас. И не понимала своих чувств. Её сердце отчаянно стучало, его удары с шумом раздавались в ушах. Волосы намокли, с них медленно падали холодные капли. Обняв себя, девушка стояла у ствола высокого дуба и прислушивалась к ударам своего сердца. Бум-бум. Бум-бум. Она смотрела то на Ника, то на Кацу, разных, как свет и тень, и не могла понять, что с ней происходит. Она рассталась с Ником, но тем не менее он, словно тень, повсюду следовал за ней, будто это было по велению судьбы. В самые трудные ситуации он спасал её и, хоть порой и был с ней слегка груб, но любил её по-настоящему. И она тоже, пока непреодолимые разногласия не встали на их пути. Кацу принц. И этим всё сказано. Он благородный, вежливый и добрый. Хорошо относится ко всем, даже если к нему относятся с неприязнью. Это Ко нравилось в нём больше всего. Он не был так груб, говорил без упрёка и не заставлял её поступать против воли. Но было в нём что-то такое, что не нравилось Кохэке. К тому моменту, как они поднялись на гору и уже подходили к курорту, дождь закончился. Кохэка вела себя, на удивление, тихо и лишь вздрагивала от холода. Ник старался держаться рядом, но никак не показывал своей озабоченности состоянием её здоровья. Кацу же вёл себя открыто: спрашивал, интересовался, пытался слегка приобнять, а Ко даже не старалась вырваться из этих объятий. Едва они вошли в помещение, Хиди бросилась заключать Кохэку в крепкие материнские объятья. Ко ответила вяло и, сказав, что она очень устала, направилась в кафе, чтобы востановить силы. Кацу преданно пошёл за ней, а Ника уже поймала своими цепкими руками Хилари. Он попытался отцепить её, но девушка схатила его мёртвой хваткой и ни на миг не отпускала. «Ник, почему ты ушёл, не предупредив? — возмущалась она, — я места себе не находила!» Он не стал отвечать на её обвинения и поднялся в свою комнату. Рядом с Кохэкой Кацу. Он третий лишний.     Кацу вызвался обслуживать Ко и постоянно интересовался, что ей принести. Она лишь отрицательно мотала головой и говорила, что сама всё принесёт. В холодильнике Ко нашла мясо, хлеб и сделала себе бутерброд. Кацу не мог смотреть на то, как она это ест. Кохэка будто потеряла свой свет. Угасла на какое-то время, и он уже начал злиться на Озэму, но убеждал себя в том, что такое больше не повториться. Из Ко выкачали все силы. Ей нужно было их вернуть и, возможно, скоро она снова сможет так лучезарно улыбаться. Так, чтобы искрились глаза. Так, как это было всегда.